From love with Russia

      От клубов дыма и пара хотелось чихать.       Гарри послушно топтался рядом с дедом на платформе 9¾, косясь на шумную толпу провожающих. Чемодан с чарами расширения уже отправился в багаж, сумка и кошачья переноска ждали в купе. — Мыльно-рыльное взял? — Взял. — Пижаму запасную взял? — Взял… — А тёплые носки? Свитера? — Аверьян Георгиевич чихнул, когда их накрыло особо густое облако. — Старый замок в Шотландии — это тебе не Крым! — Взял. И носовые платки. И аптечку тоже, — поспешно добавил Гарри. Гончаров вздохнул и в очередной раз прижал к себе мальчика. — Не могу не переживать. Это тебе не Колдовстворец. Там ты от меня был в пяти минутах от моего камина до камина в кабинете Анны. А тут… Да ещё и этот Альбус… Запомни: будет звать на чай — не соглашайся, особенно в одиночку! А если и прижмёт, то не вздумай что-нибудь есть или пить, придумай что-нибудь! И… — И если что — обращаться к профессорам Снейпу или МакГоннагал, — послушно продолжил Гарри, — и искать Драко и Невилла, чтобы они сообщили своим. И писать тебе через парный блокнот как минимум каждый вечер. — Пра-авильно, — сухая жёсткая ладонь пригладила чёрные волосы мальчика. — И вообще, писать нам с бабушкой не забывай. — Мне уже Анита пригрозила, что если я ей забуду написать, то она до меня с Уральских гор доплюнет. А Эрнст с Симой пообещали ей в этом помочь.       Дед только вздохнул в духе «Вот воспитал наследницу на свою голову». Гарри повторил его вздох.       Когда до этого он отправлялся в Колдовстворец на начальные курсы, это было не так тоскливо. А ведь он мог сейчас быть с Анитой, готовиться к испытанию Поиском и гадать, какое у него будет кольцо… — Запомни, кто бы что тебе не говорил… И мне, и Анне всё равно, на какой факультет ты попадёшь. Учат везде одинаково.       Внезапно из клубов дыма показалась блондинистая троица. Драко тут же, наплевав на своё воспитание, стиснул Гарри в объятиях и зашептал на ухо: — Я такое узнал! Ты не поверишь!       Приободрившийся Гарри улыбнулся и шепнул в ответ: — Это ты ещё не знаешь, что узнал я! — Драко! Где твои манеры?       Мальчики под строгими взглядами послушно оправились и хором протянули: — Здра-а-авствуйте-е!.. — Здравствуйте, — Августа Лонгботтом, почему-то без своей знаменитой шляпы и в одежде, похожей на маггловскую, со смешинкой в глазах кивнула присутствующим. — Вы не поверите, какую картину маслом мы видели!..       Гермиона с Невиллом быстро обменялись приветствиями с ребятами. — Невилл, вы с маггловской стороны платформы пришли?       Невилл кивнул и поудобнее перехватил банку с жабой. — Да, они встретили меня и помогли пройти сюда! — внезапно Гермиона хихикнула. — Вы не поверите, кого мы видели!       Гарри с Драко переглянулись. — Уизли, — Невилл неожиданно хитро улыбнулся. — Они Ба даже не узнали. Стоило сменить шляпу — и всё. Мне кажется, Ба даже шёпотом Мерлина поблагодарила, когда мы прошли. — А что они там делают? Они же чистокровные волшебники, разве нет? Вы с леди Лонгботтом меня встречали, а они кого?       Гарри поёжился. После того случая с Симой он догадывался, кого могли встречать Уизли. Вот только… почему на маггловской стороне? — Чистокровные, — со вздохом ответил Драко, — причём входят в список Священных Двадцати Восьми. — Никогда бы не подумала… А что это за список такой?       Поезд издал гудок. Взрослые спохватились и стали подталкивать детей к поезду. Невилл чуть не упустил свою жабу, и лишь в последний момент бабушка успела ухватить беглеца и засунуть его на место, одновременно смахнув с щеки мальчика невидимую крошку. Драко увернулся от сунувшей ему дополнительную пару запасных носовых платков Нарциссы и не смог увернуться от встрепавшей его волосы руки отца. Гарри в последний раз отрапортовал, что взял запасные рубашки и не забыл парный блокнот, получил поцелуй в щёку от деда и скользнул губами по его седым усам.       