Мирное завтра

Сквозь сон Сакура почувствовала мягкие прикосновения к своим волосам. Они были ласковые и нежные, как родительские. За руками, которые дарят такое тепло хотелось тянуться. Сакура подалась вперед, но почувствовала боль в спине и поняла, что уснула, сидя у кровати Итачи. — Итачи, — сорвалось с губ девушки само собой. Чувствуя, как кончики ушей наливаются краской, Сакура выпрямилась. Итачи смотрел куда-то мимо нее. — Ничего? — спросила Сакура, убирая прядь волос за ухо. Он покачал головой. — Попробуем завтра, — сообщила девушка и медленно, поскрипывая, встала. Следующие слова дались ей с большим трудом, словно она добровольно отказывается от чего-то важного, — Спокойной ночи. — Останься… Сакура замерла, прижав руку к груди. Ей казалось, что грохот ее сердцебиения звучит громче, чем треск дров в очаге. Она слышала шум крови в ушах, с трепетом наблюдая, как Итачи протягивает ей руку. Сакура помедлила лишь секунду, а затем, дрожа всем телом, вложила в нее свою. Итачи мягко потянул Сакуру на себя. Скинув сандалии, она оказалась в теплой постели. Итачи накинул на ее плечи одеяло и прижал к себе, шумно выдохнув. Ощущая, как грудная клетка разрывается от нежности, вожделения и боли, Сакура сжала в кулаках отвороты его хаори. Крепко зажмурилась, пытаясь сдержать чувства внутри, но они прорывались горькими слезами. Мочили ресницы, щекотали нос, скулы и впитывались в ткань хаори. — Почему? — спросила она сквозь зубы. — Почему это так хорошо и так больно? Хаори в ее руках затрещал, но Итачи не произнес ни слова. — Ты! Ты! — плакала Сакура, чувствуя, как что-то внутри нее трещит и крошится. — Это все ты, — шепотом закончила она. Итачи шумно выдохнул, словно она разозлила его. Его грудная клетка расширилась с новым вдохом. Сакура не смогла этого выдержать. Проклиная клан Учиха, Деревню Скрытого Листа, Деревню Скрытого Тумана, она скользнула вверх по телу Итачи и впечаталась в его губы тяжелым болезненным поцелуем. В ответ на ее озлобленный порыв Итачи сжал девушку в своих руках так сильно, что она сдавленно крякнула ему в губы, но не отстранилась. Прикусила нижнюю и надавила ему на грудь, заставляя перевернуться на спину. Как сцепившиеся змеи, они двигались слаженно, не позволяя воздуху появиться между ними. Сакура навалилась на Итачи, отбросив мысли о его болезни, слепоте и истории. Она целовала его так, словно хотела отомстить за те чувства, которые он заставил ее чувствовать, но заранее знала, что этого будет недостаточно. Рука Итачи скользнула вверх по ее спине, запуталась в волосах и сжала их на затылке. — Нет, — выдохнул Итачи, когда Сакура спустилась поцелуями к его шее. — Это ты, — прошептал парень у самого уха. Его вторая рука скользнула по бедру Сакуры. Забралась под майку, заставляя волосы на затылке встать дыбом, когда кончики пальцев коснулись поясницы. Сакура тихо заскулила то ли от вожделения, то ли от боли за их судьбы. Пытаясь найти выход своим ощущениям, она прикусила бледную кожу напротив сердца. Итачи выгнулся и зашипел от боли, но не сказал ни слова против, словно был готов принять все, что Сакура хочет с ним сделать. Сакура поцеловала укушенное место. Хаори не пускала ее ниже, поэтому она разорвала его. Итачи поднялся, выдохнув весь воздух, и стянул с Сакуры майку. Нагрудный бандаж она стянула сама. В следующее мгновение девушка оседлала Итачи и прижалась грудью к его груди, словно это было жизненной необходимостью. Руки Итачи очертили силуэт ее тела. Большим пальцем он скользнул по ее нижней губе, а затем подался вперед и жадно поцеловал. Дрожа, как будто вокруг трещал мороз, они прикасались друг к другу с жадностью и запредельной нежностью, от которой сводило