Соседство

***

       Иногда мне казалось, что всё происходящее — какой-то нелепый сон. Ужасно подробный, местами слишком реалистичный, но всё же… фантазия. Что прямо сейчас произойдёт что-то особенно странное, и я проснусь в своей комнате, а затем спущусь на кухню и расскажу обо всём семье.        А они посмеются над этой историей вместе со мной, прежде чем поторопить меня выйти и сесть на автобус до школы.        Особенно сильным это чувство было в те дни, когда Билл казался странно… далёким. Как будто мы снова становились простыми прохожими, едва знавшими имена друг друга. Незнакомцами, которые несколько раз задумаются перед тем, как просто поздороваться друг с другом.        В такие моменты мне казалось, что часть моей вселенной просто рушится, забирая с собой смысл и желание двигаться вперёд. Я на мгновение чувствовал, что задыхаюсь: от страхов, сомнений и странной злости, что поднималась из глубины моего сердца и задерживалась где-то в горле, мешая мне дышать. Потому что я абсолютно не представлял, что буду делать без Билла. Без его вечного присутствия рядом, без насмешливых комментариев, сопровождающих каждое моё действие. Без возможности прийти и обсудить с ним самые глупые в мире вещи, которые никто кроме него не стал бы слушать.        Билл становился для меня всем, а я даже не заметил, как это началось.        Он был словно Солнце. Таким ярким и тёплым — ослеплял каждого, кто смотрел на него больше нескольких секунд. Таким близким, что казалось, до него можно было дотянуться рукой. Просто несколько усилий, и горячий огненный шар будет греть ладони… А затем приходило осознание, что это лишь иллюзия.        Билл… никогда не будет понятным, обычным человеком. Он всегда будет где-то в своём отдельном мире, сам решая, когда именно выйти на свет.        Я осознал, что одержим им. Его выражениями лица, его характером, его потрясающим голосом. Я обожал его черты лица: от лёгкого прищура глаз при улыбке, до острой челюсти, которая со всех сторон казалась идеальной. Я был заворожён каждым движением его рук, каждым действием, которое он совершал с такой невообразимой грацией, что невозможно было оторвать взгляд. Я обожал в нём даже те черты, что должны были выводить меня из себя. Просто потому что без них Билл не был бы Биллом. Лишь его жалким, слишком идеальным подобием.        Меня пугало это. Буквально сводило с ума.        Я помню, как ненавидел моменты своего бессилия. Как ревновал его к каждому прохожему, которому он улыбался. Впервые я боялся проснуться в мире без Билла. В мире, где я буду вынужден наблюдать со стороны, пока другие проводят жизнь с ним. В мире, где я буду лишь случайным знакомым, имя которого Билл едва вспомнит.       Я осознавал, что это глупо, но не мог ничего с этим сделать. Панические мысли захватывали меня с головой, мешая здраво соображать. «Что, если завтра они заменят меня?». «Что, если Билл однажды не откроет мне дверь?». «Что, если однажды я приду к нему, а за порогом окажется незнакомец, только что переехавший в новый дом?».        Что, если однажды он просто исчезнет?        Я злился каждый раз, когда замечал Билла на улице, разговаривающим с кем-либо, кроме меня. Даже если это официант в кафе. Даже если это старушка, которой он помог отнести корзинку с продуктами. Даже если это просто случайный прохожий, которого он видел первый раз. Он мог перекинуться всего парой фраз, просто вежливо поздороваться, а я уже сгорал внутри от странного гнетущего чувства.        Билл… должен был быть моим. Потому что я заслужил это. Потому что именно со мной он проводил столько времени. Потому что я знал его лучше всех!        Знал же, верно?        У нас ведь… были отношения?        Я помню, как временами чувствовал себя больным. Как начал избегать разговоров с семьёй. Особенно с Мэйбл, когда она ненароком спрашивала про Билла. Я знал, что она лишь отшучивалась, пытаясь вновь наладить со мной общение. Я прекрасно понимал, что она лишь искала тему, на которую можно было бы со мной поговорить. Но стоило ей только сказать пару слов о нём, и мой мозг тут же отключался, погрязнув в этой отвратительной, съедающей меня изнутри тревоге.        Я боялся и ревновал. Злился и кричал от одной только мысли, что Билл найдёт кого-то другого, кроме меня.        Я преследовал его в те особенно тревожные дни, когда не мог совладать со своими эмоциями.

