Если я тебя поймаю...

— Джун, ты в порядке? Выглядишь не очень. — Все супер. Намджун сидел, положив голову на стол и свесив руки. В таком положении он был уже, наверное, минут пятнадцать. Напротив него сидели Тэхен с Чонгуком. Сегодня они решили встретиться в кафе. Джина с ними не было. — Мне кажется, или он нас обманывает? — Тэ посмотрел на Чона, который лишь безразлично пожал плечами. — Где Джин-хен? — он снова перевел взгляд на Джуна. Джун лишь вздохнул. Вчера он спал с Джином. Он хотел уйти до того, как тот проснется, но… Он даже не слышал, как старший ушел. Ему конец. Надо будет сказать, что между ними ничего не было… Намджун вздохнул еще раз. — Не переживай так, — Тэ улыбнулся. — Даже если ты где-то накосячил — не страшно. Джин-хен отходчивый. Знал бы ты, сколько косячил я. Но, как видишь, я жив и здоров. Джун кое-как отлепил голову от стола. Тело было каким-то слишком тяжелым. — Сокджин-хен… Какой он, когда напьется? Есть что-то странное в его поведении? Он хотел расспросить Тэхена о Джине. Возможно, он бы смог узнать об истериках старшего в начале, о том, почему тот избегает его сейчас, и о его домогательствах, когда пьян. Тэ с Чонгуком переглянулись. — Хен не пьет много, поэтому я не видел его пьяным. А что? Джин-хен напился? Наверное, по лицу Намджуна сразу можно было все понять, потому что глаза у Тэхена заблестели. Он слегка наклонился в его сторону. — И какой он? Сильно невменяемый? — Сильно, — Джун в очередной раз вздохнул, вспомнив вчерашний вечер. — Вот же! — Тэхен откинулся на спинку стула и, скрестив руки, обиженно надул губы. — Это нечестно. Я тоже хочу это увидеть. Я бы нафотал себе компромата, и хен не смог бы меня больше бить, когда ему вздумается. Джун, я тебе завидую! — Ага, сам себе завидую. Знал бы Тэ, что старший вытворяет, не говорил бы так… Тэхен что-то еще говорил насчет того, что он должен напоить Джин-хена, а после позвать его. Ну или на крайний случай снять все на видео, а после скинуть ему. Джун, если честно, не вслушивался. Его внимание привлек Чонгук. Он видел, что брови младшего с каждой минутой хмурились все сильнее. Проследив за взглядом, стало понятно, что смотрел он на трех девушек за соседним столиком, которые, о чем-то шепчась между собой, посматривали на них. Джун усмехнулся. Наверное, Тэхен с Чонгуком часто получают к себе такое внимание. Они ведь оба красавчики. И Джин тоже… При мыслях о старшем на душе снова стало как-то пусто. — Хен, я терпел, больше не могу! Внезапно Гук резко подскочил. Он хотел направиться к тем девушкам и, судя по его лицу, сказать им пару ласковых. На вид Чонгук хладнокровен и неприступен, кажется, что его ничего в этом мире не интересует. Но как только он смотрит на Тэхена, его взгляд моментально меняется. Он окрашивается чуть ли не детским восторгом. Поэтому такой его поступок не вызвал бы удивления. Но прежде чем Чон успел сделать хоть шаг, его за руку схватил Тэ. Потянув на себя, он усадил младшего обратно рядом с собой, после чего обвил шею руками. Ким стал медленно наклоняться к Чонгуку, не отрывая взгляда от девушек. На его лице была улыбка, а в глазах чуть ли не похоть. Он коснулся губами шеи младшего. Челюсть отвисла не только у тех девушек, но и у Намджуна. Они вчетвером сидели и охреневали с Тэхена. Один лишь Чонгук летал в облаках от счастья. Выйдя из оцепенения, две девушки, подкочив, схватили сумочки. Третья же все еще смотрела на Тэхена, который, оторвавшись, наконец, от шеи Гука, облизнул нижнюю губу, смотря на нее. Кажется, этой девушке нравилось происходящее, потому что она не хотела уходить даже тогда, когда ее подруги подхватили ее под руки и стали куда-то утаскивать. — Что это было? — Джун посмотрел на Тэхена, который отпустил Гука только после ухода девушек. — Ну, так будет лучше, чем если бы Гуки подошел к ним и на все кафе стал спрашивать, почему такие курицы, как они, пускают слюни на его парня. И плевать, что слюни они могли пускать и на него. Он не любит разбираться, — Тэ усмехнулся. — Гуки ребенок. Вспыльчивый сильный ребенок. Чонгук ничего не ответил, лишь немного обиженно посмотрел на Тэ. Ему явно не понравилось, что его назвали ребенком. Смотря на парней, Джун отпил немного сока из стакана. Если честно, то он чуть ли не восхищался тем, как они свободно выражают чувства друг к