Опиум

Пятый день. Уже пятый день после того, как Тэхён не виделся с Чонгуком. 22 сентября встретило солнечно, но ветрено. Омега стоял возле здания, напротив солнца, светящего прямо на него. Грелся, покуривая ментоловую сигарету, которую чудом раздобыл у вертухая. Кстати о них. Стоят повсюду, как гиены, наблюдают, расслабиться не дают. Заключенные по группкам распределились на участке, где они вольно расхаживают без наручников. Такая прогулка граничит с глотком воздуха, будто обыденная вещь. Азартные игры раскинулись на столе картами под прицелом вертухаев. Омега молча наблюдал за подонком с разбитым лицом, который похрамывая присоединился к своей шайке. Тело пронзила тревога от ранее полученной опасности. Он содрогнулся, но резво вернул внимание редкому релаксу, сосредоточившись на лучах. Покуривая, парень снова пренебрёг к душевному терзанию. Как там Чонгук?.. Омега долго отходил после встречи, которая принесла за собой не только дурацкую улыбку, но и вырывающиеся сердце из груди.

♱♱♱

Его манил омут чёрных глаз. Руки потели при присутствии альфы рядом, а губы будто тянулись в ответ. Тяжелый чонгуков вздох. У них не так много времени. У них его вовсе нет. Омега заморгал глазками так, будто провинился. Стыдливо отвёл взгляд в сторону от собственного ответа. Альфа съедал заживо. Разрезал его душу напополам, и Тэхён не понимал, почему ему одновременно хорошо рядом с ним, а одновременно чертовки страшно. Такая безумная грань. Как и сам Чонгук. — Ты сплошной ходячий внутренний конфликт, Тэхён, — наконец-то прозвучал альфа, замечая как кадык на изящной шее омеги быстро забегал. Кучерявый заметно напрягся от раздражения. — Тогда перестань проявлять ко мне внимание, — грубо прорычал Тэхён, сверкнув злостным взглядом. Омега резко приподнялся на локти, чтобы полностью встать с дивана, как его мгновенно зажали руки брюнета. Чонгук буквально вдавил его кисти в мягкий кожаный матрас, робко возвращаясь к неизученным губам. — Тихо, — прорычал брюнет, после чего целомудренно касаясь губ, альфа уверенно и желанно впился жадным поцелуем. Ощущая недовольное мычание и попытки вырваться, он лишь усиливал свое давление весом, чтобы усмирить этого норовистого мальчишку. Целовал долго, улавливая, как у младшего заколотилось сердце. Прижимал к себе это неповинное и хрупкое тельце, в то время как Тэхён ослабевал с каждой секундой. То ли от нехватки сил, то ли от головокружительного ощущения в области затылка. Неизведанное наслаждение ощущать мокрый привкус чужих губ, которые так умело сминали его безгрешные. Неумелая попытка Тэхёна ответить увенчалась новым темпом от альфы. Остаток воздуха заканчивался, отчего он умоляюще давил на грудь остановиться. Чонгук знал про это, продолжая свою коварную игру дальше. Вновь перехватил хрупкие запястья, фиксируя в нужном обездвиженном положении. Отстранился на мгновение, слизывая собственную слюну на тэхёновых губах, и успевая уловить тихое: — Прошу, остановись, — жадно хватая воздух, омега обмяк в чужих объятиях, ставшими желанными за это короткое блаженное состояние, — прошу… Брюнет медленно коснулся лбом юношу, проводя своим кончиком носа по его, исподлобья заглядывая в зелёные глаза. Так бесстыдно смотрящие ему в ответ. Оставаясь в запретном положении, альфа хрипло вымолвил: — За каждый неконтролируемый порыв злости, я буду целовать тебя до тех пор, пока ты не успокоишься. Тэхён вновь злился. Вновь насупился, а дыхание участилось. — А если я буду безумно неконтролируем? Чонгук наклонился ближе, заставляя ощутить биологический восточный аромат, который так душил омегу. — Тогда я безумно неконтролируемо лишу тебя этой агрессии, — прошептал альфа, съедая чертовски опасным взглядом, который вмиг сменился на хитрый и мягкий. — Это мы ещё посмотрим, — уверенно сверкнул омега и со всей силы оттолкнул от себя мужчину, полностью поднимаясь на край дивана. В этот раз Чонгук с ухмылкой поддался, отодвигаясь вбок и замечая раскрасневшиеся пухлые губы омеги со слегка потрепанными волосами. Улавливая тихое шипение от гематом на животе из уст юноши, он устремил острый и любопытный взгляд. — Дай взгляну, — потянулся брюнет, как его руку грубо оттолкнули вбок. — Оставь меня в покое! — не унимался кучерявый, вскакивая со своего места. Уверенно загашав к выходу, его талию тут же перехватили руки. Альфа умело вернул его обратно, только не на мягкое ложе, а на свои колени. — Говорю, дай взгляну, — спокойно повторил Чонгук, ловко сдерживая попытки побега. — Отстань! — А ну тихо, — строго буркнул альфа, но омега никак не хотел подчиняться. Вертелся на коленях Чонгука как только мог, лишь бы сбежать, но всё тщетно. Одним крепким обхватом он зафиксировал его талию и руки полностью, тем самым прижимая к себе, а второй аккуратно задернул футболку вверх, чтобы самому увидеть оставленные «подарки» Ёнсу. — Прикоснешься, я тебя ударю! — угрожал омега, после чего сразу ощущая легкие и аккуратные касания пальцев на животе. — Да, тут надо регулярно мазать лечебными мазями, — будто доктор заключил альфа, не обращая внимания на угрозы. — Не твоё дело! — возмущался Тэхён. — Что здесь, черт возьми, происходит? — строго спросил Чимин, вернувшийся минуту назад. Тэхён вздрогнул, а Чонгук даже не моргнул, расплываясь в довольной гримасе. — Лечимся, Пак Чимин. Свои методы, — он невинно пожал плечами, удерживая мальчишку у себя на ногах до последнего. Но под возмутительной и оценивающей слежкой вертухая, ему пришлось выпустить из своих рук омегу. Какая жалость, что их идиллию нарушили. Но ничего. Шансы ещё есть.

