Чёрное и Белое

Антона спас телефонный звонок. После того, как Александр вернулся в гостиную с подносом в руках, и следом за ним комната наполнилась соответствующим ароматом любимого какао, напряжённая тишина прервалась приятной мелодией, сопровождающей призвук вибрации. Признание своему парню в том, что причиной обмана был Арсений, являлось немыслимой идеей. Такое даже представлять не хотелось. Поэтому под быстрый, лёгкий поцелуй в губы, Шастун выскочил из комнаты, за спасителем, имя которого — Димка Позов. Они встретились в съемной квартире Димы, неподалеку от его работы. Несмотря на постоянную загруженность, Позов всегда старался выделить время Антону. Профессиональным хирургом может быть далеко не каждый, но и такого друга, как Дима, встретить нелегко. А знакомы они достаточно давно, со школьных времён, а точнее с 11 класса. Когда Антону очередной раз пришлось сменить школу из-за нестабильного положения в семье. Позов был первый, кто с ним заговорил. Вторым по значимости человеком была Оксана Суркова, с которой Антон познакомился ещё на первом курсе. Кстати, о ней. — А где Ксанка? — спросил Антон, вынуждая Диму остановить руку на полпути к чайнику. — Ты с ней не созванивался? — не оборачиваясь, ответил вопросом на вопрос Позов. — Как-то не получилось… Я… — Да, думал о себе и о своих заботах. Антон не знал, что ответить. Он чувствовал себя виноватым. В особенности потому, что такая ситуация случается не первый раз. Он просто забывает обо всем, пребывая в своих проблемах и проблемах, касающихся семьи Поповых. Он даже не встретился с ней в универе. Что тут поделать, если тогда хотелось только к одному человеку. Тем более, у нее тоже проходил зачёт, и слышать её успехи, честно говоря, не хотелось. — Расслабься. Не бери на себя больше, чем сможешь выдержать. Просто у Оксаны семейные дела, поэтому не смогла приехать. Так, она всё понимает и поддерживает тебя издалека. Наблюдая, как кипятится чайник, Антон, который, на минуточку, уже выпил две кружки какао, не смог отказаться от ещё одной порции. Для этого Дима всегда имел в запасе целую банку. Кухня, на которой они сидели, отличалась своей минималистичностью. А гармоничные тёмно-синие и белые цвета интерьера, отлично этому соответствовали. Иногда Антон думал, что Дима специально ищет такие тона, при выборе квартиры. — Рассказывай, — Димка бросил на него многозначительный взгляд, ставя на кухонный стол обе кружки с какао, — Почему ты избегаешь Сашу. — Я не избегаю, — Антон устало потер виски, — Просто… — Дело в Арсении? Позов вовремя повернулся к Антону спиной, доставая с верхней полки конфеты и печенье, иначе словил бы на себе соответствующий фразе гневный взгляд. Серьезно? Что за вопрос? Внутри у Антона будто бы органы перевернулись, от упоминания его имени. — При чем здесь… — Антон откинулся на спинку стула, стараясь вернуть размеренное дыхание, — Дим, ты слышишь себя? Тебе как никому другому лучше знать, что происходит. Позов хихикнул, присаживаясь на соседний стул, взял конфету и принялся ее есть. — Дело в нём, — подливая масло в огонь констатировал Позов, снимая очки и кладя их на стол, — И из того, что я успел услышать по телефону, ты бессмысленно потратил время и нервы вчера. — Прекрасно. Я ждал от тебя поддержку вообще-то. — Я и поддерживаю, — Дима подкинул конфету Антону, дожидаясь, пока парень не начнет избавляться от фантика, — Поддерживаю твою глупость, братан. Шастун нехотя ухмыльнулся, разглядывая собственное отражение на поверхности горячего какао, пряча конфету за щеку. А Дима между тем смотрел на него красноречиво. Антон этого не заметил. — А ты не задумывался, почему его издёвки продолжаются до сих пор? Антон поднял на него взгляд, ожидая продолжения. Дима не заметил на этом лице интереса, поэтому начал думать, будет ли лучше отмахнуться от собственных мыслей. — И что ты сейчас имеешь в виду? — подтолкнул его Антон, начиная раздражаться от напряжённого молчания. Дима видел яркие, на фоне бледной кожи, синяки под глазами, всё ещё лохматые волосы, мятую футболку, словно в ней Шаст и спал. В этом Дима не сомневался. Однако Позов был бы вовсе не Позовым, если бы не говорил вслух все, что держалось в уме. Антон наблюдал, как работали в голове Димы шестерёнки, пока друг допивал свое какао, не забывая, конечно же, кривляться после каждого глотка. Дима всегда делал и себе порцию, добавляя столько же ложек сахара, хотя терпеть не мог эту приторность. Это Шастуна по-доброму забавляло. — Думаю, у Арсения такая специфическая манера проявлять симпатию… — Дима нахмурился, сосредотачиваясь в правильной формулировке своих мыслей. Дима думал продолжить, но Антон прыснул со смеху, не дав Диме закончить своё виденье происходящего. Он схватился за живот, пытаясь одновременно держаться, дабы не упасть со стула. Симпатия! Смешно! У этого человека манера изображать чокнутого. В это Антон с легкостью поверит. В остальное, ни капли. Но, в какой-то момент, Антон всё же прекратил смеяться и, более-менее включив мыслительный процесс, постарался задуматься всерьез над словами друга. Арсений с самого начала знакомства казался ему загадочным человеком. Жил вдали от семьи, строя собственную карьеру, редко оставался на праздники. Если приезжал, не мог удержаться от язвительных комментариев в сторону любого из членов большой семьи. Но в любом случае, Арсений стал как-то особенно надоедать брату после появления Антона. Однако мог ли Антон здраво оценить его поведение, когда прошло всего лишь чуть больше полугода? Для молодого парня это совсем немного.

