Восхитительный Агриче

— Силвия, — сказал Касис, не задумываясь. — Нет! — выкрикнула девушка, но Рикон уже шагнул вперёд и, не обращая внимания на её сопротивление, потащил к выходу. Касис сжал зубы. Его лицо дрогнуло от боли, но он не шевельнулся. Крики сестры звенели в ушах. — Касис! — надрывно звала она, вырываясь, словно всё ещё верила, что он передумает. Он посмотрел ей вслед — и лишь шепнул губами: — Прощай. Дверь захлопнулась за ней с гулким стуком. В другой комнате её ждало то, что должно было переписать правду: ритуал, зелье. Всё так, как запланировано. Когда её найдут — где-нибудь в трущобах столицы, одинокую и сбивчивую — в крови всё ещё будут остатки того, что исказит воспоминания. Никто не поверит ей. Ни в ритуал, ни в подземелье, ни в брата. Её слова сочтут бредом, побочным эффектом зелья. Очередной поломанный Фиделиан. Очередная тень на репутации. А Касис просто закрыл глаза и молча ждал своей участи. Деон достал из надгрудного кармана сложенный пергамент — тот самый, что забрал у Гризельды, — и положил перед Касисом. Асиль протянул перо. Красивое, изогнутое, с отблеском воронова крыла — оно заставляло писать собственной кровью. Касис, с лицом каменным и пустым, взял перо и оставил подпись. Кровавая линия прорезала страницу, не дрогнув ни разу. Ни тени боли на лице, ни колебания. Подпись вспыхнула золотисто — и тут же угасла. Молчаливо Касис протянул пергамент обратно. Асиль, забирая, довольно улыбнулся, почти с лаской. — Вот так. Какая умница, — сказал он с насмешкой, как будто обращался к дрессированной собаке. Внутри Касиса всё кипело. Ему хотелось вцепиться в эту идеальную белую шею, сжать пальцы, почувствовать, как ломаются кости под кожей, как гаснет в глазах эта издевательская живость. Асиль Агриче вызывал ненависть просто своим существованием. Безупречный, подчеркнуто светлый, ухоженный до последней пуговицы. Глядя на него, невозможно было поверить, что этот человек способен на что-то отвратительное. И всё же — он мог. И делал это легко. Так, словно родился для того, чтобы ломать чужие жизни с изяществом придворного комплимента. В комнату вошёл слуга Асиля, Рикон кажется, со стопкой в руках. — Одевайся и пошли. *** — Матушка, — коротко кивнул Асиль, как только двери перед ним распахнулись. Деону хотелось исчезнуть прежде, чем это произойдёт, но в последний момент он всё же остался. Тепло разлилось по груди, когда старший брат улыбнулся ему. А потом взгляд Деона наткнулся на Касиса — и привычное отвращение мгновенно вытеснило всё остальное. Сиерра сначала встречала их с обворожительной улыбкой, но едва её глаза остановились на Касисе — лицо застыло в удивлении. Она замерла с букетом в руках, уставившись на молодого человека в форме Агриче. — Нравится? — с едва заметной насмешкой кивнул на него Асиль. — Что происходит? — прошептала Сиерра, и её пальцы крепче сжали стебли цветов. — Это мой вам подарок, — с видом великодушного хозяина сообщил сын. — Отец сказал, что ещё не настолько сошёл с ума, чтобы терпеть Синего выродка рядом с собой… и позволил мне выбрать его судьбу. Сиерра удивлённо перевела взгляд на Асиля. — Почему не Роксане? — Из вас двоих, — спокойно ответил он, — Роксана меньше всего нуждается в защите. Сиерра растерянно смотрела на Касиса. Пару раз открывала рот, будто хотела что-то сказать — и снова закрывала. Словно рыба, выброшенная на берег, хватая воздух, которого нет. Деон фыркнул, скользнув по ней взглядом. От этого зрелища его чуть не вывернуло. Но