***

       Я помню, как однажды в выходной день я застал его во время разговора с какой-то девушкой. Очень красивой, в коротком светлом платье и чёрных очках. Я смотрел, как Билл смеётся с её слов, как протягивает упавшую тетрадь. Не обращает внимания, что она специально касается его руки в этот момент и поправляет волосы, явно пытаясь заинтересовать.        Я даже не осознал, как оказался рядом с ним. Просто в один момент я был на другой стороне улицы, а через секунду стоял рядом, натягивая приветливую улыбку.        Судя по выражению их лиц, улыбка вышла не самой жизнерадостной.        Я понятия не имею, о чём они говорили тогда. Я встрял в диалог слишком резко и не к месту, прервав их общение. Я помню, как бормотал что-то о проекте, говорил несвязный бред, всё время повторяя про дом и про чай. Я словно хотел напомнить самому себе, что важен. Что несмотря ни на что именно я могу приходить к Биллу домой, донимать его своими бесконечными лекциями целыми днями, и всё равно быть выслушанным. Я помню, как тянулся к его плечу, едва сдерживая торжествующую ухмылку от самого факта этого прикосновения. Потому что знал, что Билл не оттолкнёт.       Он был моим. Я должен был показать это прежде, чем кто-то заберёт его у меня. Я должен был опередить каждого, кто только посмотрит на него и подумает о том, что у него могут быть какие-то шансы.        Я опомнился посреди диалога, вдруг осознав, что кроме меня больше никто не говорит. Девушка смотрела на меня очень тревожно и растерянно. Ничего не сказала, словно вдруг забыв, как мило болтала минуту назад. Она переглядывалась между нами, пристально смотрела на мою трясущуюся руку, сжимавшую плечо Билла, а на её лице застыло странное выражение. Что-то между шоком и отвращением.        Это окончательно отрезвило меня. Я вдруг понял, насколько ненормальным выгляжу со стороны.        — Сосна…        Я вздрогнул, вдруг испугавшись ситуации. Билл будет зол, верно? Чёрт возьми, что я натворил только что?        Это было совсем непохоже на меня. Я словно отключился, полностью перестав соображать, что делаю. Я не понимал ни где я, ни кто вокруг. Чувствовал лишь злость и панику, настолько сильную, что её хватило, чтобы перекрыть любой здравый смысл.        Наверное я и правда сходил с ума. Нужно было слушать Мэйбл и перестать крутиться возле Билла целыми днями. Наверное, стоило…        — Сосенка!        Я поднял взгляд, вдруг осознав, что стою возле дома Билла. Я не понимал, как оказался здесь. Не понимал, куда делась девушка, говорившая с Биллом до этого. Как я мог не заметить, что прошёл всю улицу вместе с ним? Как я мог отключиться посреди разговора и просто пропустить несколько минут дороги до другого конца района?       Я огляделся, резко вздохнул, впервые почувствовав чужую руку на своей щеке. Кажется, Билл пытался привлечь моё внимание уже довольно долго.        — Ты в порядке?        Билл смотрел на меня с тревогой, терпеливо ожидая, когда я отвечу. Моих сил хватило лишь на то, чтобы медленно кивнуть ему в ответ. Этого было явно достаточно, потому что в следующую секунду он облегчённо выдохнул и убрал руку с моего лица.        — Ты уверен? Ты странно себя вёл. Я волновался, что что-то случилось.        Я с трудом понимал, что он говорит. В моей голове было лишь одно его слово, произнесённое таким тревожным тоном.        «Волновался»        Билл волновался обо мне. Он заботился о том, как я себя чувствую. Одной этой мысли хватило, чтобы нервный комок в моей груди распрямился, сменившись чем-то очень тёплым и мягким.        «Он волновался обо мне. Волновался, волновался, волновался…»        Я снова поднял взгляд. Билл задумчиво смотрел на меня, машинально протягивая руку, чтобы поправить воротник моей рубашки. На мгновение мне показалось, что было что-то странное в его взгляде. Всего на секунду мне привиделось, что на его лице промелькнула ухмылка.        — Не хочешь чаю? Всё же, тебе будет лучше присесть ненадолго.        Я улыбнулся и кивнул, не решившись отказаться. Позволил Биллу провести меня по коридору и усадить за стол. Я смотрел, как он достаёт чашки, как заботливо добавляет льда в прохладный чай, и не мог не чувствовать себя счастливым. Потому что я был тем, о ком Билл заботился. Я был тем, кто сидит на его кухне и пьёт его потрясающий чай, пока другие могут довольствоваться лишь коротким разговором.       Я был тем, кто станет для Билла особенным, пока другие могут об этом лишь мечтать.        — Билл, кто мы? — спросил я вдруг, не сдержавшись. Впервые я действительно смог спросить его об этом. Впервые смог озвучить вопрос, мучивший меня ночами.        Билл вопросительно хмыкнул из-за жёлтой чашки.        — Кто мы… друг для друга? В смысле… мы встречаемся? Или…        Я неловко замолчал, не зная, как сформулировать свои мысли. Билл смотрел на меня со странной улыбкой. Чересчур внимательно и как-то довольно, словно только и ждал, когда я спрошу.        — Ты мне скажи, Сосенка, — ответил он, чуть помедлив. — Ты мне скажи.

