Если я тебя поймаю...

Когда все началось? Кажется, за неделю до того, как все это случилось… Намджун никогда не задерживал на нем свой взгляд дольше трех секунд. Он никогда не обращал на него внимания. Он не замечал его. Предпочитал думать, что его просто нет. Но после того случая, после того, как он впервые ему помог, все покатилось к чертям. В тот день он куда-то шел. Возможно, в столовую или в кабинет, или еще куда. Он уже не помнил. События, случившиеся после этого, вытолкнули из памяти такую ненужную информацию. Внезапно из-за угла кто-то вылетел. От столкновения Джун не пострадал. Сам же налетевший на него, не удержавшись на ногах, восседал на полу. — Я тебя не ушиб? — дыхание Джина было тяжелым. На этот раз взгляд задержался на нем дольше положенного времени. А все потому что в глазах старшего промелькнул страх. Всегда, когда Джун мельком смотрел на Сокджина, он видел на его лице улыбку. Это впервые, когда на нем отразилось что-то другое. Пусть даже и на секунду. Интересно, что его могло так напугать… Отвечать он не стал, лишь слегка мотнул головой. — Супер, — улыбнувшись, старший подскочил. — Если кто будет искать самого красивого человека на земле, то скажи, что он побежал туда, — указав рукой прямо перед собой, он внезапно развернулся, после чего кинулся бежать в противоположную сторону. Как только он скрылся, из-за все того же угла вынырнули два парня. — Блять, ну и где он? — один из них согнулся пополам, пытаясь отдышаться. — Откуда мне знать? Я давно его потерял. Думал, ты знаешь, — второй вертел головой, пытаясь решить, в какую сторону нужно бежать. — Гейские флюиды выдадут его! Я его, блять, по запаху найду! — Ты в курсе, что это отвратительно звучит? Намджун молча прошел мимо них. Какого-то хрена все это время он стоял и слушал их разговор. — Намджун, ты видел, куда он побежал? — это подал голос тот, у кого нюх на гейские флюиды. Что ж, раз он его по запаху может найти, пусть ищет. Улыбнувшись, Джун указал в противоположную сторону от той, в которую побежал Джин. Эти двое тут же сорвались с места. Вздохнув, Намджун попытался успокоиться. В нем с чего-то вдруг появилось раздражение. Когда им уже надоест? И когда Сокджин перестанет их провоцировать? Он ничего не имел против его ориентации, пока это не касалось его самого. Но других это почему-то волновало. Прошел почти год, а жизнь в универе тише не стала. Даже если Джун и не смотрел на старшего, это не означало, что он ничего не слышал. *** В воскресение Намджун пошел с друзьями в клуб. Там должна была выступать какая-то группа. Он ее не знал, но Сону и Бонгю, с которыми постоянно зависал, буквально за шкирку вытащили его из дома. В принципе, он был и не против. Лишний повод выпить баночку пива и расслабиться. В клубе было много народу. Настолько, что они еле протиснулись к сцене. По ушам била не только музыка, но и ор рядом стоящих людей. — Как думаешь, может, он мазохист? — Бонгю ткнул Намджуна в бок, кивая на Джина. Старший стоял в толпе, танцуя и крича вместе со всеми. — Оставь ты его в покое, — устало вздохнув, Джун отпил пива из банки. — Такие, как он, должны сидеть дома и носа на улицу не высовывать, — закусив губу, Бонгю как-то нехорошо оскалился. На этот раз Намджун не стал отвечать. В вопросе с Джином он придерживался нейтралитета, предпочитая ни во что не вмешиваться. Это не его дело. Но вот Бонгю, видимо, был другого мнения. За весь вечер он не сводил с Сокджина взгляда. С каких пор старший интересует его настолько сильно? На следующий день Джин не появился в универе. Это сразу бросилось в глаза, так как обстановка была слишком спокойной. Он пришел только через два дня. У Джуна была совмещенная лекция с группой старшего. Перед ее началом Джин оповестил всех о своем приходе. Зайдя в кабинет, он застыл. Его голос разнесся по всей аудитории: — Ну что, скучали? Без меня вам тут, наверное, скучно было. В него тут