Империя Льда и Пламени

Сознание возвращалось ко мне медленно, как сквозь густой туман. Я чувствовал, как холодный ветер касается лица, а где-то вдали слышатся приглушённые голоса. Мои люди… они нашли меня. Но эту историю оставим на потом. Первое, что я осознал, открыв глаза — я жив. Второе — у меня невероятно болит шея. Третье — на моей груди кто-то лежит, а голова покоится на чём-то невероятно мягком и тёплом. Я попытался сфокусировать взгляд и понял две вещи: на моей груди устроилась Катарина, которая сопела как маленький дракончик, а моя голова лежала на коленях Люкс. Та самая Люкс, которая обычно стеснялась даже смотреть мне в глаза. — Ммм… — промычал я, пытаясь пошевелиться. — Я в раю? Или это просто очень удачное стечение обстоятельств? Катарина тут же встрепенулась. Её рыжие волосы торчали в разные стороны, глаза были красными от слёз, а на щеках — дорожки от высохших слез. — АРТУР! — заорала она прямо мне в ухо и тут же врезала кулаком в плечо. — Ты живой! Придурок! Сволочь! Почему ты так долго не просыпался?! — Ай-яй-яй! — завопил я в ответ. — Полегче! Я вообще-то раненый! — Сам виноват! — она шмыгнула носом, но кулак убрала. — Мы тут с ума сходим, переживаем, а ты валяешься как бревно и даже не шевелишься! Люкс промокнула глаза краем плаща и улыбнулась. У неё была красивая улыбка — тёплая, искренняя, хотя глаза всё ещё были влажными. — Ты жив… — прошептала она. — Слава богам… — Каким богам? — усмехнулся я, морщась от боли в шее. — Я тут единственный бог в округе. Ну, кроме Катарины, которая теперь тоже вроде как богиня жизни, если ты не забыла. — Я покосился на рыжую. — Кстати, мелкая, ты как себя чувствуешь? Никого не убила сегодня случайно? Катарина надулась так сильно, что, казалось, сейчас лопнет от возмущения. — Я вообще-то спасать тебя помогала, между прочим! — возмутилась она, ткнув меня пальцем в грудь. — Мы с Люкс тут ночами не спали, за тобой ухаживали! А ты… ты… ведёшь себя как обычно! — Как обычно — это хорошо, — я попытался улыбнуться, но вышла кривовато. — Обычно я жив и здоров. А это уже прогресс. Люкс тихо хихикнула, а Катарина фыркнула, но в её глазах мелькнуло что-то похожее на облегчение. — Ладно, — я попытался принять более-менее вертикальное положение. — Рассказывайте. Что случилось? Как я вообще выжил? Помню только, как та девица в маске полоснула меня ножом по шее, а дальше — темнота, пустота и, кажется, я видел тоннель со светом в конце. Но, видимо, меня не пустили. Сказали: «Артур, ты нам ещё нужен, иди обратно». Девочки переглянулись. Катарина кивнула Люкс, явно подбадривая её. Люкс глубоко вздохнула и начала рассказ. Голос у неё был тихий, но с каждой секундой становился увереннее. — Мы нашли тебя в твоей комнате. Я пришла проверить, почему ты так долго не выходишь, а Катарина увязалась за мной, — начала Люкс, теребя край рукава. — Ты лежал на полу без сознания. Кровь была повсюду… на тебе, на полу, на стене. И пахло… странно. Каким-то гнильём, как будто в подвале что-то сдохло. — Ядом пахло, — перебила Катарина уверенно. — Я сразу поняла, что это яд. У меня теперь нюх на такие вещи. Ты же меня богиней жизни сделал, забыл? Я теперь всякое чувствую. Жизнь, смерть, отраву… Вот ты сейчас пахнешь как… как старый подвал, в котором кто-то умер, но уже проветрили. Немного. Я удивлённо приподнял бровь. — С каких пор у тебя такие способности? — С тех пор, как ты влил в меня свою ману и чуть не убил нас обоих, — проворчала Катарина. — Помнишь? Красная аура, потеря контроля, попытка тебя прирезать? Я теперь такие вещи не забываю. — А, ну да, — хмыкнул я. — Весёлый был денёк. Продолжай. — Мы не знали, что делать, — продолжила Люкс, её голос дрогнул. — Ты был почти мёртв. Я проверяла пульс — он еле бился, с перебоями. Катарина пыталась как-то помочь, но у неё ничего не получалось. — Моя сила тогда ещё не проснулась до конца, — проворчала Катарина. — Я только чувствовала, что могу что-то сделать, но не знала, как. Это было… как будто внутри заперта дверь, а ключа нет. Я билась в неё, кричала, но она не открывалась. — А потом… — Люкс замолчала, сжимая кулаки. — Потом я просто… прикоснулась к тебе. И что-то произошло. Я не знаю, как это объяснить. Катарина оживилась, её глаза загорелись. — Она засветилась! Я своими глазами видела! — затараторила Катарина, размахивая руками. — Вокруг Люкс появился такой мягкий, тёплый свет, как от свечи, только ярче. Он перетекал в тебя, и ты сразу задышал ровнее. А рана на шее начала затягиваться прямо на глазах! Я думала, мне кажется. Сидела, смотрела и не верила своим глазам. — Свет? — я приподнял бровь, глядя на Люкс. — Ты у нас светлячок? Фея? Или, может, маяк? Люкс покраснела до корней волос. Даже уши и шея стали розовыми. Она закрыла лицо руками и пробормотала что-то неразборчивое. — Я не знаю, что это было! — воскликнула она смущённо. — Просто… я не могла позволить тебе умереть. И вдруг почувствовала, как во мне что-то… раскрывается. Как будто дверь открылась. И оттуда полилась сила. Она была тёплая, как летнее солнце, и я чувствовала, что она может исцелять. Я не думала, я просто… делала. — Она не просто светилась, — добавила Катарина серьёзно. — Я чувствовала эту энергию. Она была… чистой. Светлой. Совсем не такой, как моя. У меня всё красное и агрессивное, как пожар или битва. А у неё — как рассвет. Тёплое, спокойное, доброе. Я даже завидую, если честно. Я закрыл глаза и мысленно позвал систему. Та отозвалась мгновенно, как будто только и ждала. — Система, — начал я. — Мне нужны ответы. Что это был за яд? Как я выжил? И что за свет такой у Люкс? На внутреннем экране появились строки:

