Ужас, без которого я не смогу жить

Аллен чувствовал, что его руки и ноги начинают неметь, ехать становилось очень трудно. Он тяжело дышал. Создавалось впечатление, что лёгкие уменьшились раза в два. Мальчику казалось, будто он очень медленно едет, и та тварь с особняка скоро достанет его, но на самом деле Уолкер выжал с несчастной железяки всё, что можно было. Вдруг Аллен ощутил дикую боль, будто ему обожгло запястье на левой руке. Мальчик скосил взгляд на свою конечность и громко закричал от ужаса. То, что он видел, не поддавалось логике – на пострадавшем месте виднелся синий отпечаток ладони, будто руку седовласого кто-то сжимал с нечеловеческой силой. Резко дёргаясь и едва вписываясь в поворот, Аллен почувствовал, что по его щекам начали течь слёзы ужаса. Они застилали глаза, мешая нормально видеть дорогу. Мальчик пытался их стереть, но они текли, не останавливаясь. Неожиданно, сквозь пелену, Уолкер увидел, как справа от него на тропинке возник силуэт. Всё, что он смог разглядеть – это были длинные тёмные волосы, закрывающие лицо. Аллен шарахнулся влево и вылетел прямо на дорогу. «Нет! Нет! Пожалуйста, я не хочу умирать», – метались мысли в голове Уолкера. Всё это время подросток ощущал чей-то взгляд на своей спине, а порой, сквозь звук мотора, Аллен слышал чьё-то хриплое дыхание. «Не смей оборачиваться, не смей…», – твердил внутренний голос, колоколом стуча в голове. Он чуть не обезумел, пока выехал с этого леса. Даже когда мальчик оказался на улицах городка, он не прекращал дрожать и плакать. Седовласый уже не помнил, как он доехал до зоомагазина. Очнулся Аллен лишь тогда, когда Чоуджи насильно пытался залить ему в рот какую-то гадость. Девушка-продавщица накинула на плечи подростка плед и сунула ему в руки белого совёнка. – Успокойся, всё хорошо, – проговорила она, гладя Уолкера по голове. – Я очень рада, что ты вернулся живым. – Аллен, ты должен это выпить, – китаец сунул в руки мальчика чашку с каким-то отваром. Седовласый подчинился, глотая противную жидкость. Спустя пару минут Аллена перестало так жутко колотить, и он благодарно прижал к себе нахохлившегося Тимкампи. Случившееся с ним казалось жутким ночным кошмаром. «Пускай всё это окажется просто игрой моего воображения. Пожалуйста», – тогда Уолкер высунул из-под пледа левую руку и посмотрел на тёмный отпечаток. Девушка, увидев это, испуганно вскрикнула и отскочила, а Чоуджи заматерился. – Я же предупреждал тебя, – встряхнул он Аллена за плечи. – Вот чем ты меня слушал, а? Я вызываю тебе такси, и ты возвращаешься в Токио. Ясно? – Д-да, – еле вымолвил мальчик. – А сейчас я позвоню этому рыжему дебилу и скажу ему пару ласковых, – рявкнул сердитый китаец и скрылся внутри заведения. Уолкер сидел на пороге зоомагазина и перебирал перья совёнка. Вдруг из здания вылетел злой Чоуджи. – Ты чем меня слушал, скотина?! Я говорил тебе, что это очень опасно! Заткнись! Ты чуть не погубил парнишку! – орал он в мобильник. – Зачем? Ну ладно. Аллен, этот придурок хочет с тобой поговорить. Будешь? Аллен кивнул и взял у китайца телефон, прикладывая к уху. – Л-лави… – Боже, Аллен, ты как?! Что с тобой случилось?! – взволнованно кричал Дик. – Всё… нормально. Я жив… но… – Что «но»?! Аллен, Что?! – Л-ла-ви, – всхлипнул мальчик, прикрывая глаза ладонью. – Лави, оно было там… Я… я его видел. Оно… оно меня… за руку… Аллен не смог договорить, едва сдерживаемое рыдание вырвалось наружу. Мальчик задыхался – у него начиналась истерика. Чоуджи забрал телефон и стал что-то орать на рыжего. Продавщица подбежала к Уолкеру и крепко его обняла. – Поплачь, – прошептала она, гладя его по седой голове. – Тогда тебе станет легче. Аллен перестал сдерживаться. Когда истерика утихла, Чоуджи подошёл к Аллену. – Послушай, Уолкер, я всё уладил. Завтра вечером ты полетишь домой. Через полчаса за тобой приедет такси и отвезёт в отель, где и заночуешь. Завтра за тобой прилетит Лави и вы вдвоём вернётесь в Лондон. – Хорошо, – кивнул мальчик и повернулся к девушке, сидевшей рядом с ним. – Спасибо вам. Я даже имени вашего не знаю. – Не стоит благодарности. И меня зовут Аямэ. – Сколько я вам должен за Тима? – спросил Аллен. – Нисколько. Я дарю его. Тогда, когда вы, господин Уолкер, уехали, я пообещала себе, что если увижу вас живым, то подарю этого совёнка. – Большое спасибо вам, Аямэ, за всё спасибо, – поклонился седовласый. – Я никогда этого не забуду. – Удачи, – улыбнулась японка и скрылась за дверью. К Аллену опять подошёл Чоужди. Он нёс баночку перекиси и бинты. – Так, покажи-ка мне руки, – обратился он к Уолкеру. Седовласый посадил Тима на колени и вытянул обе руки. Ладони оказались ободранными. «Наверное, содрал, когда падал», – подумал