Вернуть прошлое

Измотанная эмоциональным днём, Каталина быстро уснула, но проснулась, когда на небе уже вовсю светила огромная яркая луна, а небо глубокого тёмно-синего цвета было усыпано бесчисленным количеством мерцающих звёзд. — Какая чудесная ночь! — Каталина прильнула к окошку и испытала острое желание побыстрее выйти из тесной каюты и подняться в своё любимое место над палубой. Она хорошенько потянулась, встала с кровати и подошла к стоящему на столе деревянному резному сундучку, открыла его и достала бутылку, которую обнаружила в первый день. Сейчас Каталине как никогда захотелось отвлечься от окружающей обстановки, и просто расслабиться, побыть наедине самой с собой. Успокоить расшатанные нервы. Осторожно завернув бутылку и серебряный кубок в белое полотенце, которое она нашла в шкафу у Армандо Салазара среди многих других вещей, Каталина отставила всё в сторону и прошла к зеркалу. Шорты, майка возможно, это были не те вещи, которые носили в этом времени, но, за неимением другого пришлось одевать их. Каталине порой было неловко из-за того, в чем она ходила: всё-таки современные вещи в том времени немного откровенно выглядят… Да и они надоели ей. Платье, которое ей подарил Хосе, было немного велико, и в нем было очень жарко. И из двух вариантов одежды она выбрала первое. Потому в платье было неудобно, а к тому, что она носила, на корабле привыкли... Но иногда очень хотелось почувствовать себя девушкой. Простые девичьи радости, которые создают особое настроение, когда в них облачаешься. Скинув поднадоевшие порядком вещи, она достала из глубины тёмного шкафа свое свадебное платье и разложила его. Нащупав молнию, Каталина потянула за нее и осторожно отделила длинный подол. Теперь платье стало намного удобнее: верх остался таким же, а юбка теперь стала короткая и широкая. Взяв мягкий материал в руки, она подошла к зеркалу, но прежде чем надеть, покрутилась. Она изменилась. Находясь все время под жарким карибским солнцем, она много работала и почти не испытывала аппетита. Это повлияло на телосложение. Живот, вечно проблемное место, ушел, но и грудь стала меньше. Раньше бы Каталину это расстроило, но сейчас было уже все равно– перед кем ей красоваться? Она надела платье и распустила косу, которую всегда заплетала во время работы. Волосы упали светлыми волнами на плечи. Кожа приобрела красивый бронзовый оттенок под ярким карибским солнцем, и ещё сильнее подчеркивалась белым цветом платья. Теперь девушка понравилась себе: внутри появилась уверенность. Надев на себя свадебные балетки, взяв вино и кубок, Каталина осторожно открыла дверь и вышла из каюты в полумрак коридора. Ей безумно хотелось оказаться в своём убежище на корабле. Она тихо прошла по палубе, освещаемой факелами и светом луны. На капитанском мостике за штурвалом находился лейтенант Лесаро, а капитан Салазар стоял неподалеку и смотрел вдаль. Кроме них двоих никого больше не было. Вся команда куда-то подевалась. Каталина старалась пройти очень тихо и незаметно подняться наверх, но Гильермо Лесаро обернулся, и она услышала за спиной приятный баритон старшего помощника: — Доброй ночи, сеньорита. Вы такая красивая сегодня. «Да, он прав. Обычно мой вид намного отличается от того, что сейчас». — Доброй ночи, лейтенант. Спасибо за комплимент– немного смущённо и тем не менее радостно проговорила Каталина, поворачиваясь на голос и искренне улыбнулась, тепло посмотрев на Гильермо. — Лейтенант Лесаро, — Салазар подошёл к старпому, не обращая внимания на Каталину, несмотря на то, что та стояла по правую руку от него, и что-то начал ему говорить, но что именно, она не слышала. Девушке даже стало немного обидно, что капитан не взглянул в её сторону. Она поднялась до конца деревянной лестницы, каким-то чудом сохранившую первоначальный вид, и пробралась в свою любимую башенку. Там было темно, только лунный свет проникал сквозь небольшое окно и щели между досками. Каталина поставила кубок на небольшой столик у окна, и, не без труда открыв бутылку, налила вино глубокого рубиново-гранатового цвета. Ее импровизированный «домик» сразу наполнился запахом вишни, ванили, и ещё чего-то приятного, но чего именно, она не могла разобрать. Девушка подвинула столик к окошку, отодвинула лавочку и залезла, устроившись