Обмануть судьбу

Моника стояла перед узким зеркалом и придирчиво рассматривала собственное отражение. Длинное темно-красное платье, которое она выбрала для предстоящего торжества, сейчас казалось ей недостаточно красивым. Да, оно отличалось фигурным вырезом и подчеркивало ее талию, но рукава, достигавшие локтя и отороченные кружевами, закрывали руки, а пышные юбки выглядели несколько старомодно. Однако, сморщив от досады свой острый носик, она пришла к выводу, что ничего лучше она уже не успеет сшить. Девушка работала модисткой, и ее услуги пользовались спросом среди молодых жительниц Энканто. Наряды, которые она шила, сильно отличались от тех, что продавались в галантерейных лавках или были изготовлены другими портнихами. Моника использовала яркие ткани и смелые решения. Ее платья открывали плечи и лодыжки, а изящные туфли на каблуке, которые ей помогал делать отец, добавляли туалетам пикантности. Почтенные матроны, вроде Альмы Мадригаль, не любили девушку. Они считали ее вульгарной и распутной. Однако Моника не сильно переживала об этом. Она все равно не собиралась выходить замуж за их горячо любимых сыновей, пусть они и сватались к ней, вопреки запрету своих матерей. Заведя руки за спину, девушка взялась за шнуровку корсета, чтобы туже затянуть его. Теперь ее талия казалась еще уже, что заметно порадовало девушку, и она улыбнулась своему отражению. Сегодня вся община соберется в доме Мадригалей, чтобы посмотреть на церемонию получения дара маленьким Антонио. Очаровательный мальчик, добрый и очень умный для своего возраста. Хотела бы она, чтобы у нее был такой сын. Улыбка появившаяся на ярких губах минутой ранее погасла, и она сильнее дернула за шелковые шнурки. В дверь постучали. — Входи, папа, — не оборачиваясь сказала она, разглаживая подол руками. В комнату вошел высокий седой мужчина. Одетый во все черное, он сильно выделялся среди буйства красок, царившего в мастерской дочери. — Тебе нравится? — с надеждой в голосе спросила Моника, неловко повернувшись к отцу на низком табурете. — Ты прекрасна, mi niña, — тепло сказал он. — И так похожа на маму, — уже тише добавил Бенито Бланко, а его выцветшие глаза, оплетенные тонкой сетью морщин, грустно блеснули. — Ну, папа, — с напускным недовольством протянула девушка, — мама была намного красивее. И все соседи говорят, что я больше похожа на тебя. Услышав последние слова, Бенито лишь неверяще усмехнулся тонкими губами. Они оба знали, что это была неправда. Моника как две капли воды была похожа на свою покойную мать, чьими портретами были завешаны все стены их скромного дома. И сейчас перед старым Бланко стояла его милая Агата. И радостно и горько было мужчине видеть в дочери любимую жену. — Ты так прекрасна, cariño, — произнес Бенито и, подойдя к Монике, поцеловал ее руку. Одарив отца благодарной улыбкой, девушка вновь повернулась к зеркалу. — Папа, а ты помнишь Бруно Мадригаля? — с деланным равнодушием задала она давно терзавший ее вопрос, и с особым усердием принялась расправлять кружева. С момента ее встречи с пропавшим членом семьи Мадригаль прошло несколько дней, и все это время Моника думала о нем. Образ загадочного Бруно не выходил у нее из головы. Из-за затянувшейся слабости отца она приходила в Каситу каждый день, и надеялась, что сможет встретить его еще раз, но к сожалению, этого не произошло. То ли мужчина намеренно избегал ее, то ли ей просто не удавалось застать его. Она действительно никому не сказала, что видела его. Моника не хотела нарушать данное Бруно обещание. Более того, Мадригали были бы очень недовольны, узнав, что ей известен их семейный секрет, а это могло отразиться на работе отца. Альма Мадригаль обладала огромным влиянием в общине, и ей бы ничего не стоило отвернуть людей от их семьи. — Я видел его всего пару раз, еще в молодости, — задумчиво ответил мужчина. — Странный был мальчик, нелюдимый и недолюбленный. Неудивительно, что он покинул Энканто. А почему ты спрашиваешь? — Сеньора Мадригаль хочет, чтобы его тоже написали на портрете, — легко слетела с ее губ придуманная ложь. Сначала Моника хотела рассказать отцу про странную встречу, но после передумала. — Ну что ж, хочет — значит сделаю, — коротко согласился Бенито и нервно провел узловатыми пальцами по высокому лбу. — Моника, милая, я хотел сказать тебе, что не пойду сегодня к Мадригалям. Удивленная девушка резко повернулась, чуть не упав со стула, и обеспокоенно посмотрела на отца. — Опять сердце? — встревоженно спросила она, пытаясь заглянуть ему в глаза. После смерти Агаты, у Бенито Бланко случился сердечный приступ. Если бы не волшебная выпечка Джульетты Мадригаль, он бы умер в один день со своей женой, чего, видят небеса, он желал больше всего на свете. К счастью малолетней Моники, ее отец выжил, но удар не мог не отразиться на его здоровье, а потому мужчину стали преследовать боли в груди. Они обострялись в моменты душевных переживаний, от которых девушка старалась всячески оградить родителя. Но в последнее время Бенито постоянно чувствовал недомогание и удушающее покалывание под ребрами, что сильно беспокоило Монику. — Я не молодею, — попытался отшутиться