легкие и ломило кончики пальцев. Хватая воздух опухшими губами, Сакура застонала, когда Итачи, как голодный хищник, прикусил кожу под ключицей. Девушка почувствовала, что теряет контроль и толкнула Итачи на кровать. Он с легкостью поддался, его волосы рассыпались по подушке и, несмотря на слепоту, в его глазах было столько нежности и тепла, что Сакура задохнулась и замерла. Итачи Учиха. Гений. Один из сильнейший шиноби за всю историю. Лежал перед ней, под ней, полностью отдав контроль. — Что ты будешь делать дальше? — хрипло спросил Итачи, мягко касаясь бедер девушки. Сакура жадно наблюдала за губами Итачи, словно ревновала их к словам. Мягкие, распухшие они двигались и растягивались, отвлекая ее от сути вопроса. Оглаживая грудь парня, цепляясь кончиками пальцев за шрамы, Сакура пыталась собраться с мыслями, но в этот момент она была сгустком нежности, любви и вожделения. — Любить тебя, — сорвалось с ее губ само собой. Брови Итачи дернулись вверх. Он открыл рот, но впервые не нашел, что сказать. Сердце под пальцами Сакуры сбилось с ритма. Девушка улыбнулась и наклонилась к Итачи за поцелуем. *** Сакура выдохнула весь воздух вместе со стоном. Чувствуя руки Итачи на талии, член Итачи внутри, она забыла, кто она. Горло сковало. Низ живота свело так, будто в него попал Расенган. Упираясь руками в грудь Итачи, Сакура начала двигаться. Мучительно медленно вверх, затем вниз. Ее руки вспотели, грудь болела от возбуждения. Она чувствовала себя грозовым облаком, сгустком света и чистой энергией одновременно. Задыхаясь от собственных ощущений, Сакура наблюдала за Итачи из-под опущенных ресниц. Следила за тем, как он облизывал пересохшие губы. Как жарко задыхался, когда она сжимала его внутри. На его лице отражалась жгучая смесь из наслаждения и муки, когда она двигалась на нем в собственном неторопливом ритме. Он сжал бедро Сакуры, когда она почти соскочила с члена, словно боялся, что она растворится в темноте. В ответ на его опасения Сакура ускорилась, насаживалась глубже, выбивая из парня тихие стоны. — Я умру, если ты остановишься, — сорвалось с губ Итачи. — Великий и… А-а-ах, — Сакура сменила угол и задохнулась от яркой вспышки удовольствия, которая разбежалась миллионами мурашек по животу и бедрам. — Ужасный Итачи Учиха молит меня о пощаде? — Я делаю это с тех пор… — сбиваясь, отозвался он. — Как ты вышла из моей палаты… Сакура подалась вперед и прижалась к губам Итачи своими, словно хотела жадно собрать с губ каждое произнесенное им слово и оставить их глубоко внутри себя. Его руки подхватили ее бедра, задавая новый ритм, но Сакура перехватила их за запястья и впечатала в футон. — Не-а, — произнесла она, выравниваясь. Ускорилась, запрокинув голову от удовольствия. — Сегодня командую я, — сбиваясь, продолжила девушка. — Твоя очередь настанет, как только вернешь зрение. — Шантаж? — усмехнулся Итачи, осторожно возвращая руки на бедра Сакуры. — Именно… — «так» собиралась подтвердить она, но прикусила губу. Она насаживалась на Итачи с таким удовольствием и остервенением, что не смогла закончить фразу. Ощущая приближение оргазма, Сакура не заметила, как пальцы Итачи впились в ее бедра, как жадно он подхватил ее толчки, вколачиваясь глубже, и сдернул ее с себя за мгновение до собственного оргазма. Сотрясаясь от удовольствия, Сакура беспомощно упала на грудь Итачи. Они хватали воздух ртами, пока свет от огня отражался от их блестящих разморенных тел. *** Лежа на груди Итачи, Сакура смотрела, как догорает огонь в очаге и слушала его умиротворенное сердцебиение. Она наслаждалась негой, разлившейся по телу, и легкостью. Но вопреки ощущениям в теле, ее разум был занят тяжелыми мыслями. Прошло