Daydreams and Nightmares

Середина июня. Рой возвращается с работы поздно вечером и заходит в дом, машинально оглядывая обстановку. Такая знакомая бедная обстановка, где почти ничего нет, а все вокруг будто бы кричит о ремонте. Единственное, что хоть как-то привлекает взгляд — узкий диван в гостиной, обивка которого стерта в некоторых местах. Мужчина сел за дряхлый письменный стол и положил на него бумаги — он не успел сделать их на работе. «Чертов Стальной. Отгул на три дня брал, а его уже три недели нет. Надо бы позвонить его брату, а то, может, что-то серьезное». Все эти три недели Рой делал всю работу за Эдварда, чтобы начальство не ругалось за задержку отчетов. Из-за повышенной нагрузки мужчина начал быстро утомляться, и даже свидания с многочисленными девушками, ставшие для него обыкновением после работы, не так сильно интересовали его. Под глазами появились синяки, цвет лица чуть побледнел, однако Рой не мог бросить работу ни на день — внутренний голос безжалостно возвращал в реальность, напоминая об обязанностях. Бумага за бумагой, отчет за отчетом — Мустанг не жалел себя и ни на минуту не задумывался над тем, чтобы прекратить работать. Рой хотел побыстрее закончить и заняться своими делами: девушка, с которой он был на последнем свидании, кажется, скучает по нему и обижается на то, что он ей почти не звонит. «Как же её звали-то? Кейт?» Через несколько часов мужчине наконец удалось закончить работу. Он устало потер виски, зажмуривая глаза, и пошел на кухню. — Последняя ложка заварки… И сахара, как назло, нет. Рой, обычно достаточно вспыльчивый человек, даже не почувствовал раздражения — ни физических, ни моральных сил у него не осталось. «Огромные планы — огромная ответственность. И жертвы. Зачастую собой и своим временем,» — думал Рой, заливая кипяток в чашку и тут же проливая часть на стол. — Черт! — мужчина выругался сквозь зубы. Кипяток попал и на него. Сил не было даже на то, чтобы вытереть лужу. Рой взял чашку и пошел в гостиную, садясь на обшарпанный диван. Он сделал глоток чая и уставился в потолок, тут же уходя в свои мысли. «Видимо, я старею… Мне хочется заботиться о ком-то, чтобы хоть какой-то смысл жизни появился — кроме моих планов на кресло фюрера. Одному так одиноко. Даже девушки постоянной нет, ничего не срастается». Вспомнились слова Груммана: «Ты теряешь инициативу, как только чувствуешь успех». Хоть слова старого вояки относились к шахматной партии, Рой обнаружил для себя, что в любовных отношениях с ним происходит то же самое: общение с девушками редко продолжалось после первой совместной ночи. Не то, чтобы Рой не хотел их больше видеть или пользовался ими, просто… Так получалось, иногда из-за обстоятельств, а иногда из-за несхожести предпочтений и взглядов. Рой делает ещё глоток чая и прикрывает глаза. «Да даже не обязательно девушку. Может, собаку заведу или кота, ну или ребенка усыновлю, когда настанут лучшие времена. Я просто хочу, чтобы кто-то ждал меня дома. Даже когда я был просто государственным алхимиком, у меня было больше времени на друзей. Не так одиноко было, а что сейчас? Полковник, но никто мне не пишет и уж точно не ждет». Телефонный звонок вернул Роя в реальность. Он подошел к телефону и по привычке поздоровался, как будто он на работе. — Полковник Мустанг слушает. Раздался женский голос. Кейт. Может быть, она хочет встретиться, и Рой хотя бы сегодня, на одну ночь не останется один? — Даже сейчас ты думаешь о работе. Впрочем, неважно. Прости, но у меня появился другой молодой человек. Ты очень хороший, но мне нужно намного больше внимания, чем ты способен дать. Прости и прощай. Сбросила. Рой пожал плечами — ему не впервой, да и девушка ему не особо нравилась, и почесал затылок. «Я вроде кому-то хотел позвонить. Видимо, ей, но уже не стоит». Мужчина снова сел на диван и усмехнулся — и снова он остался один. Хотя, наверное, сам виноват. Мог же звонить ей в свободное время, хоть его и катастрофически мало. Рой взял себя в руки и спокойно допил чай, тут же относя чашку на кухню. «Ну и беспорядок у меня дома… Как я вообще собрался о ком-то заботиться, если даже о себе позаботиться не могу?» Впервые за три недели Мустанг решил убраться. Он протер стол, на котором поблескивала пролитая вода, помыл скопившуюся в раковине посуду и аккуратно выставил её на полку. Уборка упорядочила мысли Роя и вернула его в реальность, отвлекая от гнетущих рассуждений об одиночестве. «В магазин бы сходить. Скоро закроются ведь, а еды нет». Рой быстро оделся и вышел из дома, не гася свет. — Ну надо же, Рой! Давно я тебя не видела, что случилось? Работа опять? — заговорила старенькая продавщица. — Здравствуйте, а вы ни капли не изменились! Выглядите даже чуть моложе, чем раньше. Женщина чуть смутилась и улыбнулась Рою. — Ой-ой, снова скидку пытаешься выбить? — пауза. — Неплохо получается. Так уж и быть, раз я так помолодела, на радостях можно и скидку в двести центов сделать, м? Рой замотал головой — нужно сначала отказаться для приличия, а потом уж и взять с притворной неохотой. Продавщица не купилась: — Хватит с тебя уже скидок, ни центом больше не собью! Вот, — женщина продолжала