Мальчик в белом

      Сбежать не удастся, ибо все пути отступления были отрезаны для Гермионы еще тогда, когда она попала в ловушку, созданную хитрым четырнадцатилетним мальчишкой.       Дурацкий портал отправил её и Симуса прямиком на праздник их гибели. Правда, Симус действительно мёртв: он уже не увидит того, что видят испуганные глаза Гермионы.       Сегодня в замке Лестрейнджей празднуют день рождения юного Лео.       Гермиона стоит в стороне, сжимая ладони в кулаки. Малфой приказал ей не шевелиться, пока сам не придёт. Этот злодей выкинул её одежду, сказав, что она не может больше носить настолько отвратительные тряпки. Грейнджер теперь в белой мантии убийцы, пропитанной запахом самой смерти: если бы у смерти был аромат зимнего хвойного леса. Возможно, Драко ещё не успел убить в ней хоть кого-то, но сам факт того, что он надевал её на себя, делал эту вещь зловещей.       Сквозь душевные страдания, застилающие взор пеленой, она довольно смутно видит зал и гостей. Её сильно мутит, а худые ноги еле держат юное тело из последних сил. Тяжело вздохнув, она пытается поднять глаза на присутствующих: весь высший свет собрался, чтобы поздравить сына Беллатрисы и Родольфуса.       Бальный зал ярко освещён множеством восковых свечей. Для гостей приглашён целый оркестр. Гермиона замечает скрипача, который самозабвенно играет на своём инструменте: на лице молодого и несомненно красивого музыканта вырисовывается огромный свежий порез. Руки его перебинтованы кровавыми бинтами, словно он играл на скрипке десятки часов подряд. Гермиона, завидев эту душераздирающую картину, бледнеет ещё больше.       — Это же тебя притащил сюда мой самодельный портал? — высокий мальчик с кудрявыми чёрными волосами, одетый во фрак, как у взрослых, вальяжно подходит к Гермионе. — Домовики говорили мне, что вас было двое! Почему тут только ты? — он тыкает её пальцем в живот, зло смеясь. — Я тронул настоящую грязнокровку!       — Пошёл вон, — говорит она шёпотом, стараясь не свалится в обморок.       — Что ты сказала? Моя мама будет не против, если я покажу тебе твоё место! Ты, как маленькая собачка, встанешь для меня на четвереньки и будешь тявкать и облизывать мои туфли! А иначе я выколю тебе глаза!       Он подходит к Гермионе вплотную. Мальчик одного роста с ней, его чёрные глаза уже в столь юном возрасте наполнены ненавистью и безумием — это пугает.       — Давай поиграем в моей комнате. Я всегда хотел собаку, но родители не позволяли. А сегодня мой день рождения…       — Лео.       Гермиона и Лео оборачиваются на жёсткий голос Малфоя.       — Иди встречай гостей, тётушка Рагильда приехала с семейством.       Мальчишка притворно улыбается и, поклонившись, уходит. Гермиона, пошатнувшись, чуть ли не падает, но у неё получается устоять на ногах. Не хватало ей упасть перед этими чудовищами.       — Грейнджер, сегодня явно твой день. Тёмный Лорд ждёт тебя у себя в кабинете.       Драко приказывает Гермионе следовать за ним, и она послушно исполняет его волю. Ей нужно придумать план побега, но пока она должна быть покорной.       Реддл обосновался в северной части замка. Чем ближе она подходит к нему, тем сильнее чувствует скверну, пропитавшую воздух. Гермиона не способна вынести столько тёмной магии. Ей становится хуже с каждым шагом.        Драко открывает огромную чёрную дверь и жестом приглашает её войти — первой. Сердце болезненно бьётся в груди, а зубы стучат друг о друга от страха и холода. Она боится встречи с Томом Реддлом.       Кабинет настолько тёмный, что Гермионе приходится напрячь глаза, чтобы заметить сидящего в затенённом углу в кожаном кресле юношу. Реддл выглядит молодым, словно ему восемнадцать, а не семьдесят с лишним.       — Поздоровайся, — Драко толкает её вперёд.       