около шести часов с того момента, как старик Фуккацу был побежден. Итачи все еще слеп, и она не может восстановить его стандартными методами, но на задворках ее сознания, как призрак витала мысль, спасительная идея, которая никак не обретала четких очертаний. «Думай», — заставила себя Сакура, — «Думай». Итачи шумно вдохнул во сне. Его рука скользнула вверх по спине девушки и запуталась в волосах. Вслед за рукой Итачи по телу Сакуры пробежали мурашки, лишая возможности здраво рассуждать. — О чем ты так усиленно думаешь? — хрипло спросил он, положив вторую руку Сакуре на плечо. — Должен быть способ восстановить твои глаза без жертв в виде кровных родственников, — не стала таить Сакура. — Переживаешь за Саске? — улыбнулся парень. — Знаю, что ты ни за что на это не пойдешь, — отрезала Сакура. — И да, немного переживаю за Саске. — Думаю, мои предки нашли бы этот способ, если бы он был, — произнес Итачи. — Твои предки были безжалостными придурками! — в сердцах заявила Сакура. Итачи хмыкнул и неожиданно одобрительно кивнул. — Почему нужно было обязательно отбирать глаза силой? — спросила Сакура у переливающихся желтыми и красными всполохами огней очага. — Почему нельзя было… Поменяться глазами? — Потому что… — Итачи замолчал, словно пытался подобрать слова. — Мы черпаем нашу силу из страданий. — То есть… Чем сильнее ваши страдания, тем больше сила? Итачи просто кивнул в ответ и рвано выдохнул, словно споткнулся о какую-то мысль. Сакура подняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом, но встретилась с пустой черной радужкой. — Твоя сила должна быть невероятной, — выдохнула Сакура вместе со всем воздухом. — Это так, — согласился Итачи. — Но тело не выдерживает ее. Сакура спрятала лицо на его груди. Мысль, та самая идея, зашевелилась на задворках, как змей. Щекотала нервы, заставляла напряженно думать. Она ускользала от Сакуры, дразнила ее. Заставляла жмуриться до кругов перед глазами, пока… — Я ПОНЯЛА! — вскинулась Сакура и… Ударила Итачи в подбородок. Раздался лязг зубов и стон полный боли. Следом хлынула кровь. — Прости! — воскликнула Сакура. — Прости! Прости! Ее ладони загорелись мягким зеленым светом, восстанавливая урон нанесенный ее же головой. Первым делом Сакура остановила кровь, затем восстановила ткани десен и языка. — Прости, — повторила она, убирая руки. Вопреки ее ожиданиям, Итачи рассмеялся. Его смех звучал тихо и больше напоминал шорох гравия на морском берегу, но это был смех. Сердце Сакуры сжалось от переполнявших ее чувств облегчения и обожания. — Дурак, — беззлобно сообщила Сакура. — Тут все в твоей крови. И мне очень стыдно. Сакура подобрала обрывки хаори и осторожно вытерла ими кровь с лица, шеи и груди Итачи. — Иди сюда, — произнес Итачи, обнимая Сакуру за талию и прижимая к себе. Промахнувшись, он поцеловал ее в уголок губ, но Сакура перехватила поцелуй. Ощущая привкус крови на языке, она прильнула к Итачи, но заставила себя остановиться. — Что ты поняла? — спросил парень, когда она отстранилась. — Твое тело не выдерживает избыточной силы, вызванной сильной болью, — начала Сакура. Ее дыхание сбилось. Мысль, которая, наконец, обрела форму, стала светом надежды. — Сильным страданием. Как будто… — она глубоко вдохнула, будто отвечала на экзамене у Цунадэ. — Как будто шарик, который надувают и надувают. И он вот-вот лопнет. — К чему ты ведешь? — спросил Итачи, уронив голову на подушку. — Нужно снизить уровень страданий, — со всей серьезность заявила Сакура. — Тогда твое зрение вернется! И возможно отступит болезнь! Итачи открыл рот, но не нашел, что сказать. Его брови смешно дернулись вверх, заставив Сакуру улыбнуться. — Ты очень хочешь, чтобы в следующий