Сон во время войны

Сакура провела ладонью по закрытым векам. С момента нападения прошло несколько часов. Она почти сразу вылечила боль в перенапряженных мышцах, но настоящее истощение пришло только сейчас. Девушка была сосредоточена на отступлении, исцелении раненого разведчика, составлении плана. Теперь она действительно устала. Но чтобы она не чувствовала, это все не имело смысла перед лицом войны: в ней не было ни покоя, ни спасения от тьмы, с которой они сражались. Бесконечная разработка стратегии, приказы, битвы и раненые. Даже самые выносливые люди понемногу ломались. Ночи, предназначенные для сна, заполняли леденящие душу кошмары, воспоминания и страхи, которые пробивались сквозь ее броню. У нее было пара кошмаров и до войны, но теперь их количество неуклонно увеличивалось. Как она должна сражаться днем, если не может отдохнуть ночью? Таблетки заменили сон, ужасы на пустоту, пока круг не замкнулся, чтобы повториться. Больше таблеток давали больше энергии, когда остальные были не в состоянии, и ей нужно было быть начеку. Поток раненых не прекращался. Ее навыки не ухудшились, даже без сна ночами. Дрожащими руками она впилась в собственные колени и сделала глубокий вдох. Кошмары — это нормально, все шиноби с ними сталкиваются. Их удел предполагал скорее их наличие, чем отсутствие. Но война не прощает слабостей. Когда кошмары не дают тебе спать, а жизни людей зависят от того, насколько ты смог отдохнуть. Это бесило ее до мозга костей: ее подкосило то, что и болезнью не назовешь, при том, что физически она была одной из сильнейших шиноби своего времени. Но здесь, в пещере на вражеской территории, она чувствовала себя кроликом, прячущимся в лисьей норе. Зная, что ее могут поймать, надеясь, что если она останется на месте, ее не заметят, и понимая, что если она не выберется в ближайшее время, то ее убьют. Она позволила этому омыть себя на мгновение, прежде чем гневно нахмурится, впиваясь короткими ногтями в ладони. «Нет, мы не беспомощные кролики, мы выберемся. Мы справимся». На нее рассчитывали пять шиноби. Пятеро воинов, которым нужно было вернуться, потому что они были под ее защитой, исполняли ее приказы. Остаток времени она провела в тишине, глядя на стены пещеры, размышляя об их плане, обо всем, что могло пойти не так, и что определенно должно сработать. В ее обязанности, как на их медика и капитана, входило доставить всех членов отряда живыми в лагерь. Если они будут следовать плану, то все получится. Если будут осторожны. Замаскируют свою чакру. Проскользнут, как тени. Шаги справа заставили ее поднять голову и посмотреть в направлении шума. Солнце давно зашло, поэтому она опять использовала чакру, чтобы разглядеть что-то во тьме. Ее встретил безмолвный взгляд высокого чунина из Конохи, сгорбившегося в тесном туннеле. Ее часы окончены, пора спать. Позволить сну взять верх, заставить разум перестать волноваться. С кивком, она разминулась с ним в тесном пространстве и позволила занять свое прежнее место, ступая в углубление, где лежало четверо других шиноби. Разведчик спал, закутавшись в сухой и теплый спальный мешок. Медик лежал рядом с ним, на случай, если ночью что-то пойдет не так. Он тоже спал. Другой чуунин расположился рядом. Светловолосый мужчина, который ранее инвентаризировал припасы, сжимал кунай в кулаке и находился ближе всего ко входу в пещеру. Он заснул, но Сакура заметила, что он пошевелился, когда она вошла. Куноичи беззвучно расположилась по другую сторону от разведчика. Уже было постелено, ткань ещё была теплой на ощупь. Ее разум желал продолжить размышления, но рациональная часть знала, что после боя ей нужен отдых. Молча, она потянулась к своей набедренной сумке, двумя пальцами извлекая таблетку, с которой она была слишком хорошо знакома. Специальное изобретение Шизуне: снотворное помогало уснуть, но не замедляло рефлексы шиноби на случай атаки. Из множества ниндзя, которые тоже имели проблемы со сном, Сакура была самым заядлым пользователем. Препарат действовал быстро, поэтому она не теряла времени, устроившись в спальном мешке. Куноичи