«Провожу анализ… Анализ завершён. Вы подверглись воздействию мощного яда, созданного алхимическим путём из более чем сотни различных ядов и насыщенного энергией смерти. Это не просто отрава — это оружие, предназначенное для убийства существ с высокой жизненной силой. Энергия смерти разрушала ваши жизненные резервы изнутри, блокируя регенерацию.»

Я присвистнул мысленно. — Серьёзная штука. И как я выжил?

«Рядом с вами находилась носительница Света Жизни — Люкс. Это особая энергия, представляющая собой синтез магии исцеления, энергии света, жизненной силы и чистой маны. В критический момент её инстинкты сработали, и она смогла направить эту энергию в ваше тело, подавляя действие яда и частично поглощая его.»

— Частично поглощая? — переспросил я. — То есть она взяла часть яда на себя?

«Нет. Свет Жизни не поглощает яд — он трансформирует его. Энергия смерти, содержащаяся в яде, была преобразована и использована для укрепления вашей жизненной силы. Это вызвало эволюционные изменения в вашем организме.»

— Эволюция? Звучит круто. Что за изменения?

«Ваше тело адаптировалось к яду. Теперь вы обладаете абсолютным иммунитетом к любым ядам слабее этого, а также частичным иммунитетом к энергии смерти. Ваша нынешняя слабость связана с тем, что процесс адаптации ещё не завершён. Полное восстановление займёт около недели.»

— Неделя, — вздохнул я. — Ладно, могло быть хуже. А что насчёт Люкс? Что такое Свет Жизни? Она всегда могла это делать?

«Свет Жизни — это особая форма энергии, доступная лишь избранным. Обычно она проявляется у тех, кто обладает врождённой склонностью к исцелению и чистой душой. Люкс — носительница этой энергии так как она Богиня Света. Её способности будут расти по мере тренировок. Сейчас она может исцелять небольшие раны, тратя накопленный Свет Жизни. Накопление происходит естественным путём, но может быть ускорено поглощением маны из внешних источников. Например, от вас.»

Я хмыкнул. — То есть я теперь ещё и батарейка для неё?

«Можно сказать и так. Каждые десять единиц вашей маны, переданные через тактильный контакт, дадут ей одну единицу Света Жизни. Этого достаточно для заживления небольшого пореза или ушиба.»

