Ты моя надежда. Ты из моих снов.

Галф       — Неужели я всё-таки умер? Как-то сейчас не готов к такому повороту судьбы, — не открывая глаза, я ощупал своё тело, — вроде всё на месте, ну, то есть, тело имеет плотность. Ну или как там должно быть? Да ладно, пофиг, в общем, живой, да и ладно, даже чувствую себя отдохнувшим, и это круто.       А почему? Что изменилось? Кто мне скажет, а? Так, стоп, может я сейчас не в Бангкоке? Да нет, вроде не собирался вчера уезжать, — я рассуждал о причине своего состояния, лежа в постели, с закрытыми глазами, боясь их открыть и принять жестокую реальность, что, возможно, я не в Таиланде.       Но всё же нужно осмотреться, я же не могу так лежать, ожидая подсказку. Осторожно приоткрываю правый глаз и слегка поворачиваю голову влево, пытаясь осмотреть обстановку. И, поняв где нахожусь, быстро приподнимаюсь и, уже сидя на кровати осматриваюсь более внимательнее. — Я что, всё-таки в Бангкоке? — выдыхаю с облегчением. — Ладно, я в Таиланде, в своей комнате и при этом хорошо выспался. Почему? — продолжаю ломать себе голову о причине такого подарка судьбы в виде хорошего сна.       Но решил подумать об этом потом, а сейчас очень хотелось поделиться с Бумом о принятом решении, вчера не удалось с ним поговорить. Он будет рад это услышать, ведь я нечасто радую его, поэтому стоит поспешить и поделиться хорошей новостью.       Быстро соскочив с кровати, я побежал в ванную приводить себя в порядок. А потом побежал искать Бума, но как только открыл двери своей комнаты, то сразу наткнулся на домработницу.       — Здравствуйте, Пи, вы не знаете, где Бум?       — Доброе утро, Галф, знаю, он в спортзале занимается, я недавно приносила ему туда воду.       — Спасибо, я пойду к нему.       —Галф, ты наверно голоден? Давай я приготовлю тебе что-нибудь вкусненькое.       — С удовольствием поем, только схожу за Бумом, может, составит мне компанию.       — Хорошо, приходите, буду ждать вас на кухне, — она улыбнулась и пошла дальше по своим делам.       Идя в спортзал, я думал над тем, как Сумали делает дом уютней и всегда пахнет вкусной едой. От напоминания о еде заурчало в животе, надо срочно вытащить этого качка из спортзала на кухню, чтобы поел со мной.       От хорошего настроения ко мне вернулась игривость и безумно захотелось почудить, поэтому поспешил в спортзал, ведь Бум как никто сразу почувствует моё настроение и включится в игру. Бум, как любитель спорта, всегда был не против подкачать своё и так накаченное тело, при удобном случае. Вот и сейчас он отрывался по полной в столь хорошо оснащённом зале.       Как только я зашёл в зал, увидел, как Бум, лёжа на скамье, поднимал штангу, качая грудные мышцы. На мгновение я даже завис, любуясь его крепкими, накаченными мышцами рук, которые были оплетены голубыми венками, словно маленькими ручейками, их было хорошо видно из-за напряжения мышц.       Они напоминали от других, более любимых руках, в которых я уже одиннадцать лет желаю оказаться. Подойдя к Буму поближе, я начал свою игру, по уговору одного перекаченного субъекта пойти со мной поесть.       — Бум, я голоден, составь мне компанию, — с мольбой в голосе я начал канючить.        У Бума не было ни брата, ни сестры, поэтому он очень меня любил, как младшего брата. И как любящий брат баловал меня и во всем мне потакал, чем я безбожно пользовался при удобном случае.       — Я с радостью, но хочу позаниматься ещё тридцать минут. Подождешь? — лёжа на спине и поднимая штангу, прокряхтел тот.       — Ну, Бум, я не выживу, если буду ждать тебя ещё столько времени, — сделав свой голос ещё более жалостливым, я продолжил ныть, поглаживая свой голодный живот и действуя на его нервы.       Бум повесив штангу на крюки, присел и с укором посмотрел на меня.       — Галф, зараза, кончай, манипулятор хренов, если хочешь есть - иди на кухню. Сумали с радостью составит тебе компанию, а я хочу позаниматься, — он взял гантели с пола и начал качать мышцы рук.       — Ну Бум, дорогой, ты же знаешь, я не люблю есть с чужими, — надув губы и сделав жалостливые глазки, я посмотрел на него, зная, что перед такой манипуляцией он не устоит.       — Галф, кончай тут кота из Шрека из себя корчить. Ты издеваешься надо мной, да? Вот из-за таких твоих выкрутасов мне иногда кажется, что если бы ты был девчонкой, я бы тебя давно уже просто оттрахал. Но ты, блять, зараза, парень, и меня пугают такие мысли, поэтому свали в туман, ну, или на кухню, по твоему желанию, — говоря всё это, он махал рукой в сторону выхода из зала.       Но я решил идти до конца, тем более, что до цели осталось ещё немного поднажать и он сдастся. Поэтому к надутым губам добавил частое хлопанье ресниц и округлил глаза, якобы я ошарашен его высказываниями.       Он положил наконец свои гантели и, качая головой, посмотрел на меня.       — Черт, ты своим видом любого натурала заставишь усомниться в своей ориентации, свали отсюдова от греха подальше, не провоцируй лучше.       Я опустил свои руки со сцепленными пальцами перед собой и, покручиваясь как стеснительная барышня, повторил тот же фокус лицом, продолжая смотреть на Бума, ожидая, что он наконец не выдержит и пойдёт со мной. Уж очень не хочется есть одному.       — Блядь, —прорычал Бум, пройдясь рукой по волосам — слушай, не провоцируй меня, пожалей моё бедное сердце, иди на кухню.       Я продолжал издеваться.       — Хорошо, хорошо, сдаюсь, я иду с тобой, садист маленький. Доволен? Через десять минут буду, вали уже отсюда.       — Очень жду тебя на кухне, я знал, что ты не оставишь меня в трудную минуту, — добившись своего, я убежал из зала, от греха подальше.       Кто его знает, а вдруг сорвётся, но главное ведь - цель достигнута. Размышляя над своим успехом, я вошёл на кухню.       Сумали колдовала над поздним нашим завтраком. Я сел на высокий стул за такой же высокий стол и стал следить затем, как ловко всё у неё получается. Настроение сегодня было просто замечательным, а из-за принятого вчера решения моя уверенность в успехе клокотала внутри меня словно вулкан, желая осуществления нашей встречи как можно быстрее.       — Галф, тебе кофе или чай приготовить? — Сумали вырвала меня из раздумий своим вопросом.       — Я больше люблю чай, — сегодня хотелось видеть всех счастливыми и нашу домработницу в том же числе.        А что может сделать женщину и, тем более, если она мать, счастливой? Правильно - видеть любимого ребёнка после долгой разлуки. Поэтому я решил поинтересоваться о её дочери.       — Пи, сегодня же приезжает ваша дочь?       — Да, сегодня. Скорее бы! — она посмотрела на часы, висевшие на стене и продолжила нарезать овощи.       — Вы, наверное, соскучились по ней? — я продолжал нашу беседу.       — Да, я очень сильно по ней соскучилась. Целый год не видеть своё дитя - тяжёлое бремя каждой матери, — она тяжело вздохнула, и её нож вдруг зависает над зеленью, которую она только что резала. Она посмотрела на меня, и её взгляд был немного встревоженным.       — Нонг, ты же действительно будешь не против, если моя дочь остановится здесь? — с небольшой тревогой в голосе спросила домработница.       Ведь она не знала, какой человек её подопечный. Его брат ей показался человеком строгим и серьёзным, а Галф с приезда ведёт себя достаточно странно, весь какой-то грустный и погруженный в себя, и всё время бродит по дому как неприкаянный.       — Нет, конечно, квартира большая, комнат много. Она же приезжает на месяц, а вы этот месяц всё время будете здесь, и так дочь давно не видели. И если она будет жить здесь - чаще будете видеться, — я поспешил её успокоить.       — Спасибо большое, Нонг, ты замечательный и добрый мальчик, — она с облегчением выдохнула, улыбнулась своей милой улыбкой и продолжила нарезать зелень для салата.       — Да не стоит благодарности, — как бы и мне хотелось увидеть свою маму хоть на мгновение.        Мои мысли уже начали потихоньку портить настроение, как на кухне появился Бум, который так торопился, что даже волосы не высушил.       