другу. Кажется, их совсем не волнует мнение окружающих. Ему нужно многому у них научиться. — Джун, ты хотел еще что-нибудь у меня спросить? — Нет. — В таком случае, мы пойдем, — Тэхен встал. За ним встал и Гук. — У меня позже лекция. В следующий раз давайте встретимся вчетвером. — Да, давайте, — Джун улыбнулся. На самом деле, домой не хотелось. Джина там все равно нет. Он не уверен, что тот вообще придет после того, как очнулся голым в кровати с ним. Намджун просидел в кафе еще час, а после пошел гулять по городу. Было бы здорово вот так прогуляться с Джином. Интересно, как долго он сможет оставаться рядом с ним? Как только перед ним возник образ старшего, он тут же достал телефон с наушниками. За все это время Джун ни разу не пожалел о своем решении жить в одной с ним квартире. Несмотря ни на какие трудности, он ни разу не думал бросить все и уйти. Он все еще помнил, каково это не иметь возможности увидеть старшего, поэтому был благодарен уже тому, что может просто быть рядом. По сравнению с тем, что было с ним, когда Джин уехал, сейчас он счастлив. Его сердце трепещет, когда их взгляды пересекаются. И оно замирает от одного прикосновения. Он знает, что на Джина давят его чувства, поэтому тот вот так сбегает от него. Он все прекрасно знает и понимает, но… Иногда сердце пронзает острая боль. Как, например, сейчас. Это осознание, что как бы он себя ни обманывал, как бы сильно ни гнал от себя эти мысли, старший не будет его, и когда-нибудь ему все же придется уйти. Желание обладать Джином настолько сильное, что иногда ему самому становится страшно. И чем дольше он остается рядом с ним, тем сильнее оно становится. Это самое большое его желание. Которому не суждено сбыться. Как бы Намджун ни старался показать Джину, что ему от него ничего не нужно, что хочет просто помочь ему, как бы он сам себе это ни вдалбливал, в нем все же есть и темная сторона, которая иногда дает о себе знать. Он солжет, если скажет, что за все эти дни у него ни разу не промелькала мысль наброситься на старшего, сделать его своим, на неделю, на день, на час, наплевав на все последствия. Наплевав на его и свои чувства. Эти мысли промелькали у него буквально на секунду. Но они у него были. Эта его часть очень пугает. Его темная сторона, полная эгоизма. Он всеми способами старался ее игнорировать, предпочитая думать, что ее просто нет. Джун включил музыку чуть ли не на всю громкость. Домой он зашел только в одиннадцатом часу. В квартире стояла темнота, но Джин был точно дома, потому что он чуть не навернулся, споткнувшись об его кроссовки. Разувшись, он прошел к комнате старшего. Аккуратно открыв дверь, он просунул туда одну только голову. Кровать была пуста. — Хен, ты там? — Намджун постучал в дверь ванной комнаты. Так как ему никто не ответил, он потянул ручку на себя. Как и ожидалось, Джин заперся. На секунду у него промелькнуло нехорошее предчувствие, но он решил не заострять на нем внимания. Пройдя к дивану, он включил телевизор. Намджун не знал, сколько он так сидел, но его внимание не могло сосредоточиться на просматриваемой передаче. Взгляд постоянно возвращался к двери, за которой скрывался старший. Нехорошее предчувствие уже прочно засело в голове. И с каждой минутой оно увеличивалось в размерах. Прошло полчаса, но из ванной не донеслось ни звука. За все это время ни разу не послышался шум воды. — Хен? — Джун снова стоял возле двери. — Ты в порядке? Не получив ответа, он стал сильнее дергать ручку. Будто это что-то могло изменить. Сколько бы он ни звал Джина, тот не отвечал. Стало по-настоящему страшно. Он ведь даже дверь выбить не мог. Она открывалась наружу. Замерев на пару секунд, Намджун сделал глубокий вдох, стараясь вернуть себе разум и не поддаваться панике. Подойдя затем к тумбочке, он стал рыться в ящиках. На глаза попался ключ. Он довольно маленький. Должен подойти. Вернувшись к двери ванной комнаты, Джун вставил ключ в небольшое отверстие на ручке. Он не знал, от чего тот был, но эти двери не так уж и сложно открыть. Подойдет любой тонкий предмет. Ключ соскальзывал, но спустя время послышался, наконец, долгожданный щелчок. Намджун замер. Было страшно открывать. Он надеялся, что старшего там нет, что обувь просто каким-то чудом материализовалась из шкафчика под ноги, и что дверь захлопнулась