We were not meant for eternity (so we created one)

Лань Сичень должен был остановиться отдохнуть еще несколько часов назад. Но у него нет времени. Он понимает, что должен остановиться отдохнуть, когда врезается в дерево. Он даже не видел его... Пока не оказался на земле, сжимая запястье. Лань Сичень поворачивает голову и видит меч, лежащий в нескольких метрах от него. Ему нужно... Ему нужно встать. Потому что путь займет два дня. А свадьба... Лань Сичень закрывает глаза и делает глубокий вдох. Когда он открывает их, ему приходится бороться с тошнотой. Он видит кровь, пачкающую его рукав, и торчащие кости и направляет ци в запястье, стискивая зубы. Когда кости начинают вправляться, а кожа стягиваться, ему приходится сжать кулаки, чтобы не закричать. Ему нужно... Ему нужно встать... Когда все готово, Лань Сичень поднимается и хватает свой меч. Он выравнивает дыхание. Встает на меч. И продолжает лететь.

***

Лань Сичень помнит, как после долгого дня шел к Ханьши. У него было так много встреч, а тренировки шли дольше, чем обычно. К тому же, он плохо спал накануне. Он все время... Он все время вспоминал, как вонзил свой меч в грудь Цзинь Гуанъяо. Лань Сичень дошел до своей двери и просто прислонился к ней головой, закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Он может... Он может это сделать. Сегодня был просто плохой день. Он в порядке. Он просто... Ему просто нужна минутка. Лань Сичень распахнул дверь и сразу направился в спальню, когда заметил за столом фигуру в фиолетовых одеяниях. Они не виделись уже несколько месяцев. Когда Советы проходят в Ланьлине или Цинхэ, они не могут проводить много времени вместе вне деловых встреч. И... Он скучал по Ваньиню. Взгляд голубых глаз оторвался от лежащих на столе бумаг, губ коснулась нежная улыбка.       - Привет, Хуань-гэ. Лань Сичень в секунду пересек комнату и опустился на колени, чтобы обнять Ваньиня. Он зарылся носом в мягкие волосы и вдохнул знакомый аромат лотоса, чувствуя сильные руки на своей спине. Он просто скучал по нему. Он слышит приглушенный голос Ваньиня.       - Мы с сопляком отправились на ночную охоту. В итоге оказались ближе к Гусу, чем думали, поэтому я решил заглянуть к тебе. Лань Сичень сжал объятия крепче.       - Спасибо. Он почувствовал, как руки Ваньиня начали вытаскивать украшения из его волос, пальцы успокаивающе провели по рассыпавшимся прядям.       - Ты в порядке? Лань Сичень еще глубже зарылся лицом в волосы Ваньиня.       - У меня был не самый легкий день. Пальцы нежно огладили его волосы, мягкий голос спросил.       - Может, ты просто хочешь лечь спать? И Лань Сичень так любит этого человека... Потому что Ваньинь всегда позволяет ему просто дышать. Лань Сичень слишком устал, чтобы сделать что-то еще, кроме как кивнуть Ваньиню в шею. Ваньинь встал, и ему сразу становится холоднее, но вскоре перед ним появилась рука. Голубые глаза смотрели с нежностью.       - Пойдем, Хуань-гэ. И Лань Сичень просто... Любит его.

***

Когда Лань Сичень достигает основания гор, то практически падает с меча. Он прижимается спиной к дереву и стоит так некоторое время, чтобы перевести дух, а после сползает на землю и смотрит в небо. Солнце поднимается. У него есть еще один день. Лань Сичень кусает губы, чтобы не дать панике захватить его. Он добрался до гор. Но он не знает, где начать поиски. На обследование этих гор уйдут дни. Они хранят тысячи возможностей... А он даже не знает, сработает ли это. У него нет времени. Лань Сичень поднимает себя с земли и закрывает глаза, позволяя солнечным лучам танцевать на его веках. Он делает дрожащий вдох. И начинает идти.