Бум шикарный мужчина, и он это знает, и пользуется, вовсю соблазняя слабый пол, что не в силах перед ним устоять. И если бы я не был так влюблен в Мью, наверное тоже на него давно уже бы запал, и тоже, как все девушки, пускал бы слюнки на эту гору мышц.       — Вот жалко мне твоего муженька, — изрёк он, садясь рядом на стул.       — И с чего тебе его жалеть? — вот интересно, с чего бы такая забота о Мью? — подумал я над его словами.       — Да ты верёвки вить из него будешь. Манипулятор хренов. Вот как ты умудрился родиться с таким красивым милым личиком в теле мужчины? Всем мужикам назло.       — Почему на зло? — с удивлением посмотрел на него.       — Да потому как об тебя уже не один мужик зубы свои пообломал, неприступность ты моя.       — Зато ты у меня такой доступный.       — Я не доступный, просто безотказный, вот мной и пользуются.       — Несчастный ты мой, какие все вокруг плохие девушки. Вот не стыдно им использовать такого честного парня?        Бум состроил наигранно страдальческое лицо, на что я рассмеялся, и Сумали присоединилась, она уже была наслышана о любвеобильности несчастного Бума. Сумали пожелала нам приятного аппетита и удалилась из кухни.       Я решил сменить тему разговоров и поделиться своим решением с Бумом.       — Бум…       — Мм, что? — он посмотрел на меня, жуя свою жареную рыбу.       — В общем, я принял вчера решение не бегать больше от него, — я заметил как его палочки с кусочком рыбы остановились у самого рта, а глаза стали расширяться от удивления. После недолгого зависания он прокричал, бросая палочки на стол и раздвигая руки для объятий.       — Аллилуйя, это самое прекрасное решение, которое ты когда-либо принимал, — обнимая и похлопывая меня по спине, радовался Бум.       — Ну что, принцесса, дело осталось за малым встретить - твоего принца, — он засмеялся и быстро отстранился от меня, зная как я на это отреагирую, но я всё же успел врезать ему кулаком в плечо.       — Вот никак без твоего ехидства, да? — я посмотрел на него сердитым взглядом.       — Нет, принцесса, никак без него, ты сделал сегодня мой день, — и, чмокнув меня в нос, улыбнулся и продолжил доедать свою рыбу.        Вот зараза, не может не издеваться надо мной. Но я счастлив от того, что мог порадовать своего брата, ведь в последние десять лет мне это крайне редко удавалось сделать, — подумал я и тоже ему улыбнувшись, продолжил поедать свой завтрак.       — Галф, — позвал меня Бум, когда мы вышли из кухни.— Может, съездим домой, как ты на это смотришь?       — Конечно, поехали, надо навестить всех, да и мама твоя уже наверно заждалась, — мне было стыдно, что Бум вынужден скитаться со мной по миру. Из-за этого его мама могла видеть своего сына раз в год и всего месяц. Она работала в доме моего брата управляющей и во многом помогала моей невестке Мали.       — Да, и, Бум, давай в пятницу соберёмся с ребятами в баре, отпразднуем наш приезд, — настроение было очень хорошее, поэтому захотелось встретиться с друзьями.       — Отличная идея, я обеими руками за! Да, Галф, — он замолчал, словно не решаясь что-то сказать. — Что с тобой сегодня? — всё же задал свой вопрос.       — А что со мной не так? — я понял про что он, но и сам не знал на этот вопрос ответа.       — Какой-то ты сегодня бодренький, я, конечно, счастлив за тебя, но мне интересно с чего такие перемены.       — Не знаю, просто выспался сегодня, — Бум всегда быстро улавливал моё состояние, вот и сейчас тоже заметил перемены в моём настроение.       — И кошмары, смотрю, тебя ночью не мучили, я приходил сегодня ночью, проверял тебя - ты спал как младенец.       — Знаешь, я тоже задавался утром этим вопросом.       — И?       — Что, и?       — Ну, смог понять в чём фишка?       — А ты как думаешь? Если бы знал, то рассказал бы тебе, а так даже ни малейшей версии, — мы стояли друг напротив друга, пытаясь найти любое предположение моего сегодняшнего состояния.       — Слушай, это конечно покажется бредом, но мне кажется, это из-за того, что ты вчера Суппасита встретил, — выдвинул он свою версию, чем крайне меня этим удивил.       — Да нет, я и раньше его видел, но ничего не менялось, — я тоже подумал, что это полный бред.       — Но в этот раз всё было по другому, — продолжал он гнуть свою версию моего состояния.       — И чем это по другому?       — Ты уже забыл, как он вчера за тобой бежал?       — И какие у тебя складываются выводы по этому поводу? — моё доверие и уважение к интуиции Бума часто помогали мне решить какие-нибудь проблемы, вот и сейчас хотелось услышать его версию.       — Ну смотри, раньше, когда ты его видел и он не обращал на тебя внимания, ничего не менялось, а сейчас изменилось. Я не знаю откуда он тебя знает, но он точно тебя знает, и, возможно, это и повлияло на твои сны. Возможно, между вами всё-таки есть какая-то связь, — я, конечно, всегда доверял его предположениям, но это было явно бредовым.       — Какая, к чёрту, связь? Возможно, он обознался, вот и побежал за мной.       — Ага, поэтому тебе сегодня не снились кошмары, потому, что он обознался. Ты сам-то подумай, уж слишком явное совпадение. Тебе не кажется?       — Ты думаешь? Ну, сегодня и проверим ночью, — кажется, это всё-таки бред, как встреча с Мью могла повлиять на мои кошмары?       Но можно ведь и проверить эту версию. Если сегодня ночью всё вернётся как было, значит Бум прав, и тогда я до конца жизни буду ему благодарен. Возможно, Мью - моя надежда остаться на родине навсегда. Значит, это ещё один плюс в пользу моего решения сблизиться с ним. От всего этого даже забилось сильнее сердце и слегка закружилась голова. Так, надо успокоиться, а не пытаться вселять в своё глупое сердце надежду.       — Ладно, Бум, давай к этой истории вернёмся потом, а сейчас поехали домой, — да, надо отвлечься и не накручивать себя заранее,— думал я, пытаясь успокоить свои разбушевавшееся нервы.       Мы разошлись по комнатам для сборов. Как только я вошёл в комнату, то услышал как заиграл мой телефон. Взяв его и приложив к уху, насладился одним из самых любимых голосов в моей жизни - это был голос моего брата.       — Здравствуй, Рон, рад тебя слышать, — я безумно люблю своего брата, он единственный, кто заставляет меня быть немного счастливым.       — Здравствуй, братишка. Как твои дела, милый?       — У меня всё хорошо, вот, собираемся приехать к вам в гости. Ты не против?       — Ты с ума сошёл? Была бы моя воля, я бы тебя от себя никогда бы не отпускал. Поэтому ждем вас с нетерпением домой. Заехать за вами?       — Не надо, мы сами доберёмся.       — Хорошо, тогда я бросаю все свои дела, и домой. Приезжай быстрее, я очень сильно соскучился по тебе, как и все остальные.       — Отлично, скоро будем. И, Рон.       — Да, малыш.       — Я тоже очень по тебе соскучился, — он молчал, но я слышал как он глубоко дышал, вероятно пытался сдержать свои эмоции.       — Я жду тебя, — только и смог сказать он, и положил трубку.       Я ещё какое-то время слушал гудки, пытаясь собраться и тоже не расплакаться.       Дом моего брата - это большой трёхэтажный особняк, спроектированный и построенный моим отцом для нашей семьи. Здесь всё говорило о безмерной любви моего отца к своим детям и жене. Огромный дом с большими окнами, чтобы все могли любоваться прекрасным маминым садом, который, словно любящие руки, окружал здания, в котором всегда царили любовь и понимание.       Каждый раз, когда сюда приезжаю, меня словно наотмашь бьёт реальностью, напоминая о том, чего лишился. По этой причине я старался как можно реже быть в этом доме.        Как только наша машина подъехала к дому, крича: "Дядя!" и перегоняя друг друга выбежали мои любимые племяшки-близнецы. В этом году им исполнилось по восемь лет, большие совсем. Выбежав из машины, я на бегу ловлю их в свои крепкие объятия и расцеловываю пухлые разрумянившиеся щечки своих любимых сорванцов Ванграта и Сакда.       Они очень напоминают нас с братом в детстве, Ванград такой же спокойный и рассудительный, как Рон, а Сакда весёлый и неугомонный малыш, вылитый я в моём детстве. Я очень по ним скучаю, когда вынужден уезжать на долгое время из Бангкока.       