Страж его души

      — Ичиго, — ее голос дрожит, — мне надо тебе кое-что сказать.              Она встает перед ним и берет в свои дрожащие руки его спокойные и теплые, покрытые мозолями от меча, того самого меча. Она снова вздрагивает.              — Я думаю, что, может, ты заметил, — она нервно улыбается, — а, может, и нет, но твой меч, — она поднимает взгляд и смотрит в его чисто-карие, теплые глаза, и ее душа успокаивается — Ичиго поймет, — твой меч - это копия, я думаю, осколок Яхве.              Внезапно Ичиго хмурится. Не зло, не насторожено, как-то холодно, и Рукию пробирает дрожь. Она вглядывается в его глаза и ловит тут и там снующие искры багрового и золотого. Цвета войны, власти, безжалостности, смерти. Девушка хочет отступить назад, но его руки крепко держат ее трясущиеся ладошки.              — Рукия, — он зовет ее привычным голосом, но все внутри кривится в ней, потому что это не то! — Рукия, — снова более властно и напряженно, так похоже на Ичиго, которого она знает столько лет, зовет он. — Ты, — его голос, даже его голос, ставший взрослее и ниже, она снова вздрагивает, — никому, — это будто он, но не он, та же непринужденность, но чувства в этом голосе, — не скажешь, — совсем другие.              Она судорожно кивает, и он, непринужденно и криво улыбаясь, отпускает ее ладони. Она замечает, что он, и правда, хмурится совсем, как Он.