сама собой. Вот только… Зайдя в ванную комнату, Джун застыл. Джин лежал в наполненной до краев ванне. Он был в одежде. Глаза закрыты. Он не шевелился. Тело онемело, поэтому Намджун даже не осознал, как оказался рядом с ванной. Просто в какой-то момент он уже стоял рядом с ней. Он потянул к старшему руку. Остановившись в паре сантиметров от его шеи, она застыла. Она не хотела шевелиться, отказываясь притрагиваться к ней. Сделав глубокий вдох, Джун запустил руку в воду, беря Джина за запястье. Вода была холодной. Ноги подкосились, и он медленно опустился рядом с ванной, опустив и голову. Сердце заходилось в истерике, когда Джин открыл глаза. — Джун? Я думал, ты уехал, — голос старшего был тихим, но сейчас он бил по ушам, вызывая болезненную волну по всему телу. Намджун так и сидел какое-то время, все еще сжимая руку Джина в своей. Сердце постепенно успокаивалось, дыхание нормализовалось, он чувствовал, что к нему снова возвращается способность двигаться. Способность двигаться возвращалась, а вот разум исчезал. Его потихоньку охватывала злость. Ну все, пусть молится! Он сам его утопит в этой ебучей ванне! Встав, Джун схватил Джина за грудки, заставляя подняться и его. — Какого хрена творишь?! Почему не отвечал?! — он довольно ощутимо тряхнул старшего. Намджун действительно был зол. На его руках выступили вены из-за того, что он со всей силы сжимал ворот футболки старшего. Джин молчал. Он лишь зажмурил глаза. Его снова тряхнули, пытаясь вытряхнуть ответ, но никакой реакции не последовало. Пиздец! Джун силой вытащил старшего из ванны. С него ручьем стекала вода, но ему было плевать. Он толкнул его в грудь. Из Джина вырвался слабый стон, когда он ударился спиной о стену. Подойдя, Намджун сжал его горло. — Ты не хочешь мне ничего рассказывать. Ты не хочешь, чтобы тебе помогали. Ты просто в одиночку сходишь с ума и сводишь с ума меня. Ты все-таки хочешь умереть. Ведь все к этому и идет. Давай я просто убью тебя? Я могу помочь тебе хотя бы в этом, — он сильнее сжал пальцы. — Джун, я же говорил тебе, мне нельзя умирать, — старший усмехнулся, вцепившись в руку, которая сжимала его шею. Глаза он все еще не открыл. Он дрожал. Еще бы, пролежать хрен пойми сколько в холодной воде. Намджун вздохнул. — Раздевайся. Принесу сухую одежду. Он отпустил Джина. Его все еще переполняла злость, но больше волновало то, что старший дрожал от холода, находясь в этой мокрой одежде. Сначала его нужно переодеть. А после можно и придушить. — Джун, мне нужна помощь… Я не в порядке… Когда раздался голос Джина, Намджун уже был возле двери. Он повернулся к старшему. Тот стоял, опустив взгляд куда-то себе под ноги. Он нервно теребил полотенце, которое ему успели сунуть в руки. — Я думал, что справлюсь, но… Сегодня я встретил своих школьных друзей. Один из них положил руку мне на плечо, и я ударил его… Я не хотел… Месяц назад я из-за этого же ударил Чонгуки… Больше всего я не хочу кого-то волновать, но… Я боюсь людей. Я стал бояться прикосновений уже через полгода этой травли… Джин ненадолго замолчал, Намджун же моментально забыл о своей злости, вслушиваясь в каждое слово старшего. — В тот вечер я связал тебя еще и потому, что ты не смог бы ко мне прикоснуться… Джун, я никогда тебя не боялся, но… Мне стало страшно, когда я понял, что мне не противны твои прикосновения… В тот вечер… Я, правда, был сбит с толку… Тэхен и ты… Только к вам я могу прикасаться… И сегодня… Хоть я и сам старался выжить тебя из этой квартиры, но когда вернулся и не увидел тебя, то испугался. Я был напуган своим поступком и тем, что снова остался один… Джун, наверное, ты мне нравишься… Мое сердце и тело реагируют на тебя. Но… Полотенце упало из рук Джина. Он медленно сел на пол, вцепившись в голову руками. — В моих снах меня все время избивают и насилуют. И их никто не останавливает… Как бы я ни кричал, меня никто не слышит… Они доходят до конца. Раз за разом… Снова и снова я возвращаюсь в тот переулок… Джун, мне так страшно. Каждый раз. Подойдя, Намджун присел возле Джина на корточки. Он не знал, что ему делать. Может ли он обнять его? Джун потянул руку к старшему, но она застыла, когда он снова услышал его голос. Он дрожал. — Ты не должен был искать меня после того вечера. Ты не должен был возвращаться после того, как уехал. И ты не должен