♱♱♱

Вернувшись в свою камеру, Тэхён с размазанным от воспоминаний лицом плюхнулся на диван, подпирая рукой затылок. Юнги лишь ухмыльнулся, присаживаясь на свободную койку Джина. — Небось наш дружочек с вертухаем зависает, — саркастически нарушил тишину блондин. Кучерявый в недоумении выпал из своих раздумий. — С чего ты взял? Джин, вроде, даже боится взглянуть на них. Юнги по-доброму засмеялся, взмахивая бровями. — Недооцениваешь ты его, Тэхён, — он выдержал паузу, — как и того подонка тоже. Улыбка с лица омеги вмиг исчезла. — Ловко ты меняешь темы, — немного грубым тоном прозвучал омега, а после чего присел на край койки. Устремляя заинтересованный взор, он укоризненно кинул: — Ну давай, говори, что ты подметил. Блондин нагнулся слегка вперёд, замолкая на пару минут. — Уверен, что просто так они этого не оставят. Принцип таких мразей таков: не получил, значит возьмут силой. Тебе бы набраться авторитета здесь, показать, что ты не абы кто. Зауважают остальные и их это сдержит. — Чем мне взять авторитет? Снова убить предлагаешь? — Разве не потому ты сидишь здесь, — хитро блеснул блондин. — Мы все здесь грешники, и ты - не исключение. Убей кого-то из их банды, подстрой всё как несчастный случай, и... — Да пошёл ты! — грубо оборвал его поток Тэхён, поднявшись со скрипящего матраса и подойдя к окну. Юнги провёл его спину, снова ухмыльнувшись. — Я не отмылся от наркоты, которую так и не нашли здесь. Не отмылся от побега, — чуть спокойнее сказал кучерявый, смотря на синее небо через окошко с решёткой. — Ко мне доверия ни у кого нет. — И поэтому ты с легкостью убил охранника в прошлой колонии? — внезапно озвучил Юнги, заставляя омегу плавно развернуться к нему и застыть. — Карты всегда раскрываются, Тэ, — с вынужденной улыбкой добавил блондин. Действительно. Только как?