***

Лань Сичень помнит, как после долгого дня шел к Ханьши. Он также помнит, как ложился спать с Ваньинем. Лань Сичень лежал в своей постели, положив голову на грудь Ваньиня, который нежно гладил его по спине.       - Ты хочешь поговорить об этом? Лань Сичень качнул головой и тут же ощутил легкий поцелуй на макушке.       - Я в порядке, Ваньинь, просто мне нужен небольшой перерыв. Ваньинь хмыкнул в ответ.       - Ты спал? Он промолчал, это и было ответом. Ваньин подтянул одеяла, чтобы укрыть их обоих. Лань Сичень почувствовал ласковые прикосновения к волосам, прислушался к тихой мелодии, которую начал напевать Ваньинь. Ваньинь всегда... Просто принимает его любым. Лань Сичень всегда должен был быть кем-то для других. Главой Ордена. Старшим братом. Ответственным племянником. Добрым посредником. И он не против быть таким человеком. Ему это нравится. Но иногда... Иногда он просто хочет быть самим собой. И Ваньинь всегда... Позволяет ему.

***

Дождь. Конечно должен идти дождь. Лань Сичень едва ли может видеть что-то перед собой. Ветер развевает его волосы во все стороны. От раскатов грома сотрясаются деревья, время от времени небо озаряется молниями. Но он не может... Он не может остановиться. Потому что он никогда ничего не делал... Он потерял Да-ге, ничего не делая. Он потерял А-Яо, ничего не делая, наблюдая за происходящим... Он никогда ничего не делал... Когда дождь прекращается, полная луна начинает проглядывать сквозь облака. Лань Сичень провел весь день в поисках храма. Свадьба... Свадьба завтра утром. Чтобы добраться до Юньмэна отсюда, нужно полдня. Лань Сичень сжимает руки так сильно, что они начинают дрожать. Он... Он потеряет его... Он чувствует, как крик поднимается в его горле. Он пытается... Он так старается делать хоть что-то... Лань Сичень смотрит на красную нитку на своем пальце. Она танцует на ветру. Он смотрит на луну. Все, что у него есть, это детская сказка. Он встает на колени в грязь. Сводит руки вместе. Закрывает глаза. И начинает молиться.

***

Лань Сичэнь помнит, как после долгого дня шел к Ханьши. Он помнит, как ложился спать с Ваньинем. Он также помнит, как проснулся посреди ночи. Лань Сичень вскочил в холодном поту, его трясло, дыхание гулко отдавалось в груди. Он отчаянно зажмурил глаза. Он просто... Просто продолжает вспоминать свой меч в груди Цзинь Гуанъяо. Это был не первый раз, когда он кого-то убил. Он пережил войну. Он сражался. Но это был первый раз, когда он убил того, кого любил. Когда Лань Сичень почувствовал робкое прикосновение чужой руки, он крепко сжал ее. Ваньинь поднялся и прислонился к нему. Лань Сичень попытался сосредоточиться на тепле вдоль своего бока, его дыхание выровнялось. На плечо легла голова Ваньиня. Когда он наконец открыл глаза, то встретился взглядом с полным взглядом.       - Тебе что-нибудь нужно, Хуань-гэ? Лань Сичень сделал дрожащий вдох.       - Как насчет того, чтобы прогуляться прямо сейчас? Ваньинь тут же встал с кровати и пошел за их верхними накидками. Он протянул руку.       - Готов? Лань Сичень взял эту руку. Ваньинь всегда... Он всегда просто дает ему дышать.

