Четыре Вечности. Часть первая.

21 июля 2008 год Через несколько минут машина остановилась. Абсолютная темнота. − Приехали… − нежный бархат его голоса покрыл воздух. Дин вышел, обошел машину и открыл дверь с моей стороны. Интересное начало. Дин подал мне руку и помог выйти из машины. Я осмотрелась. Все что я смогла рассмотреть в темноте, это деревья вокруг и небольшая тропинка, ведущая вглубь леса. Стоп! Я знаю это место! Это берег реки. Сюда мы с Энн часто сбегали, чтоб позагорать на причале. Это место было последним, куда я пришла, перед тем как покинуть Портленд навсегда. Навсегда. Мне тогда так казалось. Тогда я просидела здесь всю ночь вся в побоях и слезах, сжигая последние воспоминания. Роковое совпадение. Или не совпадение? Откуда он узнал вообще? В следующую секунду я почувствовала на своем лице холодное прикосновение шелка. Глаза? Зачем нужно завязывать мне глаза в такой кромешной темноте? − Что ты делаешь? − удивилась я. − Тише… не будем тратить время на слова. Тебе лучше снять обувь. Я сбросила туфли, Дин взял меня за руку и повел по тропинке. Прохладная мокрая трава щекотала ноги. Через несколько метров мы остановились. Дин обошел меня сзади и обнял. − Я хочу, чтобы это вечер запомнился нам навсегда… − его голос звучал так плавно и завораживающе. − Уже совсем не важно, что будет завтра. Сегодня мы принадлежим друг другу. Я люблю тебя и это сейчас важнее всего для меня… Я чувствовала, как теряю контроль над эмоциями. Каждое его слово пульсировало по венам, набирая обороты. Воздуха катастрофически не хватало. Все чувства обострены до предела. Каждый его вдох заставлял мое сердце замирать. А выдох сладким огнем обжигал кожу. Он все говорил и говорил, а я жадно ловила каждое слово. Говорил о том, как любит, как не может простить себе «контракт», как больно ему осознавать, что это конец, как впервые в жизни он так сильно хочет жить. Я слушала и чувствовала, как глаза наполняются слезами. Не плакать! Нельзя! Он должен запомнить не мои истерики, а нас. Нас как одно целое. Нас одних во всем мире. Нас, которых не в силах разлучить даже смерть. И я буду здесь. Я сделаю все для этого. Я глубоко вдохнула, преодолевая дрожь и нахлынувшие эмоции. Дин вдруг замолчал. − Я буду всегда любить тебя… Не смотря ни на что… − прошептала я как можно спокойнее. Он провел пальцами по моим волосам и развязал повязку. Сказать, что увиденное меня ошеломило, это ничего не сказать. Мелкие огоньки свечей вереницей тянулись от моих ног до самого причала. Я аккуратно, шаг за шагом двигалась вперед, крепко сжимая его руку. Весь причал был уставлен свечами, а в центре стоял маленький столик, накрытый белой скатертью и два стула. Шампанское в ведерке со льдом. Фрукты. Два бокала. Шум воды и огромная луна. У меня перехватило дыхание. Казалось, сердце на миг остановилось. Дин усадил меня на стул и сел напротив. − Я не знаю, как это все делается… Это впервые в моей жизни. Я не из тех, кто умеет ухаживать, − Дин заметно волновался. − Ну не молчи! Скажи хоть что-нибудь! Это все не то? Все ужасно? − Все прекрасно! Лучшего я в жизни не видела! Потрясающе! Но откуда все это?! Как?! − я с трудом подбирала слова. − Не важно. Сейчас ничего не важно. Просто будь со мной сейчас. − немного успокоился Дин. Его мягкий, с легкой хрипотцой, голос сводил меня с ума. − Буду. До последнего с тобой… Я тонула в его взгляде. Глаза в глаза. И пусть весь мир рухнет. Счастливее нас сейчас нет никого. Мы пили шампанское и болтали ни о чем, как вдруг Дин, будто что-то вспомнил: − Нам пора. − Как?! Уже? Почему? Я не хочу! Что случилось? − Все вопросы потом. Все отлично! Просто по плану следующая остановка, − Дин улыбнулся своей хитрой кривоватой улыбкой и подал мне руку, чтоб я могла встать. Мне ничего не оставалось, как следовать строго намеченному плану со всеми «остановками». Мы потушили все свечи и вернулись к машине. Очень холодно. Я укуталась в свой, уже любимый, плед и удобно уселась на сиденье. − Ближе. − ??? − Ближе подвинься. Я хочу чувствовать тебя сегодня, ни на минуту не прерываясь, − улыбнулся Дин. Я улыбнулась в ответ и подвинулась как можно ближе. Вот теперь тепло во всех смыслах. Машина тронулась, а я попыталась зафиксировать в памяти это место. Теперь оно вызывало совершенно другие эмоции. Лишь бы только ночь не кончалась. Мы остановились у придорожного мотеля. Дин протянул мне ключи от номера со словами «У нас разные номера, крошка». Разные? Я совершено перестала что-либо понимать. Молча взяв ключи, я вышла из машины и проследовала в