⸻

Возвращаясь домой после школы, в его случае из ада, он вымученно передвигал ногами по тротуару. В ушах играла мелодия wires - the neighborhood, а в голове стоял вопрос об экзаменах. Как он их сдаст? Целыми часами сидеть над стопкой книг, пытаться заучить совсем ненужные формулы - наказание абсолютно каждого подростка, которому это вовсе не нужно. Родители полагают на него большие надежды. Оплачивают дорогостоящие курсы, возвращаясь после работы мертвыми. Отец не спит ночами из-за двух работ, в то время как папа метается из одного офиса в другой, работая в общепите. Сам он нелегально подрабатывает в одной кафешке по выходным, уверяя родителей в том, что встречается с друзьями. Которых никогда не было. Дойдя до своего уютного домика, омега снял один наушник, заходя в коридор. Его смутила приоткрытая дверь и чужой не выветрившийся запах, но не придав особого значения, он снял ботинки и крикнул: — Я дома! Пройдя в маленькую гостиную, подросток застыл, заметив заплаканного отца, склонившего голову над фотографиями, хаотично раскиданными на деревянном столике. Он медленно поднял голову на сына, в глазах которого промелькнул страх, и хриплым гласом уточнил: — Пришёл... — Ч-Что случилось? — заикнулся омега, с дрожащими ногами подходя ближе. — Так вот как, сынок, ты отплачиваешь нам с папой, — отец резким движением развернул к нему снимки, повышая тон. — На, взгляни! Кучерявый парнишка неуверенно потянулся к снимкам, беря в руки фотографию под бдительным надзором. Сердце забилось, когда он узнал самого себя. Улыбающегося в кафе за барной стойкой. Следующий снимок - где он обслуживает клиентов. Ещё один - общается с персоналом. — О-Отец... Не пойми не правильно... — Молчать! — выкрикнул сорокапятилетний мужчина, стукнув кулаком по столику. Тэхён подпрыгнул на месте, испуганно сгорбившись. — Отец... — Мы значит с папой тебя воспитываем, работаем как проклятые, — с обидой в голосе звучит он, — а ты вместо того, чтобы учиться, шляешься по кафе! — Я хотел помочь... Мужчина злостно сверкнул. Взгляд поменялся. Он стал чужим. Не таким родным и заботливым, как раньше. — Хорошо, — кивнул отец, поднимаясь с дивана и подходя к сыну ближе, — Бог с ним, пошёл работать. Понимаю, проснулась ответственность, чёртов максимализм, — глаза залились кровью, — какого чёрта ты полез дракой на мерзавца Доксу? Почувствовал себя героем? — Папочка, ты о чём... — на грани слёз прозвучал омега, смотря на отца с искренним недопониманием. — Ко мне заявился... — альфа тыкнул рукой на дверь, запинаясь в словах, — ко мне заявился его отец. Показал заснятое видеонаблюдение, где ты напал на него с кулаком, а потом показал снятые побои. Как ты мог, Тэхён? Разве я тебя таким растил? — разочарованно спросил отец, в то время как у сына потекла первая горючая слеза. Хотелось кричать и реветь ему в грудь о несправедливости. — Это не правда... — отрицательно кивнул головой омега, — это всё не правда, папочка... Не верь им, прошу. Я бы никогда... — Ты упал в моих глазах, сынок, — грубо перебил его отец. — Папу забрали в больницу, — на мгновение замолчал альфа, прикусывая от злости нижнюю губу, — у него инфаркт. Врачи делают всё возможное. Тэхён замолк, застывая на месте, будто перед пропастью в бездну. Отец вернулся на диван, в то время как у омеги щеки вмиг залились слезами. Он смотрел в одну точку, периодически сжимая руки в кулаки. От наушников, выпавших из его ушей, доносилась мелодия Je Te Laisserai Des Mots Такая же опечаленная, как и его душа.