***

Антона запрягли не по-детски. Постоянно приходилось бегать на второй этаж, приносить заказы в Vip-комнаты, а после спускаться и помогать бармену с заказами. Более того, он часто натыкался на колкий взгляд Арсения Попова, который именно сегодня решил самолично следить за работой всех сотрудников. Парнишку интересовало, почему Арсений так и не подошёл к нему, не сказал ни слова, хотя так намекал ему на особенность сегодняшней смены. Хуйня. Думал Антон. Хотя, думал он об этом мало, так как по большей части был занят. Однако постепенно наступил момент, когда суматоха вокруг рассеилась. Посетители расслабляются, переключая внимания с официантов и бармена, на снятие своего напряжения с помощью алкоголя. Соответственно и сами сотрудники находят время на лёгкое расслабление в рабочее время. Так Антон, не сходя с барной стойки, пил пиво и наблюдал, как медленно, под ритм мелодии танцевал Арсений. И толпа ему не мешала. Почему-то так получалось, что он всегда выделялся. Будь это грязные танцы с шестом или на танцполе. А музыка будто подчинялась ему, накрывала мужчину волной и помогала слиться в такт со звуком, затмевая всех вокруг. Рекомендуется включить песню: Rosenfeld — I want to Арсений начал подпевать, не сбиваясь с ритма. Антону стало даже не по себе, когда Арсений продолжил своё занятие, глядя прямо на Антона. Парень сглотнул, резко повел плечами, осушая бокал до дна. Darling I’ll make you my next victim Дорогой, я сделаю тебя своей следующей жертвой It’s been too long to spend this night alone Слишком долго проводил эту ночь в одиночестве I need to hear the sweet sound of your moans Мне нужно услышать сладкий звук твоих стонов Come have a ride, baby don’t be so shy Приходи прокатиться, детка, не будь таким застенчивым. Особенно старался Арсений на припеве: «Your sexy skinny jeans, I want you» Он проводил руками по бедрам, будто бы призывая, заманивая. Он снова был в той самой чертовой рубашке, верхние пуговицы которой не были застегнуты. Арсений не забывал проводить пальцами по краям воротника, возбуждая у окружающих желание прикоснуться. И Арсений позволял. И девушки, и парни не скрывали хищных глаз, жаждущих заполучить это бесподобное тело себе. Сам Шастун, делая глоток за глотком, пытался понять мотив его действий. При этом каждый раз, когда замечал прикосновения других на Попове старшим, пил ещё раз. Что же ты такое, Арсений? Тем временем Попов продолжал пялиться на Шастуна. Не приглашал, не просил присоединиться. Скорее, разрешал за ним подсматривать. Когда до Антона дошло, что он почти всё время непрерывно разглядывал Арсения, подсознательно старался здраво анализировать, до него дошел и мотив его мыслей. Парень спохватился, оставил пустой стакан на стойке, и двинулся в сторону туалетов. И ему было похуй, что Арсений это увидел. Все это не имело никакого значения. К тому же, Шастун понимал, что сейчас минимальный процент работы ложится на его плечи, а значит большую часть времени он будет свободен. Но обязан оставаться. А мог бы быть дома или встретиться с Димкой или с Оксаной… Ворвавшись в туалет, он ахнул, отворачиваясь от представленной картины. Перед ним во всю сосалась какая-то парочка, чуть ли не трахаясь над раковиной. Мужчина оторвался от нее, глянув на мальчишку. — Расслабься, не обращай на нас внимание. Мужчина засмеялся, прижимаясь к девушке, которая по сравнению с его внушающим ростом, была малюткой. (Антон конечно тоже был не мелкий, но рядом с ним однозначно выглядел длинной палкой, не более. ) Он не стал соглашаться с его «советом», сразу вышел из кабинки, снова вдыхая в лёгкие лаванду и шоколад, смешанные с различным спиртным. Он вернулся на свое место, попросил подлить ещё пива, стараясь не смотреть на танцующих. Нет, Шастун не будет искать среди толпы этого Дьявола. Пошел к