был оставаться здесь и жить со мной. Джун, я не хочу любить парня. Я не могу любить парня. Рука так и опустилась, не достигнув старшего. Они молчали какое-то время. Джун просто смотрел на Джина, который сидел на полу, поджав к себе колени и вцепившись в голову руками. — Как ты смирился с тем, что тебе нравится парень? Как ты принял это? Как люди вообще принимают то, что они другие и их влечет к своему же полу? — Джин, наконец, поднял голову. Его глаза были слегка красные, но на лице не было слез. Его взгляд буквально просил спасти его. Только увидев этот взгляд, Намджун понял причину того, почему старший так отчаянно отталкивал его от себя. В свое время он так же гнал его из своих мыслей, отрицая то, что его так сильно влечет к парню. За время их совместного проживания ему впервые удалось понять Джина, так как он сам пережил подобное. — Хен, как я мог не влюбиться в такого красавчика. Ты мне и шанса не оставил, — Джун слегка улыбнулся. — Кроме того, в любви нет ничего плохого. Даже если ты влюбился в человека одного с тобой пола. Тэхен с Чонгуком. Ты же видел, как они счастливы вместе. По-твоему, их любовь это что-то неправильное и ненормальное? Уголки губ старшего слегка приподнялись. Кажется, он немного расслабился. — Они сами по себе неправильные и ненормальные, — Джин усмехнулся. — Но меня немного мучает совесть. Из-за меня ведь ты бросил девушку… — Я соврал. Тогда у меня не было девушки, — встав, Намджун протянул Джину руку. — Хен, тебе нужно переодеться. Немного посомневавшись, старший все же ухватился за нее, вставая. — Вытрись. Я принесу тебе одежду и поставлю чай. Если ты простудишься, или если ты там отморозил себе хоть что-то — я все же придушу тебя. Джин, взяв протягиваемое ему полотенце, в очередной раз улыбнулся. Через десять минут старший уже сидел на кухне в самой теплой одежде, какую только удалось найти. Меховая розовая толстовка и какие-то утепленные штаны. На голове у него было сухое полотенце, а в руках — горячий чай. Себе Джун налил кофе. Плохо его пить на ночь, но его организм сейчас очень нуждался в кофеине. Внезапно на телефон стали приходить сообщения. Одно за другим. В чат писал Тэхен. Намджун чуть не опрокинул на себя кружку, когда прочитал содержимое. — Что-то случилось? — Нет, — Джун усиленно замотал головой, улыбнувшись. — Пей, тебе нужно прогреться. Старший послушно поднес кружку к губам, делая очередной глоток. Намджун же снова вернул взгляд к телефону. _______ Любитель кроликов: Джун. Любитель кроликов: Я тут вспомнил. Любитель кроликов: Однажды я видел хена пьяным. Любитель кроликов: Это было так давно, что я и забыл. Любитель кроликов: Когда напьется, он говорит правду. Любитель кроликов: Он тогда наговорил кучу всего. Любитель кроликов: Например, он сказал моей маме, что ей не идет стрижка. Любитель кроликов: И что вкус в одежде у нее такой себе… Любитель кроликов: Поэтому с тех пор он не напивается. Любитель кроликов: Он тебе что-то говорил? _______ Джун снова перевел взгляд на Джина. Тот, поставив кружку на стол, просто сидел. Внезапно в памяти всплыли все его пьяные выходки. Сердце екнуло, когда старший перевел на него взгляд. Будто его застукали за чем-то неприличным… — Выпил? — Намджун подскочил. — Пойдем спать. Уже поздно. Когда он проходил мимо Джина, внезапно тот вцепился в его руку. Голова старшего была опущена. Кажется, он боялся встретиться с ним взглядом. — Джун… Когда я вернулся, и тебя не было дома… Я думал, что ты уехал… Ты должен был свалить, когда я тебе говорил… Сейчас же ты не можешь исчезнуть… — Но, хен, ты ведь мог мне просто позвонить. Джин мгновенно отдёрнул руку. Его голова опустилась еще ниже, а уши буквально на глазах стали краснеть. Смотря сейчас на старшего, сердце готово было взорваться от того, какой же он милый. А когда до Джуна еще дошел и смысл слов… В общем, он на полном серьезе думал, что лишится сердца. Все-таки Джин очень сложный человек. Как у него так просто получается сначала разбивать его сердце, а затем заставлять чувствовать бабочек в животе? *** Лежа на диване, Намджун смотрел в потолок. Уснуть не получалось. Или из-за кофе, или из-за слов старшего. Он пытался лучше его понять. Получалось не очень. Все, к чему пришел, так это к осознанию, что Джин очень напуган своим поступком к другу, кошмарами