говорить, протягивая Мустангу бумажный пакет с едой. — С тебя тысяча семьсот. И отдохни как следует, понял? Мужчина быстро закивал головой, расплатился и ушёл домой. Почему-то в мыслях появилась безумная идея о том, что дома его реально кто-то ждет, и хоть Рой понимал, что это невозможно, ему очень хотелось в это верить. Он заходит в дом. — Я дома! — Мустанг крикнул в пустоту, заходя к себе. Поняв, что он только что позвал воздух, Рой засмеялся и пошел в гостиную, бормоча себе под нос. — Дурак. Совсем уже от усталости крыша поехала. Надо бы взять отпуск, хотя как? Если не только Стального, но и меня не будет на рабочем месте, мои подчиненные загнутся от объема работы. А кстати, Стальной! Я ведь хотел выяснить, что с ним». Перевёл взгляд на настенные часы — десять вечера, ну кто звонит людям в такое время? Может быть, с Эдвардом что-то случилось? «Завтра с утра позвоню. Сейчас пусть отдыхает, и мне не помешало бы поспать». Мужчина разделся и лег спать на диван, укрываясь старым, но достаточно тёплым пледом. От сильной усталости от тут же уснул. Рой открыл глаза у себя же дома, но тот был уж слишком уютным и обставленным — обои были переклеены, в спальне стояла не ржавая раскладушка, к которой он не прикасался много лет, а очень широкая и удобная кровать. Послышался звук открывающейся двери. Вбежал маленький ребенок с золотыми волосами и глазами — Эдвард?! Именно такого возраста был Стальной, когда полковник вместе с лейтенантом Хоукай нашли его в захолустном городишке. Но Рой особо не успел задуматься — мальчик обнял его и тепло улыбнулся. — Рой, я есть хочу! У нас же есть еда? — Сейчас посмотрим. Мужчина повел Эдварда на кухню и достал из холодильника мясной суп. Как оказалось, мальчику он очень нравился: тот начал ерзать на стуле от нетерпения. — Ну подожди ты, подожди. Его ж ещё разогреть надо. Через пять минут Мустанг разлил суп по тарелкам и подал на стол. Эдвард быстро съел свою порцию и попросил добавки — мужчина с улыбкой долил ещё. — Я рад, что ты заботишься обо мне. Вот увидишь, я найду способ вернуть брату тело! — И себе конечности, ясно? Хоть забота о близких очень важна, никогда не забывай о себе. Мальчик весело кивнул и, поднявшись со стула, обнял Роя. — Ты ведь всегда будешь защищать меня и любить? «Да что это с ним… Настоящему Стальному не нужна любовь и ласка. Я сплю?» — Д-да, — чуть замялся Рой, нервно почесывая затылок. По виску стекла капля пота. — Что-то случилось? Эдвард тут же снова оказался в инвалидной коляске, а на лицо его упала тень скорби и страха. Апатия и шок — все, что могло выразить лицо бедного мальчика. И глаза — обычно похожие по цвету на солнечный диск или чистое золото, стали похожи на мутное пиво, дешевое и горькое, сродни тому, что подают в забегаловках. — Стальной! Эй, ответь мне! — шокированно воскрикнул Рой. — Помоги. Мои глаза снова стали такими. Часы показывают семь утра. Телефонный звонок будит Мустанга, не давая ни секунды подумать о сне. — Полковник Мустанг слушает, — взволнованным голосом поздоровался Рой. — Простите за то, что позвонил вам так рано, полковник! Дело в моем брате, он… Он не подпускает меня к себе ни на шаг, он словно сошел с ума! Он только сидит на диване и смотрит в одну точку, а ещё странные звуки из комнаты по ночам, он, видимо, плачет и что-то шепчет! Я пытался с ним поговорить, но он только кричит, что я его ненавижу, и что он сам виноват, что сделал меня таким… Прошу, заберите его на время. Ему становится хуже, когда он видит меня и… — Еду, — твердым голосом чуть ли не вскрикнул Рой, прерывая тираду Альфонса. — Дай мне двадцать минут. Рой почти мгновенно оделся, взял успокоительное и снотворное из аптечки, завел машину и поехал к Элрикам. «Сошел с ума? Но с чего это вдруг, разве он не решил тогда забыть о прошлом и смотреть только вперед? Хотя, он был странным в последнее время. Неужели он тогда всерьез просил прощения и так усердно работал?». Семнадцать минут в дороге, и Мустанг на месте. Он стучится в дверь: послышался голос младшего. Альфонс впустил его и, ни говоря ни слова, провел в комнату брата. Парень сидел на кровати с разодранными запястьями и смотрел мутными глазами в одну точку, видимо, сам не понимая, на что. Мужчина аккуратно подошёл к Эдварду и коснулся его плеча — тот повернул голову и одарил Роя абсолютно пустым взглядом. «Да не могут же быть у живого человека такие глаза! Такие же были… У трупов в Ишваре». Эдвард, не меняя выражения лица, шепотом попросил: — Убей. Убей меня. — Эдвард, я не собираюсь тебя убивать. Я пришел забрать тебя пожить к себе на время… Видимо, с братом тебе хуже из-за воспоминаний и… — мужчина ласково заговорил, чтобы не ранить парня ещё сильнее, но его тут же перебили. Эдвард начал трясти Роя за плечи, крича: — А жить мне нахера, если я за все эти годы не смог вернуть брату его тело?! Я бесполезен, абсолютно, понимаешь?! Я ведь просто жалкий алхимишка! Полковник осторожно обнял Эдварда, будто бы боялся разбить, и сухими губами поцеловал его в лоб. — Мы поговорим об этом позже и не здесь, хорошо? — дрожащим голосом произнес Рой. Его глаза наполнились слезами, но он быстро смахнул их и улыбнулся.