сконцентрировалась на звуках капающей воды. Прошло всего несколько секунд, прежде чем седативный эффект стал ощутим. Сакура не смела бороться с долгожданной сонливостью. — Остановитесь! Отпустите их! Дайте мне помочь им, отпустите! Мне нужно попасть к ним, им нужна моя помощь! — цепкая хватка обвивалась вокруг её запястий, сковывала и удерживала от любых движений. — Идем отсюда! Нам нужно уходить, — она отбросила сжимающую её руку, но на замену одной конечности пришли другие. Они были сильнее, чем она, удерживая ее здесь. — Они умрут! Им нужен медик! — теперь она яростно толкала, тянула и вырывалась, только чтобы её оттащили ещё дальше. — Позвольте же! Мы умрем без неё! — мольбы исходили от раненых, их голоса были пропитаны болью, а руки скользкими от крови. Теплая, она заливала все вокруг, включая ее одежду. Ее взгляд был прикован к пострадавшим. Они в ней нуждались! Она могла различить лица, узнать каждого. — Пожалуйста, ну что вы делаете, им же нужна помощь! — слезы выступили в уголках ее глаз, стекая на удерживающие ее руки. Грубые пальцы впились ей в кожу даже через слои одежды. Как они не понимали? Почему ее удерживают? — Мы здесь, Сакура, быстрее! Сакура! — голоса: знакомые и нет, становились тише по мере того, как ее тянули все дальше и дальше. — Нет! Нет! Нет! Это мои друзья! Как вы не понимаете, там мои друзья! — она завопила, принимая отчаянные попытки освободиться. — Сакура, мы здесь! — хватка исчезла, больше ничто не ограничивало ее движений. В неверии, Сакура всхлипнула. Она была свободна! Слезы облегчения размыли зрение, но она быстро набрала темп, прежде чем замереть. Куда они пропали? Ее друзей не было: они были прямо напротив, а теперь исчезли. Она огляделась в смятении; паника опять брала верх. В отчаянии, она резко обернулась и увиденное заставило ее сорвать голос в крике. В лужах крови лежали тела ее друзей; в открытых глазах застыли безжизненные взгляды. Она резко втянула воздух в легкие, ее руки дрожали. Зеленые глаза метались по темноте, в поисках чего-нибудь. Вокруг не было ни крови, ни мертвых тел. Только мрак пещеры и стекающая по камню вода. На этот раз снотворное не сработало. Ритм дыхания сбился, паника от кошмара еще не исчезла. Она опустила голову и медленно вдохнула, успокаивая сердце и разум. Когда она немного успокоилась, то оглядела пещеру. Слева от нее раненый разведчик спал, но медик с другой стороны ушел, а его место занял мужчина со светлыми волосами. Высокий чуунин расположился у входа в туннель, а тот, что ниже, спал по правую от нее сторону. Исходя из расположения шиноби, ночь подходила к концу. Скоро наступит утро и им предстоит провести день за подготовкой. Спать она уже не собиралась, так что Сакура решила заменить медика, который сейчас дежурил. В любом случае, второй ирьенин с восстановленной чакрой им не помешает. В туннеле было еще больше воды, чем пару часов назад. Вода стекала по скале крошечными ручейками, протекая между трещинами и образуя лужи на своем пути. Чем выше она поднималась, тем лучше пах воздух, к тому же он становится все свежее. Она увидела медика, ютящегося в той же нише, что и она раньше. Он повернулся и посмотрел на нее с недоумением. — Сейчас не твоя очередь, — прошептал он, когда Сакура присела напротив. — Я рано встала. Тебе не помешает немного сна, я подменю, — он внимательно посмотрел на нее, слово изучая, а потом повернулся ко входу вглубь пещеры. — Дождь начался примерно час назад. Я не знаю, хорошо это или плохо, — она обратила свое внимание на выход с пещеры. Теперь понятно, откуда свежесть и лужи воды внутри пещеры. Медик стал прямо напротив нее. — Спасибо, Капитан, — пробормотал он, направляясь по туннелю. Она осталась позади, на мгновение почувствовав себя не в своей тарелке. «Капитан». Ее сердце сжалось от звания, когда она устроилась на своем месте в нише. «Я не хотела становиться им так». По правде говоря, она вообще не думала им становиться. Как медика, ее учили не лезть на рожон. Задача Сакуры заключалась в том, чтобы исцелить раненых и остаться живой, чтобы ее команда