Без пяти двенадцать

      Нику снилось множество разноцветных спиралей, которые, кружась и сливаясь воедино, уносились далеко-далеко в небо искрящимся столбом света, и исчезали в его вышине белой яркой точкой. Мальчик резко вскочил, и под ним в ответ зашуршала мягкая мишура.       Сознание мгновенно очнулось ото сна, и Ник понял, что не знает, где находится. Не было ничего, что напоминало бы о доме: ни выстиранной белой шторки, ни полок со старыми часовыми механизмами, ни запаха инфомасла. Первое, что привлекло его внимание — небольшое круглое окошко, забранное витиеватой решёткой, расположившееся под самым потолком. Ник подтолкнул ногой деревянный ящик, встал на него, выглянул в окно и едва не упал от удивления. За стеклом оказалась чистая, поросшая мелкой зеленой травой земля. Яркие цветущие клумбы роз и гортензий пестрили самыми разными красками, будто бы им было абсолютно всё равно на наступающий январь. Где же он оказался? Каким образом?       Ник безнадёжно вздохнул и отвернулся от окна. Неожиданно из дальнего угла комнаты отделилась одна едва заметная тень и скользнула к мальчику. Она была почти бесформенной, и не выходила на свет, а когда следом за ней вышла ещё одна, то Ника охватила паника. Тени сдавленно шептали, будто бы их кто-то душил, и парили на уровне носа мальчика.       Неожиданно одна из теней быстро вздохнула и чернильным пятном кинулась на Ника. Он в страхе закрыл руками лицо, но тень так и не смогла достигнуть своей цели: прямо перед ней из воздуха возникла коротко стриженая девчонка и полоснула стрелой наотмашь — тень исчезла.       — Что стоишь? — крикнула она. — Помог бы!       Но Ник никак не отреагировал на слова незнакомки: тело наотрез отказывалось подчиняться голове. Ник просто застыл, словно каменное изваяние.       Между тем к девчонке приближалось ещё две новые тени. Они передвигались рывками и угрожающе шипели, словно призраки. И тогда девочка сделала просто невообразимую вещь: вскинула вверх руку со стрелой, и всю комнатушку озарили яркие фейерверки золотых огней. Свет упал на тени и те, хмурясь и вопя, но являя вполне человеческие лица, просто растворились. Стало тихо.       — Ты кто такой? — услышал Ник. Он перевёл взгляд и заметил девчонку совсем рядом с собой. Она была на порядок ниже, а потом Ник вспомнил, что стоит на ящике…       Чувствуя, как краснеют и наливаются жаром щёки, он быстро спустился и поклонился едва ли не до самого пола. Девочка нахмурилась, а потом с жалостью спросила:       — Ты из мастеров?..       Ник рассеянно покивал.       — Меня зовут Диана, — представилась она.       — Ник, — тут же отозвался мальчик. Губы почему-то сами собой растянулись в улыбку, но она быстро угасла, стоило Нику заметить за спиной Дианы разбросанные по всей комнате красные и зеленые коробки, перевязанные лентами…       — Это же подарки из Астрограда! — воскликнул мальчик. — Как они тут оказались? Погодите-ка… Диана, почему здесь, за окном, совсем нет снега?       Диана подарила Нику подозрительный взгляд.       — Мы в Чародоле… — медленно протянула она. — Разве ты не помнишь, как тут оказался?       Ник мотнул головой и с удивлением отметил про себя: «Он в Чародоле!»       — Я уснул в одной из комнат Ратуши в Астрограде, а проснулся уже здесь… — пояснил мальчик и вдруг поник. От Чародола до Астрограда так далеко, а за окном уже темнело… Неужели ему придется встречать Новый год вдали от дома?       — Хм, скорее всего, тебя перенесли сюда затерянные, — предположила Диана. — Видишь ли, в канун Нового года грань между мирами становиться тоньше, и к нам начинают приходить разные нежданные гости. Затерянные — явление временное, скоро они исчезнут, но, пока они тут, ты должен быть готов ко всему. Они любят… пошалить.       — И как давно они к вам ходят в гости? — полюбопытствовал Ник.       — Каждый год, — с грустью отозвалась Диана. — Почему-то Чародол им очень приглянулся.       