Последнее счастье

POV Егор.       Внимательно наблюдая за заснеженной дорогой перед собой, я вел машину, аккуратно перестраиваясь между рядами, боковым зрением то и дело поглядывая на девушку, сидящую справа от меня. В душе трепетали все клеточки, даже самые забытые и уничтоженные когда-то, вновь воскресли, начиная сладко пульсировать. Валя была рядом. Как раньше.              Останавливаясь на светофоре, переводя взгляд на Валю, я тепло улыбнулся, изучающе разглядывая её. Она изменилась, очень. Черные короткие волосы были аккуратно уложены и красиво лежали на плечах, на пухлых губах неизменная любимая помада карамельного цвета, карие глазки подведены тонкими стрелками и смотрели на меня из-под нарощенных ресничек своим фирменным пленительным взглядом. С одной стороны — всё ещё такая родная и любимая мне девочка, а с другой стороны — совершенно другой сейчас человек… В её глазах больше не было той детской наивности, все действия стали плавные и размеренные, она даже источает теперь совсем иную энергию — притягательную, манящую, завлекающую. Повзрослела совсем.       В воздухе повис немой вопрос. Я видел, что пару раз Валя порывалась что-то сказать, но в последний момент словно не решалась и передумывала. Вновь старательно пряча свой изучающий взгляд в сторону, отворачиваясь к окну, кусая губы, видимо, в очередной раз не набираясь смелости, Валя шумно выдохнула. — Ну, что такое, говори уже. — я первый прервал молчание, наконец-то разрывая тишину голосом и обращая внимание девушки на себя. — Я же вижу, что ты хочешь что-то сказать, говори, не стесняйся.       Девушка развернулась в мою сторону полубоком, внимательно разглядывая, буквально гипнотизируя взглядом. — Булаткин, а ты чего вырядился-то так? — спустя пару секунд произнесла Валя, прыснув от смеха, рассмеявшись в голос. Широко улыбаясь, она провела языком по белым зубкам, продолжая хохотать, чуть наклонившись вперед. — А что, не нравится? — ответил я вопросом на вопрос, чувствуя нарастающую невероятную неловкость. Подловила. Я крепче сжал руль, поджимая губы и ощущая, как кровь тут прилила к щекам и шее. Дебил, реально, вырядился-то нахрена. — Нет, серьезно. Я тебя за год знакомства в рубашке ни разу не видела, кроме как на фотографиях, а тут тако-ое событие. То-то я думаю, чего вдруг метель разбушевалась… — иронично произнесла Валя, продолжая подкалывать, игриво смеясь и разглядывала, уже не пряча взгляд в сторону. — А оно вон что, Егор Николаевич в рубашке. — Блин, Валь, да хватит ржать. — сдался я, нахмурившись, выдыхая и чувствуя себя сейчас проигравшим и каким-то униженным. Точно, дебил. — Так и знал, что не надо было. Хотел, блин, впечатлить. — не отрывая взгляд от дороги, жестикулируя в воздухе двумя руками, я потер подбородок свободной ладонью.       Её смех лился как ручеёк, щемящим теплом отдаваясь в сердце, но мозг строго твердил мне — не смей умиляться, она ржет над тобой!

1:0 явно не в мою пользу.