тоже выжила. Как куноичи, ее тренировали нападать, драться и защищать. Эти две роли не были взаимоисключающими, но они означали, что она не была первой среди кандидатов на роль капитана. Сакура — ирьенин, и поэтому была важна. Капитаны, согласно статистике, чаще всего получали ранения, ведь были впереди. По словам Цунаде, раненый медик уменьшал общие шансы на выживание. Мертвый целитель бесполезен. Странное чувство от обладания таким титулом затмили размышления о влиянии дождя на их операцию. Все будет скользким, что заставит их использовать больше чакры при беге. С другой стороны, он уменьшал видимость для врагов. Сложно будет что-то разглядеть, если начнется ливень, или наоборот, дождь сойдет в густую мряку. Движения тоже легче скрыть во время дождя — без него любое перемещение рефлекторно привлекает взгляд шиноби. А так, кто угодно имел больше шансов проскользнуть незамеченным. Например, отряд шиноби в направлении лагеря. Причиной для волнения может послужить прекращение дождя. Следы будет видно на мокрой траве или в грязи. Примерно спустя час, в туннель начал проникать тусклый свет. Сакура могла яснее разглядеть воду на полу и расслышать звуки дождя снаружи. Она надеялась, что он продлится всю ночь. Пользы от него было в разы больше, чем неудобств. Еще через час, более низкий чуунин пришел и сел возле нее так же, как она ранее возле медика. Их колени почти соприкасались. Если бы не альков, у них не было бы шанса вот так сидеть рядом. Она ожидала, пока он заговорит, но парень продолжал сохранять молчание. Из любопытства, Сакура сама начала беседу, стараясь говорить как можно тише. — Что-то случилось? — мужчина повернулся к ней, на его лице читалось удивление. — Нет, я подумал, что ты захочешь еще поспать, пока есть возможность, и пришел на замену, — губы Сакуры изогнулись в едва заметной, но полной благодарности улыбке. — Даже при всем желании, боюсь, что не засну. Я продолжу дежурство; можешь возвращаться. Ты единственный, кто проснулся? — он кивнул, его карие глаза светились интересом. Она тоже разглядывала его пару секунд. Хоть она встречала парня в Конохе, Сакура не могла вспомнить его имя, только ранг. Единственным, что позволило ей запомнить чуунина, был шрам вдоль правой брови, который изгибался возле уха, пролегая в опасной близости от глаза. После небольшого осмотра, Сакура вновь перевела взгляд на выход из пещеры. Он продолжил разглядывать ее, словно пытаясь что-то выяснить. Спустя пару мгновений она вновь повернулась к нему лицом, ее бровь поднялась в немом вопросе. — Тебе что-то нужно? — ее тон был мягким, показывая, что она не обиделась на его пристальный взгляд, просто немного нервничала. Его голова слегка наклонилась, когда он отвел взгляд, понимая, что доставил ей дискомфорт. — Прости меня за такой вопрос, но почему ты на этой миссии? Я размышлял над этим и это странно, что кто-то твоего уровня оказался в простом отряде поддержки, — по крайней мере, честно. Сакура моргнула. «Теперь понятно, что не давало ему покоя». Ее глаза следили за ручейком воды на полу, когда она думала, как ему ответить. — Я сама вызвалась на эту миссию, потому что я решила, что буду полезной на передовой. В главном лагере все относительно стабильно, а в передовом значительно увеличилось количество раненых: кто-то должен был помочь медицинскому персоналу и правильно организовывать работу, — это была правда только наполовину, но даже это уже лучше чем ложь. Мужчина напротив нее ничего не сказал, но, казалось, на мгновение задумался над ее ответом. В конце концов он кивнул. — Я понимаю. Ты уже исцеляла меня пару раз. Передовому лагерю повезет с таким медиком, — он сказал это с такой уверенностью, без сомнений, что они таки попадут в лагерь впереди. За это она была благодарна. — Спасибо тебе, — их глаза на мгновение встретились, когда она поблагодарила его как за похвалу ее навыков, так и за его легкий оптимизм. После этого они сидели молча, он не сделал ни малейшего движения, чтобы вернуться в пещеру, а она не настаивала на этом. Его присутствие удерживало ее разум от