***

Лань Сичень уже несколько часов стоит на коленях в грязи посреди леса. Пожалуйста... Пожалуйста, я не могу... Я не могу его потерять. Лань Сичень знает, что плачет. К тому времени, когда он открывает глаза, он не чувствует ног. Ничего не произошло. В его груди разверзается пустота. Как... Как его дядя смог это сделать? Когда Лань Сичень в первый раз пытается встать, ноги просто подкашиваются. Растянувшись на лесной подстилке, он закрывает лицо руками. Это никогда не закончится... У него останется только эта красная нить... Лань Сичень убирает руки от лица и опускает их в грязь. Он держит глаза закрытыми, пытаясь контролировать дыхание. Он не уверен... Он не уверен, как долго он сможет продержаться.       - Ты так одежду испортишь. Открыв глаза, Лань Сичень видит старика в желтых одеяниях, нависающего над ним. От неожиданности он отшатывается в сторону, пока не упирается спиной в дерево. Дыхание учащается.       - Что Вы здесь делаете? Старик подходит к нему и приседает, чтобы оказаться на уровне его глаз.       - Я наслаждался грозой и думал, что это будет самое громкое, что я услышу сегодня ночью. На старом лице расплывается улыбка.       - Но я ошибся. Он видит руку, протянутую к нему. Этот человек... Этот человек - бессмертный.       - Прошло много времени с тех пор, как кто-то молился мне. Лань Сичень сглатывает, сдерживая комок в горле.       - Кто Вы? Он с опаской берет протянутую ему руку и встает.       - Я Юэ Лао. Похоже, что кто-то испортил твою нить. Лань Сичень застывает. Он видит... Он видит ее. Лань Сичень поднимает руку с красной нитью, вьющейся вокруг его пальцев. Пожалуйста... Пожалуйста, помогите мне... Юэ Лао берет его руку и тянется к веревке. Его пробирает дрожь, когда старик берет ее.       - Я пытался.. Но нет никакой темной энергии... Я не знаю, что это... Пожалуйста... Его прервала красная нить, натянувшись в знак предупреждения. Юэ Лао только поднял бровь на это движение.       - Потому что это не проклятие, сделанное из темной энергии. Оно сделано из любви. Как... Старик достает золотые ножницы и медленно крутит их в одной руке.       - Любовь не всегда добра. Это не та чистая эмоция, о которой любят писать поэты. Она не всегда приносит добро. Она все запутывает. Лань Сичень боится говорить. Старик перестает крутить ножницы.       - Иногда любовь приносит только боль. Но всё равно все стремятся к ней Лань Сичень дрожит.       - Я знаю... Я знаю, что это может быть больно. Но я все равно хочу этого. Так что, пожалуйста… Пожалуйста... Пожалуйста, помогите мне… У меня нет времени... Когда Лань Сичень видит грустную улыбку старика, он понимает, что что-то не так.       - Проклятие повлияло на твою нить. Она создана судьбой, а не мной. Не у каждого есть такая. Единственное, что я могу сделать, это оборвать ее. Его сердце падает.       - Что это значит? Юэ Лао смягчает голос.       - Это значит, что твоя судьба больше не будет связана с человеком на другом конце. Это значит, что связь исчезнет. Он не может дышать. Он потеряет Ваньиня, несмотря ни на что... Но по крайней мере... Ваньинь все еще будет в этом мире. Он не сможет причинить ему больше вреда, чем уже причинил. Он не может ничего сделать... И он просто... Он просто хочет, чтобы Ваньинь был в его жизни. Живой. Даже если не с ним. Лань Сичень закрывает глаза и делает дрожащий вдох. Он старается, чтобы его голос не сорвался.       - Он будет в безопасности, если Вы это сделаете? Юэ Лао тихонько хмыкает.       - Будет. Лань Сичень открывает глаза. И протягивает руку с красной нитью.       - Режьте.