и чувствами к нему, в которых он не может разобраться. И что ему-то теперь делать? Внезапно дверь в комнату Джина открылась. Старший вышел, подошел к дивану, вырвал у Джуна подушку, после чего скрылся в своей комнате. Джун же сидел и недоуменно смотрел на закрытую за ним дверь. Чего это он? Через минуту дверь снова открылась. Джин все также, смотря в пол, подошел и схватил одеяло. Развернувшись, он вместе с ним снова скрылся в комнате. Еще через минуту дверь в очередной раз открылась. Намджун уже со страхом смотрел на приближающегося Джина, вид у которого с каждой такой вылазкой становился все мрачнее. Что он еще заберет? Простынь? Но следующей целью была не простынь. Схватив за запястье, старший поволок его за собой, бубня себе под нос что-то насчет того, что его намеков совсем не понимают… Когда Намджун зашел в комнату, первое, на что обратил внимание, так это покрывало. Оно было скручено и лежало посередине кровати, разделяя ее на две части. — Будет лучше, если ты будешь спать рядом. Так сможешь быстрее меня будить, — Джин все еще смотрел куда-то вниз. Его уши буквально горели. — Ты не можешь пересекать линию! — Хорошо, — Джун слегка улыбнулся. Старший не смущался так сильно, даже когда пытался его соблазнить. Когда их глаза все же встретились, Джин мгновенно вспыхнул. Горели уже не только его уши. Он тут же кинулся к выключателю. Выключив свет, старший вернулся к кровати, завернулся с головой в одеяло, после чего лег, отворачиваясь. Немного посомневавшись, Намджун лег рядом с ним. Он долго еще не мог уснуть, смотря на одеяло, в недрах которого прятался старший. Он наслаждался тем трепетом и теплом, которые разливались сейчас по всему его телу. Уснуть удалось, наверное, только под утро. Джин в эту ночь спал спокойно. Намджун думал, что когда проснется, старшего снова не будет рядом, но… Проснувшись, он почувствовал кое-что странное. На грудь что-то давило. Открыв глаза, первое, что увидел, так это руку Джина. Повернув голову, он увидел и самого Джина, который, уткнувшись лбом в плечо и закинув на него руку и ногу, спал. За всю ночь Джун добросовестно ни разу не пересек установленную старшим линую. Но на него самого, видимо, никакие запреты не распространялись… — Джун, — голос старшего был сонным. — Почему ты так близко? Я же просил тебя не пересекать линию. — Я и не пересекал. Открыв глаза, Джин посмотрел на Намджуна. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы все понять. Когда же он осознал, что сам к нему прилип, то тут же испуганно отпрянул. Его движение было таким резким, что он чуть не навернулся с кровати. Засмущавшись от этого еще сильнее, он тут же вскочил, буквально вылетая из комнаты. Джун же решил полежать еще немного. Он хотел унять свое бешеное сердцебиение. *** С того самого дня они каждую ночь спали вместе. Джин все так же клал это треклятое покрывало, запрещая его пересекать. Джун же вел себя послушно, лишь втайне надеясь, что старший сам перекатится через него, и он сможет все-таки заграбастать его в свои руки. Наверное, из-за того, что Джин спал не один, ему реже стали сниться кошмары. Их стало меньше, но они не исчезли совсем. Просыпаясь в очередной раз от приглушённого крика, Намджун тут же будил старшего. Когда тот приходил в себя, то снова закутывался в одеяло и отворачивался. Но со временем изменилось даже это. Примерно через неделю их совместного проживания в одной комнате. При очередном кошмаре Джина, Намджун снова разбудил его. В этот раз старший не стал отворачиваться. Закутавшись в одеяло, он повернулся к нему, беря за руку и утаскивая ее под свое одеяло. После чего закрыл глаза и продолжил спать. Нужно ли говорить, что самому Намджуну в ту ночь удалось уснуть далеко не сразу? Поведение Джина днем так же изменилось. Старший больше не пил. И когда ему нужно было пойти куда-то, он просил Джуна пойти с ним. И тот с радостью соглашался. Сокджин не скрывал больше свои чувства и говорил прямо, когда волнуется, или когда ему страшно. Выяснилось, что старший очень переживает насчет универа. Он волновался, что не сможет нормально общаться с одногруппниками. Хоть Намджун и выслушивал все, что Джин ему рассказывал, сам он еще почему-то не сказал, что поступил в тот же универ, что и он… Они стали довольно часто гулять. В основном просто гуляли по