же что-то прилетело. Было не понятно что, но футболка Джина, а также его волосы, стали мокрыми. Старший усмехнулся. — Вижу, что скучали. Стесняюсь спросить, вы два дня эту хрень с собой таскали? — отжав низ футболки, он просто прошел на свое место. — Тебе не кажется, что это все детсадом попахивает? — Намджун повернулся к рядом сидящему Бонгю. У него и раньше промелькали такие мысли, но он гнал их прочь, говоря себе, что ему нет до этого дела. — А по-моему, это забавно. Кстати, — Бонгю, который также сверлил старшего взглядом, посмотрел на него в ответ, — это ты его сейчас защищаешь? Не став отвечать, Джун снова уставился на Кима, который сидел на пару рядов ниже. Прежде чем тот успел сесть на свое место, он заметил его опухшую губу и царапину возле брови. Старший поэтому не появлялся? — Раз у нас сегодня на лекции столько народу, перед тем, как начать, я проведу небольшой опрос, — в кабинет зашла преподаватель. — Опрос анонимный, так что не переживайте. Вам нужно написать, как относитесь к однополым отношениям. — Учитель, а как к ним относитесь вы? — из зала донесся женский голос. — Как по мне — это болезнь. А всякую болезнь нужно лечить, — женщина, кинув на Джина короткий взгляд, села за свой стол. — Но вам нужно написать свое мнение. У вас десять минут. Разве это не слишком? Она же преподаватель… Намджун снова кинул взгляд на Сокджина, но тот никак не отреагировал на ее слова. Он даже не посмотрел на нее, начав сразу что-то писать на листке бумаге. Даже ему от ее слов стало как-то не по себе. Что же чувствует он? Джун впервые об этом задумался. На самом деле, когда только началась вся эта травля, он думал, что долго это не продлится, и всё скоро забудется. К Джину быстро потеряют интерес. Но… Это продолжалось не один месяц, и ненависть к нему не утихала. Иногда складывалось впечатление, будто кто-то специально подогревает к нему интерес. Он не вмешивался во все это и ни разу не заговорил с Джином. Он не зацикливал на нем своего внимания, но это не означало, что он не замечал происходящего вокруг него. Что бы ни случалось, старший всегда улыбался. Наверное, у него и правда с головой что-то не в порядке. Любой бы двинулся уже за это время. Он же терпел это день изо дня. — Как ты смотришь на то, чтобы закрыть его в кладовке на третьем этаже? На ночь? — Бонгю скалился, смотря на Джина. Они сидели в столовой. С той лекции прошла пара дней. И сегодня Джин почему-то решил поесть вместе со всеми. — Он ведь пропустил два дня. Разве ему не нужно наверстать? Намджун ничего не ответил, продолжая сверлить старшего взглядом. Какого хрена он сюда приперся? Разве не понимает, чем это для него обернется? — Сону, как думаешь, почему он не переедет? Оторвавшись от еды, Сону недоуменно посмотрел на Джуна. — Не знаю точно, но вроде он не может из-за матери. Уже как десять минут Сокджин сидел и ел в одиночестве, улыбаясь и подмигивая мимо проходящим парням. Девушек он пропускал. Вот что он, блять, творит?! Зачем?! Внезапно рядом с Джином появился Бонгю. За своим наблюдением за старшим, Намджун не заметил, как тот встал и куда-то пошел. Проходя за спиной Джина, руки Бонгю дернулись, и вся еда, которая была у него на подносе, оказалась на одежде старшего. — Извини, я не специально, — губы парня растянулись в оскале. — О, не переживай, — Джин повернулся к нему, стряхивая со штанов рис. — Меня и не таким способом пытались закадрить. Но и ты меня извини, ты не в моем вкусе. Мордашкой не вышел, — он улыбнулся. Пиздец… — Что сказал? Повтори? — Бонгю схватил Джина за грудки. В его глазах была ярость. — Вот, еще и глухой. У нас точно ничего не получится. Прежде чем Бонгю успел замахнуться, Намджун подлетел к нему, и, скрутив руки за спину, стал оттаскивать того от старшего. — Джун, блять, пусти! Я урою его! Блять, пусти, сказал! Как только его вытащили из столовой, парень вырвался, после чего, окинув Намджуна