Игра в дораму.

Рыжий первым заметил приближающуюся угрозу. Прыснув в кулак, он насмешливо глянул на Казуху, а позже и на девушку, которую назвал «Синьорой». Ну и имена у них. Девушка ответила непонимающим выражением лица, а затем осознала, что так рассмешило «Чайлда», когда её потянули за рукав, с явным намерением порвать. Отпустив подбородок её возможной жертвы, Синьора с самым невинным видом обратилась к Скарамучче:  — Скарик, сделай лицо попроще, я же не враг какой-нибудь. Кажется, «Скарик» только больше взбесило этого низкого парня. Ладно, они одного роста. Но его напущенный вид полностью разбивал восприятие. Сейчас он не выглядел машиной для убийств, скорее обиженным злюкой. Ну, так, ради забавы. Пока Чайлд чуть ли не рыдал, тихо смеясь себе в локоть с перепалки Синьоры и Скарамуччи, Казуха думал, с какой бы стороны обойти и остаться незамеченным. Молодец, любопытство своё ты потешил, а теперь беги пока и до тебя не добрались.  — Стоять. Его остановили недовольным возгласом. Ну вот кто просил тебя сюда соваться? Сглотнув, Казуха вернулся на своё законное место — около подоконника. По правде говоря, он и шагу ступить не успел. А этот Скарамучча внимательный. Теперь, неловко мявшись, он ждал, когда мамочка-Скарик наконец закончит ругать провинившуюся Синьору. Её наконец отпустили. Отделалась лёгким шлепком по затылку. А Чайлд только громче засмеялся после того, как девушка сложила пальцы в не самом приличном жесте и показала язык вслед их общему другу.  — Тебе тоже нос сломать? Будешь как этот додик с пластырем ходить.  — Всё-всё, молчу, барин, не велите распять.  — Я ваши русские приколы не понимаю, идиоты. Ваши? Синьора и Чайлд из другой страны? Интересненько. Девушка сложила руки в примирительном жесте и отошла к своему мопсу. Теперь они оба с интересом наблюдали за предстоящей сценой. Подойдя вплотную, Скарамучча исподлобья взглянул на причину его вечного раздражения.  — У тебя инстинкт самосохранения отсутствует? Зачем за мной пошёл? Как на такое ответить? Отделаться извинениями? Хах, да его на месте казнят. «Слишком много извиняешься» — уже предвидел возможный ответ Казуха. Рассказать настоящую причину? Мда, это ведь точно решит все его проблемы. И простой интерес к слухам никто не примет за одержимость старшеклассников. Они ведь вообще ничего не приукрашивают.  — Долго думаешь, Каэдэхара. И не поспоришь ведь.  — Милые бранятся. — сквозь смех проговорила записывающая видео Синьора. Ученики уже разбежались по классам или другим этажа. В коридоре остались лишь они четверо. Напрягает. Мало ли что им придёт в голову.  — Спрячь телефон, пока он каким-то чудом не оказался на асфальте.  — Ой страшно, не надо. — наигранно-испуганно протараторила девушка, но телефон всё же убрала. Эти ребята точно дружат? Больше похоже на отношения…а впрочем неважно, опустим эти расистские, никому не нужные шутки.  — Теперь ты. — темноволосый вновь обратился к нему, не смягчая своего тона. —Не смей за мной ходить. Не смей появляться в том же месте, что и я, не смей говорить со мной или ещё как-то взаимодействовать. Мне эти слухи нахрен не нужны, я не для этого десять лет ебашил, чтобы белобрысый придурок мне в последний год засрал репутацию. Белобрысый придурок? Ему бы поучиться вежливости. Очевидно, он не умеет мягко обращаться с людьми. И что послужило такой агрессии? Казуха совсем впал в свои мысли, забыв, что ответить-то нужно! Он опомнился лишь тогда, когда оказался лежащим на этом злосчастном подоконнике. Скарамучча церемониться не стал, и, толкнув парня в грудь, заставил увидеть мир с нового ракурса. Снизу. Он сдавил запястья младшего, вновь смотря на него сверху-вниз. Прямо как на лестнице.Чёрт, те двое наверняка сейчас визжат и давятся смехом.  — Чёртов мазохист. Даже не попросишь отпустить? Ты знаешь, что такое эмоции? Это должно было прозвучать, как шутка. Но, зная Казуху, из-за этого колкого замечания вполне можно было поникнуть.Скарамучча, кажется, заметил, как тот замялся, тут же отпуская.  — Тц, какой же ты странный. Просто не попадайся мне на глаза. Троица покинула уже пустующий коридор, разбредясь по своим классам. Казуха остался один, так и не пошевелившись. Доволен? Подробности так и не узнал, только лишний повод для ненависти дал. Проспись, Каэдэхара. Тебя вообще это интересовать не должно. Ты здесь ради экскурсии. — Ну надо же, Каэдэхара. Какая встреча! —нежный голос знакомой девушки заставил встать, убирая свою отчуждённость куда подальше. — Сангономия… Здравствуй. — А ты общительностью не отличаешься, как я вижу. — и вновь милая, невинная улыбка. Как давно она здесь стоит? Сколько увидела? Спросить он не осмелится.  — Д-да, не часто приходится.  — Не часто приходится разговаривать? Смешно. Почему эта девушка выглядела как самое невинное дитя, но в то же время, не используя ни одного колкого слова, заставляла съёжиться сильнее, чем перед Скарамуччей?  — А-ага. Ты старшеклассница?  — Нет. Я учитель. Так стоп, что?! Она не похожа на учителя. Ну нет… Нет, бред.  — Ты бы себя видел, ахах! Шучу. Старшеклассница я, старшеклассница. Какое облегчение. В этой школе все так шутят?  — А ты-то сюда зачем пришёл? Сегодня только одиннадцатые классы учатся, а ты из десятого.  — Ох, ну, Горо обещал показать мне школу вот я и…  — Ничего смешнее в жизни не слышала! Даже не надейся, что он придёт. И вновь холод в этих замёрзших океана. Как быстро она меняется.  — Почему ты так говоришь? Зачем Горо его обманывать? Кому выгодно издеваться над новеньким? Или здесь и правда настолько скучно, что даже самые невинные ученики решаются на подлость? — Горо не выполняет обещания. Ни-ког-да. —на губах расцвела гадкая улыбка, быстро сменившись на сочувствующую. Сердце пропустило удар. Его опять обманули? Это всё из-за того, что он тише остальных? Из-за того, что не тянется к общению? Из-за дурного случая в столовой, в конце концов?  — Ох, но если хочешь, то я могу. Казуха и слушать дальше не стал. Спрятав слезившиеся глаза за длинной чёлкой, он стремительно побежал вниз, к выходу. Похоже, сегодня всё же не получится обойтись без истерики.