городу или катались на автобусе. Иногда они выбирались в клубы или ходили на концерты. Позже стали ходить и в кино. Это все больше стало походить на свидания. Но Джун гнал от себя эти мысли, потому что видел, что Джину становилось лучше, и сейчас не время думать о чем-то большем. Со временем Джин познакомил его со всеми своими друзьями и знакомыми. Их было, кстати, немало. Только тогда Намджун узнал, что старший обрубил все связи с ними через год после своего переезда. И даже вернувшись в Кванджу, он не искал с ними встречи. Только сейчас стал снова с ними общаться. По крайней мере, старался. Когда они находились в какой-то компании, Джин постоянно был рядом. Старшего нельзя было брать за руку на людях, но Джун старался не отходить от него. Он вставал как можно ближе, либо клал руку на плечо. Постепенно Джин стал менее напряженным, а его улыбка более искренней. Иногда он замечал, что старший на какое-то время забывался и просто веселился. Эти отрезки времени, когда он забывал обо всех своих страхах, крайне малы. Это буквально считанные минуты, после которых в нем снова виделось напряжение, но они были. Иногда Намджун как бы невзначай дотрагивался до руки Джина, видя, что тот сжимает ее в кулак. Смотря на него, старший улыбался, после чего разжимал пальцы. Джин все еще был не в порядке, но он, по крайней мере, не держал больше все в себе. Не известно, что будет, когда они пойдут в универ. Джун понимал, что не сможет постоянно быть рядом. Осталось не так уж и много времени, но они обязательно что-нибудь придумают. Он найдет способ сделать так, чтобы Джин не переживал даже тогда, когда его не будет рядом. Их прогулки, разговоры по вечерам, даже простой совместный просмотр телевизора делали его нереально счастливым. Три недели со старшим пролетели для него слишком быстро. *** — Джун… Они сидели на диване и смотрели очередное кино. Оторвав взгляд от фильма, Джун посмотрел на Джина. Тот нервно кусал нижнюю губу, боясь посмотреть на него в ответ. — Что? Что-то случилось? — Нет. Ничего, — внезапно старший улыбнулся, поднимая взгляд. — Не забыл, что завтра мы встречаемся с Тэхеном и Чонгуком? — Нет. Я… Он не успел договорить, так как внезапно Джин лег головой ему на колени, повернувшись к телевизору. Намджун замер. Его руки висели над Джином. Он не знал, куда их девать… — Что-то не так? — старший повернул к нему голову. Блять… Это все, что он мог сказать по этому поводу. Сердце стало рваться из груди. Он каждую ночь пускает слюни на старшего, проклиная это покрывало между ними, и сейчас тот сам пришел к нему. Джун сделал глубокий вдох. «Воздержание и спокойствие. Спокойствие и воздержание» — вот его девиз и заклинание в последний месяц. Одну руку он опустил на диван, вторую ему все же пришлось положить на старшего. Наверное, его замешательство и внутренняя борьба не остались незамеченными, так как губы Джина расплылись в улыбке. Почему-то сложилось стойкое впечатление, что старший специально его дразнит… — Хен, смотри кино, — Джун хотел, чтобы старший отвернулся и перестал на него так пялиться. Это очень сильно подбивало его и без того расшатанный самоконтроль. — Джун, я должен тебе кое-что сказать… Ложась на спину, Джин убрал руку со своего плеча, тут же обнимая ее и прижимая к груди. Нет. Всё. Это пиздец. Какой там был девиз? — Что? Намджун залип на глазах старшего. Тот смотрел на него и будто о чем-то просил. Именно после такого взгляда в романтических фильмах происходит поцелуй. Но в данной ситуации было одно но, мешающее этому. Два но… Во-первых, в таком положении при всем желании невозможно было дотянуться до губ старшего. Во-вторых, ебучая сотовая связь! Джину на телефон кто-то звонил. У него всегда на звонке стояла такая противная мелодия? Если это Тэхен, то ему не жить! И плевать, что он здесь благодаря младшему. Джин встал, беря в руки телефон. — Да. Да, сейчас приду. Хорошо. Сбросив вызов, старший посмотрел на Намджуна. — Джун, сегодня я буду ночевать у Тэхена. Его родители уехали. Приедут только завтра. Мне нужно приглядеть за мамой. Поговорим позже. — Ладно. С тобой все будет в порядке? — Думаю, да, — Джин улыбнулся. И прежде чем Намджун успел сказать еще хоть что-то, старший испарился. *** — Хен, общение с Намджуном идет тебе на пользу. Поговорить с Джином так и не