— Ну, впечатлить получилось точно. — кусая щеку и прищурив глаза произнесла девушка, всё ещё хихикая, пытаясь спрятать свой смех за улыбкой. — Тебе очень идет. — Да ладно, давай уже, не стесняйся, …можешь смеяться дальше. — полностью давая Вале карт-бланш на действия, ответил я, понимая, что готов позволить ей абсолютно всё, что она захочет — пусть смеется, или ругается, да что угодно, только бы она была рядом. — Я просто… очень удивлена. — касаясь моего предплечья рукой, привлекая внимание, Валя нахмурившись погладила меня по руке, кусая губу. — Ну, прости. Не обижайся. — Я не обижаюсь, всё хорошо.— легонько погладив кончиками пальцев Валю по ладошке, лежащей на моем предплечье, я вздохнул. Как она это делает? Как? Всего одно касание — и я поплыл. — Кстати… — на пару секунд задумываясь, стоит ли это вообще делать, особенно после её подколов и смеха, я всё же решил действовать.       Остановившись на светофоре, убедившись, что времени ещё достаточно, я завел руку за её кресло, доставая с заднего сиденья цветы, предназначавшиеся для Вали. Вообще, я должен был подарить их ещё при встрече, но в последний момент я струсил, решая подарить их позже. Я и так выгляжу как полный пингвин в этой рубашке, что Валя и так уржалась, а если бы я ещё с цветами был, то случился бы совсем кошмар и тогда точно — здравствуй, дурдом, я твой постоянный посетитель. — Это тебе. — всё же протягивая пышный букет кустовых ромашек девушке, я уже даже приготовился к очередному смешку и подколу с её стороны. — О-оу… Егор, это же запрещенный прием. — широко улыбаясь, принимая букет и разглядывая его, протянула Валя, слегка смущаясь. — Спасибо, мне очень приятно. — держа цветы двумя руками, бегая по ним взглядом, произнесла Валя. Её щечки тут же вспыхнули, отдавая розовым цветом и я, кажется, увидел в её глазах мелькнувшую искорку. Быть может, ещё не всё потеряно…? — Я всего лишь хотел тебя как-то порадовать. — честно произнес я, внимательно наблюдая за дорогой, разворачиваясь. — Вот и вырядился, как идиот. Просто я помню, ты говорила как-то, что хотела, чтоб я в рубашке был. Тогда… руки не доходили постоянно… — отдаленно подбираясь к «больной» для нас обоих темы, я поспешил тут же увести её в другое русло. — Поэтому, я подумал, что сейчас будет в самый раз. — Ты правда очень красивый. Просто это было сверхнеожиданно. — ответила Валя, поднимая на меня теплый взгляд с улыбкой. — Я тебе по дресс-коду совсем не подхожу. — оглядывая свои спортивные штаны и кроссовки на ногах, хихикнула Валя, вновь возвращаясь к цветам, вдыхая аромат, исходящий от букета.

Ты подходишь мне по всем параметрам, малышка.

И в халате, и в спортивках, и в самом роскошном платье.

      Пропуская девушку в квартиру, щелчком наощупь зажигая свет в прихожей, я стянул кроссовки с ног, помогая Вале снять куртку. Вешая одежду на вешалки, убирая их в шкаф, я заметил, что Валя замерла возле зеркала, смотря в одну точку и волнительно кусая щеку. — Всё в порядке? — я осторожно задал вопрос, почему-то вдруг очень боясь, что она сейчас вообще уйдет. — Ты не убрал…? — негромко произнесла Валя, вздыхая и поджав губы, взглядом показывая на нашу фотографию, прикрепленную к зеркалу. — Нет… Мне всё ещё очень нравится эта фотография. — подходя чуть ближе, смотря на снимок, на котором Валя обнимает меня за шею, сидя у меня на коленях и довольно улыбается, сделанный в первый вечер в Дубае. — Ты здесь такая счастливая, улыбаешься. Именно такую я тебя всегда видел — сияешь, как лучик. — ответил я гораздо быстрее, чем успел подумать, чем, кажется, вогнал девушку в очень неловкое положение. Валя тут же опустила взгляд вниз, бегая глазами по полу, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Иди пока мыть руки и приходи на кухню, будем пить чай, я пока цветы поставлю в вазу. — меняя характер разговора с этой неловкой ноты на что-то нейтральное, я взял с комода букет, направляясь на кухню.       