Hurt

В первый раз это случилось, когда девушка встретилась с Тони спустя месяц после его возвращения из Сибири. Влетела на Базу, как и всегда, окрылённая новостями и событиями, желая поскорее вывалить на наставника тонну накопившихся новостей и решиться рассказать, как она соскучилась по нему и их вечерам в мастерской за это время. Она была так воодушевлена, что не сразу обратила внимание на загипсованную руку мужчины. На тёмные круги под его глазами. И на отстранённость, с которой он отреагировал её появление. Петра затараторила со скоростью света, как только за её спиной закрылась дверь лифта, и лишь спустя пару минут, не встретив привычной мягкой ухмылки на осунувшемся лице, девушка тихо уточнила: — Вы в порядке, мистер Старк? Я могу чем-то помочь? Тони, измученный и словно погасший, ответил ей лишь небрежным взмахом руки, призывающим умерить боевой запал, и Петра осеклась. Замолчала, и за весь вечер не проронила больше ни слова, только время от времени затравленно оглядываясь на непривычно сурового наставника. Их еженедельные встречи не прекратились даже после раскола Мстителей, но больше они не приносили удовольствия никому из них. Оба, очевидно, тяготились присутствием друг друга, но в то же время оказались обоюдно зависимыми, поэтому отказаться от этих вечеров или прервать порочный круг никто не решался. Петра поникла уже через пару недель. Перестала даже пытаться завязать эти нелепые, словно между прочим, диалоги, потому что постоянно натыкаясь на пустые уставшие глаза, она убеждалась в единственно верном выводе: «Мистер Старк устаёт от твоей бесконечной болтовни, Паркер. Перестань ему досаждать». Теперь она приходила в тишине, неуверенно бросая дежурное приветствие, и так же молча уходила, временами даже не попрощавшись. Иногда они всё же разговаривали «ни о чём», если Тони сам заводил диалог об успехах в школе или о домашних делах — тогда Петра отвечала на все вопросы плоско и односложно. Не то чтобы ей не хотелось поговорить с Тони или рассказать ему, как на самом деле дела в школе (Флэш с родителями уехал на две недели куда-то на курорт и теперь её никто не достаёт! Ещё они с Недом решили устроить киномарафон на следующей неделе. А тётя Мэй стала часто допоздна задерживаться на работе, и теперь Петра видится с ней только по утрам перед школой), но отсутствие искренней заинтересованности мужчины буквально парило в воздухе, и Паркер это чувствовала. Но всё чаще она подвергалась пыткам другого рода, когда Тони, раздражённый её поведением или по-юношески глупым поступком, извергал из себя слова, которые ранили в самое сердце, а девушка лишь содрогалась от звуков его голоса, покорно опустив голову и не смея сказать что-нибудь в своё оправдание. — Хватит быть ребёнком, Петра! — эмоционально высказывал Старк, возбуждённо расхаживая по мастерской в поисках очередной детали, а затем резко останавливался, облокачивался на стол и устремлял угрюмый взгляд на Паркер: — Если решила взять под свою защиту город — будь готова нести за это ответственность. Ведёшь себя как наивная четвероклассница, а не супергерой. Может быть, ты вовсе этого не достойна?

***

Каждый раз Петра шла в Башню, словно на казнь, и превращалась в сплошной комок нервов и страха, переступая порог мастерской, потому что никогда нельзя предугадать — чем мистер Старк окажется недоволен в этот раз? Она опоздала? Получила трояк за контрольную по испанскому? Влезла в неприятности во время вечернего патруля? Или, быть может, пропустила обед в школе и теперь умирала от голода, пытаясь унять разговорившийся желудок? Да, она могла попросить Тони подтянуть её по испанскому. Позвонить, прежде чем идти против двух пистолетов с голыми руками. Предложить заказать доставку, как они делали это прежде. Нет, она никогда не стала бы делать этого теперь. Жгучие слёзы закипали в глазах, ведь так отчаянно хотелось снова услышать заботливое: «Как дела в школе, Паучок?» и «Устала сегодня? Можем отложить работу и весь вечер смотреть дурацкие комедии, объедаясь пиццей». Ощутить тяжесть тёплой руки на своём плече или вдохнуть запах дорогущего одеколона и машинного масла, когда Тони наклоняется совсем рядом, чтобы убедиться в верности расчётов. Но больше они не были настолько близки. И в этом только твоя вина, Петра Поэтому Старк молча и сосредоточенно копошился в старых и новых Марках, ныряя в их содержимое по самые локти, и полностью игнорировал пришибленную Паркер, пытающуюся слиться с местностью, сидя за столом в компании школьной домашки. К ремонту костюмов и разработке новых игрушек она теперь не допускалась — между школой, ежедневными патрулями и бесконечными попытками уснуть, продираясь сквозь толщу мыслей о Тони, времени на домашние задания почти не оставалось, и её успеваемость в школе заметно упала. Поэтому теперь, дважды в неделю, Петра делала уроки в мастерской под неусыпным контролем Железного Человека. Извините, мистер Старк Я обязательно исправлю все оценки до конца четверти. Обещаю А ещё достану лезвие из ящика стола и долго буду смотреть на него в трясущихся руках, не решаясь сделать то, что давно крутится в мыслях. Но вы никогда об этом не узнаете.

***

Петре кажется, что хуже таких их встреч быть уже не может, но однажды она приезжает в Башню, и вместо Старка в гостиной сталкивается с (как и всегда безупречной) мисс Поттс. Правда, сейчас она выглядит более измученной, чем обычно, но в этом они могут даже посоревноваться. — Здравствуй, Петра, — приветствует женщина первой, отрываясь от документов, разложенных на журнальном столике. — Добрый вечер, миссис Поттс. Что-нибудь случилось? — Вообще-то ты можешь называть меня Пеппер, — уклоняется от ответа она, но затем всё же тихо выдыхает, — Тони заперся в мастерской ещё вчера утром и не хочет никого видеть. Я думала, что он впустит хотя бы тебя… — её голос резко обрывается, когда на лице девушки всего на мгновение мелькает что-то очень пугающее. — Мне жаль, Петра. Паркер хочет ответить, что не нуждается в жалости, попросить не смотреть на неё больше такими мудрыми и понимающими глазами (как будто она всё-всё знает), но слова застревают где-то в горле, образовывая там тугой ком, который невозможно сглотнуть или выплюнуть. Она пятится, когда Пеппер протягивает ей руку и глупо мотает головой на приглашение провести вечер вместе, а потом сбегает — обратно в Квинс, чтобы не чувствовать к себе сочувствие, будучи брошенной за ненадобностью игрушкой миллиардера.

***

Так это и случается в первый раз спустя месяц их безмолвных встреч. И мистер Старк ни о чём не узнаёт. По крайней мере, Петра так думает.