удалось. Тот позвонил и сказал, чтобы на встречу к Тэ и Гуку Намджун пошел один, так как задержится у мамы. Джун с большим трудом его дождался, но поговорить они все равно не могли. Напротив них сидели Тэхен с Чонгуком. Спустя долгое время они собрались вчетвером в кафе. — Думаешь? — Джин слегка улыбнулся, смотря на Тэхена. — Ты должен перестать меня бить. Ведь это я поспособствовал тому, что вы сейчас вместе. А ведь я жизнью рисковал, проигнорировав твою просьбу! — Тэ, закрыв глаза, демонстративно прижал руки к груди. — Если бы ты не косячил столько, я бы и пальцем тебя не трогал. — Мы не вместе, — все трое посмотрели на Джуна, из-за чего тот вдруг почувствовал, что сказал что-то не то. Но ведь это правда. — Тэ, Гуки, а ваши родители знают, что вы встречаетесь? — вдруг резко захотелось сменить тему, потому что взгляды к нему были прикованы как-то уж слишком долго. — Мои нет, — Тэхен взял в руки стакан с соком. — Отец с братом не знают, — Чонгук слегка улыбнулся. — А вот мама подобрала уже Тэхен-хену платье невесты. Поперхнувшись соком, Тэхен закашлялся. Придя в себя, он схватил Чона за грудки, после чего стал трясти изо всех сил. — Гуки! Я же просил держать это в секрете! Какого черта! — Тэ-Тэ… — глаза Джина были такими же огромными, как и Намджуна. — О чем это он? Отпустив Чона, Тэхен сел по струнке смирно. Его голова была опущена. Сейчас он походил на нашкодившего ребенка. — Хен, ты бы о себе лучше переживал, — Чонгук усмехнулся. — Почему? — Намджун-хен представляет тебя в таком же платье. Повернув голову, Джин посмотрел на Джуна. Кажется, тот спалился. Взгляд, устремленный в одну точку, выдал его с потрохами. Когда до старшего дошло, он пришел в ужас. Подскочив, он схватил Намджуна за грудки, после чего стал трясти также сильно, как до этого Чонгука тряс Тэхен. — Прекрати! Не думай об этом! Ты не можешь! Забууууудь! — Хен, поздно, — послышался ржач Тэхена. — Уже даже я тебя в нем представил. Джин, отпустив Намджуна, обреченно сел обратно. Опершись локтями о стол, он схватился за голову. — Тэ-Тэ, ты как согласился-то на это? — голос старшего был уставшим. — Ну, а что я мог сделать? Ты посмотри на моего Гуки, — Тэ втянул в себя сок через трубочку. — Стоит ему посмотреть на меня своим невинным детским взглядом, улыбнуться своей кроличьей улыбкой, и вот я сижу на кровати в одной рубашке, на голове у меня кошачьи ушки, а из задницы торчит хвостик. Джин резко поднял голову. Он медленно повернул ее к Намджуну. Наверное, его снова выдал застывший на одной точке взгляд, потому что ужаса в глазах старшего стало еще больше. Из него посыпались маты. Подскочив, он схватил Джуна за руку. — Пойдем! Мы больше никогда не будем общаться с этими ненормальными! — Не переживай ты так, хен, — Тэхен изо всех сил старался не заржать. — Если в нашей паре Чонгуки вертит мной, как хочет. То в вашей, думаю, бразды правления в твоих руках. Как Намджуну показалось, данный аргумент был слабеньким, чтобы успокоить Джина, но внезапно старший, отпустив руку, сел обратно. Он лишь прошипел Тэ, чтобы они не смели больше говорить ни о чем странном. Джун же на какое-то время выпал из дальнейшей беседы. Он честно пытался не думать о Джине в таком ключе, но… Эти картинки сами возникали перед ним. Он не виноват. Правда. В себя Намджун пришел только тогда, когда заметил, что брови Чонгука снова стали хмуриться. Он тут же стал вертеть головой, пытаясь найти причину. Недалеко от них сидели две девушки и, улыбаясь, смотрели в их сторону. На этот раз он тоже почувствовал раздражение, так как одна из них явно палила на Джина. По лицу Тэхена сразу было понятно, что он тоже заметил состояние Гука, но решил пока ничего не предпринимать, желая помучить этим младшего немного дольше. Было бы не удивительно, если он решил таким способом отомстить ему за платье. Эти девушки оказались смелее прошлых. Они напрямую флиртовали, когда видели на себе чей-то взгляд. От этого терпение Чона стремительно кончалось, а раздражение Намджуна усиливалось. Оно достигло пика после того, как одна из девушек подмигнула старшему, когда их взгляды пересеклись. А ведь он даже сделать ничего не может. Они не встречаются. К облегчению, вскоре губы Тэхена стали растягиваться в улыбке, его руки при этом потянулись к Чонгуку. — Ким Намджун. Джун удивленно