Глава 2
9 декабря 2022 г., 09:59
Почему, как только появились хоть какие-то намеки на улучшение, в конечном счёте всё будто бы вернулось к самому началу, когда Вайсс снова увидела Руби? Она так надеялась, что, заставив Руби поесть, та наконец откроется и перестанет избегать людей, но отнюдь. Будто бы тот предыдущий разговор даже не происходил, и она осталась всё такой же подавленной маленькой девочкой, какой была до этого. Это очень раздражало, но тем не менее Вайсс старалась держать свой гнев при себе, понимая, что Руби пережила огромную травму и, скорее всего, восстановится очень нескоро.
Вайсс заставляла Руби есть по нескольку раз в день, и ей даже удалось заставить её принять душ. Между тем она шустро поменяла грязные и мерзкие простыни. Хорошо было видеть Руби чуть более активной, чем обычно, но в то же время и больно, ведь она представляла собой лишь ходячую тень себя прежней. Они редко разговаривали, однако Вайсс все же надеялась, что её присутствие в комнате помогало Руби в её восстановлении.
Блейк же, в свою очередь, с того самого дня стала к Вайсс ещё враждебнее. Она полностью игнорировала Вайсс, даже когда та попыталась извиниться за то, что так сорвалась. Неужто эта Блейк не понимала, что получать извинения от Вайсс, на секундочку, наследницы Праховой Компании Шнии, очень даже великая честь? Блейк внимания не обращала и каждый раз проходила мимо, и вскоре Вайсс начала делать то же самое в ответ. Теперь даже с виду не скажешь, что когда они были друзьями — они вели себя так, будто глубоко друг друга ненавидели.
Дни шли своим чередом, и вскоре стукнуло уже как две недели со смерти Янг. Её похороны должны были состояться на следующей неделе. Вайсс догадалась, что, наверное, это было связано с тем, что её родители до сих пор не прибыли в Мистраль и их, должно быть, задержали какие-то дела, однако даже с этим организация похорон порядком затянулась. Вайсс была рада, что в мире существует такая вещь, как ледяной прах, а потому с сохранением тела Янг не возникло никаких проблем. Если так подумать, в какой-то степени задержка пришлась очень кстати, ибо Руби не могла даже элементарно ходить, да и видеть её разбитую на похоронах Вайсс тоже очень не хотелось.
Однажды её и Блейк вызвали в кабинет Озпина. Они стояли перед мужчиной, а он в свою очередь молча глядел на них. Девочки нисколько не нервничали под его зорким взглядом, и наконец, он чуток расслабился.
— Как вы?
Что за нелепый вопрос. В Вайсс поднялось раздражение, однако она не решилась озвучить свое мнение, тем более этому человеку, и лишь ответила:
— Хорошо.
— Нормально, — последовал ответ Блейк.
Вайсс стало интересно, понимал ли Озпин, что они обе лгали. Скорее всего так и есть, учитывая, что они пережили, однако спросить она не осмелилась. Вместо этого она лишь невозмутимо смотрела ему в глаза, сложив руки за спиной и стараясь как можно сильнее выпрямиться.
— Примите мои соболезнования. Когда до нас дошли новости о том, что произошло, я лично почувствовал ответственность за это, и теперь хочу сделать всё, чтобы загладить свою вину, — он сделал паузу. — Как поживает Руби?
— А вы как думаете? — сорвалась Вайсс, затем глаза её расширились. — Ой, то есть...
— Нет, нет, всё хорошо, — Озпин махнул рукой. — Я задал нелепый вопрос. Полагаю, я не должен удивляться тому, что сейчас ей тяжелее всего, учитывая, через что она уже проходила ранее.
Вайсс хотелось узнать об этом поподробнее — когда Руби пыталась разбудить Янг в тот день, Вайсс слышала, как она упомянула свою маму. Никто ей так ничего и не объяснил, и видимо в ближайшее время пока не объяснит.
— Ей... очень тяжело. Она даже толком не функционирует, — объяснила Вайсс.
— Понимаю, — лицо Озпина не изменилось, и он лишь откинулся на спинку кресла. — Думаю, мне пора объяснить причину, по которой я вас сюда вызвал.
— Было бы неплохо, — кратко сказала Блейк, наотрез отказываясь смотреть на Вайсс.
— Проще говоря, когда с командой происходит подобный инцидент, — он явно сморщился от слова «инцидент», но затем слегка встряхнул головой, чтобы продолжить. — Мы предлагаем несколько вариантов того, что можно сделать. Учитывая нынешнее состояние Руби, у вас обоих отсутствуют напарники. Мы можем сделать следующее — сделать напарницами вас...