черту. Антон заметил, как нему подсел один из уставших танцоров. Тот заказывает виски со льдом и затем начинает в открытую изучать Шастуна. — Привет, как зовут? — незнакомец улыбнулся, когда как Антон сделал вид, что ему интереснее серые стены, на которые ритмично падало освещение из разных цветов. — Антон, — первый глоток. — Антон, — довольно и неприятно протянул незнакомец, разворачиваясь всем телом к парню, — Я Денис. Давно тут работаешь? — Достаточно, — второй глоток. Всё-таки среди танцующих хозяина клуба нет. — А такой красивый парень свободен? — Занят. Парнем, — третий глоток. Антон был уверен, что у незнакомца заблестели глаза. — Значит ты тоже из этих. Радует. Он где-то здесь? Антон впервые взглянул на собеседника. Длинные, темные волосы, заплетённые в хвост, карие бездонные глаза, и огромный шрам под глазом. Таких парней легко назвать бандитами. Настораживающая, опасная внешность. — Нет, — Антон опустил взгляд, слабо улыбнувшись. Четвертый глоток. Бокал пустой, с печалью подумал Шастун, оборачиваясь к бармену. К его счастью, нужная фигура не наблюдалась. Саша бы никогда в таком месте не оказался. Там, где Арсений — нет ноги его младшего брата, Александра. Максимум это лёгкая выпивка в баре. Но танцпол? Смог бы Саша станцевать также сексуально и притягательно, как это делал буквально пару минут назад Арсений? Нет, они слишком разные. Такое дано только одному брату. — Будь я на месте твоего парня, был бы рядом во всех движах. — Мне это не нужно, — отрезал Антон. Ему не нравилась такая сторона разговора. Похуй, он сейчас же поедет домой. Выпьет последний стакан и поедет. — Я заказал нам, — мило улыбнулся… Денис, кажется? Антон не поддержал его внимательность, внезапно ощущая горячее дыхание на шее. — Хорошо отдыхаешь. Этот голос. Антон обернулся, замечая, присаживающегося рядом Арсения. Впервые за вечер он так близко. Машинально вспоминаются слова Димы. Сегодняшние танцы… — Мне так понравилось лицо брата, когда я сказал, что с тобой еще увижусь. Ты ему не сказал? Арсений кивнул рядом сидящему Денису, и тот моментально испарился, оставив два стакана с каким-то пойлом. Это коньяк, запоздало подумал Шастун, снова обращая внимание на загадочного типа рядом, искренность улыбки которого хуй определишь. Хотя тут и догадываться не нужно. Он всегда высокомерный, слащавый, фальшивый. Ни капли искренности в темном, похотливом взгляде. — Тебя это не касается, — Антон взял полный бокал, и проследил за вторым, оказавшимся в руках Попова старшего. — Так и быть, — Арсений прищурился, подняв один уголок губ, — Зато меня касается всё, что происходит здесь. Включая посетителей и моих сотрудников. Антон хмыкнул, глядя на Арсения из-под опущенных ресниц. Действительно, вместо него Антон хотел бы видеть Сашу. Но… Разве это не его проблемы, раз его парень находится в компании брата? — Выпьем? — предложил Антон, внимательно следя за реакцией Арсения. Впервые они вот так проводят время вместе. Никогда им не приходилось оставаться наедине. С тех пор, как Антон начал работать здесь, он не допускал таких встреч, да и Попов тоже не стремился к этому. Его либо не было видно вообще, либо они встречались взглядами лишь пару раз за всю смену Шастуна. — До дна, — добродушно согласился Попов и первый осушил бокал. Антон готов был поклясться, что это были не игры света, а действительно в его иссиня-черных зрачках заиграли искры. Антон последовал за ним. Выпил до дна, всем нутром ощущая горький, обжигающий напиток в горле. Дурман, окутавший голову начал испарять все мысли о посещении дома. Антон смотрел в эти загадочные синие глаза и видел в них бесконечный космос. Такой бесконечный, в котором было легко потеряться. Видел штормящий океан, в котором было легко утонуть. Антон был уверен, что Черт знал об этом. Знал о силе своих глаз. Арсений смотрел на него точно также как вчера, когда Шастун слышал угрозы из его уст. Томный взгляд, по которому сложно догадаться, о чем его обладатель на самом деле думает. — Потанцуем? Антон не мог понять, когда успел кивнуть. Кивал ли он вообще? Это было неважно. Арсений уже потащил его за собой, крепко держа его ладонь своей такой крупной, горячей, похожей на руку брата, и все же...