⸻

Ужин. Шумная столовая, кишащая заключёнными. Вертухаи принесли стереосистему, включив радио для альф и омег. Сделали небольшой временный подарок. Каждый сидел с довольным лицом, наслаждаясь музыкой, которую много кто не слушал уже десятки лет. — Фу, что за скотство включили, — скривился рядом блондин, замечая как Тэхён со слезами на глазах застыл рядом, опустив вилку в картофельное пюре. — Ты чё, — он толкнул его локтем в плечо, в то время как Джин деликатно поинтересовался: — Тэхён, ты ничего не скушал... — мягко указал омега. Под конец мелодии, юноша быстренько сметнул слезы, надевая холодный и безразличный вид, возвращаясь к ужину. Гасить эмоции необходимо, ибо остальные учуют слабость и вмиг накинутся как волки на ягнёнка. Блондин усмехнулся, решая не задавливать вопросами. Оглянулся по сторонам, замечая как Хосок во всю заливался гадким смехом со своей шайкой. — Радость временная, — кинул он, скалясь в кривой улыбке, — перепадёт ему ещё. Тэхён проткнул своим острым взглядом дырку в затылке мерзавца, стиснув в руках ложку. — Решился? — усмехнулся омега рядом. — Закрой рот, Юнги, — грубо оборвал насмешку кучерявый брюнет, слегка нагибаясь к нему в бок, — иначе мы с тобой не подружимся. Блондин молча поиграл бровями, выставляя своё ехидство во всех возможных и невозможных формах. Взглянул на Джина и тот мгновенно отвёл глаза вниз. Тэхёна съедало изнутри чувство, сложно охарактеризованное его собственными мыслями. Скучает? Да нет же. Хочет ударить за наглый поцелуй? Скорее наоборот. Чонгуку наверняка практически не дают воды. Жестокая мера наказания, но учитывая, что альфа под крышей Пак Чимина - сомнительная. Единственный выход узнать - это попасть к нему. Скоростной метод в деле. Омега резко поднимается со своего места и сметает алюминиевые тарелку с чашкой на пол. Грохот разносится по всей столовой, собирая на себе кучу заинтересованных взглядов. В том числе и испуганных. Юнги расслабленно продолжает есть, пока омега поднимает металлический стул и кидает в сторону центра столовой. Вертухаи подбегают к нему, заламывая руки. Тэхён удовлетворенно облизывается, напоследок подмигивая оторопевшему Хосоку и его шайке. Его выводят под американский реп с наручниками на запястьях. Остальные понемногу приходят в себя, перешучиваясь с приятелями, а Хосок задумчиво трёт разбитый подбородок, невзначай смотря на столик омег, за которым сидел Тэхён. — Буйно хитрый... — желчно улыбается он, догадываясь о плане его врага. Захотел повидаться с возлюбленным.