Сердце Гарри сжалось от тоски, когда поезд тронулся, издав прощальный гудок, и родная фигура Гончарова осталась позади вместе с платформой. Рядом дружно вздохнули Драко и Невилл. Гермиона всхлипнула. Мальчики тут же принялись шарить по карманам в поисках платков. Закончилось всё тем, что девочка вытащила из кармана своей сумки незнакомые платки — ту самую запасную пару, которую пыталась всучить сыну леди Малфой, но промахнулась мимо его кармана брюк.       Бегемот, успевший чуть заскучать в переноске, тут же мявом потребовал свободы. Пришлось выпускать, предварительно прикрыв дверь купе. — Ой, какой большой! — приободрившаяся Гермиона тут же затискала кота. — Какой хороший! Это мейн-кун? Как его зовут? — Я не знаю, что это за породу ты назвала, но Бегемот вроде беспородный. Хотя в предках у него явно были наши русские волшебные коты, ему только полгода — Гарри вытащил из сумки пакетик с мелко-порезанным сушёным мясом и дал немного благодарно заурчавшему коту. — Это имя что-то значит? Звучит грозно, вроде демона из страшных сказок, — Невилл опасливо отставил банку с Тревором на стол, от кота подальше. — Это дед в шутку предложил. Бегемот, когда мы с Анитой его домой принесли, так жадно ел, что дед сказал, что он настоящий Бегемот. Это персонаж какого-то романа Булгакова, это такой маггловский писатель. Я из его творчества ничего не читал, правда. Мне сказали, что ещё рано. Но у нас дома висит небольшой портрет Булгакова, и дядя Марк, как просмеялся с имени Бегемота, схватил его на руки и потащил к нему. Михаил Афанасьевич очень умилился. — У вас дома висит волшебный портрет маггловского писателя? — удивился Малфой. — Ага. Они с дедом дружили в своё время, и Булгаков вроде бы был сквибом. Я не знаю, но бабушка до сих пор утверждает, что бал, который в каком-то своём романе описал Михаил Афанасьевич, выглядит как-то подозрительно. — Так, ладно, это всё очень интересно, — Драко потянулся в свою сумку за зачарованным термосом с чаем, — но нам надо обсудить кое-что другое. Вы же помните, о чём мы договаривались на прощание?       Остальные мальчики тоже засуетились и стали доставать угощение. Гермиону, как девочку, усадили к окошку с котом и попросили следить за Тревором. — Я поспрашивал бабушку, — Нев параллельно разливал чай, в купе одуряюще запахло травами, — она сказала, что она была шокированна, когда Долохова арестовали за братьев Прюэтт. Он общался с ней, договаривался по поводу обмена некоторых саженцев из наших теплиц на саженцы редкого вида мяты с магическими свойствами, он у них где-то тоже растёт в степях… ну, Гарри, наверное, лучше знает. Так вот Долохов показался ей таким… приятным, располагающим, но при этом честным. Она назвала его «прекрасным, достойным русским аристократом» — А что там с Прюэттами? — Гермиона вернула Тревора опять в банку, стараясь скрыть своё смятение. — Он на них напал и убил, — Драко выставил коробку домашнего печенья и почесал нос. Гермиона побледнела. — Или они напали. Там всё могло быть. Долохов был вместе с моим отцом в том… кружке по интересам, имел, скажем так, татуировку. А братья Прюэтты были на стороне Ордена Феникса, под началом Дамблдора, нашего директора. Я подслушал papa, когда он вместе с крёстным вспоминал о Долохове. В общем, он был очень противоречивым типом, натаскивал членов кружка на боёвку, был близок к Тёмному Лорду. И по временам он был примерно таким, как рассказывала твоя бабушка: много смеялся, шутил, пел русские песни, между делом учил желающих русскому — в общем, душа компании. Крёстный признался, что никогда до этого не видел мага с такой широкой душой, чтобы это ни значило. И в от такой Долохов был против гонений на магглов и магглокровок. Но по временам… это был будто другой человек. Заносчивый и жестокий, который пугал ничуть не хуже Тёмного Лорда. Он вроде даже говорил и двигался как-то иначе. И без вопросов участвовал в карательных рейдах, причём в первых рядах. — Прямо-таки история о докторе Джекиле и мистере Хайде, — почему-то хихикнул Гарри. — Кто? — Я потом расскажу, это из маггловской литературы. Мама мне рассказала о Долохове. Ну, после того, как я вернулась с Косой Аллеи. Он был больше похож на того, с которым встречалась твоя, Невилл, бабушка, и был… Как же это Драко назвал… — Гермиона задумчиво отпила чаю. — С широкой душой, вот! — Может, это шизофрения? — блеснул знанием Драко. — Ну, когда раздвоение личности, или что-то вроде этого.       