номер. Внутри меня ждал очередной сюрприз. Все мои вещи уже были внутри, а на кровати лежала коробка. Внутри нее я обнаружила большой лист с надписью «Надень меня», под бумагой, как ни странно, была моя одежда. Черная классическая юбка, белая рубашка, черный жилет и галстук. Почему я должна все это надеть? Меня и на работе уже достали эти шмотки, чтоб еще и тут. Но, похоже, план был действительно серьезным и продуманным до мелочей. Ничего не оставалось - придется смириться. Горячий душ − вот что мне нужно сейчас. Под струйками мягкой, теплой воды я погрузилась в мысли. Сегодняшний насыщенный день выбивал меня из колеи, пока не наступил вечер. Самый прекрасный вечер. Дин… Он неожиданно оказался таким романтиком. Я никогда не забуду этот вечер. Но он еще не закончился, и сейчас остается только догадываться, что еще ждет меня дальше. Я высушила и уложила волосы, сделал легкий макияж. Вот сейчас я не пожалела, что взяла с собой так много вещей. Чулки и белое кружевное белье оказались как нельзя кстати сейчас. Логично будет предположить, что подобный вечер, судя по всему, плавно перейдет в умопомрачительную страстную ночь. Сегодня я должна буду приложить максимум усилий, чтобы наша последняя ночь оказалась одной из лучших в его жизни. От осознания предстоящего меня бросило в жар. Его прикосновения на моей коже, как наркотик. Хотелось чувствовать их бесконечно. Его поцелуи, дыхание и голос выбивали почву из-под ног, но мысль о том, что сегодня все в последний раз, вернула меня на землю. Нужно торопиться, чтобы не терять ни минуты. Сейчас разлука длинною в час уже казалась пыткой. Я быстро оделась и посмотрела в зеркало. Последние штрихи. Помада. Духи. Готово. Стук в дверь. Я глубоко вдохнула и открыла. На пороге стоял Дин с большой охапкой лиловых тюльпанов в руках. Как он узнал? Ну конечно Энни! Кто бы сомневался! Вся ситуация смахивала на большой заговор, в котором только я ни о чем не подозревала. Но мне это безумно нравилось. Я даже не знаю, как описать сейчас его взгляд. Мне он напомнил вечер нашего «знакомства» тогда, в баре. Но сейчас это уже была не похоть и грязные фантазии, а взгляд безумно влюбленного мужчины в волнующем предвкушении. Он снова изучал меня. Его взгляд, жадно скользил по всему моему телу, тщательно фиксируя каждую деталь. Мое лицо моментально вспыхнуло. А ведь он даже не дотрагивался. Завершив свое «исследование», Дин попытался озвучить «результат», но, видимо получалось плохо. Он прокашлялся. «Шикарно выглядишь…» − все на что его хватило. Но из его уст этого было более чем достаточно для меня. Все внутри сжалось, дыхание перехватило. «Держи себя в руках!» − мысленно орала я на себя. − Спасибо… − сдержанно произнесла я, хотя внутри все полыхало. − Это мне? − указала я на букет. − А, да… Вот… Я не знал, какие выбрать, но эти мне показались вполне симпатичными, − улыбнулся Дин. − Ты не умеешь врать! Я почти уверена, что в разговоре с Энни ты вытянул максимум полезной для тебя информации, − подмигнула я. − Спасибо, это мои любимые. Мне очень приятно. − Ты готова? Нужно ехать. − Да, − я взяла пиджак и закрыла номер. Ехали мы не долго, почти на выезде из города машина остановилась. И снова знакомое место. «Феникс». Придорожная забегаловка. Моя первая работа. Зачем мы здесь? Это уж точно не самый лучший ресторан с романтической обстановкой. Машин на стоянке не оказалось, хотя бар, похоже работал, судя по мигающей вывеске. − Что мы здесь делаем? − удивилась я. − Это конечная остановка на сегодня. Выходим. Я заметно расстроилась. Вот такого окончания вечера я вряд ли ожидала. Ну, да ладно, ничего не поделаешь. Мы вышли из машины и направились к входу в бар. Дин открыл передо мной дверь, и я опешила − абсолютно пустой бар. Никого. Дин сразу же ответил на мой немой вопрос: − Да, мы здесь одни. На ближайшие сутки это заведение в полнейшем нашем распоряжении. Оглядевшись по сторонам, я все еще не понимала смысла нашего пребывания в пустой забегаловке на окраине города целые сутки. И, снова, Дин опередил меня, словно, прочитав мои мысли: − Поиграем немного? − заговорщически подмигнул он мне и повел к барной стойке. − Ну… давай… − с опаской согласилась я. − В чем заключается игра? Выражение его лица в ту же секунду сменилось. Озорные искорки в глазах сменились тоской. − Я не знаю как объяснить… Понимаешь... Может это и выглядит глупо, по-идиотски, извращенно, но я все еще не могу забыть тот вечер, когда впервые увидел тебя в Идентоне… Тут до меня сразу дошло. Он хотел воссоздать вечер нашего «знакомства». Очень символично. Все закончится тут и так же, как началось. Закончится… От этой мысли меня передернуло. − Я согласна! − бодро подхватила я его инициативу. Этот вечер должен запомниться нам обоим, и я приложу к этому максимум усилий. Движением я указала, что ему нужно сесть за стойку, а сама обошла ее и попыталась вспомнить, что и где. − Так… Попробуем вспомнить… − протянула я, сосредоточено изучая расположение посуды и выпивки. Картинки из прошлого снова замелькали перед глазами, стоило мне только провести по обшарпанному дереву стойки. Первая работа. Здесь все было пропитано воспоминаниями восьмилетней давности. Ничего не изменилось. Я снова провела ладонью по поверхности и вспомнила, как познакомилась здесь с Джейком. Мне было почти семнадцать. Я пришла сюда, подзаработать немного наличных, чтоб помочь родителям оплатить учебу. Я вот так, как сейчас, стояла тогда за стойкой. Клиентов было мало, и я, от безделья, полировала все возможные поверхности. Когда дело дошло до, еще новой тогда, лакированной стойки, меня остановила чья-то рука. Я подняла глаза и увидела его. Симпатичный кареглазый брюнет с надменной улыбкой. Для семнадцатилетней девчонки ухаживания двадцатипятилетнего мужчины, были тогда пределом мечтаний. Ну, ухаживания, это было громко сказано. Его плоские шуточки и вульгарные комплименты в мой адрес, казались мне тогда самыми настоящими ухаживаниями. Сегодня я бы даже не посмотрела в его сторону. Здесь же и закончились наши нездоровые отношения. Почти три месяца я терпела его приступы ревности и агрессии, пока, в один прекрасный день, он не напился и не рассек мне голову литровой бутылкой виски, прямо здесь, не отходя от стойки. Полиция, больница, его извиняющийся взгляд, затуманенный алкоголем. Сотрясение мозга и перелом ключицы − логическое завершение нашего «романа». Потом последовали его угрозы в мой адрес. Он подкарауливал меня в подворотнях и всячески терроризировал, пока я не обратилась в полицию. По решению суда ему запретили приближаться ко мне и назначили две недели исправительных работ, но и на этом все не закончилось. Тогда я собрала шмотки и быстро свалила отсюда в другой конец страны. Страшно было подумать, что сложись все иначе, я бы так и осталась здесь. Дин. Я бы никогда его не встретила. Я помотала головой, пытаясь отогнать картинки и посмотрела на Дина. Все прошлое сразу стерлось. Остались только мы. Здесь и сейчас. Ком подступил к горлу, слезы душили, но я улыбнулась и начала «игру»: − Чего желаете, сэр? − обратилась я к Дину со своей фирменной отработанной улыбкой «бармена-администратора». − Двойной виски, детка, − заказал он. Все как тогда. Я вспомнила, как он взбесил меня своими «животными» взглядами и подмигиваниями. Но сейчас все по-другому. Даже его «детка» звучала по-особому ласково и трепетно. Его взгляд оставался все таким же печальным, но сейчас излучал море тепла и любви. − Одну секундочку, − я налила двойную порцию самого приличного виски, что нашелся в этой дыре, и протянула ему стакан. − Вы сегодня без напарника? − подмигнула я. − Да. У него медовый месяц, − со всей возможной для данной ситуации серьезностью ответил Дин. − А… Понимаю. Передавайте мои поздравления молодоженам. − Спасибо, непременно. Подавляя приступ истерического хохота, я принялась натирать бокал, стараясь не смотреть на Дина. Я знала, − он наблюдает за каждым моим движением. Если сейчас наши взгляды встретятся, весь план покатится коту под хвост. − Что такая красотка делает в такой дыре? − продолжал развлекаться Дин. − Это вы мне? − изобразила я удивление и огляделась по сторонам. − Да! Именно! − Работа, знаете ли… − задумчиво произнесла я с абсолютно отрешенным видом. − А вы никогда не задумывались о карьере модели или актрисы? − Ну не знаю даже… − Позвоните мне и мы обсудим это, − Дин протянул мне салфетку с номером своего телефона, я улыбнулась. − А с чего это я должна с вами что-то обсуждать? − я картинно закатила глаза. − Я довольно известный, в Лос-Анджелесе, продюсер шоу талантов. Вот мы с моим напарником как раз ездим по стране в поисках таких, как вы. − «Таких, как я»? Надо же! А какая я? − Вы − сногсшибательная красотка, способная свести с ума миллионы мужчин. Даже больше скажу − я уже в их числе. Я удивленно приподняла бровь, но, не осмелившись посмотреть ему в глаза, просто продолжила свое занятие. Надо же, какой отработанный прием. Неужели еще кто-то на это ведется? Наверное, да, судя по тому, как умело он им пользуется. − Может у вас есть еще какие-нибудь таланты? − не