Вода помнит всё

      Сколько времени утекло, Вэй Усянь сбилась со счёту. Но несколько дней прошло, это известно точно. С Лань Чжанем девушка не разговаривала и большую часть времени сидела, отвернувшись от него. Но чувствовала пристальный взгляд янтарных глаз на своей спине достаточно часто и по долгу. Каждый раз это заставляло её съёживаться. Элементарный рефлекс, чтобы стать менее заметной. Что по происшествию такого большого отрезка времени Вэй Ин испытывает к нему? Ненависть и страх. Она боится его, боится его прикосновений. Голова может и забыла боль, но тело всё помнит. От и до.       А что на счёт Лань Ванцзи? Да ничего. Он хочет перед ней извиниться, надеется, что его простят. Но с другой стороны понимает, что ей не нужны его раскаяние и извинения. Вэй Ин хочет просто забыть абсолютно всё, по крайней мере об этом молодой господин Лань лишь догадывается. И это он ещё не знает о последствиях своего преступления.       Вдруг откуда-то с боку, из глубины пещеры, послышалось копошение. Вэй Ин и Лань Ванцзи насторожились. Однако оба прекрасно понимали, что сейчас не в состоянии сражаться. На четвереньках выполз парень их возраста. На нём были одежды ордена Цишань Вэнь, белоснежные с узором полыхающих языков пламени. Увидев двух заклинателей, парень тут же лёг и прикрыл голову руками.       —Я-я сдаюсь! Пожалуйста, не бейте! — Он сильно заикался и явно страшится двух адептов, хоть при нём и было оружие.       — Кто ты? — Голос второго нефрита, как всегда в моменты опасности, был твёрд и низок. Слегка нахмуренные брови выдавали ожидание подвоха со стороны одного из Вэньских псов.       — Я-я Вэнь Нин… В быту Вэнь Цюнлинь. — Тихо отозвался парень.       — Сдай свой меч.       Кажется, или второй молодой господин Лань решил отплатить той же монетой?       Парень медлить не стал и тут же отдал Лань Ванцзи своё оружие.       Тут уже голос подала Вэй Усянь:       — Подними голову.       Она села ровно и вытянулась, пытаясь принять суровый вид. В пещере и без того с самого начала висела тяжёлым грузом мрачная атмосфера. Но с появлением Вэня она, как девушке показалось, немного сгладилась. Хоть то и странно звучит, но Вэй Ин почувствовала некоторое спокойствие. Она как будто бы знала, что этот юноша не причинит им вреда.       Вэнь Нин осторожно сел. Да, он побаивался их. Он наслышан о втором нефрите клана Лань и о его могучей силе.       — Как ты здесь оказался, Вэнь Цюнлинь? — Голос девушки звучал спокойно, без угрозы, даже немного по-доброму.       — Я свалился сюда, когда господин приказал заложить вход в пещеру камнями. — Он замолчал на мгновение, а потом тихо добавил. — Точнее… он столкнул меня…       Он не врал. А смысл это делать? Они сейчас втроём в одной лодке.       — Ты знаешь, как отсюда выбраться? — Лань Чжань продолжил допрос.       — Нет…       — Правду..!       Второй молодой господин Лань уже было начал вставать. Невероятно злой. Вот его состояние сейчас. Однако Вэй Усянь быстро пересела и закрыла собой Вэнь Нина.       — Лань Ванцзы, успокойся сейчас же! — В приказном тоне рявкнула Вэй Ин. — Сейчас драки и ссоры ни к чему! Нам нужно беречь силы! Неизвестно, сколько мы здесь просидим!       На удивление девушки Лань Чжань сел назад, кивнув и глубоко вздохнув. Наверное, это единственный случай, когда они сошлись во мнении.       — Я правда не знаю!       Паренёк опустил голову, как только Вэй Ин пересела назад на своё место. Он говорил кристально чистую истину!       Вэй Усянь глубоко вздохнула. Она не хочет верить Вэню. Хотя Вэнь Чао тот ещё мудачина. Своих оставить — на раз плюнуть. Тем более такого заику и трусишку, который добровольно отдал свой меч.       — Я верю тебе. — Ещё раз выдохнула девушка и немного улыбнулась. — Я Вэй Ин, из ордена Юньмен Цзян, имя в быту Вэй Усянь. Рада знакомству. Сильно замёрз?       — Нет, всё хорошо.       — Садись поближе ко мне. В этой части немного теплее.       И она похлопала рядом с собой. Вид и настрой у неё были поистине дружелюбные. Вэй Ин немного улыбалась парню. Сейчас она понимала, что не нужно ругаться, а надо быть вместе.       Вэнь Нин немного подумал и всё же сел поближе к Вэй Усянь. Буквально впритык.       — Вэнь Цюнлинь, — обратилась она к парню. — Поищем выход из пещеры? Естественно, немного позже, когда поспим.       — Хорошо, молодой господин Вэй. И спасибо.       Он наконец улыбнулся в ответ. Улыбка была робкой и доброй. Парень поджал колени к себе и прикрыл глаза, пытаясь заснуть. А через несколько минут почувствовал, как чья-то голова упала на его плечо. Он тут же раскрыл глаза и повернулся в ту сторону. Это голова принадлежала крепко спящей Вэй Ин. Сама девушка почувствовала странное спокойствие и умиротворение рядом с парнем из солнечного ордена с не менее солнечной улыбкой. Прямо как у неё самой. Цюнлинь уткнул лицо в колени и тоже погрузился в мир снов.       Лань Ванцзи пилил эту парочку злым взглядом. Сам даже не знает, почему вся эта ситуация его так взбесила. А меч Вэнь Цюнлиня он предпочёл держать при себе.       Здесь и в данный момент день от ночи отличить довольно тяжело. А если точнее, то невозможно. Хотя значения это весомого не имеет. Вэй Ин и Вэнь Нин как только проснулись, немного посидев, отправились искать выход, оставляя Лань Ванцзи в гордом и тихом одиночестве.       Ходили долго. Это всё, что возможно сказать о данной ситуации. Походят, поищут, присядут. И вновь походят, поищут, присядут. И так по кругу. Но плодов такие мучения не принесли никаких. Вэнь Нин уже начинал нервничать, что больше никогда не увидит сестру и всех своих родственников, и всё больше падал духом. Вэй Усянь завела с ним беседу, чтобы хоть немного поднять ему настроение. Да и себе тоже. Хотя лучше уж сдохнуть в этой пещере героем, чем с позорном от рук Вэнь Чао.       — У тебя так много родственников! — Дивилась девушка, и самое главное, что искренне.       — Да, не мало. — Посмеялся паренёк, но затем погрустнел. — Правда, родители погибли, когда я был совсем маленьким.       — Понимаю. Я тоже рано осталась без родителей. Мне года три было.       Девушка скрестила руки за спиной и ссутулилась, выражая грусть и сожаление. Как обычно, хотела поднять настроение, а получилось наоборот, ничего нового.       — Как ваша рана? — Решил перевести тему Цюнлинь. — Я видел, как Ван Линцзяо бросила тавро…       — О? Ты не боишься произносить её имя!? — Вэй Усянь так удивлённо это сказала, а после решила по паясничать. — Не боишься, что она услышит и побежит плакаться Вэнь Чао?       Она притворилась, что кулачками вытирает слёзы и состроила заплаканный голос, продолжив:       — Они меня обижают!       После она упёрла руки в боки и сострила злое и одновременно противное лицо, пытаясь парадировать Вэнь Чао, и уже зло крикнула:       — Да как они посмели!       И надула щёки.       Не зная почему, Вэнь Нин залился смехом. До этого он просто хихикал, а теперь хохотал от души. Видно не сдержался. Девушка широко улыбнулась. За последний год эта улыбка была настоящей, искренней. Ей сейчас действительно было весело, хоть ситуация и вовсе не радужная. Вэнь Нин был вторым после Не Хуайсана, кого действительно развеселили шутки Вэй Ин, а не взбесили.       Они вернулись в пещерку. Лань Ванци дремал, опустив голову. По крайней мере хотелось верить, что он спит, а помер. Но это станет известно через несколько часов, когда можно будет учуять вонь гнили. А пока можно не переживать.       Подростки уселись назад в свой уголок и облокотились друг на друга. И тоже прикрыли глаза. Из-за голода тело расходует энергию быстрее, оттого уже через пару часов уже опять тянет в сон. Казалось, они больше не просыпались.