погружения в более удручающие мысли. Через некоторое время Сакура начала чувствовать себя виноватой за то, что не знала его имени. Теперь она была его капитаном, это казалось вполне подходящим. Они были на войне, и их перебрасывали из одного дивизиона в другой, из-за чего было сложно запомнить всех, но в данной ситуации это было важно. — Прости, что не спросила раньше. Мы виделись пару раз в Конохе, но я не могу вспомнить твое имя, — его карие глаза слегка расширились, и он тут же моргнул, что говорило ей о том, что она снова застала его врасплох. — Я не ожидал, что тебе будет до этого какое-то дело. Меня зовут Иби, Иби Шико, — Сакура протянула ему руку, которую он, в свою очередь, пожал. — Харуно Сакура. Приятно познакомиться, Иби-сан, — Иби крепко пожал ей руку, а затем отпустил ее с легкой улыбкой. Он выглядел готовым сказать что-то еще, но остановился, когда они оба услышали, как кто-то приближается из пещеры внизу. Второй чуунин Листа остановился, как только их увидел. — Все уже проснулись. Если вы присоединитесь, мы собираемся разделить еду и воду, — Иби кивнул и двинулся обратно в пещеру, Сакура последовала за ним. Теперь, когда весь отряд бодрствовал, в дежурных уже не было необходимости. «Если бы кто-то обнаружил наше укрытие, они бы уже напали». — К слову, его зовут Асато Сошу, — прошептал Иби, пока они двигались по туннелю. Сакура посмотрела на него с благодарностью. Войдя в пещеру, они сразу же привлекли внимание оставшихся трех членов группы. Разведчик все еще сидел на земле, ел паек и выглядел менее бледным, чем прошлой ночью. Сакура была рада видеть, что он идет на поправку. — Как твое самочувствие сегодня? — он мельком посмотрел на неё. — Лучше. Куго осмотрел меня, когда проснулся. Медик, которого, как он только что узнала, звали Куго, подошел к ней, с пайком в руке. — Благодаря тебе, с Морино все впорядке, — Сакура кивнула в благодарность, и приняла от него свою порцию. — Как только мы доберемся до передового лагеря, тебе нужно будет отдохнуть. Ты потерял много крови, а плазма не восполняет ее полностью. Нужно время, чтобы твой организм полностью восстановился от травм, — разведчик кивнул, соглашаясь. Если бы у Сакуры было время, она бы прочитала ему целую лекцию о правильной реабилитации. В любом случае, ее удовлетворила его покорность, и она села возле Куго и Иби, намереваясь съесть свою порцию. В пещере было тихо, за исключением звук шорохов и тихих «спасибо», когда флягу передавали по кругу. Сакура выпила и съела свою долю, а потом потянулась за сумкой. Прежде чем повернуться к сидящим вокруг нее мужчинам, она убедилась, что все медицинские свитки на месте. Она прочистила горло, сразу же привлекая их внимание. — Нам нужно уточнить план, следуя которому, мы сегодня ночью выдвигаемся к передовому лагерю. Я хочу убедиться, что каждый помнит маршрут и порядок действий в случае конфронтации, — мужчины выглядели сосредоточенными и серьезными; она знала, что на ее лице было такое же выражение. По правую сторону от нее Иби разворачивал карту, уже зная, к чему идет разговор. Зажигалка оказалась в руках Куго, который осветил чертеж. — Мы уже определились, каким путем пойдем, — пальцем она очертила коллективно избранный маршрут. — Самый опасный участок здесь, — Сакура указала на клочок вражеской территории. — Здесь мы уплотняем свое формирование. Сейчас идет дождь, земля превратилась в грязь, и если ливень прекратится к ночи, то наши следы будут видны, — она заметила как разведчик, Морино, прищурился. — Сейчас идет дождь? — он хрипло спросил. Сакура подняла голову. — Уже какое-то время, — вопрос был странным, но что-то наверняка привлекло его интерес, если он уточнил. Морино посмотрел на карту, прежде чем вздохнуть. — С этим проблем нет, я скрою наши следы. Я знаю, как это сделать, но не могу сказать, насколько долго протянет маскировка, — взгляд Сакуры мгновенно стал чуть ярче. Любая возможность для них остаться незамеченными приветствовалась. Даже если бы маскировка продлилась всего несколько минут, это могло бы свести к минимуму вероятность того, что