злобным взглядом, просто ушел. Что-то он устал за эту неделю. В субботу вечером точно напьется... Но до вечера еще нужно было, блять, дожить! Вот что с этой долбаной неделей не так! В субботу с утра поставили две лекции. Идти на них не хотелось, но, пересилив себя, Джун все же дотащил свою тушку до универа и послушно усадил ее за парту. Он даже старался делать вид, что более или менее слушает то, что рассказывал преподаватель. У них снова была совмещенная лекция с группой Джина у той же самой гомофобной женщины. Кажется, их группы были единственными в этом здании. Либо все вдруг резко решили забить на учебу, либо они самые любимые студенты у преподавателей и должны батрачить лишь с одним выходным. — Раз вчера не получилось, я запру его сегодня, — Бонгю посмотрел на Намджуна. — Или ты против? — в его глазах появился нехороший блеск. — Мне плевать, делай что хочешь, — Джун опустил голову на стол, отворачиваясь от парня. Все, о чем он мог думать в данный момент, так это как побыстрее напиться. Непонятно откуда взявшаяся усталость все сильнее давила. Перед второй лекцией был получасовой перерыв. Но, пролежав на парте минут десять, Намджун решил все же выйти, потому что Бонгю со своим Джином вконец его заебал. Какого хрена он на нем так помешался? Он, правда, не мог вспомнить, говорил ли тот о старшем до этого так же много, как сейчас. Это раздражало. Он зашел в туалет. — Ты сейчас где? — там стоял парень, который разговаривал с кем-то по телефону. Сделав свои дела, Джун подошел к раковине, включая воду и подставляя под нее руки. — Подходи сюда. Вместе пойдем. Да. Он сейчас на улице возле склада с инвентарем. Отправим его на больничный. Еще на пару дней, — парень заржал. — Я не знаю, кто это был, но в прошлый раз этому педику вроде сильно досталось. Блять! Как же все заебало! Почему всем так понадобился Джин? Или тот всегда пользовался такой популярностью, просто он не обращал на это внимания? Кажется, злость в Намджуне достигла пика. Он нейтрально относился к старшему, но сейчас всей душой его ненавидел. Он практически бежал к выходу, проклиная всех и вся. Раздражало всё. Нет, он не может больше. Плевать, пойдет домой. Напишет потом Сону или Бонгю, чтобы забрали его вещи. Прямо сейчас Намджун, правда, ненавидел каждого в этом гребаном мире. Внезапно его ноги застыли. Какого хрена он делает возле склада? Чтобы свалить, ему нужно было идти в другую сторону… Он только хотел уйти, но в последний момент увидел Джина. Старший сидел на скамейке к нему боком. В руках у него была какая-то книга. Его лицо расслабленное. На нем не было той улыбки, которую он показывал каждому встречному. Сам не зная почему, Намджун замер, смотря на Сокджина. Он и раньше замечал, что старший красивый, но он никогда не всматривался в него так пристально. Его черты лица идеальные, неприлично идеальные. Именно из-за таких, как он, и возник вопрос «Почему все красивые парни геи?» Закрыв глаза, Джин устало стал разминать шею. На улице прохладно, но его кофта расстегнута. Она немного съехала с плеча, из-за чего можно было увидеть его выпирающие ключицы. Чуть выше них были видны небольшие синяки. Словно кто-то пальцами впивался ему в шею. А ведь он как-то не обращал внимания на то, что до этого старший ходил все время в застегнутой до конца кофте с высоким воротом. Внезапно Джин положил книгу на колени и, подняв руки, стал потягиваться, разминая и их. Из него вырвался стон. Из-за которого какого-то хрена по коже пробежались мурашки. Выдохнув, старший устало протер глаза, из-за чего они слегка покраснели. Закусив губу, он взял книгу, снова уставившись в нее. Сокджин улыбается постоянно. Что бы ни случилось. Смотря на него, иногда возникали мысли, улыбался ли он когда-нибудь искренне? Если нет, то как выглядит его настоящая улыбка? И будет ли она раздражать так же сильно, как раздражает та, которую он показывает всем? Сейчас же Джин