***

Лань Сичень помнит, как после долгого дня шел к Ханьши. Он помнит, как ложился спать с Ваньинем. Он помнит, как проснулся посреди ночи. Он также помнит, как вместе с Ваньинем пошел к холодным источникам. Единственным источником света для них была вода, отражающая лунный свет. Они сели на край причала и погрузили ноги в воду. Лань Сичень чувствовал, как Ваньинь прижался к нему. Прошло некоторое время, прежде чем Ваньинь нарушил молчание.       - Чувствуешь себя лучше, Хуань-гэ? Лань Сичень взял руку Ваньиня, погладил пальцы, поцеловал их, а затем опустил ладонь обратно на колени.       - Да. Иногда... Иногда ему просто нужно уйти от всего. Ваньинь хмыкнул в ответ. Лань Сичень все еще рассеянно водил пальцами по его руке.       - Спасибо, Ваньинь. Палец поднялся, чтобы тыкнуть его в нос.       - Не благодари меня, дурак. Это само собой разумеется. Ваньинь никогда не говорит ему, что делать. Он всегда позволяет ему решать. Ваньинь просто протягивает руку и говорит... Я пойду с тобой. Лань Сичень поцеловал Ваньиня в лоб.       - Я люблю тебя. Губы Ваньиня тронула легкая усмешка.       - Я знаю. Он поцеловал кончик носа Лань Сиченя.       - Я тоже тебя люблю. И порой... Порой Лань Сиченю хочется, чтобы это было на глазах у всех. Держать его за руку после окончания собрания. Чтобы для них были выделены общие комнаты не только в Пристани Лотоса или Облачных Глубинах. Но большая часть его... Хочет держать это при себе. Потому что все, что Лань Сичень когда-либо делал - притворялся. Все постоянно наблюдают за ним. И иногда... Ему больше не хочется играть свою роль. Иногда... Хочется чего-то, что предназначено только для него. Что он не должен показывать никому другому. Лань Сичень встал и протянул руку Ваньиню, чтобы помочь подняться.       - Давай вернемся в постель, сердце мое. По острым скулам разлился румянец. Он прекрасен... Ваньинь переплел их пальцы и повел его обратно к Ханьши.       - Твое сердце не будет вставать с тобой в пять утра, чтобы позавтракать. Лань Сичень притянул его к себе и обнял, даря легкий поцелуй. Но прежде чем отпустить, выдохнул ему в губы.       - Я оставлю для тебя немного конджи и принесу его в Ханьши. Ваньинь огладил его щеку большим пальцем, его глаза искрились весельем.       - Я хочу, чтобы в нем были ягоды годжи. Лань Сичень слегка усмехнулся и прижался лбом ко лбу Ваньиня.       - Тогда я найду немного для тебя.

***

Лань Сичень смотрит, как Юэ Лао подносит ножницы к красной нити. Он закрывает глаза. Он не может смотреть на это... Он чувствует, когда нить оказывается перерезана. Он чувствует, как что-то ломается внутри него. Когда Лань Сичень открывает глаза, красная нить спадает с его пальца. И он чувствует, как проклятие освобождает его от своей хватки. Ваньинь в безопасности. Он сделал это. Лань Сичень сквозь слезы смотрит на Юэ Лао, который улыбается ему. Он вытягивает руки вперед, делает глубокий поклон и, выпрямившись, достает меч, чтобы встать на него. Может быть, они с Ваньинем и не связаны больше судьбой... Может быть, Ваньинь будет счастлив с кем-то другим. Но пока он все еще здесь... Этого достаточно. Так и должно быть. Он оборачивается к Юэ Лао и видит, что старик смотрит на него.       - Спасибо, Юэ Лао. Он собирается уходить, когда рука обхватывает его запястье.       - Ты все равно должен пойти к нему. Лань Сичень закрывает глаза и делает глубокий вдох.       - Он женится. Мы больше не связаны судьбой. Я не хочу отнимать это у него. Мне просто... мне просто нужно, чтобы он был в безопасности. Юэ Лао запускает руку в одеяние и достает красный шнурок. Это... Это не обычная нитка. Лань Сичень уставился на старика.       - Твоя нить, созданная судьбой, уничтожена. Подождите... Старик расплывается в улыбке.       - Но кто сказал, что ты не можешь создать свою собственную? Лань Сичень замирает, когда Юэ Лао вкладывает нить в его руки. Подождите... Он все еще... У него еще есть шанс... Он видит солнце, поднимающееся из-за деревьев. Свадьба... Свадьба сегодня. Она должна начаться через несколько часов. Дорога до Юньмэна займет полдня... Когда Лань Сичень поворачивается обратно к Юэ Лао, тот уже подталкивает его вступить на меч.       - Я не успею вовремя. Старик пожимает плечами.       - Другой вариант - ничего не делать. И он... Он так устал ничего не делать.

***

Лань Сичень встает на свой меч и взмывает в воздух. Когда он оборачивается, то видит, как желтые одеяния растворяются в лучах восходящего солнца. Он заставляет меч лететь быстрее... Сейчас он не одет для свадьбы... Но он собирается на неё попасть.