Гарри внезапно широко улыбнулся и снова полез в сумку: — Всё элементарно, мой друг Ватсон. — Опять из маггловской литературы? — почти смиренно спросил у Гермионы Малфой. — Вот! — Поттер воодушевлённо потряс какой-то книжкой. — Дедушка разрешил взять. — Это что? — девочка вытянула шею, пытаясь прочитать название. — А, это по математике, чтобы я от программы Колдовстворца не отставал… не важно. — Из учебника Гарри достал колдографию и торжествующе положил на столик, закрыв часть рукой. — Твой отец, Гермиона, был протеже моего деда и сыном его старого друга, он готовил его в свой… департамент. Это фотография с выпускного Долохова.       Все дружно склонились над столом, стукаясь головами. — Долохов, — подтвердил Малфой, рассматривая молодого парня с солнечной улыбкой и чуть вьющимися волосами. — Я в альбоме видел. А дед тут твой ещё без трости. И моложе. — Так это было когда, лет сорок назад или около того, — отмахнулся Гарри и аккуратно показал кончиком карандаша. — Смотрите лучше вот сюда. Видите вот эти узоры на ткани формы? Здесь не видно, конечно, колдография чёрно-белая, но это — золотой на зелёном фоне. Это цвета факультета Дажбог. Вообще сложно поверить, чтобы представитель этого факультета стал последователем Тёмного Лорда, их основная ценность — любовь. Но вот здесь, — Гарри наконец отвёл руку, — узоры серебряные на чёрном. И это — факультет стремящихся к успеху любой ценой, Хорс. Вот только не надо шутить про лошадей, договорились? Особенно при Эрнесте и Симеоне, они тоже на этом факультете. — И это Долохов. — Да ты Холмс, а не Малфой, — неожиданно раскрыл свои знания Невилл. — Это — Антон Остапович Долохов, — кончик карандаша показал на первого, — а это — его близнец, старший — Тарас Остапович Долохов, — карандаш показал на второго, растягивающего губы в холодной улыбке. — Честно сказать, я, кроме этого, мало что сумел узнать, — вздохнул Гарри. — Я так понял, дед считает, что Антона подставил его брат… и чувствует свою вину перед Антоном за то, что сразу в него не поверил и не вытащил. А ведь он мог. Тогда это было проще, наверное, но я краем уха слышал, что…       Внезапно дверь купе без стука распахнулась. Стоящий на пороге неопрятный рыжий мальчик безошибочно нашёл взглядом Гарри и, игнорируя остальных ребят и зашипевшего Бегемота, улыбнулся ему: — Привет! А мы тебя искали-искали! Представляешь, все купе уже заняты!       Опешившие ребята только рты раскрыли, когда непрошенный гость спокойно плюхнулся на сидение. — А… Привет?.. — выдавил из себя Гарри. — А… Ты… — Я — Рон! Рон Уи… И-И-И-И-И-И!!!!!!       Бегемот, не дождавшись действий хозяина, решил действовать сам, и с рыком прыгнул Рону на грудь, стараясь не выпускать когтей, чтобы не поранить человека. Больного вида толстая крыса, до этого мирно спавшая у того за пазухой, рванула спасаться в коридор. Рон, зовя питомца, побежал за ней. Кот, распушившись ещё больше, рванул следом. Уизли, видимо, испугавшись ещё больше и решив, что страшный чёрный зверь бежит за ним, спрятался в туалете. Короста, пометавшись, просочилась к хозяину в щель между дверью и полом. Бегемот, негодующе рокоча, скорчился рядом, помахивая хвостом. Оттащить его удалось не сразу, кот уцепился за ковровую дорожку на полу всеми когтями. Драко и Невиллу при помощи ещё одного мальчика-первогодки пришлось держать чёрного демона (примерно так назвал кота прятавшийся в туалете Уизли) под живот, пока Гарри с помощью Гермионы и ещё одного мальчика отцеплял конечности своего любимца от пола. Бегемот в процессе издавал икающие и кашляющие звуки, но заговорить так и не смог и решил, что объяснит хозяину, что мужчине-крысе нечего сидеть на мальчиках, позже, когда научится говорить.       