их обнаружат. — Вы используете дзюцу? — задала вопрос Сакура, так как Морино замолчал, не давая дальнейших объяснений. Разведчик буркнул что-то в ответ. — Я знаю несколько дзюцу, которые могут спрятать многочисленные группы в тумане. Но они работают лучше во время дождя, — его хриплый голос не погасил ту искру надежды в ней, которая загорелась при новой информации. — Может сработать, — Иби посмотрел на нее и тоже кивнул. Это был лучший, из возможных вариантов, и им реально повезло, что Морино был с ними. — Тогда вы используете это дзюцу, Морино-сан. Продержится ли оно до того времени, как мы достигнет лагеря? — она встретилась с решительностью в карих глазах, мужчина кивнул. Слева от нее Асато, высокий чуунин из Конохи, сосредоточенно изучал карту. Его палец проследил намеченный маршрут, пересекая ручей, а затем продолжая свой путь к лагерю, к их спасению. Его брови приподнялись, когда он, наконец, сел, положив руки на коленях. — Возможно, все получится. Прошлой ночью казалось, что у нас намного меньше шансов, — все члены группы с этим согласились. Сегодня днем все виделось возможным, когда их не гнали через вражескую территорию, а половину группы не убивали. На секунду она прикрыла глаза и с облегчением выдохнула, хоть и не подозревала, что задержала дыхание. Она еще раз проследила их путь на карте, чтобы запомнить, прежде чем опуститься на корточки, как и остальные. — В случае, если на нас нападут и мы опять будем проигрывать, один из вас должен схватить мой рюкзак и бежать. Самое главное, это свитки с лекарствами и медицинским оборудованием. Сообщите обо всем передовому лагерю, чтобы они выслали отряд к оставшимся, — она поджала губы, поочередно бросая взгляд на каждого из мужчин. Их лица выражали принятие и безмолвное уважение. В этот момент она осознала, что они исполнят любой ее приказ. Они считали ее не только своим капитаном, но и достойным восхищения шиноби. Проглатывая ком в горле, она повернулась к куче рюкзаков. — Мы проверим все дважды перед выходом. Я ожидаю, что к тому времени вы будете отдохнувшими и сытыми. Выдвигаемся с закатом, — она поднялась, отряхивая руками пыль с колен. Свет от зажигалки потух, хотя карта осталась развернутой. Мужчины начали исполнять ее приказ, вытряхивая и перебирая содержимое сумок, в то время как она повернулась к туннелю. Она снова закрыла глаза, ее беспокойство и надежда слились в бурлящую смесь под ребрами.  — Я вернусь через пару часов, — позади нее мужчины приглушенно обсуждали припасы и свое оружие. Ей нужна была тишина. Не говоря больше ни слова, она открыла глаза и молча проскользнула по туннелю, снова направившись к алькову. Шум дождя заставил ее немного расслабиться. Она слышала не просто падение капель, а что-то сильнее, вроде надежды. «Может нам повезёт». Зеленые глаза осматривали каменные стены. «Повезёт больше, чем в прошлый раз. Это укрытие, — уже чудо». Именно в таком снисхождении божественных сил они нуждались. Даже в лужах на полу и запахе сырости. Она молча подтолкнула камень пальцем ноги, отправив его в небольшой поток воды, текущий вниз к пещере внизу. Она не могла сказать, что ей будет жаль покинуть это место. В конце концов, это буквально дыра в земле. К тому же это был тупик, и ей было некомфортно оставаться в месте всего с одним, небольшим выходом. Инстинкты шиноби протестовали. Она почувствовала себя более спокойной, благодаря звукам дождя и приглушенному свету. Сакура провела там еще пару минут, наслаждаясь шумом воды. Впереди было путешествие, которое нужно осуществить, и люди, находящиеся под её опекой. Она должна приложить максимум усилий. В который раз ее взгляд переместился к выходу из пещеры. Там был реальный мир, опасный и смертоносный, и нигде не сыскать укрытия, достаточно глубокого, чтобы надежно спрятаться. Нельзя позволить эмоциям взять верх. Так что она вернулась к своему отряду, с новой силой в ее сердце, поскольку воля к выживанию пересилила сомнения, клубящиеся в ее голове. Морино лежал в спальном мешке, но не спал. Он отдыхал, что полностью удовлетворяло ожидания