повернул голову к Джину. С каких пор тот называет его полным именем? Прежде чем он успел понять хоть что-то, старший внезапно схватил его за грудки и, потянув на себя, впился в губы. Намджун и в себя прийти не успел, как старший отстранился. Со стороны девушек послышался шум. Одна из них опрокинула на себя стакан с напитком. Чонгук с Тэхеном, разинув рты, также смотрели на них. Рука Тэ все еще была на шее младшего. Кажется, среди них только Джина ничего не смущало. Он просто слегка улыбнулся произведенному им эффекту. Все это время Джун был будто в прострации. Когда же его процессор загрузился, он обхватил голову старшего руками, уже сам впиваясь в его губы. Для него перестало существовать всё. Ему было плевать на всех. Плевать, что они находились в общественном месте, и кроме них в кафе были еще люди. Он думал лишь о Джине и о том, как не умереть от разрыва сердца. Все звуки вокруг слились в один непонятный гул. Лишь иногда сквозь него прорывался обеспокоенный голос Тэхена. Джун слышал отдельные фразы, которые тут же стирались из памяти, так как он не обращал на них внимания. «Гуки, закрывай их!» «Меню! Возьми меню!» «Здесь есть камеры?» «Собой их закрывай!» «Гуки, это твоя идея была сесть возле окна?!» Когда Намджун отстранился от старшего, то услышал громкий выдох облегчения Тэхена. Тот устало упал на стул. — И это мы с Гуки еще ненормальные… Но Джун снова его не слушал. Встав, он схватил Джина за руку, после чего потащил из кафе. Выйдя на улицу, он завернул в переулок, прижимая старшего к стене и сразу впиваясь в его губы. Он старался не напирать на Джина слишком сильно, но получалось не очень. Он больше не мог себя контролировать. Сдерживаемое все это время желание наброситься на старшего прорывалось, не оставляя тому и шанса вырваться. Джин упирался рукой ему в грудь. Из-за этого Намджун подумал, что тот хочет оттолкнуть его, поэтому он просто взял ее, прижимая к стене и переплетая их пальцы. Когда воздух в легких стал заканчиваться, ему все же пришлось отстраниться от старшего. Он наклонился к его шее, дотрагиваясь до нее губами. Сердце Джина билось быстро, его дыхание опаляло и сносило крышу все сильнее. Старший свободной рукой вцепился в его футболку. — Хен, пойдем домой. — Джун, — дыхание Джина было частым, — мы обещали Гуки с Тэ пойти с ними. Они хотели познакомить нас с Хосоком. Намджун снова поцеловал старшего. Еще раз и еще. Он задыхался. Какой, блять, Хосок? Плевать ему на него! Им нужно домой! И срочно! Внезапно в начале переулка стали доноситься голоса. Один из них точно принадлежал Тэхену. — Чего смотришь? Проходи. Там нет ничего интересного. — Проходите-проходите. Гуки, помоги им пройти. Пока Джун ненадолго отвлекся, Джин освободил свою руку. Он обнял его за шею, наклоняясь к самому уху. — Джун, мы можем не торопиться. У нас много времени впереди. Старший коснулся его губ своими буквально на пару секунд, после чего отстранился и пошел к выходу из переулка. Подойдя к Тэхену, он обернулся. — Ты идешь? На губах Джина была улыбка. Ему явно доставляло удовольствие дразнить его. — Хен, вы теперь встречаетесь? — Тэ схватил Джина за руку. Посмотрев на Джуна, старший кивнул. Из Тэхена тут же вырвался писк восторга. — Бедный Хосок-хен. Его мы-то с Гуки смущали, а тут прибавится еще парочка. Пойдемте быстрее! Мне не терпится вас с ним познакомить! — Джун, пойдем. Это ведь все неправда? Это сон? Намджун смотрел на старшего. На его улыбку. На счастливые глаза. На протянутую ему руку. Он не думал, что все это будет когда-нибудь происходить с ним. Его сердце столько раз разбивалось. Он столько раз сомневался в своих решениях. Он так боялся давать себе хотя бы мизерную надежду остаться рядом с Джином навсегда. И сейчас сердце разрывалось от счастья. Сейчас он знал, что отправиться на поиски старшего после того вечера, вернуться после того, как тот сказал уехать, и остаться жить с ним в одной квартире, были самыми правильными его решениями в жизни. — Да, хен, пойдем. Если однажды они столкнутся на улице, если он его увидит, если он его поймает— никогда больше не отпустит. Намджун сделал первый шаг к Джину. Он столько раз повторял себе эту фразу. И сейчас старший сам шел ему навстречу. Взяв за руку, он переплел их пальцы. Можно ли сказать, что теперь он действительно поймал его?