— НЕТ! — воскликнула Вайсс. — Я отказываюсь быть с ней напарницами!
Озпин ничего не сказал, хотя он явно был утомлен.
— Хорошо. Тогда варианта два — я могу переназначить вас в две другие команды, в которых тоже отсутствуют люди, или же вы можете остаться в своей команде и подождать замены.
— Я хочу перейти в новую команду, — ответила Блейк сразу, как только Озпин закончил говорить.
Вайсс сжала челюсти. Она обрадовалась тому, что Блейк хотела уйти, однако в то же время забеспокоилась, как отреагирует Руби на такую новость. Она посмотрела на Озпина и увидела его выжидающий взгляд, на что потрясла головой.
— Моя напарница всё ещё со мной, поэтому мне не нужно искать замену. Если вы сможете найти пару, которая могла бы вступить в нашу команду, то я буду очень признательна.
Озпин перестал хмуриться и посмотрел на неё более сдержанно.
— Мисс Шнии, не так уж и редко происходит такое, что студенты покидают нашу академию после смерти своих друзей — в этом случае, родственников. Если Руби не выйдет из этого состояния и впредь, мы будем вынуждены начать рассматривать другие варианты.
— Почему вы раньше этого не сделали? — спросила Вайсс.
— Мы всегда даем нашим студентам время на то, чтобы прийти в себя. Будучи охотником, ты вынужден быть свидетелем смерти многих людей, в этом заключается сама сущность этой профессии. Это не пессимизм — просто такова наша работа. Печально, когда подобное происходит, пока вы лишь вживаетесь в эту роль, однако в какой-то степени это даже своего рода тест. Если ты не способен выдержать это, то ты вряд ли готов стать охотником.
— Да у неё сестра УМЕРЛА! — прокричала Вайсс. — Вы правда ожидаете, что она вот так возьмет и придет в себя за неделю?!
Озпин потряс головой.
— Нет, — спокойно ответил он. — Если она вправду не перенесет это, то её исключат, но потом она сможет вернуться, когда захочет. Да, у неё будет новая команда, но с этим ничего не поделаешь.
— Это... — Вайсс отвела взгляд. Сердце её сжалось, она не хотела новую напарницу. Её полностью устраивала Руби. — Я... понимаю.
— Раз вы не хотите, чтобы это произошло, то скажу вот что: я даю ей ещё одну неделю. Если я посчитаю её неспособной продолжить здесь учебу, она будет исключена. Вы должны воспользоваться отведенным временем и помочь ей встать на ноги, если хотите остаться с ней напарницами. Вы готовы попробовать?
— Да, — не раздумывая, ответила Вайсс, удивляя своей уверенностью даже саму себя. — Я сделаю это. Руби моя подруга и я просто не могу её видеть в таком состоянии... — она слегка покраснела, осознав, что сказала это вслух, но всё же продолжила. — Нам всем очень больно, но за неделю я сделаю все возможное, чтобы она смогла продолжить учебу.
Озпин наконец улыбнулся.
— Я рад, что есть хоть какая-то искра надежды, — он посмотрел на Блейк. — Понадобится неделя, чтобы определить вашу новую команду и напарника, поэтому, если хотите, можете пока спать в гостевой комнате, поскольку вы больше не являетесь частью команды RWBY.
— Я буду в гостевой комнате, — невозмутимо ответила Блейк.
В Вайсс вновь поднялся гнев, однако вместе с этим и другая эмоция — страх. Она и понятия не имела, как Руби отреагирует на то, что Блейк ушла из её команды. И тем не менее она была вынуждена ей об этом рассказать, ибо скрывать это пользы не принесет, особенно, если Руби узнает это от кого-то другого. Она набралась твердой решительности и кивнула Озпину, покинув вместе с Блейк его офис.
