Восхитительный Агриче

Поцелуи были глубокими, отчаянными. Деон держался мёртвой хваткой — его пальцы впивались в плечи и волосы так, будто он хотел раздавить, лишить дыхания. Когда он наконец оторвался от губ, голова тяжело откинулась назад, а хватка чуть ослабла. — Ублюдок… — прошептал он устало, будто выдыхая остаток сил. Асиль лишь усмехнулся. Он дождался этого — момента, когда младший сбросит ярость и обнажит усталость. Теперь он мог безмолвно разглядывать беспокойное лицо: дрожащие губы, опухшие от поцелуев, хмурые брови. Наклонился и легко сцеловал солёные линии с бледной кожи. — Лучше? — прозвучало мягко, почти заботливо. — Хуже, — выдохнул Деон, стиснув зубы. Асиль тяжело вздохнул, будто разочарован. Его пальцы мягко взяли подбородок младшего, разворачивая лицо на себя. Глаза в глаза, близко, так, что дыхание горячо касалось кожи. — Если бы здесь была Шарлотта, — он говорил лениво, но слова проникали глубже яда, — я бы уложил её спать. Уже поздно. Просто охранял бы её сон… он у неё плохой в последнее время. На губах Деона дёрнулась судорога, пальцы вцепились в простыни, но он молчал. — А на тебя у меня совершенно другие планы, — голос скользнул ниже, стал вязким. Брюнет не дрогнул, только сильнее впился ногтями в ткань. — Я доверил бы тебе самое важное. Потому что знаю: ты справишься, — продолжал Асиль, как искуситель, подбирая каждую интонацию. — Но Шарлотте я бы не доверил даже малейшего риска. Красные глаза сверкнули, но не отвели взгляда. — Я могу бросить тебя в самое сердце врага — и быть уверен, что ты выживешь, — его взгляд скользнул к чужим губам. — Но её я не подпущу даже к тени опасности. — Потому что считаешь её слабой? — выдавил Деон, губы дрогнули. — Потому что считаю её Шарлоттой, — без паузы ответил Асиль. Его палец скользнул по губам младшего, почти играючи. — Я могу ударить тебя за ошибку. Но на неё… даже не посмотрю с этой мыслью. Каждое слово врезалось, словно нож. — Я могу взять тебя прямо здесь, как захочу и сколько захочу, — произнёс он почти шёпотом, — но убью любого, кто посмеет втянуть её в подобное. Деон нахмурился, стиснув челюсть так, что скулы заострились. — Потому что она дороже? — почти сорванный шёпот. Улыбка Асиля была медленной, ленивой. — Потому что она для меня совершенно другое. Он отстранился, оставив пустоту, в которую упали все сказанные слова. Деон молчал, будто перегорел. Его пальцы медленно разжались, выпуская брата из крепких объятий, но тело оставалось рядом. Уйти он не мог. *** Асиль молча разглядывал едва заметный след на щеке Шарлотты, старательно перекрытый макияжем. Белила убрали бы полностью, но она ими благоразумно не пользовалась. Девушка зашла на завтрак, игнорируя молчаливо трапезнающего Деона. Он не проронил ни слова с того разговора, не спал, но лежал рядом. Асиль старался затащить его в обьятия, но он молча отстранился. Настаивать не было смысла. — Я вкурсе вчерашней ситуации, — начал блондин, откидываясь на спинку кресла. Шарлотта приподняла брови, мысленно прикидывая как влетело Деону за это. И была не прочь посмотреть на это, но её напрягало спокойствие брата. — Ты сама виновата, — эти слова прозвучали как гром среди ясного неба. Две пары глаз уставились на него с таким удивлением, словно под копирку. — Я уже говорил тебе не провоцировать его. — Но… — Хватит, — оборвал Асиль, не дав начать. — Не буду говорит тебе извинится, ты все равно этого не сделаешь. Но на будущее - не говори слов, за которых не сможешь ответить. Девушка застыла, пораженная. Асиль… не встал на её сторону? В голубых глазах не было и капли мягкости. Она перевела ошарашенный взгляд на Деона, но он тоже смотрел на него не менее пораженный. Значит не его рук дело, он сам не ожидал. — Брат… — Давайте просто позавтракаем, мне пора уже выезжать. Вернусь через пару недель, присмотрите за Роксаной и Рантом. *** — Вы подумали над моей просьбой? — робко спросила Сильвия. Она прекрасно знала, как действует на мужчин её невинный вид: трепет ресниц, застенчивая улыбка, лёгкий румянец на щеках. Маска ангела, за которой прятался холодный расчёт. Кастор