унимался Дин. − Надо подумать… Вот тут мне пришла в голову сумасшедшая идея. Я вдруг вспомнила пару отвязных вечеринок в Идентоне, в компании двух танцовщиц из нашего бара. Кое-чему они меня все-таки успели научить. Я решила, что сейчас наступил тот самый момент, когда я смогу применить полученные знания. − Я немножко танцую… − робко произнесла я. Нужно было видеть его взгляд! Дин поставил стакан и одарил меня ошарашенным взглядом: − Что, простите? − Что? − удивилась я. − Ты серьезно? − Серьезней некуда! − решительно заявила я, отыскала пульт и начала разбираться, как включить эту чертову шарманку. Готово! Через пять минут моих усилий, помещение залил свет разноцветных огоньков, зеркальный шар под потолком завращался, заполнив все вокруг тысячами солнечных зайчиков, а из динамиков заиграла медленная мелодия. Ну, прямо, школьный бал в стиле «Диско 80-х». Это, конечно, не то, что мне сейчас было нужно, поэтому я стала копаться в дисках в поисках нужных ритмов. Вот оно! «The Weeknd» − то, что нужно! Я поставила первый попавшийся трек. «Wicked Games»… Подходящее название для данной ситуации. «Грешные игры» − это то, чем мы занимались сейчас. Злые игры… Чья-то странная шутка. Кто-то наверху подключил самый черный юмор и играет с нами, не оставляя выбора. Меньше всего я сейчас хочу думать об этом. То, что происходит в эту минуту, мне очень нравится, поэтому я спрятала уныние подальше и продолжила. Дин сидел, молча, нервно потягивая виски, и наблюдал за мной. Судя по всему, его фантазия разыгралась до предела. Я подстегнула его еще больше, приглушив освещение. Сейчас остался только шар и «неоновая» подсветка. Глядя на свою рубашку, которая, буквально «загорелась» под светом неона, я вдруг вспомнила о своем белье. Наверное, сейчас оно будет очень вульгарно светиться, но мне было уже все равно, назад дороги нет. Я медленно обошла стойку и подошла к Дину. Он развернулся ко мне, в сосредоточенном ожидании моих дальнейших действий. Я нежно провела рукой по его волосам, коснулась кончиком пальца его уха и провела линию, вдоль шеи до груди, остановившись на первой застегнутой пуговице его рубашки. Его дыхание в момент стало тяжелым и прерывистым. − О, милая… − голос его охрип и задрожал. Я опустила палец на его губы, склонилась и прошептала на ухо: − Тише… Не нужно слов… Это сейчас лишнее… − мое горячее дыхание отозвалось мелкой дрожью в его теле. Напоследок, я слегка прикусила мочку его уха и отстранилась. Он застонал и притянул меня к себе, взяв своими горячими ладонями за бедра. Неистовый, страстный поцелуй. Я уже готова была сорвать с него всю одежду и отдаться ему прямо на этой чертовой стойке, но мне не хотелось, чтоб все закончилось так просто. Огромных трудов мне стоило прервать это поцелуй. Я отстранилась и отошла на шаг назад. − Нет... Не уходи… Я хочу тебя… Прямо сейчас… − умолял Дин. − Тсс… Не сейчас… − прошептала я и развернулась. С грацией пантеры, я медленно шла к сцене. Стук моих каблуков отбивался в ушах, внутри все замирало. Пилон! Я никогда прежде не занималась этим всерьез. Но сейчас, для него, мне хотелось устроить что-то подобное. Я остановилась у этой злосчастной трубы, пытаясь побороть мандраж. «Не стой как истукан! Делай же что-нибудь! Он же ждет!» − мысленно орала я на себя. Я провела рукой по пилону сверху вниз и оглянулась. Дин ерзал на стуле, не отрывая глаз. Его хищный взгляд подстегнул меня к дальнейшим действиям. Я прислонилась спиной к пилону, так, чтоб Дин находился в поле зрения. Медленно сползая вниз, я ласкала свою шею, опуская руку все ниже. Дин вспыхнул. Казалось, он сейчас сорвется и, через секунду, окажется рядом. Мне сейчас этого хотелось так же сильно, как и ему, но нельзя. Это только начало. Все с той же плавность, я поднялась на ноги, повернулась к дину, закусила губу и стянула резинку с волос. Рукой я растрепала волосы, и локоны водопадом упали на плечи. Еще пару соблазнительно медленных шагов вокруг пилона. Узкая юбка не давала свободно двигаться, но особой скованности я не испытывала. Все шло по плану. Я спустилась со сцены, взяла стул со спинкой и поставила его посреди зала, в нескольких метрах от сцены. Я поманила пальцем Дина, а он, казалось, только этого и ждал. Он соскочил с места и тремя большими шагами отмерил расстояние между нами. − Ты сводишь меня с ума, крошка! К черту все, я хочу тебя прямо сейчас! − Дин уже стаскивал с себя куртку. − Сядь! − почти приказала я. − Мы же играем, верно? Теперь я диктую правила. Сядь, пожалуйста, на стул, − продолжила я