прямо на нём. Взяв в руки кубок, она немного расстроенным голосом из-за дневного происшествия, сказала тост самой себе: — Что ж, дорогая глупая девочка. В очередной раз ты доказала самой себе, как ты можешь ошибиться. Молодец, разозлила его, вот и получила по заслугам. Но ничего. И это пройдёт… Девушка поднесла кубок к носу и вдохнула приятный аромат: он опьянял, проникал в лёгкие и кружил голову. Каталина сделала небольшой глоток, и вкус вина, мягкий, отдающий нотами красной смородины, ежевики и вишни, сразу порадовал. Вино тёплым потоком спустилось в желудок и разлилось по каждой клеточке организма. От удовольствия она зажмурилась как кошка и облизнула губы: такого потрясающего вина она не пила никогда. Отставив кубок в сторону, девушка залюбовалась прекрасным видом за окошком. Огромная серебристая луна висела над темной водой, создавая широкую дорогу, а звёзды мерцали бриллиантами на фоне ночного неба. Дул теплый ветер, наполненный ни с чем не сравнимым запахом моря. И было потрясающе тихо. «Немая Мария» бесшумно рассекала волны, а то, что башенка находилась высоко над водой, создавало ощущение, что Каталина летит на самолёте, сидя у иллюминатора, только не было слышно гула двигателя. Душа запела. То ли от вина, которое наполнило её теплом, то ли от того, насколько сейчас уютно было сидеть здесь. Даже тут, на проклятом корабле, среди мертвых, она нашла себе место, которое только её, которое приносило ей удовольствие и счастье. Здесь Каталина создала собственный мир, в который — и она это знала точно — никто не заходил. Она закрыла глаза и, глубоко вдыхая, наслаждалась свежим морским воздухом, как вдруг услышала справа от себя знакомые тяжёлые шаги и звон сабли о пол. Эти шаги она не перепутает ни с какими другими. Каталина вздрогнула и резко распахнула глаза. Покой исчез, и его место занял… Страх? Она испугалась его? Да, потому что боялась, что капитан будет отчитывать её за неподобающее поведение сегодня днём. Каталина испугалась и почувствовала, как всё её тело напряглось. Возникло единственное желание–вернуться к себе в каюту и закрыться там. — Ты что сидишь здесь? Почему не спишь? — спросил Армандо, подходя ближе к девушке. Он не сразу подошёл: долго стоял и смотрел стоял и любовался, насколько она красива в лунном свете, как он играет на светлых волосах. Какое глубокое и спокойное у нее дыхание. Стройные ноги, подчёркнутые коротким платьем, округлые формы, узкая талия, маленькая аккуратная грудь. Она была идеально сложена для своего невысокого роста. Такая маленькая, аккуратненькая... Похожая на одну самых любимых из фарфоровых статуэток его матери, украшавших камин в его доме. Такая хрупкая, с которой было необходимо обращаться очень осторожно. Чтобы не разбить. На палубе он не отводил взгляда от горизонта — но в тот миг, когда лёгкие шаги Каталины стихли на верхней ступени, его пальцы на перилах слегка сжались. Он не обернулся. Не сказал ни слова. Но на губах мелькнула тень чего-то, похожего на улыбку — быструю, почти призрачную, как сам он.Он знал, что она там. И знал — сегодня она надела то самое платье. Платье, в котором она была в день, когда он нашёл ее. Он слышал, как шелестела ткань, когда она проходила мимо. И не посмел взглянуть... Каталина настороженно проследила взглядом за мужчиной и отодвинулась подальше, и он мог поклясться, что она вздрогнула, а страх плескался в её широко раскрытых глазах, когда он подошёл ближе, опираясь на рапиру. Девушка видела, как в лунном свете отливают золотом его глаза, и стало жутковато– так близко ночью она не видела капитана никогда. — Да, капитан. Мне не спится, вот я и решила прийти сюда. Здесь моё любимое место. А вы что не спите? Каталина смутилась—. Простите, я забыла что вы не ложитесь спать никогда. — Я знаю, что тебе нравится здесь сидеть: все время вижу, как ты сюда приходишь– проговорил капитан, не сводя золотистых глаз с блондинки. «Он что, за мной следит»? — Каталина очень удивилась, но виду не подала. — Когда- то в моей прошлой жизни я тоже любил приходить сюда ночью, когда наступала тишина на корабле. Салазар повернул голову в сторону окна и посмотрел на ночное небо. И я любил смотреть на звёзды– с невероятной грустью в голосе сказал Армандо Салазар, глядя словно сквозь