выглядел расслабленным. В нем что-то изменилось. Непонятно что, но он выглядел по-другому. И этот его вид заставил Намджуна забыть, что еще пару минут назад он ненавидел его всем сердцем. Закусив губу, Джун медленно стал обходить его, стараясь не издать ни звука. Он не понимал, какого черта творит, но перед ним стояли синяки на шее старшего, а в ушах звучал голос того парня из туалета. Подойдя к Джину достаточно близко, он остановился. Убедившись, что рядом никого нет, он сделал глубокий вдох. Блять, и что он творит? Нужно действовать быстро... Обхватив рукой за талию, Намджун второй рукой зажал Джину рот. Потянув на себя, он заставил того встать. Из старшего тут же вырвался стон, из-за чего его чуть не отпустили. Скорее всего, был задет синяк. И он на животе. Но отступать уже поздно. Его голову Джун прижимал сильно, но вот руку, которая обвивала живот, ослабил, как мог. Он потащил старшего к складу. На счастье, Джин не сопротивлялся. Он лишь с силой вцепился в руку, которая затыкала его рот. Дверь у склада была открыта. Днем он не запирался. Затащив туда старшего, Намджун ногой кое-как прикрыл за ними дверь. Спрятавшись за высоченную гору матов, он замер. И почти сразу снаружи послышались голоса. Слов разобрать было нельзя, но и так понятно, кто это был. Джун тут же приложил к губам старшего и вторую руку, прижимая его к себе сильнее, боясь, что он не так все поймет и начнет вырываться. А сказать, что происходит, не мог, так как не хотел себя раскрывать. Не известно, понял ли Джин, но он стоял спокойно и не пытался освободиться. Чувствовалось лишь, как сильно бьется его сердце. И его руки… Они слегка дрожали… На самом деле, Намджун никогда не был к нему так близко. Он думал, что у него будет отвращение от одного его прикосновения, но ничего такого не было. Он лишь чувствовал тепло рук Джина и горячее дыхание, которым тот обдавал его пальцы. Наклонившись к шее, он медленно вдохнул запах старшего. Ему вдруг стало интересно, правда ли от него исходят какие-то особенные флюиды, по которым его можно легко найти. Но… Ничего отталкивающего не чувствовалось. Лишь еле уловимый запах мяты и чего-то еще… Запах приятный и какой-то знакомый. Что же это? По шее старшего пробежались мурашки. Видимо, он почувствовал его дыхание. Это почему-то заставило Джуна слегка улыбнуться. Он даже не сразу заметил, что уголки его губ какого-то хрена были выше, чем нужно. От всего происходящего отвлекли приближающиеся голоса. Когда дверь открылась, Джин вздрогнул. Намджун также напрягся. Что делать, если их обнаружат, он не знал. Он даже не знал, какого черта его вообще так переклинило, что ему захотелось помочь старшему. — Здесь нет никого. Я тебе говорил, чтобы ты шевелился быстрее! Он ушел! После того, как дверь снова закрылась, Намджун подождал еще какое-то время, прежде чем отлепиться от стены, в которую впечатывался вместе с Джином. Подойдя к двери, он прислушался. Была тишина. Старший, который все еще был в его руках, по-прежнему не предпринимал и малейшей попытки вырваться. Это почему-то вызвало небольшое раздражение. Нет, для него это было, конечно, хорошо, он лишь надеялся, что тот не всегда вот так застывает, просто позволяя себя избивать. Но сейчас не время об этом думать. Была проблема и поважнее. Как, блять, уйти так, чтобы старший его не раскрыл?! Мозги начали работать на всю мощь, пытаясь вычислить, сколько понадобится времени, чтобы добежать до угла здания. Пиздец, что делать-то?! Набрав в грудь побольше воздуха, Джун довольно сильно толкнул Сокджина от себя и, прежде чем тот успел повернуться, скрылся за дверью, прижимаясь к ней спиной. Так. Выбрался. Что дальше? Сейчас Джун и правда был очень напуган тем, что старший может его увидеть. Но, к удивлению, Джин не пытался открыть дверь. Поняв это, он неуверенно отлепил от нее спину. Было по-прежнему тихо. Секунду подумав, он кинулся бежать. Только