Она решает промолчать, не желая приветствовать монстра.       — Девочка не хочет со мной разговаривать, — шелестит его тихий голос.       Гермиона напрягается, ощущая, как холодный ветерок проходится по её позвоночнику, словно в затылок ей дышит сама смерть.       Он в её голове.       — Она просто боится, — улыбаясь уголком рта, говорит Малфой, зажигая слабый свет в помещении.       Гермиона, наконец-то, чётко видит, как теперь выглядит Реддл. Он невероятно хорош собой: его чёрные волосы ниспадают на глаза цвета глубокого синего моря, а на тонких алых губах играет загадочная улыбка. Юноша одет во всё черное. Он расслабленно сидит в кресле и смотрит в большое панорамное окно. Том больше не похож на безобразное чудовище с красными глазами. Монстр перевоплотился в прекрасного молодого человека.       — Она предпочитает смерть простому приветствию, Драко.       Грейнджер вновь чувствует слабый холодный ветерок на затылке. Он в её голове. Она, не выдержав резкой боли, вскрикивает, схватившись за виски и падая на колени.       Гермиона видит Реддла в своих воспоминаниях: он наблюдает со стороны за её жизнью. Она не способна сосредоточиться на картинках в голове из-за боли. Ей следует закричать «хватит», но она не может и не хочет. Лучше терпеть муки, чем склониться перед монстром, подтверждая его величие. Глупость. Ей же нужно сопротивляться! Но она слишком слаба...       — Солнышко, она, словно маленькое солнышко, Драко.       Голос Реддла, вроде бы, звучит безразлично, но это не совсем так. Однако из-за сильнейшей боли в висках Гермиона не в состоянии понять, что именно он выражает.       Том, наконец, покидает её голову, но встать ей мешает чёрная магия, подступающая со всех сторон.        — Я хочу её себе. Хочу, чтобы Поттер и вся их жалкая сторона сопротивления увидели, как теряют самое дорогое. Увидели, что их Грейнджер теперь ублажает генерала Пожирателей смерти. Это уничтожит их веру в победу. Поттер сойдёт с ума без своей девчонки.       — Или заставит всех ещё сильнее хотеть победы.       — Мой Лорд, они должны видеть, что Грейнджер счастлива на нашей стороне. Что её не принуждают быть с нами. Что она их предала. Бросила.       — Её кровь совсем грязная, Драко.       — Мой Лорд…       — Драко, мой мальчик в белом. Ты, подобно чуме, приходишь и убиваешь детей и женщин с самой красивой улыбкой на свете. Твои заслуги перед нашим новым миром огромны. Если ты хочешь девчонку, бери её. Делай с ней, что душе угодно, но помни, она должна склониться перед нами. Мы должны быть уверены, что она не станет нашей ахиллесовой пятой.       — Если возникнут проблемы, я тут же убью её.       — Ты тоже умрёшь, Драко. Стоит ли эта девчонка твоей жизни?       Грейнджер садится, прислонившись к дивану. Её мутит всё сильнее, организм отвергает тёмную магию, заполняющую пространство. Гермиона хочет убежать, но её тело словно удерживает невидимое давление извне.       — Определённо, мой Лорд, — Драко улыбается, смотря на еле живую девушку у дивана. Он хочет её невыразимо.       — Не подведи меня, мой мальчик. Мне будет очень больно видеть, как ты умираешь.       Гермиона совсем перестаёт соображать, будто кто-то её попросту отключил. Она держится за голову, представляя бесконечный ряд бессмысленных рунических формул.       Реддл не хочет, чтобы пленница слышала их разговор.       — Можешь идти на праздник, Драко.       — Благодарю, мой Лорд.       Малфой кланяется и приказывает Гермионе встать и следовать за ним. Только когда двери за ней закрываются, картинки с рунами исчезают, давая мыслям полную свободу.       — О чём вы говорили? Что вы задумали?       