когда он посмотрел на Асиля — искренне, почти по-детски улыбающегося, так тепло, как будто перед ним стоял не пленник, а гость на балу, — внутри стало чуть спокойнее. Он знал: всё идёт по плану. И этот план выстраивал Асиль. — На колени, — шепнул Асиль, склонившись к уху Касиса, почти ласково. Синий ублюдок замер, но всё-таки подчинился. Медленно, нехотя, словно каждое движение причиняло физическую боль, он опустился на одно колено. Его взгляд был сухим, равнодушным, как пепел после пожара. Он смотрел на Сиерру снизу вверх, и даже сейчас в нём сквозило что-то гордое, упрямое. — Леди Сиерра, — произнёс он глухо, — я, Касис Фиделиан, клянусь всеми богами — старыми и новыми — что в любой момент отдам жизнь за вас. Он протянул руку, перехватил её пальцы. Его губы чуть коснулись кожи, быстрым, выверенным движением — скорее поклонился, чем поцеловал. Почти клюнул. И тут же отпустил. Деон смотрел, зная, чего это стоило. Знал, как бы Касис хотел сейчас плюнуть. Закричать. Разорвать всё, как цепь на шее. Но он стоял на коленях. Подчинённый. Щенок. И Сиерра это видела. Видела — и не понимала, что теперь он их. Не семьи. Не Роксаны. Не себя. Агриче. — Ты свободен… — растерянно произнесла Сиерра, будто сама не до конца верила в то, что сказала. Касис не стал переспрашивать. Он поднялся на ноги с облегчением, таким очевидным, что даже Деон это почувствовал. И уже шагнул к двери — — Жди снаружи, — спокойно бросил Асиль. Касис резко остановился. Поклонился. Так, будто каждый позвонок трещал под усилием воли. Сломанная спина, гордость, всё — в этот миг. А потом вылетел в коридор, будто боялся, что кто-то передумает. Смешной. Наивный. Всё ещё думает, что это — свобода. — Асиль, пообедаем вместе? — обратилась Сиерра к сыну, — Роксана вот-вот подойдёт. Асиль кивнул, легко, с теплом. Почти как обычный сын на обычной встрече. Деон уже собрался уйти — шаг назад, разворот, привычка исчезать, когда разговоры становятся семейными. Но зацепило. Резкий рывок за край плаща. Он удивлённо обернулся — и замер. Сиерра держала его. Пальцы, тонкие, сдержанно ухоженные, лежали на ткани. Не держали сильно — но не отпускали. — Останься с нами, Деон, — сказала она. Тихо. Не приказывая. Почти прося. И от этого — куда страшнее. Деон скривился, бросил быстрый взгляд на Асиля, но тот лишь пожал плечами давая выбрать самому. Дернув плечами, он все-же… остался. А мог бы развлечься тем, что проверял грани терпения синего ублюдка. Не успел он сесть за предложенный стул, как двери вновь открылись и на пороге появилась Роксана. Золотые волосы были собраны в причудливый низкий пучок, а чёлка закручена в локоны. На лице был умелый макияж, подчёркивающий рубиновые глаза. Зелёное платье подчеркивало её уже сформированнную фигуру. Роксана замерла на пороге, глядя на Деона и недоуменно приподняла брови. В ответ тот лишь криво усмехнулся. — Проходи, Сана, — улыбнулась ей мать, — Джереми к сожалению не может присоединиться. Он наказан. Роксана плавно вошла, будто скользя, точно кошка, уже не ребёнок, но ещё не до конца взрослая женщина. В её движениях было то самое равновесие, которого Деону иногда не хватало — между грацией и намерением. — Опять? — лениво заметила она, подходя ближе. — Что на этот раз? — Он слишком громко высказывался об Асиле, — буднично сообщила Сиерра, как будто речь шла о неубранной комнате, а не о гневных словах, которые могли стоить головы. Асиль тихо хмыкнул, откинувшись в кресле, глаза блеснули на миг — и погасли, как