Пока девушка пропадала в ванной, я успел достать запылившуюся вазу с верхней полки и организовать в ней среду обитания для букета ромашек, ставя его на стол. Закипевший чайник торжественно щёлкнул, выключаясь, оповещая о том, что для чайной церемонии он фактически полностью готов. Доставая с полки две чашки, ощущая, как резко заныло на душе от понимания того, что, наконец-то, в моей квартире чай вновь делается на количество, отличное от одной персоны. Заваривая Валин любимый зеленый чай с мелиссой, заботливо купленный несколько дней назад, я не мог скрыть довольную улыбку, сияющую на моем лице. За спиной мелькнул силуэт. Валя бесшумно прошла вглубь кухни, садясь за обеденный стол на своё прежнее место, и по её шумному вздоху я спиной почувствовал, что у неё ко мне куча вопросов, на которые я уже готов был отвечать. — Егор. — нетерпеливо окликнула Валя, тактично покашляв. — Да? — не оборачиваясь, стоя спиной к девушке, я продолжил помешивать чайной ложкой в чашке. — Ты даже косметику с ванной не убрал? Серьезно? — шокировано произнесла Валя, ставя паузы между словами. — Не убрал. — подтверждая её слова, честно ответил я, ставя чашки на стол, пододвигая одну к Вале ближе. — Почему? — задала Валя вполне логичный, казалось бы, вопрос, ответа на который у меня, кстати, совсем не было подготовлено заранее. Аяйяй, 9 месяцев ждал этого момента, этого разговора, а все варианты продумать не догадался. — Не убрал, не выкинул, …почему? — пожимая плечами, обхватив чашку двумя руками, греясь о её поверхность, произнесла Валя. — Я не знаю. Просто не убрал и всё. — честно признался я. — Это ведь твои вещи, зачем мне их куда-то убирать, а уж тем более выкидывать? —внимательно смотря на девушку, добавил я, в голове рассуждая и думая над её вопросом. — Мы ведь расстались, причем, уже довольно давно. Это как-то… странно. — ответила девушка, растерянно опуская взгляд.Кажется, от её былой уверенности не осталось и следа. — Подожди, а…? — Все остальные вещи тоже остались, Валь. Я не трогал ничего из того, что ты оставила, всё так и лежит там, где ты сама положила. — продолжил я, заранее понимая, о чем она собирается спросить.       Другого ответа на эти вопросы у меня всё равно не было, к тому же, это, действительно, и являлось правдой. Как, как я должен был взять и выкинуть какие-то её вещи? То, чем она пользовалась, в чём ходила здесь, … это как-то не по-человечески, неправильно.       К тому же, если быть уже до конца честным — я ведь тогда до последнего ждал и надеялся, что она всё же вернется. И она вернулась.       В кухне повисла молчаливая, очень неловкая пауза. Долгая, неприятная, липкая и вязкая. Каждый думал о чем-то своем, но я мог быть уверен, что наши мысли шли явно в параллель, пересекаясь и связываясь между собой. Валя не поднимала взгляд, нервно перебирая пальцы руки второй рукой, и я насквозь видел, как в ее голове крутятся шестеренки с невероятной скоростью. По одному взгляду было понятно, что в её голове проносятся воспоминания… И я не знал, хорошо это или плохо. — Так. Всё, хватит неловких пауз. — я вновь первым прервал тишину, решая брать ситуацию в свои руки, пока не стало всё совсем плохо. — А то мне не по себе становится. — доставая из холодильника коробочку с небольшим тортом — любимым десертом Вали, я открыл его, перекладывая на тарелку и достал из ящика две чайные ложки, решая, что моя идея точно должна её отвлечь от сложных мыслей и понравиться. — Держи. — вручая ложку в руки