♱♱♱

Тэхён стоит перед столом вертухая, который делает вид, что его вовсе здесь нет. — Отведи меня к нему, — просит омега, пытаясь звучать мягко. — Мне надо с ним поговорить... Чимин опускает вниз бумаги, открывая вид на молящее лицо юноши перед ним. По-отцовски вздыхает, кивая помощнику. Тот беспрекословно снимает с омеги наручники и скрывается за дверью. Тэхён садится на стул, заглядывая зелёными глазами прямо в душу мужчине. — Вы меня игнорировали всё это время, не хотели принимать и выслушать, — будто ребёнок звучит омега. — Прошу вас, дайте мне с ним встретиться... — И поэтому бунт устроил в столовой? — строго звучит альфа, угадывая все свои подозрения по взгляду. — Просчитал, что сразу приведут ко мне, да и ещё в мою смену. Ловкий, хитрый, но жалкий. Омега вспыхнул как спичка в душе от последнего слова, но встреча с Чонгуком была дороже. — Я делаю это не ради себя, — он опустил взгляд, — я понимаю, что отношения запрещены, но ведь чувства... Чувства разве под запретом? — Так ты в него влюбился? — хочет уточнить вертухай, прищуривая глаза. — Нет, ни в кое случае, — замотал головой Тэхён, — просто.. — Просто? — Просто... — Ну что, давай, — продолжал добиваться нужного ответа Чимин. — Мне надо сказать ему очень важную вещь, — прикусил губу Тэхён, смотря исподлобья. — Я могу ему передать. — Лично, Пак Чимин. Прошу... Пронесся тяжелый вздох. Звук скрипящей двери карцера приоткрылась и омега победно зашёл в холодное и сырое помещение, поежившись от ветерка. Привыкая к полумраку, он приметил Чонгука, спящего на койке под тёплым серым одеялом. А как же, Чимин не бросил бы его. Неуверенно подходя ближе, омега уловил бутылку с водой и недоеденный бутерброд на тарелке. Чонгук лежал на спине, что позволяло рассмотреть его невероятно притягательные черты лица. О которых Тэхён мечтал все эти пять дней. Созерцал во снах. Аккуратно присаживаясь коленями на сырой бетон, он зачарованно обводил каждый неизученный миллиметр. Постепенно влюблялся. Впитывал в себя чувство, разрушающие десятки людских жизней. Не удержался, аккуратно касаясь кончиками пальцев щеку. Мягкими подушечками провёл вдоль острой линии лица, облизывая пересохшие губы. Его манило в нём всё. Его опасность, его забота, его внимание, его решимость. Парень медленно приблизился к чонгуковым губам, ощущая, как тот постепенно просыпается от его действий. Аккуратно коснулся их, будто подросток, не умеющий целоваться. А ведь им он и был. Без любви, заботы. Оставляя мокроватый поцелуй, омега отодвинулся, в то время как Чонгук с открытым блаженным взглядом смотрел на Тэхёна. Немного испугался от близости, аккуратности и от собственных действий, никак не объяснимых им в тот момент. Кареглазый брюнет запустил свою руку в волосы омеги, нежно массируя затылок и цепляясь за кучерявые локоны. — Я заждался тебя, — хриплым сонным гласом вымолвил он, — как никогда заскучал за твоими капризами. — Я тебе нужен? — со серьёзным выражением лица едва ли слышно прозвучал следом юноша. — Очень, — без колебаний ответил альфа. Тэхён вновь боязливо наклонился ближе, соединяя их губы нежным, пропитанным аккуратностью поцелуем. Он не спеша сминал чонгуковы губы, старясь передать трепетность в своем отношении к нему. И Чонгук соглашался. Подстраивался под неумелый, но очень старательный ритм, давая возможность нежностям со стороны этого человека. Он забыл, каково это целовать так. Ласково. Без всякой любимой ему грубости. Подхватывая его под руки, альфа с легкостью приподнимает парня к себе на тесную кровать, вжимая в свою грудь и проводя руками по лопаткам. Пальцами цепляя позвоночник, он ощущает, как омега выгибается от приятной волны мурашек. Отстраняясь, зеленоглазый брюнет ютится рядом, укладываясь прямо на груди. — Решил скрасить моё времяпровождение с грызунами? — улыбчиво шепчет Чонгук, укрывая Тэхёна вместе с собой. Зарываясь в его кучерявые волосы, он бережно перебирает их. — Решил скрасить свой скучный вечер в камере, — ехидно молвит омега, ощущая как грудь альфы вздрагивает от искреннего смешка. — Часто так делал? — невзначай интересуется Чонгук. Омега слегка приподнимает голову, заглядывая прямо в карие глаза. — Никогда, — уверенно и искренне. Чонгук довольно скалится, опрокидывая голову назад, постепенно прикрывая глаза. Воистину приятный омега. Мягкий, аккуратный, но с перцем. Острый, чем и берёт. Будоражит сознание с самого начала.

⸻

Тэхён будто оцепенел. Сидел на кресле, хладнокровно смотря в одну точку перед собой. Слезы засохли на щеках, а руки были сжаты в кулаки. Отец устремил взор на телефон, на который должны позвонить врачи. Юноша не верил. Вовсе не верил в происходящее. Рана саднила от предательства отца, до этого всё время защищающего его при любом раскладе. Как он мог поверить чужим? Как он мог поверить в эту мерзкую ложь. Неужели он был таким всегда? Звонок. Отец спохватился, приподнявшись со своего места. Робко отвечая на звонок, он сразу вымолвил: — Как он? Ему уже легче? Врач замешкался, пытаясь подобрать слова.