Её трясёт от страха: не за себя, а за свой лагерь. Реддл увидел, где находятся её друзья — теперь он всё знает. Она должна была устранить себя. Убить! Но в итоге уничтожила своих друзей. Глаза заполняются слезами. Гермиона прикрывает рот рукой, сдерживая истерику.       — Тебе не разрешено говорить, Грейнджер. — Он смотрит на неё, скривившись, и добавляет: — Прекрати плакать.       Теперь ничего не имеет значения: плевать на всех этих монстров. Гермиона набрасывается на Драко с криками, но он, даже не шелохнувшись, молча принимает крайне слабые для него удары.       — Пошёл к чёрту! Ты настоящая сволочь на пару с этим душегубом Ноттом! Если бы вы не явились, если бы только я не взяла того дурацкого медведя, Господи... — тяжело дышит, отпрянув.       Нет смысла. Нет. Она качает головой, понимая, что винить ей на самом деле некого.       На деревушку, в которой прятались дети маглорожденных волшебников, напали Пожиратели. Нужно было срочно действовать. Отправили отряд Возрождения. Гермиона и Симус попали в ряды спасателей. Всё было хорошо, пока один высокий мальчик с пышными кудрявыми волосами не сказал, что его младший братик уронил медвежонка, уточнив, что это последний подарок от погибших родителей. Нужно было просто поднять его с пола… Гермиона и Симус машинально нагнулись, одновременно дотронулись до пушистого медведя… и оказались в замке Лестрейнджей.       Череда глупых событий привела к тому, что их раскрыли.       Она должна действовать, не допустив того, чтобы её друзья пострадали из-за неё.       Гермиона опускает голову, закусив с силой нижнюю губу. Ей нужен план.       — На первый раз я прощаю тебя, но впредь не смей говорить, пока я не разрешу, — тон Малфоя не терпит возражений.       — А теперь мы пойдём домой, довольно с меня празднеств на сегодня.       Гермиона, встрепенувшись, настораживается. О каком доме он говорит? От страха в глазах темнеет, а ноги становятся ватными. Ей нужно опереться рукой о стену, чтобы не упасть. Он видел их лагерь, он знает. Господи! Реддл теперь в курсе, где её друзья. Знает об их планах. Но не догадывается о том, где Гарри. Этого Гермиона, слава богам, и сама не ведает.       — Иди ко мне, — Малфой обнимает девушку за талию, делая ей ещё больнее, ибо тёмная магия разрушает её, а Драко буквально состоит из неё.       — Тяжело, знаю. — Он аккуратно поправляет ей чёлку. — В первый раз всегда сложно, привыкнешь.       Несомненно, Малфой имеет ввиду влияние тёмных сил.       — Дома будет проще, — говорит он, отпрянув.       Они заходят в просторную гостиную и при помощи камина отправляются домой…              

Малфой-мэнор. 23:35

      Когда каминная сеть переносит их в замок, Гермиона уже не держится на ногах. Она делает буквально пару шагов и валится на пол, словно мешок с картошкой. Чёрная магия, безусловно, присутствует в этом доме, но её чуть ли не в трое меньше, чем в замке Лестрейнджей.       — Вставай.       Гермиона пытается подняться, опираясь на локти, но безуспешно. У неё не осталось сил даже на то, чтобы открыть глаза.       — Вставай, Грейнджер!       До боли закусив губу, она делает ещё одну попытку. Носом идёт кровь, но Гермиона уже не лежит, а сидит, тяжело дыша. Победа.       — Венди!       Из воздуха материализуется маленький домовик, одетый в детское жёлтое платье.       — Сейчас же перенеси Грейнджер в её комнату.       — Хозяин, но у мисс же нет комнаты… — эльф поджимает ушки, прячась за массивным креслом.       — Есть.       Домовик не знает, что делать. Хозяин очень зол, а мисс еле дышит. Нужно перенести гостью в её комнату, но эта девушка никогда раньше здесь не бывала. Говорит ли хозяин о комнате для гостей? Тогда он так бы и приказал. Венди не понимает, как ей поступить.       — Хозяин, Лола перенесёт мисс в её комнату.       Из воздуха появляется более взрослый эльф в серой тряпке.       — Проследите за тем, чтобы у неё было всё необходимое, — с этими словами Малфой выходит из комнаты.       — Мисс, Лола позаботится о вас, — домовик бережно дотрагивается до её руки, перенося их в спальню.        Гермиона оказывается в просторной комнате, цветовая гамма которой отражает такие приятные её глазу цвета, как белый, бежевый и золотой.       Она быстро проходится взглядом по помещению. Бежевый ковёр на полу и золотая люстра на потолке. Два огромных окна в пол и большая кровать посреди комнаты. Дубовые полки, заполненные фолиантами. Столик с зеркалом, обрамлённым резьбой. Софа у стены и большая картина над ней, на которой изображён сад прелестных жёлтых роз. Дверь в личную ванную комнату, а рядом другая — в гардеробную. Гермиона непонимающе смотрит на домового эльфа. Тот явно неправильно истолковал слова Драко.       — Мисс чего-то хочет? Лола будет рада сделать всё, что вы попросите.       Гермиона понимает, что пока сбежать не получится. Она еле стоит на ногах. Поэтому лишь качает головой, ложась на софу. Спать на кровати ей совесть не позволяет. Симус мёртв, а она, словно принцесса, будет прохлаждаться в роскошной постели? Нет… Она предатель. Вскоре Малфой узнает, что домовики неправильно его поняли… И уже завтра она будет ночевать в страшных подземельях его замка. Оттуда ей не выбраться. Значит, нужно встать до рассвета, сбежать и предупредить лагерь об опасности!       — Пожалуйста, разбуди меня через час.       Голос Гермионы слаб, но домовик её понимает и, вежливо поклонившись, растворяется в воздухе.       Хватит ли ей часа на восстановление? Она тяжело вздыхает, проваливаясь в сон.              

Малфой-мэнор. 00:40

      — Мисс.       Гермиона резко открывает глаза, ощущая, как тело прошиб холодный пот. Ей нужно бежать! Она поднимается, понимая, что чувствует себя значительно лучше. В комнате темно, а домового эльфа нигде не видно. Первым делом Грейнджер решает посмотреть, на каком этаже она находится. Можно ли сбежать через окно?       Но стоит ей приблизиться к окну, как её внезапно окликают. От неожиданности Гермиона вскрикивает и прикрывает рот ладонью. Сердце колотится в груди так, будто хочет покинуть хрупкое тело, вылетев на улицу через всё то же окно.       — Уже отдохнула?       Малфой лежит на кровати, вальяжно закинув одну ногу на другую. Он сменил парадный белый костюм на обычную светлую пижаму.       — Наверное, у тебя много вопросов, — на его лице появляется игривая улыбка. — Салазар, конечно, ведь ты же Грейнджер. Маленькая всезнайка.       Он поворачивается на бок, подперев голову рукой и глядя на Гермиону с хитрой улыбкой.       — Ложись ко мне, я всё расскажу.       Она обнимает себя за плечи и неуверенно мотает головой.       — Тёмный Лорд всё знает. Если будешь слушаться меня, все твои друзья останутся живы, — тон его голоса и выражение лица изменяются за секунду, больше не выражая дружелюбия. — Обещаю, Грейнджер.       Гермиона неуверенно шагает в сторону кровати, не совсем понимая, для чего она нужна Малфою.       — Ты даже не переоделась? — он морщится, вызывая Венди: — Переодень Грейнджер в ночное платье, почему она всё ещё в моей мантии?        Драко садится, злобно глядя на слугу. Кажется, он может испепелить маленькое существо взглядом, как чёртов Циклоп.       — Да, простите, хозяин, простите… — домовик подбегает к Гермионе, хватаясь своими крошечными ручками за рукав её мантии. — Пойдёмте, мисс, нужно переодеться…       Она, тяжело сглотнув, идёт за Венди. Ей очень страшно, а от страха тошнит и хочется плакать. Ей хочется вернуться домой. Просто закрыть глаза и очутиться рядом со своими друзьями… Но это невозможно.        Если бы не маленькая Венди, Гермиона упала бы на пол и забилась в истерике. Но вдруг Малфой накажет ни в чём не повинного слугу? Она не может подставить кого-то ещё...       