девушке, я с вызовом посмотрел на неё, прищурив глаза. — Боже, сладкое? На ночь? Егор, ты с ума сошел… — протянула Валя, но наклонилась поближе, вдыхая сладковатый аромат, исходящий от её любимого медовика. — Ну-у…это же мой любимый. — простонала она, хныкая и прикрывая глаза, подпирая щечку кулаком. — Я не могу-у. — Я никому не расскажу, кушай! В удовольствии нельзя отказывать. - уговаривая девушку, начал я медленно отламывать краешек торта чайной ложкой. — Ну же, порадуй себя хоть разок, Валь. — Только попробую. Совсем немного. — сдаваясь, произнесла она с довольной улыбкой, сморщив нос и взяла ложку. — М-м, какой вкусны-ый. — протянула Валя, отправив кусочек торта в рот, пробуя. Я наблюдал за этой картиной, как в девушке борются две стороны её подсознания, как ей хочется этот торт, но она себе всеми силами запрещает его есть, и не мог даже поверить, что это всё сейчас по-настоящему. Что она снова рядом, снова со мной…дома, что у нас ещё есть шанс всё исправить и снова стать счастливыми. Я смотрел на неё и в душе было так сладко, даже слаще любого, самого вкусного торта. — Не смотри на меня так, я стесняюсь. — вдруг протянула Валя, легонько толкнув меня локтем по руке, привлекая внимание. Её щечки заметно порозовели, означая, что девушка смущена. — Прости, я задумался немного. — возвращаясь в реальность, понимая, что залип, смотря на неё на какое-то довольно продолжительное время, я улыбнулся сам себе и тоже принялся за торт, запивая его чаем.       Убирая посуду в посудомойку, а недоеденную половинку торта в холодильник, мы продолжали разговаривать обо всё на свете, Валя спрашивала про сестру, родителей, про те мои планы и мысли, которыми я делился с ней тогда, удалось ли мне их осуществить, рассказывала что-то свое и... я вновь ловил себя на мыслях о том, что, она — единственный человек, кому на самом деле интересна моя жизнь, что у меня происходит и сам я. По-настоящему интересна и важна, а не для стандартных вопросов для галочки и связки между общением. Но, по ходу разговора, мы очень старательно обходили тему нас и нашего расставания. И я всё больше и больше понимал, что поговорить об этом нам всё равно придется рано или поздно. И лучше будет сделать это рано, чтобы Валя не успела напридумывать себе что-то неправильное. — Слушай, Валь…- останавливаясь и присаживаясь перед ней на стул, начал я, ловя Валин сосредоточенный взгляд. — Я думаю, нам всё же стоит поговорить о главном.— осторожно подбираясь к истине, добавил я. — О чем ты хочешь поговорить? — глубоко вздыхая, настраиваясь, после паузы произнесла Валя, прокручивая колечко на пальце. — Не волнуйся, пожалуйста. Я же не требую ничего от тебя и… — осторожно решаясь дотронуться до её руки, я попытался успокоить Валю, но она заметно отодвинулась, пресекая прикосновение, что отдалось внутри меня тупой колющей болью. Она не хочет, чтобы я её касался. — у нас ведь явно накопилось много вопросов друг к другу и их всё равно придется разобрать. Давай сделаем это по-человечески? — кладя руку поверх того места, где ранее лежала её ладошка, произнес я, поникнув. — Я не хочу ворошить то, что было. — коротко ответила девушка, избегая зрительного контакта, проводя ногтем по ребру стола, пытаясь найти успокоение своим нервам. — Ты же понимаешь, что идти дальше, не разобрав старые проблемы не получится - осторожно уточнил я, уже предполагая, что, вероятнее всего, я просто как наивный олень придумал себе лишнего, трактуя неверно её слова и вдруг решил, что она тоже хочет помириться. — Ты хочешь… идти дальше? — тихо спросила Валя, поднимая брови и окончательно разрушая внутри меня все надежды своей фразой. Было ощущение, что мне выстрелили в голову в упор.

Бам.