***
В ночь того же дня Вайсс зашла в комнату и окинула взглядом кровать Блейк. Все её вещи уже были собраны, хотя прошло всего пару часов — видно ей совсем уже было невтерпеж уйти. Она злостно смотрела на её кровать, но затем повернулась к кровати Руби и смягчилась. Как она собирается это ей объяснить? Ещё хуже — как она собирается помочь ей всего-то за неделю? В разговоре с Озпином она искрилась такой уверенностью, но теперь, вернувшись в свою комнату, осознала, что и представления не имеет, что делать. — Руби? — окликнула она её в надежде, что девушка что-нибудь ответит. И, как обычно, тишина. — Руби, нам нужно поговорить, ты можешь мне ответить? Вайсс почувствовала волнение, когда заметила, как Руби задвигалась и затем посмотрела на неё сверху вниз. — Как ты? — так она её приветствовала каждый раз, однако за этими словами не было никакой жизни, тепла. Под взором её мертвых, пустых глаз Вайсс проглотила комок в горле. — Руби... Я сегодня виделась с профессором Озпином, он хотел поговорить со мной и Блейк насчет того, что делать дальше, — объяснила Вайсс. Руби не потрудилась ответить, потому она продолжила: — Он... Он спросил, хотим ли мы уйти в другую команду. Руби хлопнула глазами и отвела взгляд. — А... — Я остаюсь, — быстро сказала Вайсс. — А Блейк... она ушла. — Вот как... — пробубнила Руби, повернула голову, а затем легла обратно. — Руби... — Вайсс нахмурилась, пытаясь придумать, что сказать. — Ты... Что? В порядке? Конечно же она не в порядке! Хотя, что ещё она могла сказать или сделать, чтобы улучшить ситуацию?! Она долго и усердно думала о том, как сама справлялась с похожими проблемами, но, опять же, в голову ничего не приходило. — Что-ж, думаю, нам пора спать. Вайсс в поражении вздохнула и продефилировала к своей кровати. Села и взглянула на свой шкаф. Нужно было переодеться, и, хотя с этой целью она привыкла ходить в ванную комнату, сейчас это не было проблемой. Руби дальше своей кровати никуда не уходила, так что Вайсс могла уединиться прямо здесь и спокойно переодеться в пижаму. На секунду она подумала, стоит ли пойти за едой, но сразу отмахнулась от этой идеи, решив, что не особо голодна. Вайсс легла и уставилась на верхнюю кровать, чувствуя себя опустошённой. Её ждала очередная бессонная ночь... Она перевернулась на бок и попыталась заснуть, однако тщетно. Часами она не могла сомкнуть глаз, множество мыслей крутилось у неё в голове и с каждой секундой вызывали в ней всё больше и больше беспокойства. Она так погрузилась в мысли, что не сразу заметила, как Руби слезла со своей кровати. Видимо, она собиралась в ванную комнату, так что Вайсс ничего не сказала и продолжила свои попытки заснуть. Как и ожидалось, дверь в ванную хлопнула, тем самым подтверждая её догадку. Шли минуты, и Вайсс стало интересно, сколько времени Руби там собиралась провести. Обычно это занимало десять минут, но вот сейчас... Вайсс приподнялась и посмотрела на дверь в ванную. Руби очень сильно задерживалась. Десять минут... Вайсс посмотрела на время. Руби уже слишком долго не выходила из ванной, и это начало весьма тревожить. И всё-таки это было не её дело, так что она закрыла глаза и вновь попыталась заснуть. Ещё десять минут. Вайсс не могла заснуть и теперь порядком заволновалась. Она вздохнула, скинула ноги с кровати, встала и за пару больших шагов оказалась прямо у двери в ванную. Она не понимала, зачем это делает, но лучше перестраховаться. Она постучала. — Руби, у тебя всё хорошо? Что-то ты долго не выходишь. — Ещё один стук. — Руби? Руби была не самым разговорчивым человеком на этой неделе, но, если Вайсс упорно добивалась ответа, та ей обычно отвечала, однако сейчас... Сердце охватил липкий страх, но она заставила себя сделать глубокий вздох. — Руби, если ты сейчас же не ответишь, я открою дверь. Она положила руку на дверную ручку, ожидая ответа от Руби, чтобы потом со спокойной душой вернуться и лечь спать. Увы, ответа не последовало, так что, в очередной раз вздохнув, она повернула ручку. Красный. Красный цвет был на раковине, полу и... Нет... Стоп, это... Да это же... кровь. Вайсс вытаращила глаза. Руби лежала на полу лицом вниз, без сознания, руки