Уходя, Гарри постучался в дверцу туалета с очередными извинениями, но в ответ услышал лишь сопение. — Вот это зверь! — один из мальчиков, бледноватый шатен, с восхищением оглядел выпущенного на свободу кота. — Драко, когда ты обещал, что поездка будет нескучной, я и не думал, что настолько!.. — Я и сам не понимаю, что на него нашло, — вздохнул Гарри, поправляя на Бегемоте ошейник. — Может, это он на крысу эту так? У нас дома он тоже голубей гонял. Гарри Поттер, — предварительно отряхнув руку, Гарри протянул её мальчику. Тот, сдержанно улыбнувшись, пожал её в ответ. — Теодор Нотт. Чтобы кто не говорил про Крэбба и Гойла, но смею заверить, что я, пожалуй, единственный, кто из чистого дружелюбия выносит этого белобрысого павлина, — Драко в притворном недовольстве закатил глаза, — правда, он утверждает, что я ещё хуже. — Ещё бы, ты как начнёшь рассуждать про модерн и эклектику в архитектуре или какого-нибудь Гауди, так сбежать хочется. — Так смущает храм Святого семейства? — улыбнулась Гермиона, протягивая Нотту руку, — Гермиона Грейнджер. — Невилл Лонгботтом, — пробормотал мальчик, пожимая руку нового знакомого. — Очень рад знакомству, и буду рад представить гостя нашей семьи, Блейза Забини, — смуглый мальчик, помогавший отцеплять когти Бегемота от пола, отвесил шутливый поклон. — И будем надеяться, что наши с ним предположения окажутся просто предположениями, и он с матерью и дальше будут гостями у нас. — А что, можно уехать из Англии и расторгнуть контракт с Хогвартсом? — поинтересовался Гарри. — Или…       Нотт с Забини вздохнули. — Ahimè, всё куда хуже, — прижал руки к груди Блейз, — мы боимся, что моя madre может выйти замуж за его padre. Мне страшно представить, что будет в таком случае! Представьте реакцию людей, когда мы с Тео публично будем называть друг друга fratelli, посмотрите на нас! — с этими словами смуглый Блейз прижал к себе светлокожего Теодора. — Это же кошмар! Да и лорда Нотта жалко… — А Гарри с Гермионой грозились угостить нас маггловскими сладостями, — перевёл тему Драко, — и ещё сладкая тележка должна проехать. Давайте вернёмся в купе?

***

— Когда говорили, что Хогвартс-экспресс прибывает поздно, я и не думал, что настолько поздно…       Первокурсники, сбившись в тесную кучку, пытались не дрожать. Блейз, судя по его лицу, всерьёз затосковал по тёплой Италии. — ПЕРВОКУРСНИКИ! Первокурсники, все ко мне! — Мама, это кто? — Гермиона от удивления перестала трястись. — Хагрид, — Драко исподлобья посмотрел на огромного заросшего мужчину с фонарём. — Лесник и хранитель ключей Хогвартса. — Я слышал, что он не совсем человек, — прошептал Тео, с отстранённым лицом прижимая мерзлявого Блейза к себе. — А ещё, что он за что-то сидел в Азкабане, в нашей тюрьме. Там вообще ужас.       Гермиона тихонько вздохнула, но тосковать было некогда — великан, даже не пересчитав детей, повёл их куда-то в темноту. Гарри, с содроганием подумав о том, что они могут запросто потеряться в незнакомом ночном лесу, пошёл за ним вместе со всеми. С одного бока его грела Гермиона, цеплявшаяся за Невилла (или Невилл цеплялся за неё — на такой дороге и в темноте могло быть всё), сзади сопели сбившиеся в плотную кучку Драко и Тео с Блейзом посередине. У Гарри закралось подозрение, что те итальянские слова, которые бормотал под нос Забини каждый раз, когда спотыкался на очередной кочке, явно были нецензурными; да и сам Гарри припомнил те слова, которые сказал дядя Марк, когда нечаянно уронил себе на голову кофейный сервиз времён войны с Наполеоном, и только чудом не повторил их вслух. — Это