уже мягче. Судя по всему, он кайфовал от этого не меньше, чем я. Идея со сменой правил зажгла его еще сильнее. Ему ничего не осталось, как сесть на стул и молча наблюдать. Странные игры… Сумасшедшие игры на грани… Это то, что нужно нам обоим сейчас. Когда Дин, все-таки перестал выпендриваться и сел на стул, я вернулась на сцену. Еще один оборот вокруг пилона и Дин нервно заерзал на месте. Он барабанил пальцами по ноге, не зная, куда девать руки. Кажется, я знаю… Я снова принялась ласкать себя, играя с волосами, попутно развязывая галстук. Я, как бы невзначай, откинула волосы с плеч и медленно двинулась к Дину, небрежно волоча галстук за собой. Подойдя к стулу, я вплотную наклонилась над ним: − Руку… − выдохнула я. − Эм… Может не следует... − Руку! − повторила я настойчивей. Дин попытался расстегнуть мою рубашку, но я перехватила его руку и завела ее за спинку стула. То же я проделал и со второй рукой. Присев на корточки сзади, я привязала обе его руки галстуком к стулу. Вот теперь все его попытки сорваться будут выглядеть, по меньшей мере, глупо. Я снова обошла его и встала напротив. Наклонившись так, чтоб моя грудь была на уровне его глаз, я провела ладонью по внутренней стороне его бедра от колена вверх. Его возбуждение достигло крайней степени. Сдавленный стон вырвался из его груди. − Очень зря… − хрипло протянул Дин. − Неа, совсем не зря. Мне нравится то, что я вижу сейчас, поэтому для меня совершенно не зря, − заигрывала я. Глаза его горели диким огнем. Видно сейчас ему уже не до шуток. Если я еще секунду тут постою, он сломает стул, а вот тогда мне точно не уже не спастись. Хотя, кого я обманываю? Я не хочу спасаться. Хочу, чтоб он сломал этот, чертов стул, разорвал всю мою одежду в клочья и закончил эту пытку. Я изнывала от неудержимого желания, но еще рано. Отступив на два шага назад, я посмотрела ему в глаза и расстегнула первую пуговицу своего жилета. Дин громко втянул воздух и тяжело сглотнул. Еще движение и жилет у его ног. − Освободи меня! По-хорошему!!! – ерзал он на стуле, пытаясь развязать галстук. − Нет! Мои правила, помнишь? – прохрипела я. В горле пересохло. Несколько капель воды сейчас не будут лишними. Я снова ступила вперед, медленно расстегивая блузку. Дин, скорее всего, ожидал, что я развяжу галстук, но нет. Проходя мимо, я снова одарила его легким прикосновением. На этот раз «удар» пришелся от бедра, через все тело, остановившись на шее. Дин задрожал. − Пожалуйста… − глухой стон вырвался из его груди. – Не нужно так… Отпусти… − отчаянно умолял Дин. Я сделал вид, что не слышу его вообще. Его физическая сила позволяла ему покончить с галстуком раз и навсегда, но… Он подыгрывал… Эта сладкая пытка нравилась ему все сильнее. Я обошла сзади. Его плечи, сильные руки… Хотелось ощутить эти прикосновения снова. Внутри все горело необузданным пламенем. − Я люблю тебя… − горячим дыханием я обожгла его шею. − Хватит! Я больше не могу!!! – зарычал он. − Еще немножко… Потерпи… Не дождавшись ответа, я застучала каблучками к стойке. В холодильнике нашелся лед. Как нельзя кстати. Пару кубиков по его обнаженному телу, должны немного отрезвить его сейчас. Я вернулась к «пленнику»: − Я развяжу галстук, только пообещай не трогать меня вообще, до тех пор, пока я не скажу. Обещаешь? – лукаво улыбнулась я. − Нет. Я могу пообещать сейчас только, что от этого сраного стула не останется и щепки, если ты сейчас же меня не развяжешь!!! – такой бурной реакции я не ожидала. − Ну как знаешь… − все той же интонацией, максимально равнодушно ответила я, но внутри все кипело и молило: «Сделай это, Дин!!! Сломай здесь все!!!». Я опустилась перед ним на корточки и поставила рядом ведерко со льдом. Легкими прикосновениями я расстегнула его рубашку. При виде его идеального торса, я на секунду забыла, зачем вообще пришла сюда. Теперь я сосредоточилась на его теле полностью. Пробежав пальцами от шеи, по груди вниз, я дождалась нужной реакции. Дин застонал, закрыл глаза и откинул голову назад. Его частое, прерывистое, тяжелое дыхание было лучшим стимулом для меня сейчас. Я взяла кубик льда. Как можно медленней я опустила лед на шею Дину. Снова его стон. Это сводит меня с ума. Ниже. Кубик оставлял после себя мокрый след. Еще ниже. Контуры татуировки на груди покрыло мелкими капельками. Ниже. Все его тело в момент покрылось мурашками. Ниже. Дин затаил дыхание. Его трясло, как при лихорадке. Ниже. Все его мышцы напряжены до предела. Ниже. Медленная пытка. Сладка пытка. Я подняла глаза и увидела, что он пристально смотрит