её были вытянуты вперед, а запястья покрыты многочисленными порезами. Перед Вайсс возникли воспоминания о том, как умерла Янг — вот только на этот раз на её месте была Руби. Она смотрела, казалось бы, вечность — кровь ручьем вытекала с ран прямо на пол. Вайсс начала незамедлительно действовать. Она ринулась к Руби и села на колени, в процессе запачкав свою пижаму в крови, но значения она этому не придала. — Блять! Руби! Да что тебе в голову взбрело?! — воскликнула она, в страхе осматривая девушку. — Прошу... Дыши, прошу... Она приложила палец к её шее и в эмоциях едва ли не закричала, когда почувствовала пульс. — Не сейчас... Нужно ещё кое-что сделать... — пробормотала она, оглядывая помещение. Окровавленное лезвие, которое Руби использовала — где она вообще его достала?! — лежало на полу возле её рук. Вайсс его подняла и выбросила в корзину, затем взяла полотенце, намочила в раковине и прижала к порезанным запястьям. Вытирая красную жидкость, она обрадовалась, когда увидела, что порезы не были столь глубокими, какими казались на первый взгляд. Тем не менее они сильно кровоточили, так что Вайсс прижала полотенце сильнее. — Вайсс?.. — промямлила Руби, посмотрев на Вайсс из под полуопущенных век. — Ты... что делаешь? — Что я делаю? — спросила Вайсс, губы её затряслись от гнева. — Да ты... КАК ТЫ СМЕЕШЬ ТАКОЕ СПРАШИВАТЬ?! — закричала она, от чего Руби вздрогнула. — Это блять ты что делаешь! Ты... Ты пыталась убить себя! Дура тупая! Почему ты это сделала?! Руби прикрыла глаза. — Потому что... я плохой лидер... — прошептала она. — Из-за меня убили Янг, Блейк теперь тоже уходит, и я ничего не могу с этим сделать... Я ничтожество... — И поэтому ты пыталась убить себя?! — вновь воскликнула Вайсс. — Руби! Ты... Гр-р! — Она крепко зажмурила глаза, пытаясь сдержать слезы. — Да ты хоть понимаешь, как я испугалась? — Почему? — спросила Руби с такой откровенной растерянностью, что Вайсс разозлилась ещё сильнее. — Почему?! Потому что ты моя подруга! Если бы ты умерла, как бы я себя чувствовала?! — спросила Вайсс. — Мы уже потеряли Янг, мы не можем потерять и тебя тоже! — Но я же ничтожество... — повторила Руби. — Я... Я постоянно всё порчу... Вайсс продолжала вытирать кровь, как вдруг встала, шустро достала немного марли и перекись водорода из полки над раковиной и вновь села обратно. — Ты не ничтожество, Руби, просто на тебя слишком много всего навалилось. Всё наладится, но ты не можешь такое делать с собой! — Но это моя вина... Всё-всё-всё моя вина! Янг не должна была умереть... Всё из-за меня! — проскулила Руби. Она сморщилась, когда Вайсс начала промывать раны перекисью. — Я убила её! — Руби! Ты. Не. Убивала. Её, — Вайсс прорычала каждое слово. — Ты поняла? — Нет... — Руби всхлипнула. — Она умерла из-за меня... — Ты прирезала её, пока мы не смотрели? — спросила Вайсс, вытирая перекись. — Ты так и сделала? — Нет, но... — Руби, замолчи, — спокойно сказала Вайсс. — Она сделала это добровольно. Да, ты совершила ошибку, но Янг не могла не принять на себя удар и позволить тебе умереть — она сделала это, потому что любила тебя. — Но если бы я не позволила себе оказаться в такой ситуации, этого бы не произошло... — Но ты ОКАЗАЛАСЬ в этой ситуации, хватит думать о том, что могло произойти! Если бы Янг не спасла тебя, думаешь, ей было бы от этого хорошо?! Ей было бы легче?! — вопрос повис в воздухе, она встряхнула головой. — Да она бы делала абсолютно то же самое — сидела бы и ныла! Руби закрыла лицо руками. — Но... я... я так по ней скучаю... Прямо как с мамой... Очередное упоминание её матери. Вайсс бережно взяла одну из её рук и начала забинтовывать. — И что, теперь ты убьёшь себя? — спросила Вайсс. — Я... Я не могу так больше... — проскулила она. — Я не хочу больше себя чувствовать виноватой! Я хочу, чтобы это прекратилось! — То есть ты хочешь, чтобы жертва твоей сестры пошла коту под хвост? — спросила Вайсс, слишком резко, чем хотелось, но по крайней мере Руби перестала плакать, хоть и на секунду. — Я вижу её каждый раз, когда закрываю глаза, — прошептала она, слезы вновь полились по щекам, в то время как Вайсс уже закончила забинтовывать её другое