Каталину. Каталина развернулась и свесила ноги со стола, чтобы уйти: — Капитан, если вам здесь хочется побыть одному, то я… Салазар подошёл и поднёс палец к губам девушки, тем самым не дав договорить. — Нет, останься. Прошу тебя, — сказал Армандо, глядя ей прямо в глаза. Каталина удивлённо посмотрела на капитана. Что это такое сейчас происходит? Лицо его было серьёзным, а выражение глаз нельзя было понять. — Дай мне твою левую руку. Девушка, немного помедлив, неуверенно протянула ее Армандо. И дальше произошло то, чего она совсем не ожидала. Оперевшись левой рукой на рапиру, а из правой не выпуская тонкую руку девушки, он опустился на колени и прижался губами к маленьким пальцам. Каталина почувствовала, как её глаза распахнулись ещё больше, и она сделала короткий вздох. Слова застыли в горле и она не знала что сказать. Зрелище было завораживающее: в лунном свете его тёмные волосы плыли по воздуху словно в воде, а Великая гроза пиратов, El Мatador Del Мar, стоял перед ней на коленях и покрывал короткими поцелуями ее руку. Каталина знала, что для него такая поза очень неудобная, но он этого никогда не покажет. Тем временем прохладные губы капитана двигались все выше и выше, изучая каждый сантиметр нежной кожи. Он тёрся как котёнок о руку хозяйки более здоровой стороной своего лица — той самой, которую Каталина трогала несколькими часами ранее и словно пытался зарыться ей в руку, водя носом по коже. О, как же он жалел в этот момент, что не может чувствовать тепло и запахи! Ласково, невесомо он прикасался к желанной и дорогой руке. О, Боже! Если бы он её сломал, то никогда не простил бы себе этого. Салазар прекратил ненадолго поцелуй, но лишь для того, чтобы опереться на рапиру и подняться. Синие глаза смотрели в чёрные. Они находились очень близко друг к другу. Он протянул руку и согнул пальцы, лёгким движением провел их костяшками по скулам девушки. Каталина прикрыла глаза от накатившей на неё волны нежности, провела пальцами своей правой руки по обгорелой кисти капитана, раскрыла его руку, щекой потерлась о шершавую поверхность ладони и зарылась в нее лицом. От такого Армандо застыл на месте. Сколько доверия, нежности было в этом прикосновении– так к нему никто никогда не прикасался. Девушка не боялась, ей не было брезгливо- она с удовольствием и наслаждением зарывалась лицом в его руку, пахнувшую морем и немного пеплом. Капитан обводил контур полуоткрытых губ девушки большим пальцем руки, опускался ниже и лаская подбородок, шею, затылок и снова возвращался к губам. Каталина распахнула глаза. — Прости меня. Прости за сегодня, за то, что я был очень груб с тобой и постоянно придирался и довёл тебя до того, что ты готова была выпрыгнуть за борт, лишь бы не оставаться на моём корабле–капитан говорил, не в силах оторвать взгляда от девушки. Я не знаю, что на меня нашло. И я очень сожалею, что так обращался с тобой. Такого больше не повторится. Я обещаю тебе. Каталина сидела и смотрела ему прямо в глаза, чувствуя, что от удивления у неё пропала способность говорить. Девушке показалось, что её затягивает все больше и больше в ауру Салазара: тёмную, но темнота спасала от всего. И сейчас там стало тихо, спокойно, хорошо. Для кого-то ауру смерти, для неё жизни. Он стал и был источником жизни для неё. Внутри у Каталины разливалось тепло и ни с чем не сравнимое чувство любви. То, что сейчас происходило, убедило девушку в искренности его извинения. Такое нельзя сыграть — такой человек, как капитан Салазар, точно не стал бы этого делать. — Да, я прощаю вас– сказала Каталина мягким, дрожащим от волнения голосом. — Не нужно официального тона, когда мы вдвоём… Вдвоём? Как сейчас? Каталина немного не понимала о чем он говорит. Он хочет, чтобы они общались на ты? Но как кто?..  — Ты ведь знаешь моё имя? — хрипловатым голосом произнес Салазар, не отрываясь, глядя на неё. — Да- голос девушки дрожал, а всё тело напряглось, но уже не от страха–от предчувствия чего-то важного. — Так назови его. Я хочу услышать его… Сейчас. — Армандо… — Каталина произнесла его имя и замерла. — Тсс, — капитан не сводил с неё взгляд. Ты такая красивая, — он выдохнул из себя эти слова и закрыл рот Каталины поцелуем. Девушка отодвинулась подальше от окна, не прерывая поцелуя. Все. Дальше было некуда. Только вперёд. Она обвила руки вокруг его шеи, прижимаясь всё сильнее и сильнее телом к жёсткому кителю, опускала руки вниз, трогала плечи, медленно лаская их. Как ни странно, сейчас Салазар обрёл форму, и она смогла коснуться его. Она отвечала на поцелуи, наслаждаясь его близостью. Он был осязаемый, он был сейчас только ее: кумир, защитник, любимый. Армандо оторвался ненадолго от неё и посмотрел девушке прямо в глаза. В лунном свете, пробивающемся сквозь доски, его глаза были пропастью, в которую ее затягивало. Каталина смотрела не отрываясь и не верила, что это по настоящему. — Девочка моя, этот момент стоил того, что я прождал в треугольнике тридцать лет. Я ждал не только мести, я ждал тебя. Что бы тебя ко мне не послало на корабль, я этому благодарен. Каталина смотрела на него, и ей казалось, что это сон. Это не может быть правдой! Слишком хорошо для этого… — Я вернулся к жизни благодаря тебе. —Он взял руку девушки и положил ее на грудь себе, там где когда-то билось его сердце. —Здесь во мне ожило всё. Ты заново заставила мое сердце биться. Ничего не говори, дай закончить. Я почувствовал твоё тепло- нет, физически не могу. Я почувствовал твою душу и больше никогда не обижу тебя и никуда не отпущу.  — Я… —Каталина хотела что-то сказать, но не смогла. По щекам катились слезы от переполняющих эмоций. — Не надо плакать, я рядом с тобой, — он наклонил голову и зарылся девушке в плечо, легко целуя его, потом поднялся к шее, подбородку начал снова целовать губы. Салазар уже не мог сдерживать себя и не хотел. К черту правила. От неё исходила такая сильная энергия, что сбрасывала с ног, лишала голову возможности нормально думать. Он окончательно сошел с ума. И не в треугольнике. А здесь, рядом с ней. Каталина прижималась к нему всем своим хрупким телом, и он наслаждался её присутствием. Сегодня он увидел то, что не видел никогда в других. Она смотрела на него с такой любовью, что это стало неожиданностью. Когда она шла к нему через весь корабль, было ощущение, что она вся светится и разгоняет мрак вокруг и внутри него. Глаза не могут лгать. Он снова ощутил что-то другое кроме мести. Он снова захотел. Захотел чувствовать, ощущать тепло. Он возжелал её как мужчина желает женщину. Она заставила закипеть его черную кровь. И он решил, что она не должна принадлежать никому. Он целовал её, свободной рукой гладя по узкой спине, изучая каждый сантиметр. Дойдя до талии, он остановился. Каталина тяжело дыша прервала поцелуй и с затуманенным взором посмотрела на него. В ней кипело желание, любовь, нежность и все это создавало невероятный коктейль. Ей хотелось большего. — Прошу, не останавливайся– практически взмолилась девушка. И Армандо продолжил. Он начал целовать её ещё более страстно, а свободной рукой начал ласкать ее шею. Каталина была на взводе, прикрыв глаза и отдаваясь новым для себя ощущениям. Он медленными движениями опустил руку вниз и сквозь тонкую ткань платья начал ласкать груди поочередно. Девушка вдохнула в себя воздух и передала его Армандо, прижавшись к его губам ещё сильнее. Если бы он мог дышать, то на двоих у них было бы одно дыхание. Это был не просто вдох в его бесплотные лёгкие. В нем были все чувства, что сейчас кипели в Каталине. Он на секунду оторвался от ее губ и посмотрел внимательно в глаза. Так на него никто никогда не смотрел с такой нежностью и восхищением. Он прекрасно понимал, ЧТО видит сейчас девушка перед собой, и не мог поверить в то, что это происходит с ним, обгоревшим проклятым мертвецом. Салазар сминал в руках маленькую упругую грудь девушки, вздымавшуюся часто- часто. Каталине хотелось большего. «Любой из вас безумен в любви и на войне…» Это было точно про нее. Безумием было хотеть и любить призрака, наслаждаться прикосновениями его шершавых обгоревших ладоней к своему телу. — Ты позволишь мне? Ты уверена? – спросил Армандо, сдерживаясь из последних сил. — Да,  — девушка выдохнула и, позволив освободить себя от одежды, предстала перед капитаном абсолютно обнаженной. От смущения она прикрылась ладошками, но он убрал ее руки и как завороженный смотрел на Каталину. Ему нравилось то, что он видел: маленькая округлая грудь, плоский живот, треугольник светлых волос на лобке. Каталина сидела, не сводя глаз с любимого, борясь со