Вода помнит всё

      Дорога предстояла не близкая. Она пролегала через леса и поля и простиралась на освещаемые солнцем многие десятки ли. Сегодня двадцать шестое февраля. Вэй Усянь и Цзян Ваньин на заре отправились в Цишань, как наследник ордена и его верный слуга. До первого марта они должны уже прибыть в орден.

***

      — Давай отдохнём? Я устала! — Измучено и притворно конючила Вэй Ин у шиди, чем изрядно его нервировала.       — Мы два часа назад устраивали привал!       — Ну знаешь..! — И тут девушка закусила себе язык и вздрогнула. Даже вспоминать не хочется.       — Что знаю? — Парень раздражённо посмотрел на неё.       Вэй Усянь опустила голову и тихо выдавила из себя:       — Ничего…       Более девушка рта не раскапывала. А до Цзян Чена наконец дошло, что чуть не сказала Вэй Ин. А именно: «Ну знаешь, я ещё не до конца восстановилась после беременности и родов!».       Вскоре Цзян Чен действительно обьявил привал. Но причины не назвал. Это можно было расценивать, как небольшое проявление заботы в сторону своей шидзе. Ему взаправду было немного стыдно, что он с дзедзе проводили так мало времени с ней. И теперь оба ищут способы загладить свою вину, да вот у Цзян Чена не очень получается, точнее он просто не умеет этого делать.       Он достал из своего походного «мешка» мешочек поменьше, а оттуда горсточку семян Лотоса. Перекусить что-то захотелось. Сидит теперь и чистит их.       Вэй Усянь, сев на какую-то корягу, начала смотреть по сторонам в надежде зацепиться за что-нибудь взглядом, дабы отогнать прочь мрачные мысли и пусть на короткий срок, но забыться.       Лес, через который они шли, приветливостью не отличался. Огромный, суровый и непроходимый он утопает в полумраке и прохладе. Таинственный и даже пугающий, он тянется вдоль глубокого обрыва, что расположен в нескольких ли от места перевела Цзян Чена и Вэй Усянь, — такого же мрачного, как и сам лес. Стволы деревьев внушительных размеров не покрыты мхом, грибами и вьющимися растениями. Они полностью голы, лишь кривые ветви торчат в разные стороны, давая пристанище только самым смелым птицам. Всюду пахнет хвоей и влагой. Верхушки разнообразных елей и сосен устремлены высоко вверх, они практически полностью загораживают лучи солнца, поэтому почва в этом лесу сырая. Земля укрыта опавшими иглами и переплетениями корней, поэтому передвигаться иногда бывает не так-то просто. В этом лесу царит могильная тишина, и встретить здесь живое существо помимо птицы — удивительная редкость.       — Ну и выбрал же ты место… — Недовольно буркнула девушка и поёжилась, и всё-таки ей было жутко.       Ваньин же косо глянул на шидзе и не менее недовольно съязвил:       — Простите.       И уже в тишине продолжил есть семена Лотоса. Просто больше не было выбора, дальше только открытые поля, лесов, где можно будет укрыться от пока ещё зимнего солнца, почти не будет.       Отдыхали молодые люди не долго. Им, по хорошему, следовало бы немного ускориться, если они хотят добраться до Цишаня в установленный срок. Наследник ордена Юньмен Цзян это прекрасно понимает. И как бы ему не было жалко Вэй Усянь, он гонит её вперёд, чтобы она шла быстрее. Иначе, в чём он уверен, их жёстко накажут. Потому медлить было нельзя.       Вэй Усянь радостной себя не чувствовала. Она не ожидала, что Цзян Чен будет так пристально за ней наблюдать. Хоть последний и пытается это скрыть. Сбежать так не получится. Ещё как на зло, пусть и прошёл целый месяц, до сих пор ужасно болит поясница и ломит суставы, в особенности в ногах. Ей нормально не согнуться и не разогнуться. И порой на её ноги находит отёчность, и тогда она вообще идти не может. Почему же не ночью ноги сделать? Ваньин очень чутко и тревожно спит. Он может проснуться от любого шороха. Конечно, если пьяный, то он спит, как младенец. Начнись война, всё равно не проснётся. По крайней мере, так казалось.