Я попытался встать. Тело слушалось плохо, но я должен был двигаться. Слишком много дел, слишком много планов. — Ты куда? — встревожилась Люкс, хватая меня за руку. — Тебе же лежать надо! Восстанавливаться! — Лежать буду, когда помру, — отмахнулся я. — А пока я жив — надо работать. У меня город на захват, кузнец на обучение и куча дел. — Но… — Люкс, — я посмотрел ей в глаза. — Спасибо. Серьёзно. Ты спасла мне жизнь. Я этого не забуду. Но сейчас мне нужно идти. Она отпустила руку, но в её глазах было столько беспокойства, что мне стало немного стыдно. — Обещай, что будешь осторожен, — прошептала она. — Обещаю, — кивнул я и доковылял до двери. На пороге стоял Бора. Его суровое лицо выражало смесь облегчения и тревоги. Увидев меня, он буквально подскочил. — Молодой господин! Вы живы! — воскликнул он и, кажется, чуть не рухнул на колени. — Мы так волновались! Я обыскался! Думал, всё, конец! — Расслабься, Бора, — я похлопал его по руке. До плеча я всё ещё не доставал, но старался. — Жив, здоров, почти. Рассказывай, что произошло, пока я в отключке был. Как там наши дела? Следующая неделя прошла в режиме восстановления и интенсивных тренировок. Я старался не нагружать организм, давая яду спокойно покинуть моё тело. И это оказалось правильным решением — каждый день я чувствовал себя лучше. К восьмому дню я полностью исцелился и даже стал сильнее, чем раньше. Адаптация прошла успешно. Первым делом я занялся физическими нагрузками. Нужно было укрепить тело, чтобы такие раны больше не выбивали меня из строя. Я нашёл на заднем дворе несколько здоровенных валунов и начал с ними работать. Поднимал, бросал, крушил. Кайфовал от того, что сила вернулась и даже увеличилась. Бора, наблюдавший за этим, только головой качал. Он стоял в стороне, скрестив руки на груди, и смотрел на меня с выражением человека, который видит нечто необъяснимое. — Молодой господин, — наконец не выдержал он. — Вы точно человек? — Точно, — ответил я, вытирая пот со лба и пиная очередной валун. Тот разлетелся на куски. — Просто очень натренированный. — Ага, — хмыкнул он. — Я за свою жизнь много воинов видел. И в наёмниках служил, и в охране, и в бандах. Но такого шестилетнего монстра — никогда. Вы в курсе, что обычные дети в вашем возрасте даже меч поднять не могут? — Обычные дети — не я, — усмехнулся я. — Цени, Бора. Такое не каждый день увидишь. — Это точно, — пробормотал он. Параллельно я оттачивал мастерство в фехтовании. В спаррингах мне помогали Бора и Катарина. Бора, обладая огромным опытом, учил меня новым приёмам, помогал отрабатывать защиту и быстрые выпады. — Локоть выше, — командовал он, стоя за моей спиной и поправляя мою руку. — Не зажимайся. Движение должно быть плавным, но резким. Как у змеи. Представь, что твой меч — это продолжение руки, а не отдельный предмет. Катарина же, несмотря на юный возраст, показывала удивительное упорство. Она носилась по площадке как угорелая, уворачиваясь от моих ударов и пытаясь достать меня своим коротким клинком. Её красная аура, хоть и не активированная, давала ей преимущество в скорости и ловкости. — Нечестно! — кричала она, когда я в очередной раз выбивал у неё оружие. — Ты слишком быстрый! И сильный! Это не тренировка, это издевательство! — А враги будут ещё быстрее и сильнее, — парировал я. — Давай, вставай. Ещё раз. Пока не получится. Она вставала. Стиснув зубы, с горящими глазами, с решимостью на лице. И я не мог не восхищаться её упорством. Эта девчонка точно пойдёт далеко. Не забывая о давней цели, я отправил людей разузнать, какая кузница в городе считается лучшей. Если мне предстоит освоить искусство создания магических артефактов, нужно начинать с основ. А для этого нужен учитель. Настоящий мастер, который знает своё дело. Через пару дней, во время очередной тренировки с Катариной, ко мне подошёл один из разведчиков. Низко поклонившись, он доложил: — Господин, мы узнали, кто лучший кузнец в этом городе. Его зовут Хан. Раньше он делал такие вещи, что легенды ходили по всему побережью. Говорят, его оружием владели самые известные наёмники. — Раньше? — поднял я бровь. — А сейчас? Разведчик замялся. — Несколько лет назад у него погиб сын. Мастер перестал работать, забросил кузницу. Говорят, даже инструменты продал или раздал. Живёт затворником, ни с кем не общается, никого не принимает. Соседи говорят, что он почти не выходит из дома, только за едой. Я задумался. Потеря сына — тяжёлый удар. После такого многие ломаются. Но если в нём ещё теплится искра мастера, я должен её разжечь. Мне нужен этот человек. — Адрес знаете? — спросил я. — Да, господин. Катарина, услышав разговор, тут же подскочила и вцепилась в мою руку. — Я с тобой! — заявила она тоном, не терпящим возражений. — Нет, — отрезал я. — Но почему?! — Потому что ты нужна здесь. Присмотри за девочками. И тренируйся. Когда я вернусь, проверю твой прогресс. И горе тебе, если он будет недостаточным. Она надулась, но спорить не стала. Только буркнула: — Ладно. Но если опять вляпаешься в историю и вернёшься с дыркой в другом месте, я тебя сама убью. Чтобы не мучился. — Договорились, — усмехнулся я и отправился на поиски приключений. В смысле, кузнеца.