стеснением, давая возможность ему смотреть на её тело: она всегда стеснялась себя, но глядя на то, как он жадно поедает её тело глазами, неуверенность исчезла. — Не надо. Я хочу полюбоваться на тебя. Если бы ты знала, как ты прекрасна. Он взял девушку на руки, осторожно уложил ее на стол и навис над ней. Ее светлые волосы рассыпались по деревянной поверхности стола, синие глаза словно светились изнутри, и это было самое прекрасное зрелище, которое он когда- либо видел. Да, Армандо знал, что у них ничего не получится: он не сможет, но сделает всё от него зависящее, чтобы ей было хорошо. Он наклонился и начал целовать серыми потрескавшимися губами Каталину по шее, по ключицам, переключился на грудь, лаская каждую в отдельности и вырисовывая на них одному ему понятные символы и наслаждаясь, как ее дыхание и пульс учащаются, как девушка выгибается ему навстречу. — Красавица, моя красавица, — повторял Армандо, не останавливаясь, покрывая тело девушки поцелуями. Салазар наслаждался тем, как красиво светится кожа в лунном свете, насколько красива ее небольшая грудь и как она хорошо помещается в его ладони. Живое и мертвое, прошлое и будущее, теперь рядом, в настоящем. Он осторожно провел по животу и его пальцы скользнули вниз. Каталина инстинктивно свела ноги вместе и он замер. С трудом оторвавшись от столь желанного тела, Салазар произнес: — Мне остановиться? Каталине не нужно было много времени на раздумья: — Нет, продолжай. — Прошу, сделай это, пожалуйста. Только осторожно. Я никогда не имела такого опыта. Я хочу тебя, — выдохнула девушка в губы возлюбленного. Салазар припал к её губам. Он развел ноги девушки в стороны, накрыл ладонью промежность, и ощутил на ней сок желания девушки. Осторожно, чтобы не причинить дискомфорта, он раздвинул ее нежные лепестки и аккуратно размазал по ним влагу круговыми движениями. Каталина впервые в жизни окунулась в эти ощущения. Такого никогда не было. Никто не прикасался к ней и не целовал. Он стал первым для нее во всём. Ей хотелось этого сильного человека, любимого мужчину. Она знала, что может довериться ему. Салазар обильно смазал свои грубые серые пальцы ее влагой и осторожно направил в лоно девушки. Ощутив небольшую преграду, он протолкнулся ещё раз вперёд и она сдалась, пропуская внутрь желанного тела. Каталина пискнула, напряглась, и Армандо тут же заглушил жалобный писк поцелуем. То, что сейчас происходило между ними, было нереально, было слишком, но это происходило на самом деле и они оба не понимали, как такое возможно, но отдавались оба во власть этого. Дав Каталине возможность привыкнуть к новым ощущениям, он стал осторожно двигать пальцами вперёд — назад, срывая новые и новые стоны с ее губ, которые он ловил своими губами, не выпуская в окружающий мир. Каждый вздох, стон принадлежал только ему и никто больше не должен их услышать. Когда боль прошла, то она уступило место ни с чем несравнимому удовольствию. Каталина же терялась в неизведанных ранее ощущениях. Девушка выгибалась под умелыми пальцами капитана, наслаждаясь их присутствием внутри своего тела, теряла голову от его поцелуев. Она не так представляла себе свой первый раз с мужчиной, но ситуация, в какой она оказалась, была за гранью нормального понимания обычных людей. Никто точно не переносился на много лет назад в прошлое и не плавал с мертвецами, спасшими её от страшной участи быть проданной в рабство. Каталина постепенно начала ощущать напряжение во всем теле, оно росло, поднималось все выше, пока наконец не взорвалось где-то в голове и не рассыпалось обжигающими огненными искрами по всему телу, сотрясая его и отключая сознание. Каталина издала ещё один стон и затихла. Осознание реальности приходило для неё постепенно. Армандо прервал поцелуй и внимательно смотрел на девушку, которая ему подарила много забытых эмоций. Они снова всплыли в казалось его давно умершей душе. — Девочка моя, тебе было хорошо? — Yes. I love you, — последние слова Каталина сказала тихо-тихо, но он их услышал. Он ненавидел англичан и их язык, но он точно знал, что значат эти слова. Слова любви не нужны в переводе. Они в глазах, жестах, выражении лица, прикосновениях. И сейчас он видел все это в той, которая лежала сейчас на столе и смотрела счастливым взглядом на него.