***

      Чем ближе они подходили к главному городу ордена солнца, тем, казалось, сильнее начинало жарить беспощадное солнце. Теперь даже небольшая роща не встречалась вообще, чего уж говорить о лесе. Как бы то ни было, молодые люди продолжали упорно идти вперёд, как бы сильно они этого не хотели.

***

      В Безночный город Цзян Чен и Вэй Усянь пришли вечером двадцать восьмого февраля, за пару часов до отбоя, и ещё за полчаса дошли до стен ордена. Можно считать, что они успели в срок. Их встретили двое адептов Цишань Веня. Двое мужчин в белых одеяниях с языками пламени на рукавах и подоле проводили приглашённых адептов до их комнаты. Адептов из одного ордена было решено селить вместе в целях экономии места и из-за простой жадности.       Сейчас думать не получалось почти ни о чем, кроме того, как они устали. Еле перебирали ногами. А ещё, кажется, они получили либо солнечный, либо тепловой удар. Пусть была ещё зима, но в Цишане всегда была аномальная жара год вне зависимости от времени года. Это было особенностью региона.       Вместе с молодыми людьми в цзинши зашёл один из сопровождающих их мужчин. Он подошёл к столешнице, на которой стояла курильница и закинул туда несколько различных трав, а после поджёг их и тут же затушил огонь, оставив благовония медленно тлеть. Отведённую адептам ордена Юньмен Цзян комнату в то же мгновение наполнил сладковато-приторный аромат, вдыхая который в глазах начинало мутнеть, будто они долгое время были накрыли тёмной вуалью, веки становились ещё более тяжёлыми, чем были до этого, и просто слипались.       Стоило дверям за спинами приглашённых адептов захлопнуться, Ваньин и Усянь синхронно свалились на ложа и тут же погрузились в глубокий сон. Но поспать нормально не удалось ни Цзян Чену, не Вэй Усянь. Девушку опять мучали кошмары из Облачных глубин.       Цзян Чена плохой сон тоже не обошёл стороной. Это было чертовски страшно. Он, его отец, матушка, дзедзе, шидзе и совсем маленькая А-Юэ дружно сидели за столом и мирно ужинали, смеясь и веселясь. Начало хорошее, не правда ли? Но по мере его продвижения всё постепенно менялось. Эти искажения значительными не были и невооружённым глазом их было не заметить. Вдруг А-Чен опустил глаза в тарелку, что-то не понравилось ему во вкусе блюда, и он увидел в ней глаза, они были разных цветов и немного поджаренными, капилляры на них всё равно продолжали пульсировать, а от самих глаз тянулись зрительные нервы с кровеносными сосудами. Они плавали в какой-то жидкости, не нужно быть гением, чтобы понять, что это кровь. Цзян Чен испугался и резким движением руки смахнул тарелку со стола, как ошпаренный подскочил со стула и побежал на пристань, чтобы ополоснуть лицо и, возможно, немного хлебнуть кристально чистой воды. Как только он встал на колени и наклонился, так из воды на поверхность начали всплывать непонятная красная жижа с остатками человеческой плоти. Это были просто обугленные кожа и кости. Вскоре вся поверхность реки была покрыта этим, и уровень воды начал с высокой скоростью повышаться, всё это начало поглощать пристань. Цзян Чен кричал, нет он орал не своим голосом, но никак не мог понять в какую сторону бежать, везде была эта жижа. И в очередной раз он огляделся по сторонам в попытках найти обратный путь, но внезапно парень услышал шаги за спиной, и Ваньин обернулся. Он увидел своих родных с выжженными глазами и вместо них чернели дыры, из которых лилась кровь и выползали опарыши, они же вывяливались из их ртов.       