раз сверху был я, да? — спросил он наконец. — Да, но… Прими мои слова всерьез! — выпрямившись, попросила Сакура. — Это как минимум логично. — Прости, я тебя разочарую, — произнес Итачи и тепло улыбнулся, гладя спину Сакуры. Сакура недоверчиво свела брови, понимая, что его следующие слова ей не понравятся. — Уровень страданий, о котором ты говоришь, давно снижен, — выдохнул Итачи. — Но… — Сакура была готова биться за свою идею, которая подарила ей надежду. — Ты, — прервал ее Итачи. Сакура захлопнула рот, глядя на распростертого на кровати парня. Он склонил голову в ее направлении, но глаза по-прежнему смотрели мимо, в черноту. — Ты заставляешь меня испытывать радость. Смеяться. Надеяться. Сакура ощутила ком в горле. Сухо сглотнула, но это не помогло. По щеке скатилась слеза. — Значит, этого не достаточно, — произнесла она, запрокинув голову, чтобы остановить слезы. — Сакура, — позвал Итачи, словно знал, что она не видит его сейчас. — Послушай… Если бы не ты, не твое влияние... Я бы не пережил это Аматэрасу, - произнес он, заставив Сакуру шумно вдохнуть. - И лучший выход для тебя — вернуться в Деревню. Сказать, что я использовал гендзюцу, чтобы проникнуть на слет и… — Нет, — отрезала девушка. — Сакура, — спокойно, как будто разговаривал с ребенком, продолжил Итачи. — Прошло около шести часов. Цунадэ уже наверняка получила ястреба. Кисамэ направится в Страну Воды, чтобы проверить это убежище. Вскоре всему миру станет известно, что ты была на слете со мной. Чем дольше ты остаешься здесь, тем меньше вероятность того, что тебя не обвинят в предательстве. — Я знаю, — ответила Сакура. — Я знала это, когда уносила тебя с поля боя. Я знала это, когда занималась твоим восстановлением. Ты не единственный аналитик в этом убежище. Итачи тепло усмехнулся. Его руки легли на бедра девушки. — Ты такая красивая, — произнес он. — Ты не видишь меня, — напомнила ему Сакура, краснея до кончиков ушей. — Мне не обязательно видеть тебя, чтобы знать это, — улыбнулся Итачи. — Я не оставлю тебя, — произнесла Сакура. — Не теперь. — Потому что ты считала меня врагом номер один, а сейчас не можешь представить свою жизнь без меня? — улыбнулся Итачи. — Ты! — задохнулась от возмущения Сакура. — Ты все слышал?! — Я правда так хорош? — с куда меньшим весельем в голосе спросил Итачи. Он замолчал, словно собирался с мыслями. Сжал челюсть, но все же произнес. — Что ты готова пожертвовать своей репутацией ради меня? — Да. *** Сакура глубоко вдохнула и опустила голову на грудь Итачи. Огонь догорел, оставив после себя лишь тлеющие угли. Очаг казался кусочком звездного неба, где ласково перемигивались звезды. Глядя на теплые всполохи, можно было представить, что за пределами убежища не разворачивается новая война. Нет выжженных Аматэрасу детских тел, нет обязательств перед Деревней. Кисамэ не направляется в сторону Кири чтобы проверить это убежище. Можно было представить, что они обрели друг друга и впереди у них тысячи дней и ночей, которые они проведут рядом друг с другом. Сакура закрыла глаза. *** — Кисамэ пересек границы Кири, — произнес голос Итачи в кромешной темноте убежища. — Через час он будет здесь. Сакура сонно приподнялась на локтях. Осветила чакрой лицо Итачи, но свет не проник в черноту радужки. На несколько секунд Сакура погрузилась в пучины отчаянья — она не смогла. Не смогла восстановить его зрение. Она ни на что не годится, как медик. Сделав над собой усилие, Сакура сложила голову на грудь Итачи и глубоко вдохнула, словно хотела продлить это мгновение. — У меня есть идея, — произнесла она, но в ее голосе не было радости. — М? — Тебе не понравится, — грустно усмехнулась Сакура, вернув Итачи его же слова.