будто он сам был для Джереми уже свершившимся приговором. Роксана коротко глянула на старшего брата. — Удивительно, что он до сих пор жив. — Скажи это отцу, — буркнул Деон и откинулся на спинку стула, — У него на всех свои планы. Роксана остановилась возле свободного места и аккуратно села, сложив руки на коленях. Затем повернула голову к матери: — Ты правда приняла в дар кого-то из Фиделиан? — её голос звучал без осуждения, но с явным интересом, как если бы она спрашивала о новой породе хищника. Сиерра на мгновение замялась, потом кивнула: — Это... неожиданное решение. Но нужное. Так будет лучше для всех нас. Ты тоже скоро увидишь. — Надеюсь, он не пахнет отчаянием, — мечтательно сказала Роксана, поправляя локон. — Это всегда портит первое впечатление. Асиль рассмеялся тихо, почти искренне. — Поверь, Сана. Он пахнет чем угодно, только не отчаянием. Скорее... желанием убивать. Но сдержанным. Почти вежливым. Роксана слегка приподняла брови, словно оценивая будущую игрушку. — Значит, у меня появился новый питомец? Деон фыркнул: — Это тебе не щенок. Он может укусить за горло, если не уследишь. Роксана мягко улыбнулась: — Тем интереснее. — Касис больше не твоя игрушка, — вмешался Асиль. — Поиграла и с тебя хватит. Роксана недовольно нахмурилась, бросила ещё один взгляд на Деона и удержалась от комментариев. — Я была уверена что Силвию Фиделиан разберут на органы, — сменила девушка тему на не менее провокационную. — У неё взяли достаточно крови и образцы слюны, — холодно отозвался Асиль, — С неё хватит. — Мне не дали допуска к ним. — Я велел не пускать. Роксана возмущенно уставилась на брата. — То есть Шарлотта может заходит куда хочет и когда хочет, а я - нет? — удивлённым тоном спросила девушка. Асиль отложил прибор, потеряв интерес к еде. Деон же наоборот взял в руки бокал сока (где вино спрашивается?), которую до этого игнорировал. В семейке Асиля никогда скучно не бывает. — Шарлотта не лезет не в свое дело и не мешается под ногами, — резковатым тоном ответил ей старший брат. Роксана поджала губы, на мгновение её лицо стало совсем взрослым — жестким, упрямым и в чём-то даже опасным. — Понятно, — медленно произнесла девушка. — Значит, я — помеха. А она — полезная вещица. Какой ты всё-таки, Асиль, практичный. — Рад, что ты начинаешь понимать, — отрезал он без тени усмешки, — Особенно теперь, когда на тебе не лежит ответственность. Не пытайся играть не по своим картам. — А если я всё равно сыграю? — едко бросила она, и между ними повисло напряжение, такое же тонкое и холодное, как клинок. — Тогда проиграешь, Сана, — мягко, почти ласково сказал Асиль, — Я в этом мастак. — Перестаньте, — устало проговорила Сиерра, отставляя бокал. — За обедом нет места перебранкам. Не сегодня. Роксана отвернулась, её взгляд зацепился за окно. Прядь золотых волос скользнула по щеке. — Как скажешь, мама. Деон медленно, с ленцой потянулся к кусочку мяса: — Могу напомнить, кто из нас должен был быть вежливым и тихим мальчиком при матери. Я или вы оба? — он хмыкнул. — А ведь ещё даже не вечер. Сиерра вздохнула, слегка потерев виски, как будто сдерживала головную боль. — Может, мне тоже стоит попросить себе питомца, чтобы хоть кто-то в этом доме выполнял команды? Асиль улыбнулся почти весело. — Можешь взять Джереми. Он теперь много свободного времени проводит в одиночестве. И только Деон заметил, как в этот момент за дверью проскользнула тень — Касис. Он, похоже, всё слышал. Или хотя бы достаточно, чтобы сделать выводы.