Сакуры. Чем больше он отдохнет, тем сильнее он будет, и тем быстрее они смогут двигаться. Иби и Асато находились в центре пещеры. Возле них лежали их рюкзаки, которые аккуратно упаковывались, согласно приказу. Куго внимательно следил за процессом, отпуская комментарии каждый раз, когда дело касалось его вещей. Сакура по собственному опыту знала, что почти все шиноби, включае ее саму, очень детально объясняли, как нужно обращаться с их вещами. Последний член отряда, мужчина, имя которого она до сих пор не знала, снова сидел возле туннеля. Его глаза были закрыты, а голова запрокинута, и Сакура решила, что не стоит его тревожить. Вместо этого, она подошла к Куго, и оба чуунина Конохи кивнули ей в знак приветствия. — Все готово? — спросила она шепотом. Иби развернулся на звук её голоса. — Да, мы все проверили. Все вещи на месте, теперь упакованы, за исключением спального мешка Морино-сана, — в ответ Морино фыркнул, прекрасно слыша их тихий разговор из-за эха в пещере. — Правильно. Ему нужен отдых, — Сакура потянулась за собственным рюкзаком. Она потратила немного времени на то, чтобы разложить свитки в желанной ей последовательности. — Капитан Харуно, вы пропустили второй прием пищи. Мы съели по второму пайку, пока вы отсутствовали, — Асато передал ей пакетик и флягу. Она приняла их и пробормотала благодарность, а затем села возле Иби. Куго тоже опустился рядом. Он возился с ремнями своего рюкзака, пока Сакура медленно ела и пила. В пещере снова воцарилась тишина, когда Сакура ощутила напряжение, возвращающееся к ее отряду. Теперь им оставалось только ждать наступления темноты. Сакура предположила, что уже за полдень. На мгновение она задалась вопросом, думают ли мужчины о своих домах. О семье и друзьях, которых они давно не видели. Почти каждый вспоминал о ком-то или о чем-то ценном, перед сложной миссией или боем. Что ей не нравилось, так это гнетущее чувство меланхолии, укоренившееся в шиноби возле нее. По этой причине она начала говорить, просто чтобы отвлечь их, хотя бы на время. От Наруто она научилась тому, что нужно подбадривать людей. Напоминание о чем-то хорошем сделает их практически всесильными. — Кому-то из вас доводилось есть что-то фантастическое? Я имею ввиду не просто вкусное блюдо или домашнюю еду, которую вам удалось попробовать, возвратившись с долгой миссии; мы все осознаем, что это чудесно. Я говорю о блюде, которое запомнилось вам на долгие годы и вы можете вспомнить его до мелких деталей прямо сейчас, — мужчины слева от нее на мгновение посмотрели на нее, обдумывая то, что она небрежно сказала. Иби медленно кивнул, не зная, ожидала она ответа или нет. Сакура продолжила, когда поняла, что привлекла их внимание. — Любимое блюдо одного из моих сокомандников — рамен. Он питается им большую часть своего времени. Честно говоря, я не знаю, как ему это удаётся, — небольшая улыбка появилась на ее лице. — Когда мы были детьми, мы тянули нашего сэнсэя в тот ресторанчик с раменом в Конохе, Ичираку, почти после каждой миссии и тренировки. Мы шли туда потными, ранеными, полностью покрытыми грязью, пылью и кровью — то есть в любом виде, мы шли в Ичираку, потому что мой сокомандник настаивал на этом, — теперь, все обратили на неё внимание. Даже Морино слушал её историю, с широко открытыми глазами. — Я не любитель рамена, потому что не могу игнорировать тот факт, что это не самая полезная пища. Но, когда твой друг — это настоящая машина по поеданию лапши, к тому же очень убедительная и настойчивая, то ты вынужден заткнуться и есть рамен, — Иби улыбнулся. Они с Асато застали команду Семь в Ичираку ещё в изначальном составе, а потом видели там Наруто и Сакуру, иногда с Какаши или Саем, как и почти каждый житель Конохи. — Мой сокомандник покинул деревню на пару лет, ради тренировок, и в то время я редко посещала Ичираку, ведь без него не было той атмосферы, — ее голос немного понизился, а в словах таился подтекст, когда она подумала о Саске, который тоже не заходил за раменом. Ее мысли о нем с годами похолодели, а боль немного утихла. Юношеская влюбленность исчезла