мальчик. Чоуджи недовольно фыркнул и начал обрабатывать кровоточащие царапины. Когда ладони подростка покрыли белые бинты, китаец начал осматривать запястье. – Да, нехило, – буркнул он, смазывая посиневшую кожу. Аллен только шмыгнул носом. К тому времени, как приехало такси, Уолкер уже успокоился и привёл себя в порядок. Он сел в машину, а Чоуджи подал ему клетку с Тимом и рюкзак. – Спасибо вам за помощь, господин Чаоджи, – поблагодарил мужчину Аллен. – Лучше благодари судьбу, за то, что остался живым, – махнул рукой китаец и назвал водителю адрес. Уже сидя в такси, Аллен решил ещё раз позвонить Лави. – Лави, ты можешь сейчас со мной поговорить? – Да, конечно, мелкий. – Я Аллен, – буркнул мальчик. – Ну, не обижайся. Кстати, я позвонил и рассказал обо всём Комуи. Он тоже очень за тебя волнуется и лично заказал тебе номер в отеле. Когда приедешь туда, возьми ключ от 432-го номера. Там отдохнёшь до завтра. – Спасибо вам, ребята, – улыбнулся седовласый. – Что б я без вас делал? – Как что? – наигранно удивился Дик. – Жил бы спокойной жизнью аристократа и не встревал в переделки. – Лави, я взял из этого дома пару вещей. – Каких? – Странные песочные часы с мёртвым цветком внутри и катану. – Ого. Ты хочешь оставить их себе? – Не знаю. Мне до сих пор страшно. – Да ладно. Будет тебе напоминание о первой, успешно завершённой, миссии. – Ну, да. – Тогда я сообщу Комуи. Он позаботится о том, чтобы всё это мы могли спокойно забрать в Англию. – Хорошо. – Лави… – Да? – Всё будет хорошо, правда? – Правда, мелкий. – Аллен я. До завтра. – До завтра. Через три часа Аллен сидел в своём номере на мягкой кровати. На улице уже стемнело. Он врубил кругом свет, а также включил телевизор. Клетку Тима Уолкер поставил на тумбочку, возле двери в ванную. Мальчик пытался всеми силами поддерживать непринуждённую обстановку. Но, несмотря на это, в его душе было слегка тревожно. Седовласый вздохнул и попытался успокоиться. «Блин, то противное чувство, будто за тобой следят… Я до сих пор его испытываю, – подумал он, закутываясь в одеяло. – Нужно успокоиться. Да что ж здесь так холодно?» Вдруг зазвонил мобильный Аллена. Мальчик аж подпрыгнул. Но когда он взглянул, кто ему звонит, то выдохнул с облегчением. – Да, я слушаю. – Привет, малыш! – Привет, Тикки. – Как ты там, герой наш? – Уже всё хорошо. – Я очень волновался за тебя, когда Комуи мне всё рассказал. Зачем ты так рисковал, малыш? – Теперь всё нормально. Извини, но давай поговорим об этом, когда я вернусь домой. – Конечно, как хочешь. Тогда я расскажу тебе, как сегодня Роад доводила твоего дядю Нэа до белого каления. – Ой, а как он там и почему мне не позвонил? – Малыш, мы ему ничего не говорили. Где-то сейчас он заключает сделку с какой-то французской компанией. Я решил пока его не нервировать, а то он плюнул бы на всё и примчался к тебе. Ты же знаешь, как он тебя любит. – Ну, да. – Так вот, сегодня, когда мы при… –Тикки. Тикки? Не молчи! Ей! Аллен оторвал телефон от уха и увидел, что он выключился. Мальчик очень удивился. «Ведь он был заряжен полностью, чего же он вырубился?» – недоумевал Уолкер. Но когда он попытался включить мобильник, тот пискнул и заявил, что разряжен полностью. Совёнок вдруг нахохлился и злобно посмотрел в сторону мальчика из своей клетки. Аллен вздохнул, вылез с кровати и взял зарядное устройство. Засунув его в розетку возле кровати, он включил аппарат и набрал номер Тикки Микка. – Малыш, что это было? И почему ты хочешь, чтобы я замолчал? – Ты о чём, Тикки? У меня телефон разрядился и вырубился, когда ты начал мне про Роад рассказывать. – Да? Мне просто показалось, что ты сказал «замолчи» и выключил телефон. – Нет, ты что. – Ну, хорошо. Тогда… – Тикки? Тикки?! Тим всё также злобно смотрел в сторону Аллена. Уолкер снова взглянул на дисплей. Мобильник был отключен. Мальчик сердито сплюнул и включил его. Как только появилась заставка, Аллен быстро настрочил смс: «Прости, но у меня что-то с батареей. Позвоню тебе завтра. Спокойной ночи :) » Отправив его, седовласый лёг на кровать и начал щёлкать каналы местного телевидения. Найдя музыкальный, мальчик положил пульт на тумбочку и стал смотреть какой-то клип. – Прости, Тим, – вздохнул подросток. – но, иначе я не засну. Где-то минут через пятнадцать, Аллен почувствовал, что засыпает. Он решил спать с включённым телевизором и светом, потому спокойно отдался в объятия Морфея. Буквально через минуту после этого, дисплей на телефоне мальчика засветился, оповещая, что ему пришла смс от Тикки Микка. Дисплей засветился во второй раз, оповещая о том, что смс была удалена. Совёнок резко повернулся к телефону и прижался к прутьям клетки, злобно сверля глазами пустое пространство.