***

      По глазам ударил яркий солнечный свет. Веки были свинцовыми и вообще не хотели разлепляться. Мозг ещё не до конца проснулся и думал, что это свет новой жизни, пытаясь обрадовать свою хозяйку. Но нет. С недовольным лицом Вэй Ин приоткрыла глаза и тут же они закрылись.       — Сбейте это чёртового солнце…       Над ухом раздалось сердитое ворчание:       — Я бы с радостью, да стрела не долетит…       Тут девушка подскочила, как ошпаренная, с громким и несколько счастливым возгласом:       — Цзян Чен!       И тут же получила подзатрещену и продолжение бухтения:       — Да не кричи ты! Дзедзе разбудишь… она в соседней цзинши.       Он не стал заикаться, что Яньли не спала всю ночь из-за А-Юэ, которая кричала, плакала и не желала спать, как бы её укачивали.       В дверях показался высокий мужской силуэт, добрый голос заставил обратить на себя внимание.       — С возвращением, А-Ин. Как ты? Уже лучше?       Мужчина прошёл в глубь комнаты.       — Дядя Цзян!       Вэй Ин хотела встать, но Цзян Фенмянь остановил её:       — Не вставай. Отдыхай уж. Ты была сильно измотана. Даже на ногах стоять не могла.       — Да. Мне намного лучше.       Девушка улыбнулась.       Глава ордена сел возле девушки. Его глаза и улыбка выражали радость того, что девушка жива и почти полностью здорова.       — А-Ин. — Обратился он к ней. — В этот раз тебе пришлось пострадать.       — Дядя Цзян, я-то в порядке. Всего-то.. несколько дней посидела в пещере. — Она посмотрела на шиди. — Это Цзян Чену пришлось тяжело. Он это время провёл в пути, чтобы спасти меня.       Тут уже и Фенмянь решил обратить внимание на сына. Но это был лишь короткий взгляд. И он его тут же перевёл назад, на приёмну.       — Ты молодец.       А-Чен с грустью опустил глаза в пол, а руки, которые держал за спиной, сжал в кулаки. Но быстро собрался и посмотрел на шидзе и небрежно бросил:       — Поздравляю.       — С чем это? Просто тебя там не было. Если бы ты был рядом, то тоже бы приложил руку к убийству черепахи. — Тон её голоса звучал несколько поучительно и резко стал грустным. — Но тебя не было, и у меня деже не осталось собеседника! Ты бы знал.. пока я там сидела один на один с Лань Ванцзы, я чуть не умерла от страха! Повезло, что у него было что-то с ногой…       Про Вэнь Нина девушка предпочла не говорить.       Парень тут же нахмурился и начал ругаться с шидзе:       — А вот это ты уже заслужила! Не надо было строить из себя героя и вмешиваться не в своё дело. Если бы ты не стала…       Его оборвал на полуслове строгий голос отца:       — Цзян Чен. Ты знаешь, в чём твои слова не верны?       Ваньин вновь опустил взгляд в пол.       — Знаю.       Вэй Ин решила вмешаться, чтобы отношения отца и сына не стали ещё более натянутыми.       — Дядя Цзян, всё в порядке. Не пугайте его. Он просто так это ляпнул, сгоряча.       Но мужчину это не остановило и он продолжил ругаться на сына:       — А-Чен, некоторые вещи нельзя говорить, не обдумав, пусть и в гневе. А раз ты сказал это, значит ты всё ещё не понимаешь девиза ордена Юньмен Цзян. И ещё не…       Тут уже его на полуслове оборвал громкий женский голос:       — Да!       В цзинши с прямой спиной и гордо поднятой головой зашла Юй Цзиюань.       — Он не понимает. Ну и что с того? Главное, что Вэй Ин понимает. «Стремись достичь невозможного!». Она ведь так и поступает! Совершенно точно знает, что принесёт неприятности своему ордену, и всё равно наводит смуту!       Девушка опустила голову. А глава ордена тяжело вздохнул.       — Зачем ты пришла?       Женщина в ответ хмыкнула.       — Смешно. Не думала, что мне когда-нибудь придётся отвечать на такой вопрос. Глава ордена Цзян всё ещё помнит, что я тоже хозяйка Пристани Лотосов? Ещё помнит, что каждый клочок этой земли подвластен мне? Ещё помнит, кто из двоих — его настоящий ребёнок?       — Конечно, я помню.       — Ты помнишь. Но только лишь помнить — недостаточно. — Она замолчала на пару секунд, а после продолжила. — Вы только посмотрите на неё. И дня не может прожить, чтобы не впутаться в неприятности! Если бы я до конца понимала, заперла бы её в Пристани Лотосов и не выпустила бы наружу! И этот Вэнь Чао… неужто бы он посмел навредить двоим молодым господам из орденов Гусу Лань и Ланьлин Цзинь? А если б и посмел, стало быть, такова их судьба. По какому праву ты решила состроить из себя героя? Я скажу, а вы запомните. Вот увидите, рано или поздно придёт день, когда она навлечёт на нас большую беду!       Цзян Фенмянь резко поднялся и подошлёт к жене.       — Довольно. Пойдём, поговорим в другом месте.       Это вызвало крайнюю степень недовольства у Юй Цзиюань. В её голосе отчётливо звучали непонимание и злость:       — О чём нам говорить? В каком другом месте? Я буду говорить только здесь. Мне всё равно нечего стыдиться. — Женщина говорила, надменно смотря на Вэй Ин, а после глянула на сына. — Цзян Чен, подойди сюда.       Он покорно подошёл к матери, словно собачка, которой отдали чёткую команду. Юй Цзиюань взяла его под локоть и обратилась к мужу:       — Глава ордена Цзян, посмотри повнимательнее. Это и есть твой родной ребёнок, будущий хозяин Пристани Лотосов. И пусть он тебе не нравится, потому что я его родила, он — урождённый потомок клана Цзян! И я ни за что не поверю, что ты не знаешь, о чём уже на протяжении десяти лет люди болтают за твоей спиной. О том, что глава ордена Цзян спустя столько лет всё ещё влюблён в какую-то Саньжень и признаёт чужого ребёнка, как своего родного. Люди строят догадки, что Вэй Ин тоже твой… — Она перевела презренный взгляд на девушку.       Договорить женщина не успела.       — Юй Цзиюань! — У Цзян Фенмяня закончилось терпение.       — Цзян Фенмянь! — Закричала она в ответ. — Думаешь, повысил голос — и что-то изменилось!? Я слишком хорошо тебя знаю!       — Ты…       Мужчина не смог подобрать слов, чтобы адекватно и культурно выразить свои мысли, оттого он недовольно хмыкнул, хотя это было похоже больше на рык, развернулся и ушёл.       — А ну стой! Я не договорила!       Женщина поспешила за мужем.       Цзян Чен с горечью смотрел им в след. Выглядел он так, будто сейчас заплачет. Через плечо глянул на шидзе, которая уже открыла рот, чтобы что-то сказать брату, но парень пошёл следом за родителями. Девушка в спешке начала надевать сапоги.       — Цзян Чен. Цзян Чен!       И побежала за ним, спотыкаясь о собственные ноги.       — Слышал, и не отвечаешь! Подраться хочешь?       Он грубо ей крикнул:       — Убирайся обратно в свою постель!       Девушка же начала его догонять.       — Так не пойдёт! Даже не думай верить во всю эту чушь, что болтают люди!       — В какую ещё такую чушь? — С презренным ехидством, как у матери, бросил наследник ордена на ходу.       — Я не стану это повторять, иначе замараю язык. Да подожди ты!       Цзян Чен остановился лишь тогда, когда Вэй Усянь схватила его за руку.       — И вообще, у моих матери и отца были имена, я не желаю, что бы кто-то считал меня ещё чьим-то ребёнком! Послушай меня. Давай поговорим на чистоту. Не надо прятать тяжесть в своём сердце. Ты — родной сын дяди Цзяна, будущий глава ордена Юньмен Цзян. Разумеется, что с тобой дядя Цзян намного строже. А я — совсем другое дело! Я ему чужая, мои родители были его хорошими друзьями. Поэтому ко мне он относится с большой мягкостью. Ты ведь понимаешь это, правда?       Она приподняла брата за плечо.       — Он вовсе не строг со мной. Просто не любит меня.       Ваньин вырвался из девичьих объятий и пошёл дальше.       Вэй Усянь сделала такое лицо, мол «только не сначала!». И вновь побежала за ним.       — Да разве можно не любить родного сына!?       — Ты же не любишь родную дочь!       — Это другое! — Вспылила девушка, но постаралась взять себя в руки. — Покажи мне тех, кто распускает эти слухи, я изобью каждого так, что родная мать не узнает!       — Но ведь это правда! — Кричал он на шидзе. — Он не любит мою матушку, а заодно и меня, и дзедзе!       Цзян Чен сел на ступеньки возле небольшого озерца и неожиданно спокойно заговорил:       — Я знаю. Ему не по душе мой нрав, я не тот наследник, какого он желает видеть. Он думает, что я не понимаю девиза и правил ордена, что для статуса Главы ордена Юньмен Цзян я характером не вышел. Ты вместе с Лань Ванцзи убила Черепаху- губительницу. Отважно сражалась! Невероятно! Ну а я!?       Вэй Ин, которая всё это время стояла подле Ваньиня, села рядом с ним. А Цзян Чен всё продолжал изливать душу:       — Я несколько дней провёл в пути, ног под собой не чуял, ни на миг не останавливался.       Девушка закусила губу. Сейчас по сути её путь и провалившегося плана о побеге она соврёт, но и шиди жалко. Она не настолько сильно стала их ненавидеть. Это же ведь ложь во благо? Пусть и потом ему будет больно, но зато сейчас всё более менее устаканится.       — Да кому интересны какие-то правила! Я тебе вот что скажу. Кто сказал, что правилам обязательно нужно следовать? Вспомни орден Гусу Лань, три тысячи правил! Но если бы все им следовали, жизни бы не видели! И ещё, кто сказал тебе, чьи глава непременно должен обладать характером своего ордена и следовать его правилам? Ни за что не поверю, что все главы, сменившиеся в ордене Юньмен Цзян, обладали одинаковым характером.       Она вновь обняла его.       — Поэтому не выдумывай ерунды. — И вот она, та самая ложь. — Когда ты станешь главой ордена, я стану твоей подчинённой. Так же, как наши отцы. Какие ещё Два Нефрита из Гусу? У нас в Юньмене есть Два Героя! Так что никто не смеет говорить подобное, понял? Даже тебе нельзя. А если кто посмеет, я задам ему трёпку, ясно?       — В таком состоянии, как сейчас, кому ты задашь трёпку?       Цзян Чен толкнул в больное место, и девушка тут же за него схватилась.       — Ай! Цзян Чен, ну ты…       — Что, теперь тебе больно? А что раньше строила из себя героя? Поделом тебе! Будешь знать!       — Это я строила из себя героя? Да у меня просто не было иного выхода!       Оба замолчали, поняли, что наговорили лишнего. Но не на долго.       — Цзян Чен, как ты думаешь, мы ещё встретимся с ними?       — Откуда мне знать?       Девушка лишь тяжело вздохнула. Она чувствовала себя виноватой в том, что дядя Цзян так холодно относится к Цзян Чену. Все всё прекрасно знают и понимают, в особенности те, кому не следует даже знать о разладах в семье Цзян, но никто ничего делать не собирается. Будто всё устраивает! Видно, оно так и есть. Либо же просто с этим уже ничего невозможно сделать. Одним лишь небожителям это известно…       Вэй Ин обняла себя за плечи.       — Пошли внутрь. Холодно…