Цзян Чен проснулся в холодном поту, тут же подскочив. Этим он разбудил Вэй Ин, которая спала на самом краешке ложа и по итогу свалилась на пол с широко раскрытыми от испуга глазами.       — Ай-яй-яй, как же больно! — Стонала девушка и протирала ушибленный бок, вставая, а после обратила внимание на шиди. — Цзян Чен! Ау! Всё хорошо? Ты весь белый! Даже губы!       Ей стало интересно, что же так сильно могло напугать его. Того, кто ничего не боится от слова совсем.       Спустя пару секунд Ваньин с облегчением выдохнул, утирая пот со лба, всего лишь сон, но он был таким реалистичным, что просто мрак.        — Цзян Чен, ты как? — Вновь попытала удачу девушка.       Наследник ордена Цзян наконец взглянул на неё и спокойно выдал, его голос подрагивал:       — Не бери в голову. Просто кошмар.       Он сел на ложе и схватился за голову, которая ужасно болела. Не выспался, ещё и этот раздражающий приторный запах трав давил на мозги. Вей Ин села возле шиди и положила ему ладонь на плечо. Себя она чувствовала ничуть не лучше. Но слабину давать нельзя ни ей, ни ему.       — Что за кошмар? — Голос Вэй Усянь спокойный и монотонным.       Цзян Чена понадобилось немного времени для того чтобы перевести дух и начать излагать содержание своего неприятного сновидения. Его шидзе внимательно слушала, вникая в каждое предложение, в каждое слово.       После того, как Ваньин замолчал, девушка стала осматриваться по сторонам, чтобы осмотреть интерьер помещения. Он был достаточно скудным и однотонным: два ложа, одна столешница, один шкаф, ковёр по среди цзинши, пара полок для книг и курильница. Всё. Больше не было ничего. Вэй Ин поднялась, а после подошла к той самой столешнице, решив осмотреть курильницу. Она была совершенно обычной, ничем таким примечательным не выделялась. Лёгким движением руки она подогнала остатки аромата трав к себе и глубоко вдохнула. Тут же начала кружиться голова, но это быстро прошло.       — Я думаю, всё дело в этих травах.       Цзян Чен наконец-то посмотрел на неё.       — В этих травах?       Он подошёл к ней и сделал точно такое же движение. Реакция его организма на этот аромат была точно такой же, как и у Вэй Усянь. Даже немного качнулся.       Парень подвёл итоги этого небольшого расследования, немного усмехнувшись:       — Нас ещё вчера начали «перевоспитывать».       — Хочешь сказать, они стремятся сломать нас, давя со всех сторон?       — Именно. Они просто воспользовались нашей усталостью.       За окном уже во всю светило солнце. Сегодня первое марта, первый день весны, первых день «перевоспитания», замаскированного под обучение. Спустя несколько минут над орденом зазвучал гонг. И похоже сразу несколько. Эти звуки могли значить лишь одно. Пора вставать и идти на общий сбор, откуда их, как стало овец, поведут на завтрак. Это настоящее унижение. Медлить было нельзя, потому Цзян Чен и Вэй Усянь поспешили к месту сбора.       Уже на этом самом месте было несколько знакомых им лиц: Цзинь Цзисюань, дева Ло, Не Хуайсан, который тут же прибился к друзьям, только завидев их, и ещё по меньшей мере двадцать адептов. Всех объединяло две вещи. Было видно, что не выспался никто, это первое, а второе, не смотря на первый пуне, все что-то бурно обсуждали.       — Что случилось? — Этот вопрос наследник клана Цзян адресовал другу.       Тот в свою очередь прикрылся веером и покрепче сжал саблю, которую дагэ заставил взять с собой. Он шёпотом произнёс:       — Вы разве не слышали? Облачные глубины были сожжены! Оба нефрита клана Лань пропали без вести!       Глаза приёмных брата и сестры были похожи на блюдца.       