на меня. Его взгляд на секунду показался мне, совершенно, лишенным рассудка. Молча, он, какое-то время, смотрел на меня, не произнеся ни звука. Это выбило меня из колеи. Все вокруг вдруг замерло. Музыку заглушило биение наших сердец. Капелька пота скатилась по его виску. Я убрала лед, встала и отступила назад, а он все это время не отрывал от меня свой обезумевший взгляд. Я принялась расстегивать блузку. − О, ну уж нет… Оставь это мне… − Дин одним резким движением разорвал галстук, встал и отбросил стул в другой конец зала, так что тот разлетелся вдребезги. В этот момент мне стало на самом деле страшно, но, в то же время, любопытно. Что дальше? А дальше пыткам подверглась я. Дин медленно подошел ко мне и томно посмотрел в глаза. В ушах зазвенело. Не отрывая взгляда он, одним резким движением, разорвал на мне блузку. − Хотела играть?! Что ж… Давай… − его хриплый голос звучал сейчас совершенно по-особенному. Всю серьезность ситуации я оценила минутой позже. − Это здесь лишнее, − юбка последовала за блузкой, обе уже восстановлению не подлежат. − Мы же играем, да? Теперь правила меняю я. Дин обошел меня сзади, скользя пальцами по моему телу. Каждое прикосновение отдавалось во мне мелкой дрожью и непреодолимым желанием. Внизу живота мучительно ныло. Теперь уже я хочу закончить это как можно скорее. Но он только начал. Кровь бурлила в венах, щеки горели. Дин ходил вокруг меня, жадно изучая каждый сантиметр моего тела. Казалось, он продумывал, с чего бы начать. Такого испытания я не ожидала. «Разряды тока» пронизывали каждую клеточку моего тела, каждый раз, когда он приближался, чтоб шепнуть что-то мне на ухо. Бессвязные обрывки его фраз резали слух, отдаваясь эхом внутри. Комната кружилась. Я не сразу заметила, что его куртка уже присоединилась к моей одежде, точнее, к тому, что от нее осталось. Ситуация накалилась до предела. Дин в очередной раз обошел меня и остановился за спиной. Тишина. Его взгляд сверлит меня, отбирая остатки самообладания. Жарко. Нестерпимо жарко. Капельки пота мелко усеяли мой лоб, кислород заканчивался, как мне показалось. Но это было ничто, по сравнению с тем, когда Дин, еле касаясь, убрал мои волосы в сторону и провел кончиком пальца от шеи, вдоль позвоночника, вниз. Ноги подкосились. Сложнее всего сейчас для меня было не видеть его глаза. Снова все замыкалось на ощущениях, но это безумно заводило. Еще секунда бездействия с его стороны и я готова была "лезть на стену" от вожделения. Его легкий, почти невесомый поцелуй прожег мое плечо и добил меня окончательно. Я хотела повернуться, но Дин не позволил. Одну свою руку он опустил мне на живот, от чего все внутри сжалось, а второй медленно проследовал от бедра вверх, на секунду остановившись на груди. Казалось, мое сердце в этот момент перестало стучать вообще, но в следующую секунду, снова рвануло в бешеном ритме, забирая остатки рассудка. Жестокие игры... Он прижал меня к себе, и я в полной мере ощутила его неистовое возбуждение. Я только сейчас заметила, насколько сильно дрожат его руки. Каждая его мышца напряжена до предела. Для него это такая же пытка, но он не унимался. − Я не могу больше... − простонала я. − Это жестоко... Я больше не хочу играть. − А я хочу... − его хриплый голос путался в моих волосах. В эту же секунду он еще крепче прижал меня к себе, и тянущая боль пронзила низ живота, поднимаясь все выше. Я жадно хватала воздух, пытаясь усмирить языки пламени, что танцевали внутри. Дин почувствовал это и жадно прильнул губами к моей шее. Все вокруг стало таким размытым, я закрыла глаза. Наверное, мое состояние сейчас можно было бы назвать пограничным: я больше не чувствовала границы между жизнью и смертью, светом и тьмой. Все размылось. Единственной связующей ниточкой между фантазией и реальностью были его поцелуи на моей коже. Такие неистовые и горячие. Как же сложно было ему сейчас сохранять хоть намек на самообладание. С каждым поцелуем его дыхание становилось все чаще и прерывистее. Музыка давно стихла. Короткие обрывки его бессвязных фраз изредка взрывали тишину. "Люблю…", "Навсегда…", "Моя…" − врезались тысячами осколков в сердце, возвращая знакомую горечь нашего неминуемого расставания. Впереди − вечность врозь, позади − крошечное мгновение вместе, а между ними − пропасть, в которую мы стремительно сейчас летим в едином порыве неудержимой страсти. Его горячие губы скользнули от плеча вверх по шее. Все тело покрылось мурашками. Дин еще крепче прижал меня к себе, да так, что стало сложно дышать. − Легче… − выдохнула