запястье. — Я вижу, как она умирает с этой лапой гримм в груди, чувствую на себе всю эту кровь... Я вся в крови... Она посмотрела на свои руки и затем начала скрести лицо. — Она не уходит... что бы я не делала... Вайсс удивилась резкой смене темы, однако за последнюю неделю Руби говорила так мало, что она решила её не останавливать. — Руби, на тебе ничего нет. — Нет... есть... — возразила она. — Она повсюду, я это чувствую! Янг сердится на меня! Она не хотела умирать, и теперь будет вечность напоминать мне об этом! — Успокойся, — прошептала Вайсс, помогая девочке встать. — Янг не будет тебя преследовать или ещё что. Да даже если бы такое и было, она бы наоборот пришла, чтобы подбодрить и утешить тебя. Вайсс попыталась улыбнуться, однако настроение Руби нисколько не улучшилось. — Прости меня... — она вытерла глаза. — Я просто хочу, чтобы это всё закончилось... прекратилось... — руки её затряслись и распластались по полу, — пусть это прекратится.... Вайсс сощурилась и крепко схватила её за руку. — Хватит, — потребовала она, и Руби подчинилась. — Больше НИКАКИХ лезвий, поняла? — Но... скоро... я останусь совсем одна... Мама ушла... Янг ушла... Блейк ушла, и ты тоже уйдешь, и я останусь одна... — Руби закусила нижнюю губу, чтобы подавить плач, но это не помогло. — Я не уйду, — прошептала Вайсс. — Ты не слышала, что я сказала? Я отказалась переходить в другую команду. Я хочу остаться с тобой. Руби замерла, а затем посмотрела на Вайсс широкими, полными надежды и слез глазами: — П... Правда? — Тупица, ну конечно! Я не хочу, чтобы кто-то ещё был моим напарником! — она щелкнула её по лбу. — К тому же, бросать тебя так легко я не собираюсь, так что будь, пожалуйста, обо мне более высокого мнения. Губы Руби вытянулись в ухмылку, несмотря на слезы. — Т-Ты серьезно? — Да! — раздраженно воскликнула Вайсс. — Я говорю это на полном серьезе! Как до тебя не дойдет! — Спасибо... — прошептала Руби. Улыбка исчезла, а по щекам потекло ещё больше слез. — Н-Не думаю... что я смогу ответить т-тем же... Я... — она снова начала рыдать, прикрыв руками лицо. — Я не знаю, что делать... — Для начала ты пойдешь спать, — ответила Вайсс. — Встать сможешь? — Я не хочу спать, — по-детски буркнула она, развалившись на полу ванной комнаты. — Иди без меня. Я пойду, когда сама захочу. Краткая вспышка гнева заставила Вайсс схватить Руби за руку и дернуть её к себе. — Ты принимаешь меня за какую-то идиотку, а, Руби Роуз? Хочешь, чтобы я оставила тебя одну, и ты могла снова порезать себя? Руби с виноватым видом посмотрела в сторону. — Я... — Слушай меня, — Вайсс привлекла её внимание. — Ты — единственное, что у меня осталось. Настала мертвая тишина. Обе девушки уставились друг на друга. Руби смотрела с примесью удивления и неверия, а щеки Вайсс, только та осознала, что сказала, начали краснеть. Не позволяя себе медлить и дальше, она подняла Руби на ноги. — Т-Ты что, серьезно? — спросила Руби, глаза её были полностью сосредоточены на Вайсс. С самого инцидента это был первый раз, когда она действительно на чём-то акцентировала внимание. Вайсс кивнула. — Моя команда была всем для меня. Я... Я была не в самых хороших отношениях со своей семьей и мои родители никогда особо не были рядом, так что... — она пожала плечами. — Вы были первыми, с кем я подружилась и к кому привязалась. А теперь Янг нет, Блейк не хочет иметь с нами ничего общего... осталась только ты. Если бы что-нибудь с тобой случилось или бы я осталась без тебя, то даже не знаю, что бы я делала. — Вайсс... — прошептала Руби. — П-Прости меня... — Ничего, — еле слышно сказала она. — Я понимаю. — Что мне делать? — спросила Руби. — Не знаю, — честно ответила Вайсс. — Пойдем спать, ладно? Я тебя в любом случае здесь одной не оставлю. — Ладно, — сказала Руби. И вот так, Вайсс вывела её из ванной. Они молча подошли к кроватям. Руби нерешительно взглянула на свою койку и вдруг задрожала. — Руби? — Всё хорошо, — соврала она. Вот бы всё и вправду было хорошо, однако слезы Руби явно говорили об обратном. Махнуть на это рукой было бы самым простым решением, однако эта неделя ей хорошо показала, к чему может привести бездействие, так что она