что, ещё и плыть? — простонал кто-то из девочек, когда увидел целую флотилию лодочек. Лодочки доверия не внушали, но Хагрид сел в одну из них без опаски, и она его выдержала, так что и первокурсником пришлось последовать его примеру. Так и не расцепившиеся Гермиона с Невиллом заняли одну лодку с близняшками-индианками, и Гарри, подсуетившись, заскочил в соседнюю лодку, в которой уже устроился Драко, своим удивительно высокомерным видом отпугнув Уизли. Тео, устроившийся в этой же лодке, на выкидоны друга даже не обратил внимания — оказалось, что он не умеет плавать и боится большой глубины, и теперь уже Блейзу пришлось прижимать его к себе. — Ты думаешь, что здесь так уж глубоко? — поинтересовался Гарри, пытаясь разглядеть что-то в чёрной воде. В голове всплыло что-то про шотландские озёра лохи и какое-то чудовище. — Здесь живёт гигантский кальмар, — пожал плечами Драко. — В пресной воде? — недоверчиво пробормотал Гарри. — Не знаю, но вроде бы из-за него и русалок никто здесь не купается никогда, papa рассказывал.       Гарри и такой же любопытный Забини, переглянувшись, дружно отодвинулись от бортов лодки. На всякий случай. Тихо дрожащий Тео тут же перевёл внимание соседей на приближающийся грандиозный замок. Дети затаили дыхание, и тишину над водой нарушали только мерный шелест волн, сопение Хагрида и тихие переговоры Гермионы и Нотта, которые рассуждали, мог ли Хогвартс, построенный десять веков назад, быть построенным изначально в романском стиле или позднее его перестраивали. — Пригнитесь, — Хагрид подал пример, склонившись, и дети повторили за ним. У Гарри промелькнула мысль, что это больше похоже на какой-то ритуал — даже их сопровождающий, встав в полный рост, не задел бы свода каменной арки, куда они приплыли, не говоря уже о первогодках.       Выбравшись из лодки, Хагрид трижды ударил пудовым кулаком в дверь, и Гарри удивился её прочности. — Профессор МакГонагалл, я привёл первокурсников. — Я их забираю, Хагрид, — кивнула профессор, поверх стёкол очков оглядывая детей и жестом позвала их за собой.       Гарри был несколько разочарован. Когда они попали на первый, начальный курс в Колдовстворец, им первым делом провели небольшую экскурсию. А здесь их завели в какую-то комнатку, поколебавшись, высушили одежду палочкой, и ушли, прочитав краткую лекцию про факультеты, из которой Гарри не почерпнул ничего нового. Прислушался к разговорам сокурсников и, услышав предположения о том, что надо будет драться с троллем, от Уизли, снова заскучал. Он, конечно, уже подозревал, что Дамблдор — с чудинкой, мягко говоря, и знал, что у русских и британских магов традиции различаются, но чтоб настолько… И почему он не спросил у Ремуса, ведь собирался! — Нет, Гермиона, замок точно перестраивали, — уверенно заявил над плечом Нотт. — Ты посмотри на эти окна — чистая готика, а уж её точно во времена основателей не было. Хотя та башня, признаю, относится к романскому стилю… — Нет, смотри, с зельями всё просто на самом деле, — убеждал Невилла Блейз, — самое главное — понять, почему это всё происходит! Я помогу и объясню, если хочешь. Напишу после ужина madre, она пришлёт одну книжку, или сначала можно здесь в библиотеке посмотреть…       Драко и какая-то маленькая рыжевато-русая девочка с важными лицами обсуждали запрет на экспорт ковров-самолётов.       Кое-кто взвизгнул — появились призраки, и Гарри снова оживился: если здесь есть призраки, как и в Колдовстворце, значит, есть и картинная галерея с писателями и поэтами наподобие той, что есть в Колдовстворце! Но спросить об этом у ближайшего привидения, мужчины в залитом кровью старинном комзоле, он не рискнул. — Здравствуйте, сэр, — осторожно поздоровался с ним мальчик. В ответ ему кивнули и отлетели подальше.       Снова появилась МакГонагалл, и привидения удалились. — Пора. Вас ждут. Встаньте парами и следуйте за мной.       