***

      Этот один единственный вопрос что-то изменил. Я не знал точно, но было что-то в самом ощущении, атмосфере каждой нашей встречи, которая теперь чувствовалась совсем по-другому. Я заметил, что Билла вдруг стало куда больше. Словно преграда, которая раньше мешала нашему общению вдруг рассеялась.        Я помню, как счастлив был, когда Билл внезапно обнял меня на улице. Как приятно чувствовался вес его руки на моих плечах, когда мы шли по очередным его делам. Каким гордым я себя чувствовал, когда Билл не отстранился даже во время разговора со своим знакомым, как с улыбкой кивал на меня, повторяя, что я его «незаменимый помощник».       Я понятия не имел, о чём он, ведь я ничем ему не помогал. Но спорить не стал, потому что не было ничего лучше, чем выглядеть таким важным для Билла в глазах окружающих.       Я помню, как радовался каждому лишнему прикосновению от Билла. Когда он машинально поправлял мою одежду, когда зарывался рукой в мои волосы, когда тянулся к лицу и задумчиво обводил пальцами каждую черту, словно стараясь запомнить всё наизусть. Я наслаждался каждым его объятием, я обожал моменты, когда он осторожно притягивал меня к себе, позволяя спать на его плече или коленях.       Раньше я мог только мечтать хоть об одной из таких вещей. Грезить целыми днями, как буду купаться во внимании Билла. И теперь, внезапно получив его, я наслаждался каждым мгновением этого.       Я помнил все его заботливые взгляды. Я обожал каждый его поцелуй. Каждый раз, когда он зарывался носом в мои волосы, когда оставлял лёгкое прикосновение губ на моей щеке, когда насмешливо улыбался, а затем вдруг поднимал мою руку и целовал костяшки пальцев. Он делал это спокойно и легко, каждый раз так внезапно, что я никак не мог к этому привыкнуть.       Я помню, как он впервые склонился надо мной со своей привычной ухмылкой. Я ждал, когда он поцелует меня. Закрыл глаза и приподнялся, ожидая момента, когда почувствую его губы на своих. Однако проходили минута за минутой, а этот момент так и не наступал. Он лишь усмехался каждый раз и отстранялся, с насмешкой глядя на моё явно разочарованное выражение лица.       Я злился и нервничал, думая, что сделал что-то не так. Ждал, что в следующий раз он не откроет мне дверь, когда я постучусь к нему в дом. Однако он просто продолжал разговор, словно ничего не происходило. Словно никто из нас не оставался недовольным.       Только позже я понял, что он ждал. Каждый раз ждал момента, когда я сделаю это сам и признаю очевидное.       — Кто мы, Сосенка?              Я знал ответ на этот вопрос и всё равно никак не мог ответить на него вслух. Я хотел услышать это от Билла. Хотел, чтобы однажды он просто ненароком сказал, что любит меня, что хочет провести со мной жизнь. Это было безумно глупо, но я не мог просто отбросить эти мысли в сторону. Я так сильно хотел точно знать, что Билл чувствует. Мечтал о том, как однажды он представит меня своим друзьям, как возлюбленного. Представлял, как буду счастлив, когда впервые услышу от него прямой ответ на свои вопросы.       Однако терпение у меня было далеко не бесконечное. Поэтому когда Билл в очередной раз спросил меня про наши отношения, я сам потянул его за воротник рубашки и быстро поцеловал прежде, чем он успел бы это осознать.        — Мы пара, — ответил я, не задумываясь. И любые мои сомнения исчезли в тот же момент, когда Билл мягко улыбнулся мне и кивнул.       — Правильный ответ, meus sol, — ответил он и наклонился для ещё одного поцелуя.       В тысячу раз более долгого, приятного и ожидаемого, чем любой другой до этого.