положила руку Руби на плечо и снова спросила: — В чем дело? Прошу. Скажи мне. Руби открыла рот, но оттуда вырвался лишь всхлип. — Я... Прости, я... — она вытерла глаза. — Всё хорошо. — Послушай... — Вайсс пыталась сообразить, что сказать. — Давай сегодня ты поспишь со мной? Тебе станет легче? — спросила она и крайне удивилась тому, как быстро Руби кивнула. — Тогда... хорошо. Она забралась в кровать, и почувствовала себя очень неловко, когда Руби забралась следом за ней. Она почувствовала себя ещё более неловко, когда Руби схватилась за её руку, как за спасательный трос, и крепко сжала, стараясь сдержать слезы. — Спасибо, — выдавила Руби, все же пролив несколько слез. — Мне не сложно, — солгала Вайсс. С одной стороны Вайсс была рада, ведь так ей будет легче присматривать за Руби, но с другой стороны сомневалась, сможет ли вообще заснуть будучи со всхлипывающей Руби рядом. Та и вовсе теперь обернула руки вокруг неё и сжала в крепком объятии. Вайсс уже хотела на неё накинуться и попросить прекратить, однако она понимала, что Руби очень зависит от физического контакта с людьми, и поскольку Янг больше нет, помогать ей оставалось лишь Вайсс. Она подавила желание вздохнуть, размышляя, что будет завтра делать после бессонной ночи. Хотя... Она зевнула. Чувствовать тепло Руби было довольно приятно. Вайсс оглянулась — девочка с трудом держала веки открытыми. Не прошло и пяти минут, как она заснула, по-прежнему держась за Вайсс, будто бы вся её жизнь зависела от этого. Вайсс уставилась в лицо Руби, как вдруг и её глаза начали сами собой закрываться... Увы сон ей этой ночью точно не светит, потому что... А ведь это очень даже приятно. Она закрыла глаза. Заснула она явно быстрее, чем ожидала.***
Руби проснулась, пару раз моргнула, чтобы прийти в себя, как вдруг увидела перед собой лицо Вайсс. На секунду её охватила паника, во время которой она пыталась понять, каким образом Вайсс оказалась у неё в постели, но затем к ней вернулись воспоминания о событиях этой ночи и на глаза навернулись слезы. Вайсс поймала Руби за тем, как она пыталась убить себя... точно... А затем, когда они пошли по кроватям, Руби попросилась спать вместе с Вайсс, ибо не хотела оставаться одной, а обычно заносчивая девушка каким-то образом согласилась. Из-за этого Руби спала очень хорошо. Может, тут по большой части сыграл её недосып, и всё-таки быть рядом с человеком, который окутывал её такой заботой, весьма положительно повлияло на её сон. Ночь в обнимку с Вайсс напомнило Руби о тех временах, когда Янг после смерти матери всегда утешала её и как часто они спали вместе... ...а теперь Янг умерла и Вайсс делала абсолютно то же самое. По щекам полились слезы. Она прикусила губу, чтобы плачем не разбудить рядом лежащую Вайсс. Подняла руку, чтобы вытереть глаза, и заметила бинты на запястьях. От этого точно останутся шрамы, и люди будут знать, что она пыталась с собой сделать... Ещё хуже было то, что в Руби снова проснулось желание вернуться в ванную и проделать всё то же самое. Даже зная, что Вайсс этого не хотела... Зная, что Вайсс полагалась на неё... Руби стало стыдно. Она отвернулась, не желая смотреть в лицо наследницы и испытывать чувство вины. Она медленно встала с кровати и выглянула в окно — солнце уже потихоньку выходило из-за горизонта. — Что ты делаешь? — голос Вайсс заставил Руби подпрыгнуть от неожиданности. — Надеюсь, ты ничего не задумала. Руби оглянулась на неё, но сказать ничего не смогла. Она хотела ей что-то ответить... солгать, что ей и мысль такая в голову не приходила, но слова застряли в горле. Тело её будто бы перестало слушаться, и её снова поразила дрожь. — Я... Не в состоянии выдать ничего членораздельного, Руби заплакала, и не могла прекратить, как бы она не вытирала глаза. — Всё хорошо. Всё наладится, — прошептала Вайсс, взяв Руби за руку. Это сработало, и та, кажется, немного успокоилась. Руби перестала дрожать и кивнула. — Знаю... Знаю... — Ну так... — Вайсс скинула ноги с кровати, не отрывая от неё взгляда. — Что сегодня хочешь поделать? — Тебе разве не нужно на занятия? — ответила она вопросом на вопрос, по-прежнему вытирая слёзы. Вайсс задумчиво