Вэй Усянь еле как подавила в себе гадкий смешок. Всё же настигло Лань Чжаня заслуженное им наказание.       Вальяжной походкой к ученикам вышел Вень Чао. И начался для всех вся сущий ад.       После завтрака было построение. Среди них теперь стоял ещё Лань Ванцзи. Его лицо, как всегда, было спокойным и невозмутимым, не выражая никаких эмоций. Он ни на кого не смотрел. Вэй Усянь же старалась не замечать его. Того, кто причинил ей небывалую боль. Цзян Чен следовал примеру шидзе и тоже старался не смотреть в его сторону, хотя он так и источал жажду убивать.       У них забрали мечи.       Через несколько дней Вень Чао повёл их за головой черепахи губительницы. Адепты заметили, что второму нефриту клана Лань было тяжело идти, но никто не предложил ему помощь. Знали все, что он на отрез откажется. Во время привала к реке Лань Чжань к реке не подошёл, воспользовался моментом и присел отдохнуть. Сломанная нога ужасно болела, что даже отнималась. Именно сейчас нужно было зацепиться взглядом за фигуру в лиловых одеждах. Она всё такая же, спустя почти год, вообще не изменилась. Разве что её поведение. Она вела себя очень спокойно и передвигалась крайне осторожно и неуверенно. Сложилось у второго нефрита клана Лань такое ощущение, что у неё что-то с ногами.       Сейчас они шли вглубь пещеры на протяжении вот уже нескольких часов, а ей всё конца и края не было видно. И привёл их Вень Чао, буквально, к обрыву.       — Это здесь. — Произнёс младший Вень. — Спускаемся.       Но никто не двинулся с места.       — Даже дна не видно. Не разглядеть, что там за монстр. Это очень опасно. — Озвучила мысли всех приглашённых адептов Вэй Усянь. Ты не…       Вень Чао не дал ей договорить и прости столкнул вниз. Все присутствующие вздрогнули от неожиданности.       — Вэй Усянь! — Крикнули Лань Чжань и Цзян Чен в один голос вслед девушке.       Спустили вниз верёвки. Цзян Чен и Лань Чжань полезли вниз вперёд всех, будто на перегонки. Первым был Ванцзи. Хромая, он подбежал к Вей Ин и взял под локоть, помог подняться.       — Осторожнее. Давай. Осторожно. — Приговаривал Лань Чжань.       Стоило девушке обрести устойчивость, она тут же вырвала свою руку из его. Ей противно.       К ним подбежал Ваньин и ощупал шидзе за плечи.       — Всё в порядке?       Она выдавила из себя улыбку и попыталась пошутить:       — Вас всех тоже столкнули?       И тут же получила лёгкий подзатыльник от шиди.       — Иди ты. Я боялся, что тебя проглотит монстр, позор для клана Цзян!       Уже в самой пещере Вэй Ин вышла из себя. У неё закончилось терпение. Цзян Чен по себе прекрасно знает, что значит злить Вэй Усянь. Его шидзе человек с безграничным терпением, но даже ему рано или поздно приходит конец. И тогда всё, что копилось внутри вырвется наружу. Даже тогда, в Облачных глубинах, когда надавала Цзинь Цзисюаню по шее, она не была по настоящему зла. Но вот сейчас, в этой пещере, Вэй Усянь в самом что ни на есть настоящем бешенстве. Глава ордена Цзян сравнивает Вэй Ин со спящим вулканом, который может проснуться в любой момент и извергнуть на несчастных все свои ярость и злость.       Вэй Усянь набросилась на Вень Чао с мечом, который отобрала у стражника. Остальные адепты поддались настрою девушки, которую считали парнем, и устроили бунт. В итоге от шума, который поднялся, проснулась черепаха. Вот тут-то у всех душа ушла в пятки, но никто этого не показал. Адепты начали защищаться от нападок черепахи, девушки стояли в стороне, дабы не мешаться. Сейчас они были бессильны. Поодаль всех стояла дева Ло.       