я. − Прости… Поцелуи становились все настойчивей и покрывали каждый сантиметр моего тела в пределах досягаемости. Но через секунду все резко оборвалось. Дин отстранился и глубоко вдохнул. Немного ослабив «хватку», он повернул меня лицом к себе. Мои глаза были все еще закрыты, остается лишь чувствовать. Еще мгновение он просто смотрел на меня, точнее «сверлил» взглядом, мне показалось, что он даже перестал дышать. Я боялась открыть глаза. Вдруг это сон? А что если все это − плод моего воспаленного воображения? Я с силой сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Больно. Не сон. Дин все продолжал смотреть, затаив дыхание. Я попыталась говорить, но в горле пересохло. − Скажи, что ты все еще здесь… − выдохнула я. − Люблю тебя… − еле касаясь, Дин очертил контур моих губ. − Навсегда… «Навсегда» зазвенело в ушах, перекатывая волну мелкой дрожи по всему телу. Я застонала и сжала кулаки еще сильнее. Сейчас я была абсолютно беспомощна и скована в действиях. Меня никто не держал, но оцепенение не проходило. Дин провел пальцем по моим ресницам. − Посмотри на меня… − медленно протянул он. Я с трудом открыла глаза и наши взгляды встретились. Именно этого я и боялась. Боялась, что совершенно потеряю остатки самоконтроля. Так и случилось. − Перестань меня мучить! − я перевела взгляд на его губы. Единственным желанием сейчас было ощутить их вкус. − Поцелуй меня, иначе я умру прямо сейчас! − Вот примерно так чувствовал себя я несколько минут назад. − Улыбнулся Дин. − А тебе не говорили, что быть злопамятным и мстительным не хорошо? − Когда-то давно, в детстве, но я был очень непослушным ребенком. − Ты им и остался! − Не дождавшись ответа, я поднялась на носочках и поцеловала Дина. Он молниеносно отреагировал, подхватив меня на руки. Не прерывая поцелуй, Дин нес меня до ближайшей точки опоры. «Барная стойка» − определила я по звону битого стекла позади себя. Бутылки и стаканы все сыпались с грохотом на пол, но я не хотела оборачиваться, я была слишком занята. Крепко обхватив ногами его бедра, впиваясь ногтями в его спину, я покрывала поцелуями его шею, изредка покусывая мочку уха. Аромат его кожи дурманил рассудок. «Расчистив» для меня место, Дин бережно усадил меня на стойку, на секунду отстранившись. Его глаза горели безумным огнем, вена на шее напряженно пульсировала. Я больше не могла ждать, поэтому принялась избавляться от его одежды, такой ненужной сейчас. Я только успела стянуть рубашку, как Дин перехватил мои руки и завел их мне за спину. − Тише… Не время еще… − Дин хитро улыбнулся, добивая меня моими же словами. − Ты меня убиваешь, Винчестер! Я давно уже поняла, что погорячилась, затеяв эту игру. Так что давай уже, заткнись и перестань меня мучить! − меня забавляло то, как мы оба преодолевали дикое желание разорвать друг друга, но продолжали пытки. − А все потому что, не нужно было начинать. Ты же знала с самого начала, с кем связалась. − Дин тянул слова, медленно гуляя пальцами по моему телу. Я все никак не могла надышаться. Упершись сзади руками в стойку, я откинула голову назад, дав Дину больше возможностей. Он бродил по мне пальцами и пожирал взглядом. Мое белье ему явно мешало. Прижавшись ко мне вплотную, он скользнул рукой по спине, мгновенно освободив меня от бюстгальтера. Мастерски проделано, ничего не скажешь! Дальше последовала череда поцелуев, испепеляющих все тело. Я прогнулась в спине и застонала, когда Дин провел линию языком от груди вниз. Описав вокруг пупка пару кругов, он двинулся еще ниже. Я готова была взорваться от нестерпимой жажды наслаждения. Шаг за шагом он рушил все границы дозволенного, заставляя каждую клеточку моего тела молить о пощаде. Кульминация была настолько близко, но я не хотела этого. Не сейчас. Рано. − Остановись… прошу… − простонала я. Дин, казалось, совсем меня не слышал. Я собрала в кулак остатки сил и остановила его. Все тело ныло в предвкушении. − Перестань. Я больше не вынесу этого. Я хочу тебя! − молила я. Дин снова подхватил меня на руки и поставил у ближайшей стены. Даже холод бетона не смог остудить мою разгоряченную кожу. Все тело требовало только одного, и вскоре я это получила. Я пыталась справиться с ремнем на его штанах, но безрезультатно. Дин облегчил мне задачу, одним щелчком сломав застежку ремня. Еще немного и последняя преграда между нами была разрушена. Теперь я ощущала жар его тела всей кожей. Дин слегка приподнял меня, облокотил о стену, и я инстинктивно снова обхватила ногами его бедра. − Сделай это! − прорычала я. И он, наконец-то услышал