кивнула... а затем просто пожала плечами. — Можно и не идти. Руби округлила глаза: — Ты что... прогуливаешь? — Почему ты так удивлена? Ты прогуливаешь уже больше недели, — как бы беззаботно ответила она и откинулась обратно на кровать, между тем краем глаза уловив засохшую кровь на своей пижаме. — Но... ты же никогда не пропускаешь, — прошептала Руби. — Не надо пропускать только из-за меня. Вайсс вздохнула: — Руби, не считаешь, что занятия это последнее, о чем нужно сейчас думать? — В смысле? — Не строй из себя дурочку, — не выдержала Вайсс. — Тебе нужна помощь. Ты правда думаешь, что я оставлю тебя одной после того, что ты вчера устроила? Если да, то ты ещё большая идиотка, чем я полагала! — Почему ты просто не расскажешь обо всем Озпину? — Руби посмотрела на свои перебинтованные запястья и нахмурилась. — Если он узнает, что я пыталась сделать, он меня сразу же исключит... — Ты меня вообще вчера слушала или нет? — Руби заметила, что наследница явно сдерживалась, чтобы не сорваться. — Я знаю, сейчас тебе тяжело, но ты для меня очень важна и поэтому я хочу, чтобы ты осталась моей напарницей. В животе у Руби будто бы запорхали бабочки. Она отвела взгляд, а щеки налились румянцем. — Ты... тогда не шутила? — Ну разумеется! Ты правда думаешь, что я буду о таком шутить?! — воскликнула Вайсс. Она закатила глаза и встала. — Ладно, пойду переоденусь. — Ты же сказала, что не пойдешь на занятия, — заметила Руби. — Я не пойду, но сидеть в четырех стенах весь день я не собираюсь. Ты тоже наверняка от этого устала, — она махнула рукой, указывая на их комнату. — Ты не выходила отсюда с тех пор, как мы вернулись с миссии. Не хочешь хотя бы размять ноги? — Я... не знаю... — прошептала Руби, встала и снова выглянула в окно. — Ты чего-то боишься? — спросила Вайсс. Она тоже встала и начала рыться в своем шкафу. — Тебе никто не навредит, если дело в этом. — А что делать с этим? — она подняла руки, показывая запястья. — Я-Я не хочу, чтобы кто-то это видел, — в страхе прошептала она. — Не хочу, чтобы люди меня обсуждали. А вдруг они что-то скажут? — Тогда просто не обращай внимания, — ответила Вайсс. — Слушай... Не буду врать — люди в курсе о том, что случилось, и знают, что ты давно не выходила из комнаты. Тебя скорее всего действительно будут обсуждать, когда увидят, но со временем это пройдет. Руби обернула руки вокруг себя и испуганно посмотрела на неё. — Даже не знаю... Я просто хочу побыть одной... — Хватит лгать, — ответила Вайсс, подошла и щелкнула её по лбу. — И что же ты будешь делать, если останешься одной, м? Будешь целыми днями лежать в кровати и плакать? Ты правда этого хочешь? — Замолчи! — крикнула она, попятившись. — Какая тебе разница?! Вайсс потерла переносицу. — Ладно, если не хочешь выходить, я не буду тебя заставлять. Но мне это кажется хорошей идеей, — она прошла мимо Руби. — В любом случае, пойду в душ. А ты посиди и реши, чего ты хочешь. Руби села обратно на кровать Вайсс и сжала челюсти, а глаза в очередной раз заблестели от слёз. Эту последнюю неделю она будто бы только и могла делать, что плакать, и, если честно, это уже начинало её утомлять. Руби хотела выйти и чем-нибудь заняться, но её попытки каждый раз обрушивались крахом, когда к ней снова возвращалась вина за смерть Янг, а следом и ужас того, что о ней могли думать другие люди... Они наверное считали, что она сама убила Янг. Они точно будут шептаться и ненавидеть её. Хотя рядом с ней будет Вайсс... сейчас она ей доверяла больше всех, особенно после того, как она спасла её той ночью. Руби не знала, говорила ли Вайсс тогда правду, но сомнений нет, что это было искренне. Она могла бы принять помощь от человека, которому была так важна. — Я не оттолкну её... — тихо решила она для себя. Прошло почти полчаса, как Вайсс вышла из ванной и взглянула на Руби. — Теперь твоя очередь. Тщательно вымой руки. Чтобы ты точно ничего такого не сделала, я буду ждать внутри. — Но... — Руби вытаращила глаза и явно покраснела. — Просто зайди в душевую, там сними свою одежду и дай мне. Затем я поищу что тебе надеть. Не переживай, я подберу что-нибудь с длинными рукавами — ну, это, если ты всё-таки собираешься