Резак не сразу заметил её появление — слишком глубоко ушёл в собственные мысли. Хотя именно он разрешил впустить девушку. Медленно перевёл взгляд и какое-то время не понимал, чего она хочет. Ах да… — О деятельности Агриче на чёрном рынке? — уточнил он, и, получив кивок, нехотя добавил: — На днях говорил с одним работорговцем. Он пока молчит. Слишком хорошо знает: Агриче — не те, с кем стоит ссориться. По лицу Сильвии скользнула тень досады. Она слишком долго копала под Чёрных, собирая крохи компромата, а результат всё ещё ничтожен. Эти демоны умели заметать следы и внушать страх так, что подчинённые предпочитали молчать, чем умирать. Кастор, будто устав от темы, махнул рукой и подозвал девушку. Мягко перехватил её ладонь, коснувшись губами. Когда поднимал голову, взгляд невольно зацепился за тонкое аметистовое колье на её шее. Цвет вспыхнул в памяти — и тут же накрыло воспоминание. Длинные каштановые волосы. Острый, цепкий взгляд из-под ресниц. Давление холодного лезвия в девичьих руках. Дерзкие слова, древесный аромат духов — слишком смелый для женщины. Острый ум, доводящий до белого каления. На миг Сильвия перестала существовать. В её лице ему чудился лишь отблеск другой — той, кто умел изматывать и восхищать одновременно. Он встретился с девушкой взглядами и едва заметно нахмурился. На короткий миг ему стало жаль, что глаза у неё не фиолетовые. — Господин Кастор? — подала голос Фиделиан. Ей не нравился этот взгляд молодого мужчины. Карие глаза стали мутнеть, и теперь смотрели куда-то сквозь неё, словно её и вовсе не было. Да и эта тень разочарования на его лице. Оно не от того, что он не выполнил её просьбу. Нет. Оно от того, что перед ним — Силвия, а не кто-то другой. Силвия научилась различать людей. Кто эта женщина, что занимает его мысли? Что вытеснила из его мыслей её? Разве не молодая принцесса Фиделиан - его желанный трофей? Она так долго обхаживала нужных людей, давала тень надежды, чтобы все было как она хочет. Чтобы исчез этот дом, отнявший у неё брата. — Да? Простите… задумался, — моргнув, Фиделиан вновь стал собранным и отпустил её руку, словно потерял интерес. — Вам не о чем беспокоится, принцесса, я все сделаю. Силвия не верила ни на грамм. Не ради неё он старается. Ради другой. Нужно выяснить кто это. *** Гризельда, прикрываясь устареванием чар, добилась разрешения заняться их улучшением. Как только Рант дал позволение, она будто окрылилась: работала день и ночь, не чувствуя усталости. На первый взгляд всё выглядело просто: обновить защиту, заменить старые руны на новые, сделать их функциональнее и мощнее. Но в плетении она оставляла тонкие узлы, скрытые лазейки. Когда придёт её час — они сомкнутся, словно стальная мышеловка. И тогда Рант Агриче окажется заперт в четырёх стенах, без права выхода. Его нельзя недооценивать. Он выжил в прошлом поколении, устроил переворот, перекосил вслед за отцом всех братьев и сестёр. Даже Асиль, с его хищной уверенностью, не позволял себе забывать об этом — и принимал меры предосторожности. С последней миссии Деон привёз редчайшие магические камни, древние фолианты, артефакты. Асиль без колебаний отдал всё ей — щедро, как всегда благодарил за помощь. Совсем не так, как Рант, для которого усилия были лишь должным. Гризельда склонилась над магическим камнем, и усмешка тронули её губы. *** Деон неспешно подошёл к главе охраны дома. Сэр Харрон Орг — уже не молодой, но всё ещё высокий и крепкий. Когда-то именно он учил его держать копьё, хотя Деон всегда предпочитал меч. Харрон настаивал, что молодой господин обязан владеть всеми видами оружия — и доказывал свою правоту блестящим мастерством. Но Орг был не только воин. Маг, приручивший адских гончих, управляющий ядовитыми силками, что дежурили вокруг поместья. Он один сумел превратить фонтан в центре сада в изящную декорацию и систему сигнализации одновременно. Возможно, Деон уважал бы его. Если бы не одно «но»: слепая преданность Ранту Агриче. С этим нужно было кончать — до возвращения Асиля. Брюнету хотелось сделать брату подарок. Их ссоры участились, но завтрак