какой-то другой. Это тоже было неважно, пока было приятно. Антон не успел вовремя среагировать, в момент, когда Арсений резко остановился. Дурман в голове ослеплял. Антон не мог четко разглядеть окружающее пространство, но зато он видел эти глаза... И этого ему сейчас было достаточно. Да, он окончательно расслабился. Шастун не понимал, как, но теперь он спокоен. Он кайфовал от своего состояния беззаботности, в которое его ввел Арсений. Арсений направил руки Шастуна на свою талию, ближе к спине, затем сделал тоже самое с его торсом, притягивая, сокращая между ними дистанцию. — Тебе хорошо, Тош? Голос Арсения был до неприличия хриплым и низким. А собственное имя из его уст так органично звучало. Антон никогда ещё этого не слышал. Нет, слышал от Саши, но это было очень редко. Хотелось услышать ещё. — Повтори, Арс... — прошептал ему на ухо, Антон, сильнее ощущая прикосновения его твердых мышц. Арсений расплылся в улыбке, и Антон услышал лишь его смех, а после почувствовал легкое прикосновение губ на своём лбу. Попов старший тяжело дышал, казалось у него было точно такое же состояние, как и у Антона. Это радовало. И сильнее раскрепощало. Антон придвинулся к Арсению вплотную, стараясь вспомнить сегодняшний танец Арсения. Антону хотелось повторить. Прочувствовать это на себе. Узнать, какого это, прикасаться к тому, кого так отчаянно и возбужденно желала толпа... Он обнял Арсения за шею, медленно, едва прикасаясь к открытой шее, двигался в такт песни, одновременно подстраиваясь под Арсения. Антон наблюдал за выражением лица Арсения. Его рот был приоткрыт, глаза вовсе закрыты. Его руки скользили по худощавой спине Антона, опускались до ягодиц, прятались в карманах и снова поднимались наверх. Антон ощущал на себе твердый бугорок сквозь джинсы. И думал о том, что он правда был занудой. Так хорошо ему давно не было. Казалось, что напряжение, которое находилось с ним с начала аварии покинуло его. Навсегда. — Антон? Это не голос Арсения. Не такой тянущийся, словно сладкая вата на языке. Может Антону послышалось? Шастун провёл ладонью по груди Арсения, наслаждаясь, как учащается его дыхание. Точно показалось. — Антон! Голос становился ещё ближе. Что это такое? Если это реальность, то Антону не хочется просыпаться. Кто-то вырывает Антона из тесных, крепких объятий. И перед глазами появляется обеспокоенное лицо Саши. Антон хмурится, оборачивается и видит довольное, злорадствующее лицо Арсения. Арсения... Арсения Попова. Что-то тут не так...Что? — Чем ты его напоил?! Саша кричит на Арсения, который только пожимает плечами. — Мы просто веселились, да, Тош? — Арсений подмигнул ему, глядя на Антона с тем же желанием, что и минуту назад. Не пытаясь скрыть. Антон не уверен, что правильно услышал Арсения сквозь громкую музыку и туман в голове, но на всякий случай улыбнулся. — Едем домой. Сейчас же. Саша хватает Антона слишком крепко, боясь отпустить. — Зачем? — Шастун пытается вырваться. — Вечер только начинается! Оставь меня с весёлым братом! На выходе, Саша в последний раз смотрит на Арсения, который, в свою очередь, во всю доволен проделанной работой. — Кого мне убить в первую очередь? — Александр застегивает ремень Антону, который неизвестно когда успел расстегнуться. — Как считаешь? Тебя ? Или начать с Арсения? — Обоих, — Антон ещё какое-то время лихорадочно смеялся, произнося разные глупости, перед тем как почувствовать слабость и вырубиться...