сегодня выйти из комнаты, — объяснила Вайсс. — Я в-выйду... — Руби кивнула, и глаза Вайсс одобрительно блеснули. — Может, мы сначала позавтракаем? — Давай, правда я не собираюсь с тобой никуда идти, пока от тебя так несет. Сначала ты примешь душ, — Вайсс последовала за Руби в ванную, а та уставилась на неё. — Ты что... серьезно будешь здесь, пока я моюсь? — спросила Руби. — Ты думала я пошутила? — ответила она, в голосе её раздражение. — Заходи в душевую, разденься и кинь мне свою одежду. Не бойся, я не буду смотреть! — Но это так неловко! — возмутилась Руби, покраснев ещё больше. — Со мной не надо нянчиться, как с ребенком! — Да ты что? Эти последние десять дней показывают обратное. Тем более после вчерашнего я ни за что не оставлю тебя одной, говори что хочешь. Пошла! — Вайсс загнала её в кабинку и закрыла дверь. Руби злило то, что Вайсс заставляла её это делать, но в глубине душе она была рада, что она так сильно заморачивалась ради неё. На это были две причины: во-первых разум ей до сих пор нашептывал повторить то же, что вчерашней ночью, и присутствие Вайсс этот голос успешно подавлял. Во-вторых, что важнее всего, это показывало, как сильно Руби была важна для Вайсс. Она сняла майку и штаны, приоткрыла дверь, чтобы передать Вайсс одежду, и затем тут же её закрыла. По прежнему красная, она включила воду и начала мыться. Усерднее всего она вымыла лицо от оставшихся слез, а потом приступила к запястьям. Настроение её испортилось, когда она увидела, как ужасно выглядели порезы. Три прямых пореза вдоль правого запястья и пять на левой. На левой их было соответственно больше, ибо лезвие легче было держать именно правой, ведущей рукой. Ей снова захотелось заплакать. Эти шрамы будут с ней до самой её смерти. Руби подавила печаль и промыла раны, поморщившись от боли. Вымыв волосы и всё остальное тело, она уже собиралась выйти, как вдруг заметила кровь на руках. Кровь Янг... почему-то она никак не смывалась. Как бы сильно Руби не терла руки, краснота не уходила. Она терла снова и снова, но безрезультатно. Она сжала руки в кулаки и стиснула зубы. Воспоминания заполонили ей голову.... тело Янг на её руках... как она выкрикивала её имя.... Янг умерла из-за неё... Почему это должно было произойти? — Руби? Ты уже всё? Вайсс вырвала её из мыслей, и тогда кровь исчезла. Руби облегченно вздохнула. Она никогда не исчезала полностью, и очень скоро снова появится, но по крайней мере она могла сейчас выйти из душевой. — Эм... Ты принесла мне одежду? — Да, она у меня в руках, — подтвердила Вайсс. — Выключи душ, а я передам тебе полотенце, и как вытрешься дам одежду. — И стоило так всё усложнять... — недовольно буркнула Руби. Она выключила душ, приоткрыла дверь и вытянула руку. Вайсс передала ей полотенце. Она начала вытираться, а несколько минут спустя вышла уже полностью одетой. Как Вайсс и обещала, она носила длиннорукавку, которая скрывала запястья. — Дай руки, — сказала Вайсс, когда Руби подошла к раковине. — Давай на всякий случай перебинтуем. Руби и это не понравилось. В итоге её запястья были обмотаны свежими бинтами. — Ты как? — спросила Вайсс. — Хорошо, — честно ответила Руби. — Точно лучше, чем эти последние дни. — Это видно, — ответила Вайсс. — Сегодня ты говорила больше, чем всю эту неделю... это приятно, по правде говоря. Руби нахмурилась: — Извини... — Не извиняйся, — отмахнулась Вайсс. — Ты ведь голодна? Пойдем поедим, а затем решим, что будем делать дальше. Тебя это устраивает? Она подошла к двери и вышла из ванной, Руби последовала за ней. — А-Ага... — прошептала она. Чем ближе они подходили к выходу, тем больше в ней наливался комок страха. Вайсс заметила её обеспокоенное лицо и вытянула руку. — Вот так тебе будет легче? Руби благодарно взяла Вайсс за руку и чувство немного утихло. Она и не думала, что страх пройдет полностью, но, опять же, было приятно быть рядом с человеком, который о ней так заботился. Это напомнило ей о первом дне в Биконе. У неё не было друзей и она хотела остаться с Янг... Она тут же прекратила об этом думать. — Да, немного. Спасибо. — Тогда пошли, — ответила Вайсс. Она открыла дверь и вместе с Руби вышла в коридор.