оставил в его сердце странное тепло: Асиль впервые встал на его сторону, а не на сторону Шарлотты. Лицо сестры в тот миг — растерянное и обиженное — доставило Деону редкое удовольствие. Лишь позже он понял, что Асиль сделал это специально. Понял — когда брат прижимал его к холодной стене, целуя так, что в голове не оставалось ни одной мысли, только жаркое тело напротив и сдавленный стон в горле. И теперь — Харрон. Последняя преграда. — Наставник, — с усмешкой поздоровался Деон. Харрон перевёл на него взгляд. Холодный ветер трепетал его тяжёлую форму. — Сколько лет прошло с тех пор, как вы называли меня так в последний раз, молодой господин? — спросил маг, делая глоток из своей фляги. Он был жутким параноиком, поэтому пил исключительно из своей фляги. Сложно сказать, плюс это или минус. — Вам что-то от меня нужно? Догадливый старик не скупился на спокойное поведение и лестное обращение. — Сколько лет вы служите моему отцу? Десять? Пятнадцать? — с каждым названным числом Деон подходил ближе. — Двадцать пять, — спокойно ответил маг. — Я верно служу ему больше, чем вы живёте. — И как вам служба? — Не жалуюсь. Каждый ответь был лаконичен, сдержан, и не выражал никакой эмоций. Один из немногих людей, которых Деону тяжело читать. — Неужели? Никогда-никогда? — с иронией уточнил парень. — Вам не было неприятно смотреть, как умирает мой дед? А вы ведь и ему служили. Так же верно, как моему отцу? Харрон устремил в его сторону ледяной взгляд, земля под ногами словно покрылась инеем. Воздух между ними застыл. — Лорд Рант взял свое по праву сильного. Мир всегда будет таким - сильные на вершине, слабые подчиняются их воле. Он сделал ещё один глоток из своей фляги, словно ему пересушило горло. — Право сильного? Так вы говорите себе по ночам? Так оправдываете свое предательство? — Следи за языком, мальчишка! — наконец в его голосе подскользнула хоть одна эмоция. Гнев. — Когда Асиль станет следующим лордом Агриче, вы ему уже будете без надобности. Так чего тянуть? Харрон нахмурился на этот выпад. — Асиль? Так ты говоришь даже не от своего имени, щенок? — усмешка скользнула по бледным губам. — Вот твоя разница с отцом. Он менял мир под себя, а ты стелишься под чужака. Деон на это лишь наклонил голову в бок, глядя как любопытная ворона на будущий труп. — Думаете, меня этим можно задеть? Наоборот, я рад максимально отличаться от этого ублюдка, — он лениво зевнул, словно подавляя усталость. — Впрочем, вам то с этого что? Следующего лорда Агриче вы уже не застанете. — Ты не одолеешь меня, щенок. — Может быть, в бою оно и так, — покладистым тоном согласился юноша. — Но кто об этом говорит? Ведь можно отравить вашу флягу. Взгляд Харрона от этих слов тут же устремился к кожаной посуде в своих руках. — Дождаться, когда вам станет хуже. Мир перед глазами старика на миг поплыл, сухость во рту лишь увеличилась, словно он не пил столетиями. — И вовремя убрать улики. Деон резким движением выхватил флягу из ослабевших рук, и достал из кармашка сумки на бедре точно такую же, вплоть до последней потертости. — И так получается, что у старика постоянно практикующего далеко не светлую магию отказало сердце. Харрона начало трясти, и он беспомощно махнул рукой, вызывая своих дьявольских силков. Но магия почему-то не сработала, хотя ему пока хватало на это сил. — Под ноги взгляните. Маг тут же опустил голову, заметив что «инеи» были вызваны вовсе не им. Они сверкали руническими символами, которые и подавляли его силы. А потом померкли, исчезли, словно их и не было. Остались лишь инеи. — Вам привет от Гризельды. Она хорошо постаралась. Жаль только… Болтовню юноши он уже не расслышал, без сил падая прямо на каменную дорожку. Деон цокнул, опустился на одно колено и спрятал фальшивую флягу в складах одежды. И скрылся в тени сада так же быстро, как появился тут. Скоро его найдут слуги и поднимут шум. В это время Деон будет уже далеко за пределами дома. Официально на миссию он выдвинулся ещё в пол день. Никто не сможет связать убийство с человеком, который должен находится в нескольких милах отсюда. Асиль будет доволен.