когда вылетел за пределы универа, только тогда он смог выдохнуть. Тупо. Очень тупо. Но, блять… Это все его объяснение всей этой ситуации. Такое же тупое, как и вот это вот все. Издав вымученный стон, Намджун с раздражением взъерошил волосы. Ладно. Плевать, что это было, но это точно больше не повторится. Ему не нужны проблемы. А их у него будет хренова туча, если хоть кто-то узнает, что он помог старшему. Ему хватило того случая в столовой, после которого Бонгю ему два дня мозги ебал. Достав телефон, он набрал номер: — Сону, я ухожу. Забери мои вещи. Позже подойду к тебе. Сбросив вызов, Джун прямиком пошел домой. Он, правда, надеялся, что оставшийся вечер пройдет спокойно. *** До самого вечера Намджун ничем не занимался. Все его дела состояли из просмотра телевизора и прослушивания музыки. Идеально. В нем даже начала закрадываться мысль вообще никуда не идти. Сидеть на диване в пледе с миской попкорна и смотреть боевик — что еще для счастья надо? Внезапно взгляд зацепился за настенные часы. Маленькая стрелка подходила к семи. Они договорились встретиться в восемь, но его и правда подмывало позвонить друзьям и сказать, что сегодня он останется дома. Через какое-то время взгляд снова вернулся к часам. Было ровно семь. С усилием оторвавшись от них, Намджун снова уставился в экран телевизора. Через пять минут его глаза снова смотрели на стрелки. Уже поздно… И завтра воскресение… Выходной… У всех… Многие заведения будут закрыты… Потому что людей там не будет… Здания будут пустыми… До понедельника… Джун изо всех сил заставлял себя смотреть в телек, но… Через десять минут он понял, что все это время смотрел куда-то сквозь экран. Скинув с себя плед, он поставил миску на стол и, согнувшись, схватился руками за голову, запуская пальцы в волосы. Застонав, он с силой стал их взъерошивать. Какого хрена он об этом думает? Ему нет до этого дела! Его это не касается! Перед глазами почему-то всплыла сцена на складе, когда руки старшего слегка дрожали. Его промелькнувший при их столкновении секундный страх. И его спокойное выражение лица, когда он читал книгу. Как же было круто, когда он не обращал на это все внимания! Пытаясь себя успокоить, Джун задержал дыхание. Нужно думать о чем-то другом. Когда воздуха в легких стало не хватать, он с шумом выдохнул. Блять! Резко подскочив, он схватил диванную подушку, с силой запуская ее в стену. Надев куртку, он вышел. *** Намджун стоял возле универа уже довольно долго. На самом деле, он не был уверен, что Бонгю все же осуществил свою угрозу, но если он все-таки запер старшего… Это перебор… Он же тогда пробудет там до самого понедельника. Это неправильно. Внезапно телефон завибрировал. Звонил Бонгю. Джун так и стоял, уставившись в экран. Отвечать он почему-то не торопился. — Мне даже как-то обидно, что ты меня так в открытую динамишь, — голос Бонгю возле самого уха заставил вздрогнуть. — Джун, что ты тут делаешь? — Это же я хотел спросить и тебя, — Намджун слегка улыбнулся, стараясь таким способом не показывать, что чуть инфаркт не словил от такого внезапного появления друга. — Ты когда успел подраться? — он смотрел на разбитую губу парня. — Будет слишком странно, если я скажу, что она не моя? — усмехнувшись, он вытер кровь большим пальцем. — Я шучу. Кое-что не поделили с братом. Ну, что, пойдем в клуб? — взяв за плечи, он потолкал Джуна подальше от универа. Весь вечер Бонгю не сводил с Намджуна взгляда. Что-то в нем было странное. Но он, если честно, и думать об этом забыл, когда стал вливать в себя четвертую банку пива, стараясь таким способом заглушить свои мысли, которые постоянно возвращались к Джину. Он, правда, не понимал, почему вообще сорвался тогда и побежал к универу. Какое ему дело до старшего? Правильно, ему плевать на него и все, что с ним связано! Плевать-плевать-плевать! Джун с силой сжал банку в руках, сминая ее. Он чувствовал, что начинал злиться