Бенито, видя волнение дочери, но усмешка вышла наигранной. — Хочешь я останусь? — серьезно спросила девушка, пристально глядя ему в глаза. — Нет, моя дорогая, я хочу, чтобы ты пошла, — так же серьезно ответил старый Бланко, взяв лицо дочери в широкие ладони. — Более того, я настаиваю на том, чтобы ты пошла на праздник и хорошенько повеселилась там. Сегодня лучшие юноши Энканто будут готовы сразиться за танец с тобой, — и нежно поцеловав ее в щеку, мужчина отстранился. — Но я могу! — Возражения не принимаются, linda, — мягко, но все же настойчиво сказал отец и улыбнулся. Поняв, что спорить бесполезно, Моника сдалась и подарила ему сияющую улыбку. — Тогда тебе следует поторопить меня, — шутливо сказала она, — а то я уже опаздываю. Поняв намек, Бенито сказал лишь: — Buena suerte, — и вышел из комнаты. Воодушевленная словами отца, девушка спрыгнула на пол и, подбежав к столу, взяла гребень. Ей действительно стоило поторопиться, ведь церемония начнется уже через несколько часов. — Церемония начнется через несколько часов, а мы еще не готовы, — раздраженно сказала Абуэла Альма, проходя мимо новой волшебной двери, которую сегодня предстояло открыть Антонио. — Повыше подними, еще выше! Камило, нужен еще один Хосе! — Оу, о чем речь, — отозвался подросток моментально перевоплотившись в Хосе. — Луиза, пианино на второй этаж, — продолжала распоряжаться сеньора Мадригаль. Она очень нервничала, ведь прошлый День даров обернулся полной катастрофой. — Сейчас будет, — быстро отозвалась девушка и, бросив бочки с вином, а также случайно задев несущую коробку с фейерверками Мирабель, побежала исполнять данное ей указание. — Все должно быть идеально, а у нас такой кавардак, — причитала взволнованная предстоящим торжеством Пеппа, создавая вокруг себя ураган. — Весь город придет, а мы не готовы! — Цветочки все сдуешь, — попытался успокоить жену Феликс, — цветочки. — Кто-то сказал цветочки? — переспросила спустившаяся на лианах Изабелла и подарила Пеппе яркий букет. — Благодарю, — ответила тетя, справившись с волнением. С самого утра в Касите толпились горожане, помогающие украшать виллу, все члены семьи также были заняты подготовкой к предстоящей церемонии, один только Бруно не принимал во всеобщем деле участие. Мужчина был занят более прозаичным делом — он заделывал трещины. Сначала Бруно боялся даже подойти к ним, не хотел сделать еще хуже, но после, придумав себе образы бесстрашного Эрнандо и глуповатого Хорхе, стал регулярно шпаклевать стены. Сложно было сказать насколько это помогало Касите, ведь новые трещины появлялись все чаще, но он продолжал латать, веря что это приносит дому пользу. Пройдясь последний раз кельмой по подсыхающему раствору, Бруно положил инструмент в ведро и вернулся в комнату. Несмотря на то, что все уже было готово и продумано до мелочей, он еще сомневался, что сможет это сделать. Подойдя к раковине, он посмотрел в неровный осколок зеркала, в котором отражалось его худое лицо. Бруно не знал, когда он сошел с ума. Произошло ли это недавно или десять лет назад, а может он стал таким еще в детстве, когда получил свое проклятье? Он задумчиво провел по растрепанным волосам. Он хорошо запомнил тот день, когда на волшебной двери появилось его изображение. Он был восторженным ребенком. Маленький Бруно думал, что получив такой важный дар — прови́дение, он сможет помочь людям избежать многих бед, сможет приносить пользу всей общине, а его мама будет гордиться им. Но он жестоко ошибся. Люди хотели заглянуть в будущее, но после обвиняли его же в своих бедах. Они сторонились странного мальчика, способного увидеть смерть их родственника или возлюбленного. Юный Бруно Мадригаль пытался предупредить их, дать им время подготовиться к той или иной утрате, но они не ценили этого. Все дурное, предсказанное им, сбывалось, а потому жители города стали бояться его. Он бросал тень на всех сияющих членов семьи Мадригаль, как и Мирабель. Бруно завидовал своей племяннице. Девушка единственная из семьи могла жить обычной жизнью, не боясь подвести общину. Конечно, постоянные упреки Альмы расстраивали ее, но никто не был в силах угодить его матери. Луиза всегда будет слабее чем ей надо, Изабелла недостаточно идеальна для нее, а он… Бруно с внезапно вспыхнувшей яростью схватился за края раковины, а его глаза полыхнули зеленым. Мать всегда видела в нем только плохое! Она сказала ему нет дела до их семьи! Но он любит эту семью! Всем сердцем! И сегодня он докажет им свою любовь! В ужасе отшатнувшись от зеркала, он запнулся о ножку кресла и упал, ударившись головой о стоящий на пыльному полу. Яркая вспышка боли в области затылка вызвала приступ тошноты. У мужчины на мгновение потемнело в глазах. С тех пор как он полностью отказался от магии, его и так постоянно мучали сильные головные боли, а так же ночные кошмары, но в последнее время проклятый дар стал прорываться еще и вспышками неконтролируемого гнева. А может магия была не при чем? Неловко поднявшись и отряхнув пончо от пыли, Бруно поднял с пола испуганную крысу и погладил ее по мягкой шерстке, успокаивая. Пусть он сошел с ума, пусть небеса проклянут его сегодня. Он давно проклят.