Рон Уизли, видимо, чуть успокоившись и убедившись, что кота рядом нет, снова попытался пристроиться к Гарри, но из-за чьего-то неловкого движения в толпе оказался оттеснён в сторону. Блейз оперативно вцепился в невозмутимого Тео, Гермиона ухватила за руку растерявшегося Невилла, а за Драко ухватилась тоненькая блондинка (причём, судя по усмешке, сделала она это специально). Рядом с Гарри встала та самая кругленькая девочка, с которой Драко обсуждал ковры-самолёты, и смущённо-растерянно улыбнулась. Гарри улыбнулся немногим более уверенно.       Наконец, двери в Большой Зал распахнулись, и первокурсники робкой, нестройной вереницей потянулись за профессором мимо длинных, пустых пока столов, мимо старших учеников, окатывающих новичков волнами шепотков, смешков, улыбок и усмешек, к пустому пространству перед преподавательским столом, на котором в гордом одиночестве стояла табуретка со старой, явно ношеной шляпой. Из всего преподавательского состава Гарри успел выцепить взглядом только знакомое лицо Северуса Снейпа, мельком удивившись его недовольному выражению, прежде чем снова обратить внимание на шляпу. Интересно, зачем…       Прежде чем Гарри успел додумать свой вопрос, головной убор пошевелился — и запел: — Может быть, я некрасива на вид, Но строго меня не судите. Ведь шляпы умнее меня не найти, Что вы там ни говорите. Шапки, цилиндры и котелки Красивей меня, спору нет. Но будь они умнее меня, Я бы съела себя на обед. Все помыслы ваши я вижу насквозь, Не скрыть от меня ничего. Наденьте меня, и я вам сообщу, С кем учиться вам суждено. Быть может, вас ждет Гриффиндор, славный тем, Что учатся там храбрецы. Сердца их отваги и силы полны, К тому ж благородны они. А может быть, Пуффендуй ваша судьба, Там, где никто не боится труда, Где преданны все, и верны, И терпенья с упорством полны. А если с мозгами в порядке у вас, Вас к знаниям тянет давно, Есть юмор и силы гранит грызть наук, То путь ваш — за стол Когтевран. Быть может, что в Слизерине вам суждено Найти своих лучших друзей. Там хитрецы к своей цели идут, Никаких не стесняясь путей. Не бойтесь меня, надевайте смелей, И вашу судьбу предскажу я верней, Чем сделает это другой. В надежные руки попали вы, Пусть и безрука я, увы, Но я горжусь собой. — Это та самая Шляпа Годрика Гриффиндора? — тихонько поинтересовалась у кого-то Гермиона.       Кто-то даже ей ответил, но Гарри этого не услышал, потому что в этот момент вперёд шагнула МакГонагалл с длинным свитком: — Когда я назову Ваше имя, Вы наденете Шляпу и сядете на табурет…       Сьюзен Боунс, та девочка, с которой Гарри вошёл в Зал, отправилась на Пуффендуй, крайний справа стол.       Самой первой из их компании распределялась Гермиона. Её шляпа отправила на Гриффиндор, и Гермиона отправилась за самый левый стол. Гарри заметил среди гриффиндорцев рыжие макушки и подумал, что это, наверное, те близнецы, про которых говорили Эрнст с Симой.       Вслед за ней отправился и Невилл. Правда, он споткнулся, когда шёл к табурету, а когда его распределили, пошёл к столу с Шляпой на голове. — Вот же ж… Что ж вас всех на Гриффиндор несёт… — расстроенно выдохнул Драко за секунду до того, как вызвали его. — Это проблема? — тихонько поинтересовался Гарри у стоявшего рядом Забини. Драко отправили на Слизерин, как и Теодора. — Ну, не для нас, надеюсь, но вообще-то, слышал, Слизерин и Гриффиндор не в ладах, — Гарри кивнул. Об этом он догадался ещё после рассказов Ремуса и профессора Снейпа. — А ты-то сам куда хочешь попасть? — Поттер, Гарри, — профессор МакГонагалл обвела взглядом учеников, над которыми взлетел нестройный рой шепотков, и от этих голосов Гарри аж чуть не замутило, как и от цепкого взгляда в спину со стороны преподавателей. — Кто? Поттер? — Тот самый? — Она сказала Поттер? — In bocca al lupo ! — тихое бормотание Блейза было последним, что услышал Гарри перед тем, как чёрные поля Шляпы упали ему на глаза, закрыв от взглядов Зала.