К нам навстречу вышли мой брат и его жена Мали. Они чудесная пара, такая же любящая друг друга, как мои родители. Направляюсь к своему брату, тот прижимает меня к своей груди.       — Будда, как от него пахнет папой, — подумал я, обнимая его в ответ.       Рону было столько же лет, как мне сейчас, когда мы потеряли родителей. Отец для него был авторитетом и ориентиром, к которому он стремился. И когда он потерял свой ориентир, естественно, как и любой молодой человек в этом возрасте, был напуган, и убит горем.       Ему было сложно смириться с потерей родителей, но пришлось быстро повзрослеть и взять всю ответственность за меня и детище наших родителей. Мали, как любящая девушка, окружила его заботой и поддержкой, она успокаивала и давала силы и веру в то, что он обязательно справится со всем. Только её вера и любовь помогла Рону стать, тем кем он сейчас стал: сильным, уверенным в себе и своих силах человеком, так напоминающим папу.       — Я так рад тебя видеть, малыш, — чуть не плача говорил брат, обнимая меня.       — Мне тоже тебя не хватало, братишка, — сам уже чуть не плачу, ведь Рон - это частичка моей потерянной семьи, напоминание о том, что она когда-то была.       Мы стояли, обнимая друг друга, в его объятиях я чувствую себя так уютно, словно меня обнимает папа, и от этих мыслей наворачиваются слёзы. Рон отстранился от меня и посмотрел с такой нежностью, с которой могут смотреть только самые близкие люди, и, потрепав меня по голове, посмотрел на Бума.       — Здравствуй, Бум, рад тебя видеть целым и невредимым в этот раз, — поприветствовал брат, приобнимая его.        При этих словах мне стало стыдно из-за того, что в прошлом году Бум приехал домой со сломанной рукой, которую он сломал по моей вине.       А случилось это из-за Мью, я прочитал статью об его очередном любовном похождении с партнёром по лакорну, в котором они вместе снимались. Разозлившись, решил плюнуть на все свои попытки сблизиться с ним и ничего лучшего не нашёл, как пойти в ночной гей-бар и с кем-нибудь замутить.        А моя способность находить неприятности именно в этот день решила о себе напомнить. Я нарвался на неадеквата, да ещё и пьяного, и мысль, что могу умереть от рук этого идиота меня впервые не радовала от слова совсем. Благо Бум, зная мою особенность, проследил за мной, и в результате, спасая мою задницу, сломал себе руку об этого пьяного неадыкватыша.       Поэтому, когда в прошлом году мы приехали домой, мне было жутко стыдно перед мамой Бума за его состояние.       — Галфи, братишка, я счастлива видеть тебя, — голос Мали вырвал меня из воспоминаний, а когда опомнился, Бума уже не было, он, наверное, уже убежал к своей маме.       — Здравствуй, Мали. Ты всё так же прекрасна, как всегда, — подойдя к ней, я обнял и поцеловал ее в щеку.       — Я тоже счастлива тебя видеть, Галф, — ярко улыбаясь, она отвечала на мои приветствия.       — Пойдёмте в дом, здесь жарко, — предложил мой брат, приглашая всех.       Внутри дома всё изменилось, Мали, как прекрасный дизайнер, сделала его ещё великолепней. Много света и простора давали большие окна, в которых был виден сад, и, из-за открытых окон, в доме стоял дурманящий запах цветов. В интерьере использовано много натурального материала, который придавал дому экологичность.       Мали специально изменила всё в доме для того, чтобы ничего не напоминало мне о родителях, и я мог чаще бывать здесь безболезненно. И лишь две комнаты были не тронуты в этом доме. Это кабинет отца, в котором работал Рон. Как он потом объяснил, он очень сильно скучает по родителям и хотел оставить маленькую их частичку. И еще одна...       Однажды, прогуливаясь по дому, я случайно оказался у двери спальни наших родителей. Долго не решался ее открыть, не мог понять, чего больше боялся: увидеть совсем другую комнату или комнату родителей, хранящую память о них.       