Ван Линцзяо решила этим воспользоваться и приказала двоим стражникам придержать её, пока сама над факелом раскаляла тавро до красна. Затем же стала подходить к деве Ло. Почему бы не подпортить это её смазливое личико?       — Помогите! — Кричала девушка.       В этот момент Вэй Усянь как раз целилась в черепаху, как услышала зов о помощи. И тут же развернулась. Не медля ни секунды, девушка пустила три стрелы. Две из них ранили стражников, а третья оцарапала руку любовницы бессовестного Вень Чао. Ван Линцзяо уронила клеймо, но подняла и зарастила его в деву Ло. Вэй Ин тут же ринулась вперёд и закрыла невинную собой. Пара мгновений и в районе груди огнём отдавалась боль. Но поддаваться этому было нельзя. Нужно дальне продолжать сражение.       Вень Чао подхватил под руку любовницу и вместе с подчиненными дал дёру, оставляя остальных адептов на верную смерть.       Цзинь Цзисюань громко скомандовал:       — Быстрее! Все на верх!       Факелы полетели в черепаху, отвлекая её внимание.       Вэй Усянь вновь взяла лук и стрелы. Натянула тетиву.       — Цзян Чен! — Позвала она брата. — Давай быстрее ко входу в пещеру!       Наследник клана Цзинь поддержал слова, на данный момент, товарища по несчастью, и повторил её последние слова. Все адепты ринулись ко входу. И уже схватились за верёвки, но было уже поздно. Верёвки были обрублены. Злые и измотанные ночными кошмарами и сражением адепты не смогут взобраться просто по камню. В обычной бы ситуации, у них бы получилось, но не сейчас. Им просто не хватит сил.       Они начали думать, как отсюда выбраться. Но ответа не нашли никакого.       Клеймо вновь дало о себе знать. И вздумалось ей пошутить. Похоже, всё же входит назад в строй.       — Цзян Чен! Цзян Чен! Цзян Чен! Не хочешь мяса поесть? У меня есть поджаренное!       Она указала на больное место.       — Отвали! Тебя даже клеймо не взяло! Глянь где мы! Рот бы тебе зашить!       Он не пытался её специально обидеть. Просто сейчас действительно было не до шуток.       К Вэй Усянь тихо подошла дева Ло.       — Простите меня, господин Вэй. — Она заплакала. — Простите. Простите.       И упала на колени. Вэй Ин тут же присела рядом с ней.       —Мяньмянь, Мяньмянь, ну не плачь! Это ведь меня заклеймили, а не тебя! И мне очень больно! Утешишь меня? — Конечно же она говорила всё это в шутку.       Но девушка заплакала только стильнее.       — Цзян Чен, утешь Мяньмянь. — Неожиданно выдала Вэй Усянь.       — Сам давай! Это не я её до слёз довёл!       Прошло немного времени и адепты смогли надумать, какой никакой, но способ со спасению своих шкур. Выманить черепаху проплыть под водой. В качестве приманки решилась выступить Вэй Усянь.       План увенчался успехом. Адепты выбрались из пещеры, но двое остались заперты в ней. Вэй Усянь и Лань Чжань. Прямо как в тот раз. В библиотеке. Девушка старалась отодвинуться ото Ванци как можно дальше.       Перед уходом дева Ло дала ей мешочек с лечебными травами, которые помогут снять боль и обеззаразить рану. И сейчас Вэй Ин шипела, как змея, прикладывая их к ожогу.       В свою очередь, Ванцзи пытался что-то сделать со своей ногой. У Вэй Усянь осталось ещё очень много, ей столько не нужно. Всё же что-то кольнуло ей в сердце, и рука сама бросила Лань Чжаню целебный мешочек.       Через пару часов Лань Ванци заснул. Вэй Усянь сжалась в комочек и тихо заплакала. Обычное её поведение в последнее время.       — Хочу домой… — Тихо выполнила она, перед перед тем, как самой отправиться царство снов.