все сильнее, потому что Джин и не собирался покидать его мысли. Это просто жалость. Именно поэтому совесть не дает покоя. Он слишком хороший для этого мира, надо с этим завязывать. Это непременно выйдет ему боком. — Что такое? Переживаешь за того гомика? Намджун впервые за долгое время оторвал взгляд со смятой банки в своей руке, переводя его на Бонгю. — Мне плевать на него. А вот почему о нем постоянно говоришь ты? — злость закипела с новой силой, как только был упомянут Сокджин. Она почти полностью перекрыла чувство опьянения. — Ты только о нем, блять, и говоришь! — он моментально забыл, что все это время усиленно старался себя успокоить. — Мне поебать на него, — глаза Бонгю буквально прожигали. — Но ты… — он оскалился. — Может, ты такой же, как он? Помнишь то фото, с которого все началось? Думаешь, тот парень единственный? Сколько в нем уже побывало и сколько побывает еще? Хочешь быть одним из них? На этот раз Намджун молчал, сильнее сжимая руку, в которой была банка. Ее края вонзились в кожу, но он этого просто не чувствовал, лишь сильнее сминая ее. Костяшки пальцев побелели. Он чувствовал, что в любой момент может сорваться. Бонгю же будто специально проверял нервы на прочность. Его губы растянулись шире. — Джун, какого хрена ты делал возле универа? Его спасать прибежал? Ну как? Спас? — он на пару секунд замолчал. — Знаю, что нет. Потому что ты опоздал. Смысл последней фразы был не особо понятен, но именно она почему-то стала последней каплей. Намджун не выдержал. Злость совсем снесла ему крышу. Подскочив, он схватил Бонгю за грудки, после чего с размаху врезал ему по лицу. — Ну что, теперь на тебе твоя кровь? — он смотрел на разбитую губу друга. Бонгю ничего не ответил, лишь снова растягивая губы в ухмылке. Увидев это, Джун хотел схватить его и врезать еще раз. Почему-то хотелось стереть эту ухмылку. Она раздражала сильнее, чем нисходящая улыбка на лице Джина. Но вовремя подоспел Сону, вклиниваясь между ними. — Я вас правильно понял, вы сейчас сретесь из-за того, что не можете понять, кому больше плевать на нашего студенческого гомика? — Сону переводил недоуменный взгляд с Намджуна на Бонгю. — Мы не срались, — Бонгю протянул Джуну пиво. — Это недопонимание, правда ведь? — он улыбнулся. — Правда, — кинув на стол залпом опустошенную банку, Ким развернулся, после чего сразу пошел к выходу. Не нужно было столько пить. Немного вело. Выйдя на улицу, Джун набрал в грудь побольше воздуха, после чего ненадолго замер. Выдохнув, он немного успокоился. Что его так разозлило, он и сам не понял. Но одно он знал точно — ему нужно перестать думать о Сокджине. Все ведь так хорошо было раньше. Нужно лишь снова не обращать внимания на его существование и не смотреть на него дольше трех секунд. Из-за непонятно откуда взявшейся усталости, ноги передвигались с большим трудом. Ветер обдавал лицо. Было прохладно, но именно это сейчас и нужно было. Нужно было остыть. Через десять минут Намджун совсем успокоился. Старший больше не занимал его мысли. Он окончательно убедил себя, что сможет вернуться к тому, что было раньше. Почему он вообще потерял из-за него хладнокровие? Ему плевать на него. Он относится к нему нейтрально. Он не трогает старшего, и старший не должен трогать его. Нужно будет извиниться потом перед Бонгю. Постепенно Джун все сильнее чувствовал, что с выпивкой все же переборщил. Голова раскалывалась. Крыша ехала все сильнее. Обычно такие встречи с друзьями заряжали энергией на неделю. Но сегодня явно не тот день. Еще и света в подъезде, как назло, нет! Стоит ли упомянуть и свой разрядившийся телефон? Почему именно сейчас, когда ему и при ярком освещении нужна полная концентрация, чтобы не навернуться на ровном месте? Но светом все не ограничилось. Кто-то там наверху, видимо, подумал, что он мало страдал за свои двадцать лет, поэтому решил к хренам пустить его жизнь под откос. — Сокджин-хен?