Взявшись за дверную ручку, я опустил её вниз, она поддалась и открылась. Как только вошёл внутрь, увидел маму, она сидела у зеркала, накладывая макияж для выхода из дома. Услышав шаги с левой стороны, я повернул свою голову в сторону ванной комнаты, из которой вышел мой отец в банном халате, вытирая мокрые волосы пушистым полотенцем, наполняя комнату ароматом его геля и шампунем. От увиденного у меня потемнело в глазах, и я потерял сознание, чем перепугал своего брата и Мали.       С тех пор эта комната всегда заперта, но каждый раз, когда прохожу мимо неё, мне кажется, я слышу их голоса и шум льющейся воды в душевой.       Из моих мрачных воспоминаний меня вырвали восторженные крики сорванцов, которые прыгали вокруг больших коробок с подарками, принесённые прислугой из машины.       Племяшки, как истинные мальчишки, увлеклись мультиками про трансформеров и заболели ими. И, когда я в своей очередной поездке был в Сан-Диего, зашёл специально в детский магазин игрушек, то обнаружил превосходный подарок для своих любимых племянников. И, видя сейчас их с такими горящими глазами, в предвкушении скорее открыть коробки, которые были практически в их рост понял, что не ошибся с подарками.       Брат попросил прислугу отнести коробки в игровую, и малышня наперегонки бежала вверх по лестнице, чтобы быстрее открыть свои подарки. Мы всей компанией последовали за ней. Мне так хотелось увидеть их впечатление от того, что они увидят. И ожидания были оправданы, они были в восторге от двух больших ярких машин, которые к тому же превращаются в роботов.       Мальчишки начали визжать, и нам даже пришлось прикрыть уши от такого шума. Смотря на своих племянников, я оттаивал сердцем, и моя уверенность в своём решении росла - хочу также радоваться мелочам, которые обязательно будут рядом с Мью.       Оставив малышей в игровой, где они с таким увлечением изучали этих роботов, мы спустились в гостиную. Где устроились на уютных диванах, расположенных в центре комнаты возле большого камина, что придавал немного царственный вид гостиной.       Нам принесли прохладительные напитки и поставили их на стеклянный столик, который стоял в окружении мягких диванов. На стенах гостиной были развешаны картины, они были написаны маслом и акварелью, вдоль стен стояли небольшие стеллажи с разными фигурами и много цветов в больших вазонах.       — Галф, как твои успехи в учёбе? — начал разговор Рон.       — Отлично, я наконец-то закончил своё обучение.       Моя хорошая память и ум, доставшиеся мне от отца, позволили за год получить аттестат об окончании школы и в дальнейшем поступить в университет по управлению бизнесом, потому как мне рано или поздно придётся взять в управление мамину компанию. И я надеюсь всё-таки заняться тем, о чём мечтал, параллельно учась в школе искусств, в которой училась мама. И благополучно ее закончить две недели назад.       — Замечательно, ты молодец. Что планируешь дальше делать? — Рон с искренним восхищением в голосе радовался за своего брата.       — Спасибо, знаешь, пока не знаю чем займусь, нужно подумать, — все мои планы зависели от одного конкретного человека, с которым всё было на стадии: я готов, а что будет дальше - время покажет.       — Галф, я хочу чтобы ты остался и взял управление маминого канала в свои руки. Ты больше в этом понимаешь, и это твоё, и всегда было твоим.       Его никогда не покидает надежда в то что я наконец останусь на родине, рядом с ним, а не буду скитаться по миру, как неприкаянный.       — Рон, прости, я пока не готов взять на себя такую ответственность. Я всегда мечтал работать рядом с мамой, и она говорила, что однажды это всё станет моим, и я обязательно добьюсь великих успехов, если буду идти к цели, несмотря ни на что.       И через три года после трагедии, я вспомнил мамины слова и стал идти к цели, но уже без её поддержки. Но всё же понимаю, что ещё не готов к такому серьёзному шагу, не хочу разрушить то, во что было вложено столько маминых сил, просто не имею право.       — Хорошо, я не буду на тебя давить. Когда будешь готов - я всегда буду рядом и помогу тебе, поддержу.       — Спасибо, брат, что понимаешь меня и не требуешь быстрого решения, — я искренне ему за это благодарен. Будда, как я благодарен тебе за то, что ты послал мне такого прекрасного брата, — мысленно благодаря бога, я смотрел на своего брата.       — Галф, милый, как у тебя обстоят дела с Мью, вы уже познакомились? — спросила меня Мали, она всегда давала мне советы как сблизиться с Мью.       И я рад, что она и брат поддерживают меня ещё и в этом.       — Нет, не познакомились, но я принял решения больше от него не бегать.       — Это хорошая новость, осталось за малым, — обрадовались Рон и Мали.       Мы ещё о многом говорили, и я чувствовал себя так уютно среди своих близких, которые меня любят и понимают. Но после ужина, к которому присоединились Бум и его мама, мы, попрощавшись со всеми, и поехали в нашу холостяцкую квартиру.       В которой нас ждал сюрприз в виде очаровательной девушки, при взгляде на которую растерял всю свою мужественность Бум, превратившись в немую статую. Глядя на неё можно было понять его состояние: длинные волнистые огненного цвета волосы были убраны в высокий хвост, а один непослушный локон спускался на ее милое, словно кукольное, лицо. Я понял - мой друг поплыл в очередной раз.        Проходя в гостиную, я поприветствовал ту, которая заставила сердце Бума биться чаще.       — Здравствуй. Тебя зовут Нарин? — у неё от смущения порозовели щеки.       — Да, а вы Галф? — спросила, сильно смущаясь, девушка, не обращая никакого внимания на Бума, что меня крайне удивило. Ведь все девушки засматривались на него, но не это очаровательное огненное чудо.       — Да, я Галф, а эта статуя, которая стоит у порога, мой друг Бум. Вы первая девушка, перед которой у него отвалился язык, — и мы оба захихикали. Наш смех быстро привел Бума в себя, и он подошёл к нам.       — Здравствуй, милый ангел, ты так прекрасна, что я просто лишился дара речи от твоей красоты, — начал свою оду очнувшейся.       — Оооооо, ну началось, сел на любимого конька, мне здесь делать нечего, — подумал я и решил уже пойти в свою комнату, чтобы не мешать им, но тут произошло то, от чего уже у меня отвисла челюсть. Это очаровательное чудо с огненными волосами повернулось к Буму и с невозмутимым лицом произнесла.       — А ты всегда клеишь девушек такими тупыми подкатами? — она развернулась, махнув своей огненной гривой, и ушла.       Мы стояли ещё какое-то время, переваривая то, что произошло. Придя в себя, я похлопал Бума по плечу.       —Ну что, братан, тебя жестоко отшили, смирись.        Бум наконец очухался от шока. Ведь это первая девушка не растеклася лужицей при виде этого Дон Жуана, а почти послала лесом! Его лицо и улыбка меня немного напугали, он походил сейчас на одержимого и слегка сумасшедшего.       — Бум, с тобой всё в порядке? У тебя вид, словно ты сбрендил, — я как-то запереживал за него, вдруг его слегка коротнуло от шока. Но тут он немного пришёл в себя, положил свои руки мне на плечи и, глядя мне в глаза, наконец заговорил.       — Галф, кажется, я влюбился, — и блаженная улыбка озарила его лицо.       — Да, но ты наверное не понял: тебя только что отшили! — я был крайне удивлён услышанным, ведь сколько бы Бум не кадрил девушек, ни про одну он не говорил, что влюбился.       — Вот именно, это первая девушка, которая меня послала, а не повисла на моей шее. Я хочу с ней сблизиться и завоевать её! — его слова звучали с уверенностью.       — Ну что ж, брат, удачи тебе, а я спать, — я похлопал его по руке и отправился в свою комнату, оставляя Бума с мечтательно физиономией в гостиной.       Каждый раз, когда Бум встречает очередную девушку, у меня возникает мысль: если эта девушка - та единственная для Бума, то придётся мне уезжать одному. Я не посмею просить его поехать со мной, он и так ради меня многого лишился. Не хочу ставить его перед выбором.       С другой стороны, нужно решить вопрос с моими снами, и, возможно, я наконец сам смогу никуда больше не уезжать. А если ещё и Мью будет рядом, то это вершина моих желаний. Рассуждая обо всем этом, я отправился в ванную, чтобы принять душ и лечь спать.