мои мольбы. Тянущая боль внизу живота разразилась волной наслаждения, как только я ощутила Дина в себе. Он двигался медленно, будто испытывая меня на прочность, наблюдая, сколько же еще я смогу выдержать. Невыносимая пытка. Я стонала, впиваясь ногтями в его спину, оставляя отметины. Мы смотрели в глаза друг другу, казалось, даже не моргая. На секунду Дин остановился. − Нет! Не останавливайся! Я не вынесу этого! Уже так близко… − умоляла я. − Люблю тебя… Боже, как же я тебя люблю!!! Дин двигался все еще медленно, но уже настойчивее. Невыносимая пытка сладкой тягучей жидкостью разливалась по всему телу. Движения ускорялись, их сила нарастала и вскоре мы оба достигли пика наслаждения под звук наших сердец, несущихся вон из груди, сливаясь в единое целое. Дин уткнулся лицом мне в шею и что-то бормотал. Я не слышала. Звон в ушах перерастал в гул. Все тело лихорадочно трясло. Горячая истома переполняла, лишая вообще каких-либо сил. Капельки пота по всему телу мерцали от лучиков зеркального шара. Душно. В горле пересохло, но двигаться не хотелось. Я не хотела отпускать его из себя. Еще нет. Дин первым пришел в себя, если это можно было назвать так. Он бережно перенес меня на бильярдный стол, ни на секунду не размыкая объятий. Дин попытался отойти, но я не пускала. − Я принесу воды. Пить хочу. Но не надейся, что все закончилось, я же вернусь. Это была разминка, − улыбнулся Дин моей любимой кривоватой улыбкой, подмигнул и удалился за стойку в поисках напитка. − Ой, как жаль… А я думала, уже все наконец-то… Эх… Придется терпеть… − наигранно расстроилась я. Дин поперхнулся водой и посмотрел на меня обезумевшим от удивления взглядом. − Повтори… − двинулся он в мою сторону, неся ведерко со льдом и кувшин воды. − «Как жаль»? Ну… Это было зря!!! Я сидела на краю стола, безразлично болтая ногами, и наблюдала, как Дин вальяжно приближается ко мне. По-моему, «запахло жареным». Явно он задумал очередную месть, но я была не против, лишь бы это не заканчивалось. Медленно поставив на стол воду и лед, Дин завел руки за спину, наклонился ко мне в упор и прошептал: − Я вот даже пальцем к тебе не притронусь… − Ну, слава Богу, а то я уже поду… − он прервал меня страстным горячим поцелуем. Дин и вправду сдержал слово: ни единого прикосновения его рук на своем теле я не ощутила. Но насчет поцелуев в «договоре» ничего не было сказано. Новая волна испепеляющего желания накрыла нас обоих. Поцелуи по всему телу. Такие жаркие и мучительные. Хотелось чувствовать его руки на себе снова и снова, но он не торопился. Снова играем. «К черту игры! Возьми меня здесь и сейчас!» мысленно орала я. Дин, казалось, снова услышал мои мысли: − О нет, так легко ты не избежишь наказания. Думаю, немного остыть тебе не помешает, − он взял пару кубиков льда и опустил мне на плечо. От неожиданности я вскрикнула и подскочила. − Винчестер, ты − засранец! Как так можно? На самом интересном месте! − я в долгу не осталась, схватив со стола кувшин, я опрокинула все его содержимое на разгоряченное тело Дина. − Ооо… Ну это совсем зря!!! Лучше беги!!! − Дин стряхнул воду с волос и дал мне несколько секунд на отступление. Я спрыгнула со стола и пустилась наутек, сорвав по пути скатерть с ближайшего столика. Моя предусмотрительность оказалась не напрасной. Едва успев закутаться в скатерть, я получила порцию холодной воды вдогонку. Я сбросила мокрую скатерть и продолжила «бегство». Пару кругов вокруг бильярда, еще несколько между столиками. Снова груда битой посуды. Судя по всему, к концу нашего пребывания здесь, не останется ничего живого в этом заведении. На десятом «почетном круге» бешеных гонок по бару, Дин настиг меня около одного из столиков. − Вот и все… − засмеялся Дин зловещим смехом, что-то вроде киношного антигероя. − Мне стоит начинать бояться? − сыграла я удивление. − Ооо, дааа… Тебе стоило начинать бояться еще десять минут назад, а теперь поздно. Настал час расплаты! Дин подхватил меня и направился на поиски удобного места для «расплаты». Им оказался все тот же бильярдный стол. Мы хохотали, словно дети, но все сменилось в момент, когда Дин посадил меня на стол и отступил, чтоб посмотреть мне в глаза. Как по команде, мы бросились друг на друга. Сил сдерживаться не было. И снова комната закружилась перед глазами. Опять одно сердцебиение на двоих и неудержимый полет страсти до самого рассвета. Как жаль, что встречать рассветы подобным образом, для меня уже вошло в привычку. Привычка, от которой уже завтра я должна буду отказаться. Последний рассвет. Больно.