Ник вдруг охнул и, хватаясь за голову, сел на ящик.       — Что же мне теперь делать? Папа с ума сойдет, когда не найдет ни меня, ни подарков! Это конец!       Неожиданно Диана тепло улыбнулась.       — Не переживай, — сказала она. — Думаю, я смогу помочь тебе.       Не веря своим ушам, Ник поднял голову и посмотрел на Диану. Её глаза лучились искренней добротой, и у Ника в груди потеплело. Появилась надежда.       — В руках нам ни за что не унести столько подарков… — расстроился Ник. Диана неопределённо махнула рукой и сняла небольшую сумочку с плеча.       — Не будь таким пессимистом, Ник, — улыбнулась она и раскрыла свой саквояжик. Мальчик с недоумением наблюдал за тем, как Диана с поразительной лёгкостью складывала коробки в сумочку, словно в ней не существовало дна, а потом его осенило. Это же сумка-таймер! Опомнившись, Ник кинулся помогать Диане. Все подарки без труда поместились в сумку, и Ник с удивлением отметил, что сумочка почти не имела веса: казалось, там лежит всего несколько женских штучек.       Ребята вышли из комнатушки, и Ник понял, что они находились под большими, обнимающими землю корнями дерева. Когда они поднялись на поверхность, то Ника сразу же обдало теплом. Стало очень жарко, и мальчик стянул шапку и меховой тулуп. В Чародоле буйствовало лето, цветочные запахи перемешивались с пыльцой, и у Ника в голове не укладывалось: где-то среди суровой зимы существует клочок земли, объятый жарким летом.       — Феи любят тепло, — пояснила Диана. — У нас никогда не бывает снежной зимы.       Но Чародол в канун Нового года, как ни странно, молчал и напоминал застывшее во времени царство. Во многих домиках, примостившихся на больших ветках могучих деревьев, были закрыты оконные ставни. Неужели феи так боятся затерянных? Диана шла извилистыми тропинками, ловко огибая высокие кипарисы и навесные качели, и вела Ника к высоким кованым воротам. Когда же они проскользнули за них, то попали в тёмный тёплый туннель, и земля фей оказалась за их спинами.       Шли долго. Почти не разговаривали. Ник почувствовал, как гудят от усталости ноги, когда, наконец, впереди показалось большое белое пятно, а в лицо ударил морозный ветер.       — Ох, — выдохнула Диана, остановившись возле самой снежной кромки. Девочка зябко обняла себя за плечи и принялась растирать их.       — Спасибо, — прошептал Ник. — Если хочешь, дальше я могу и сам пойти.       Но фея упрямо мотнула головой.       — Если я вызвалась помочь, до дойду с тобой до конца, — сказала она и шагнула на снег. Он отозвался приятным скрипом, и девочка неожиданно отступила обратно во тьму туннеля. Ник нахмурился.       — Ты чего?       Диана ответила не сразу, борясь с чувствами.       — Я никогда не видела снега вживую… Я не думала, что он настолько холодный. Ник опустил взгляд: на ногах Дианы были летние сандалии. Если она пойдёт в них по снегу, то непременно заболеет.       — Вот что, — сказал Ник и протянул фее свой тулуп, оставшись в прохудившемся свитере. — Надень его, тебе станет теплее. А насчет обуви…       — Я вызову крылья, — перебила его Диана. — Буду лететь невысоко над землей.       Ника такой расклад вещей устроил, и он согласно кивнул.       Диану зимний пейзаж больше пугал и настораживал, чем воодушевлял. Девочка выглядела растерянной, а когда стемнело окончательно, то и вовсе жалкой. Но Ник старался не унывать. Он с таким удовольствием рассказывал Диане о зимних забавах, празднике, который устроили в Астрограде, что вскоре фея прониклась и стала чувствовать себя немного уверенней.       Они продвигались сквозь промёрзший тёмный лес, когда их неожиданно стали окружать затерянные. Темнота словно ожила: заклубилась, завертелась прямо у носа Ника, касаясь холодными пальцами тёплой кожи и пронзая насквозь колючим одиночеством.       — Сколько же их много, — растерянно прошептала Диана, но ловким движением выставила перед собой стрелу.       — Они как-то могут нам навредить? — задал вопрос Ник и тут же устыдился. Конечно, могут!       — Они могут вытащить тебя из твоего временного коридора, запутать так, что ты никогда не сможешь больше вернуться к прежней жизни. Сам станешь затерянным… — проговорила Диана.       Одна из теней подошла слишком близко, и Ник вдруг разглядел в нём маленького мальчика. Он выглядел странно: полупрозрачная голубоватая кожа, пустые стеклянные глаза с белыми зрачками и ужасно холодные, словно сделанные изо льда, руки. Мальчик широко распахнул глаза и посмотрел на Ника таким умоляющим взглядом, что ему невольно захотелось обнять затерянного, пожалеть его.       — Отойди, Ник, — скомандовала Диана. — Сейчас я расправлюсь с ними.       Что-то щёлкнуло внутри Ника.       — Нет! Стой! — он бросился к фее и загородил ей путь. Диана замерла и недоверчиво покосилась на него.       — Что с тобой? — спросила она. — Затерянным всё равно, что мы с ними сделаем. Они ничего не чувствуют. Они уже умерли.       Ник ещё раз взглянул на затерянного мальчика — тот сложил ладошки вместе в умоляющим жесте. К нему медленно стекались и другие затерянные, как ни странно, тоже дети. Они все смотрели на Ника, словно бы он был героем из старинной сказки, что пришёл спасти их всех. Но вот от чего?       — Они не собираются нападать, — понял Ник. — Видишь, как они смотрят. Они что-то просят. Чего вы хотите? — обратился он к затерянным и сделал один шаг вперёд.       Затерянный мальчик поднял голову вверх и ткнул пальчиком в тёмное небо, расшитое яркими бусинами-звёздами. Они весело подмигивали земле, сияли на морозе, как новогодние огни на ёлке. Ну, конечно, новогодние огни!       — Диана, они же дети! Они тоже хотят праздника!       Девочка улыбнулась и кивнула Нику. Она легко вскинула руку со стрелой, и из неё вырвался целый сноп разноцветных огоньков. Они сразу же разлетелись по лесу, освещая снег, пушистые еловые ветки и счастливые глаза затерянных.       Они стали кружиться, водить хороводы и тихо смеяться. Девочки пытались ловить огоньки, с те убегали от них, прячась меж ветвей деревьев. Мальчики гонялись друг за другом, совершенно позабыв о Нике и Диане. И только один затерянный, тот, кого Ник заметил в первую очередь, подошёл к нему и, положив ладошку на грудь, поклонился ему. А потом убежал к друзьям.       — И как ты только догадался! — Диана оказалась рядом, положила руку на плечо Ника. Мальчик обернулся, на секунду задержал на фее взгляд, а потом почему-то покраснел. Ник смущённо пожал плечами и вдруг вспомнил:       — Который час? Нам ещё нужно успеть в Астроград.       Диана мгновенно достала из сумочки небольшие круглые часики с цветочной гравировкой на крышке и поражённо вскрикнула.       — Ник… Мы не успеем. Уже одиннадцать…       Сердце Ника в пятки ушло. Но мальчик постарался не поддаваться панике и уверенно заявил:       — Успеем. Но нам придётся бежать.       И, не говоря больше ни слова, схватил Диану за руку и поволок за собой. Нику казалось, что они бежали очень быстро, перед глазами мелькали огни большого города, и казалось, что вот-вот будут видны главные часы Астрограда. Но, когда Ник сморгнул скопившееся от мороза слёзы в глазах, то понял, что до Астрограда ещё в лучшем случае час.       — Который час? — спросил он.       — Половина двенадцатого… — тихо отозвалась Диана.       Мороз иголками прокалывал лёгкие, пальцы окоченели, и Нику казалось, что он заболел. Но мальчик упрямо потянул Диану дальше по бесконечно большому полю, устеленному снежным покрывалом.       Он остановился, когда Диана неожиданно упала в снег.       — Что случилось? — мальчик кинулся к фее и увидел, что её взяла крупная дрожь.       — Холодно… Я не могу больше… Мне очень холодно.       — Который час? — словно мантру, повторял Ник.       — Мы не успеем. Без пяти двенадцать… — прошептала Диана и закрыла глаза, медленно укрывшись крыльями.       Неужели чуда не произойдёт?