Её не просто переодевают, ей приходится принять душистую ванну с розовой водой. Венди расчёсывает ей волосы и даёт красивую льняную сорочку с короткими рукавами, длиной до самых щиколоток.       Грейнджер возвращается в комнату в совершенно подавленном состоянии. Душа болит, а грудь неприятно сдавливает чувство невыносимой тревоги.       — Тебе идёт белый, — Малфой всё ещё лежит на кровати: расслабленно и непринужденно, словно это не он убийца в свои девятнадцать лет. Сейчас Драко похож на того мальчика-задиру из школы. Но это лишь маска. Гермиона знает его реальную жуткую сущность. С такими, как Малфой, играть не стоит.       Грейнджер стоит в стороне, ожидая указаний. Руки спрятаны за спину, а голова опущена. Чтобы не плакать, она отвлекается, складывая в уме цифры.       — Я долго буду ждать? Ложись ко мне, Грейнджер.       Гермиона подчиняется. Она медленно ступает босыми ногами по роскошному ковру. И чем ближе подходит к Драко, тем сильнее стучит её сердце. Наконец, Грейнджер опирается руками на шёлковую простынь и ставит вначале одно колено, следом — другое, забираясь на кровать. Голова её медленно опускается на подушку, а глаза устремляются в потолок. Она чувствует, как он придвигается ближе к ней: ощущает его тепло и горячее дыхание у щеки.       — Ты пахнешь страхом, Грейнджер. — Малфой проводит указательным пальцем вдоль её носа и с жадностью вдыхает её аромат, прикрывая глаза от удовольствия.       У Гермионы темнеет в глазах, настолько она его боится. Он совершенно точно спятил, иначе для чего это безумие?       — Нам надо поспать, завтра у нас тяжёлый день. Я буду с тобой, пока ты не уснёшь, а после уйду к себе. — Драко обнимает её, притягивая ближе к своей груди.       Извини, Малфой, но она точно не уснёт. Ей настолько страшно и неприятно быть в твоих объятиях, что даже если бы она не спала трое суток, всё равно бы не уснула.       — Я бы спел тебе колыбельную, но, боюсь, ты только сильнее испугаешься, — на его лице играет улыбка.       Гермиона встречается с ним взглядом, наконец, заплакав.       — Малфой, что происходит?       — Для стороны Возрождения ничего хорошего, если ты не будешь любить своего господина, — он аккуратно заправляет локон ей за ухо и утыкается носом ей в шею.       — Почему ты хочешь, чтобы я тебя любила? — Гермиона еле выговаривает эту фразу из-за истерики, подступающей к горлу.       — Тут две причины, — он резко отстраняется и смотрит на неё серьёзно, — первая: я хочу заставить вашу сторону понять, что вы уже на дне и никогда не победите. А вторая… думаю, ты и сама догадываешься. Ты ведь умная девочка.       Гермиона закрывает лицо рукой, пытаясь скрыть слёзы. Малфой-психопат почему-то решил, что она ему нужна. Захотел новую игрушку, попросил у своего хозяина — и получил. Как же у него всё просто. Как она может любить его? Даже делать вид — невозможно. Лучше бы Нотт убил её раньше, чем пришёл Малфой.       — Не плачь. Ты же смелая и бесстрашная. Сегодня с тобой и твоими отбросами всё будет хорошо.       Драко обнимает Гермиону сильнее, зарываясь лицом в её пышные волосы. Она смотрит в потолок, мечтая раствориться, просто исчезнуть. Сегодня всё хорошо. А завтра? Завтра они все будут мертвы?       — Допустим, я глупая девочка, какая вторая причина? — шёпотом спрашивает она спустя некоторое время.       — Я давно хотел тебя, Грейнджер. Я всегда получаю то, что хочу. Отныне ты — моё сокровище.       Гермиона напрягается от шокирующего заявления бывшего однокурсника.       — А теперь спи. Я устал тебя утешать.       Но Гермиона не может уснуть, пока рядом с ней Драко. И только когда он уходит, она, измученная переживаниями, немедленно проваливается в беспокойный сон.