и на ее место пришло простое желание вернуть товарища по команде, который давно сбился с правильного пути. Сейчас было не время размышлять о нем и всем горе, которое он причинил. Так что она вернулась к своей истории, ведь заметила, что все члены отряда ждали продолжения. — Когда он вернулся, то первым делом пошел именно туда. Он направился ни к друзьям, ни в свою квартиру, — которая может вызвать инсульт у любого, ведь внутри его холодильника плесень эволюционировала в разумную форму жизни, — нет, он отправился прямо в Ичираку, — с нежностью, она продолжила: — Я никогда прежде не видела, чтобы кто-то съел столько мисок рамена. Уверена, что он установил новый мировой рекорд по поеданию лапши, — ее улыбка стала шире, вместе с тем, как маленькие улыбки появились на лицах мужчин. — Я тогда взяла овощной рамен, как обычно, и это одно из лучших блюд за всю мою жизнь. Потому что мой товарищ по команде вернулся, сидел возле меня и без умолку говорил, из-за чего пару раз подавился. Я не смела мечтать о большем, — она заметила свет надежды в их глазах, несмотря на мрак пещеры. — И поэтому, вы можете быть уверены, что мы выберемся отсюда. Мы доберемся до передового лагеря, ведь у нас всех есть сокомандники, воспоминания и фантастические блюда, которые готовят в местах вроде Ичираку. Я знаю, что об этом говорят постоянно, но это правда: мы сражаемся за свои деревни, семьи, друзей и глупости, которые мы позволяем себе в окружении близких, — ее голос звучал уверенно, озвучивая то, в чем они все нуждались — напоминание. Шиноби выразили свое согласие. Они выглядели такими же энергичными, как и она сама. Они сделают это. Выберутся отсюда. Сакура тоже почувствовала себя лучше, как человек и как капитан. Иногда нужно было только добавить чуть-чуть позитивного настроя и мотивации. Иби стал возле нее, за ним последовал Асато. Оба смотрели на нее с уверенностью, которая ясно читалась в их выражениях лица. — Когда мы отправляемся, Капитан Харуно? — поинтересовался Иби. Сакура поднялась и глянула в направлении туннеля. — Скоро. Начинайте сборы, а я пойду разведаю обстановку, — Иби кивнул, но его внезапно перебил мужчина, сидящий возле выхода. — Позвольте мне, Капитан. Я не буду выходить за пределы пещеры, только посмотрю, что происходит снаружи, — его взгляд был непоколебим, и Сакура кивнула, позволяя ему идти. — Вернись в течении трех минут, — мужчина утвердительно кивнул и исчез в туннеле. Сакура наблюдала, как Морино складывает свой спальный мешок. Он хмыкнул, когда заметил ее взгляд, бросил спальник Куго, который быстро сложил его в рюкзак. — Если уж мы собираемся пересечь контролируемую врагом территорию, то я должен тебя поблагодарить, — зеленые глаза удивленно моргнули, когда он низко поклонился ей, его лоб нахмурился, как будто действие требовало от него больших усилий. — Ты хороший медик, хоть ты и из Листа, — последняя фраза больше походила на ворчание, но она знала, что его комплимент был искренним и это было редкостью от такого грубого мужчины. — Я ценю это. У тебя будет шанс вернуть мне долг, когда мы будем пересекать самый опасный участок, — ее последнее заявление снова заставило его фыркнуть. Она обернулась на звуки шагов из туннеля, и мужчина, которого они послали, появился с довольным выражением лица — Все темно из-за дождя, и он все так же льет. Поблизости никого нет, — все выдохнули с облегчением после его слов. Пока что, все шло по плану. Сакура быстро осмотрела свои карманы, убедившись, что каждый из них правильно застегнут, прежде чем натянуть свои фирменные черные перчатки. Она поправила повязку и жестом указала на рюкзаки. — Куго-сан, передайте, пожалуйста, нам наши рюкзаки, — медик кивнул и выполнил просьбу, вручая ей ее вещи в первую очередь. Сакура прикрепила рюкзак к бронежилету на спине, остальные поступили так же. Она с решительностью оглядела группу. — Придерживаемся плана, держим построение, приходим в лагерь живыми. Шиноби вокруг нее выпрямились, в их глазах читалось повиновение и уважение в перемешку с нервозностью от того, что ожидало их снаружи.