— К сожалению, у Ким Джихо оказалось слабое сердце. Примите мои соболезнования...

— В каком смысле? — отрицательно кивнул головой альфа, впадая в ступор.

— Приезжайте с его паспортом, мистер Ким, — спокойно пояснил врач, — послезавтра тело можно будет забрать. Крепитесь...

Опустошенно опуская руку, альфа медленно приподнял глаза на своего сына, исподлобья наблюдавший за ним всё это время. Следом поднимая голову чуть выше, омега едва ли вымолвил: — Ч-Что там... — Его... Его не спасли, Тэхён... — на выдохе проговаривает отец, роняя первую собственную слезу. Оба отвели взгляд в сторону, переваривая озвученные слова. Подросток поднял ноги на кресло, обвивая их руками в защитной позе. Мышцы мгновенно сжались, а в области груди запекло от страшного известия. Его родного, заботливого и любимого папочки больше нет. — Это всё ты... — внезапно озвучил хрипло отец, смотря на своего напуганного сына. — Да, это всё ты... Ты ведь знал, что у него слабое сердце, ты поступил подло. Ты предал нас, Тэхён... — альфа поднимал тон с каждым новым сказанным словом, махая руками на оторопевшего подростка. — Ты что такое говоришь... — кинуто и преданно прозвучал Тэхён, — ты... Как ты можешь обвинять... Отец резко бросился на сына, хватая того за шиворот школьного пиджака. — Это ты во всём виноват! — кричал он, припечатывая его к стене и сдавливая ладонь на хрупкой шее. — Папочка, перестань... — захлёбываясь в слезах, парнишка отчаянно хватал воздух. — Это ты, это всё ты! — не унимался он, усиливая хватку на шее, а второй рукой периодически встряхивая. Тэхёну казалось, что это конец. Что его убьет родной отец прямо сейчас. Прямо возле этой стены. Воздуха катастрофически не хватало, а в легких невыносимо жгло. Неужели последнее, что он увидит перед собой, это облик самого родного человека в своей жизни?

⸻

Омега резко закричал, подскочив с теплого места. Едва ли не свалился с тесной койки, барьером которой были сильные и выносливые руки Чонгука. Альфа не спал с тех пор, как юноша рядом с ним начал мямлить неразборчивые слова. Как постоянно дергался и сжимал в кулачок его кофту на груди. — Тише, — ласково, — тише, — шепотом. Он заботливо провёл второй рукой ему по лбу, убирая прилипшую к испарине чёлку. Омега не мог надышаться, вновь падая на грудь Чонгуку. Собственной ладонью проводя по фантомно сжатой шее, парень невнятно бормотал: — Я не виноват, это не я... Альфа обеспокоенно прислушивался к словам, прижимая к себе хрупкое дрожащее тельце. — Ты не один, Тэхён, — молвил спокойным и убаюкивающим гласом Чонгук, — ты со мной. Тебя никто не тронет, я тебе обещаю. Тебя никто не заденет в этом чертовом месте... — Вытяни меня отсюда — полусонно прозвучал омега, — вытяни наружу. Я так хочу выбраться... Я не виноват... Альфа оставил короткий поцелуй на макушке, замолкая после последних слов омеги. Неужели это глубоко беззащитное создание могло сотворить нечто страшное? Неужели он позволит, чтобы совсем юный Тэхён сгнил в тюрьме? Кем он тогда останется? Последней скотиной, ничем не отличающейся от остальных в этой колонии. Прожив тридцать пять лет на этой земле, Чонгук ни разу не встречал столь притягательных людей. Ему хотелось его оберегать, защищать и любить. Двадцатиоднолетний парнишка просто не оставлял ему выхода. Омега заснул у него на груди. Так доверился человеку, которого едва ли знает. В котором чувствует надежду. Цепляется за неё сейчас, ведь другой может и не быть.