— По всей видимости, наши желания очень разнятся, да? — складывая руки в замок, смотря перед собой, произнес я, медленно выдыхая. — Видимо, я совершенно не верно трактовал всё время твои слова и… черт. Да, я хотел и хочу этого. Но это теперь уже не важно. — нервно выдохнул я, потерев лицо ладонями, не зная, куда себя сейчас деть, что делать и что вообще говорить. Мир рухнул в одночасье. — Я не знаю, насколько это возможно, но… тогда будем пробовать быть хотя бы друзьями? — отчаянно предложил я, начиная нести полную несусветицу. — Дружить у нас точно не выйдет. — отрицательно покачав головой, Валя болезненно усмехнулась, продолжая нервно теребить кольцо на пальце. — Я тебя понял. — принимая её позицию, тихо ответил я, понимая, что я сам себе нафантазировал уже непонятно что, мысленно представляя её в белом платье с кольцом на пальце, и троих наших детей с её глазами. — Нет. Я тебя не понял. — поднимаясь с места, отходя в сторону, разворачиваясь к Вале спиной, чтобы не видеть её, потому что так иллюзорно становилось легче, я не мог собрать в одну кучку даже свои мысли. — Тогда я не понимаю, зачем всё это? Я думал, что раз я всё ещё люблю тебя и, как мне показалось, что у тебя тоже остались какие-то чувства, то мы могли бы попробовать снова, уже наученные путем проб и ошибок в прошлый раз. — рассуждал я, не контролируя сейчас то, что я говорю, позволяя своей душе высказаться. Ведь хуже уже не будет. Потому что, попросту, хуже уже некуда. — Но, видимо, я ошибся в своих предположениях. Если ты не хочешь даже говорить о чем-то дальнейшем касательно «нас», если ты не хочешь даже попробовать дружить, не хочешь общаться… тогда что? — Если бы я ничего не хотела, меня бы сейчас здесь не было… — тихо произнесла Валя за мой спиной. Так тихо, словно себе под нос, но я услышал. Её слова окончательно запутали меня и я замер, стоя на месте, смотря куда-то сквозь пространство перед собой, чувствуя, как схлопывается моя Вселенная. — Но я здесь. Именно наученная прошлым опытом я… Даже просто находиться рядом с тобой — это не так легко, как кажется на первый взгляд. — стоя прямо за моей спиной, говорила Валя. — Не разворачивайся. Пожалуйста. Я не могу говорить с тобой, когда ты на меня смотришь. — объяснила Валя, глубоко вздохнув, пресекая мою попытку обернуться и посмотреть на нее. — Это… странно, но, хорошо, если тебе так легче — будем говорить так. — принимая правила «игры» я продолжал стоять спиной, слушая её тяжелое дыхание и, кажется, даже слышал, как громко стучит сердце в её груди в унисон с моим. — Мне никак не легче. Но, если ситуация неизбежна, то лучше найти в ней самый благоприятный вариант. — ответила Валя, вновь глубоко вздыхая. — Я не хочу дружить с тобой, Егор. — едва дрожащим голосом произнесла Валя, чуть пошатнувшись и касаясь локтями моей спины. — Потому что дружить, после всего, что между нами было — это издевательство. Особенно, когда чувства всё ещё есть. О чём-то дальнейшем говорить, пока что, бессмысленно, опять же, потому что между нами было слишком много всего. Я больше не хочу ничего загадывать, ни о чем думать и планировать. У нас не получаются никакие планы, Егор, всё летит к чертям. Я просто хочу жить настоящим, решать всё в моменте. Я не хочу возвращаться к тому, что было тогда, вспоминать это вот…всё. Это слишком больно, правда. Мы оба знаем, какие ошибки мы совершили, где нужно было поступить иначе и, я думаю, оба сделали выводы на основе этого. — говорила Валя, иногда сбиваясь от накопившихся эмоций и прерываясь, немного дрожа и шумно выдыхая через рот. — Значит, шанс всё-таки есть…и ты просто не хочешь спешить? — анализируя сказанное, я тихонько задал вопрос, терпеливо ожидая ответ на него, слушая, как же быстро стучит мое сердце. В голове был настоящий кавардак из мыслей и слов, хотелось много чего сказать и одновременно, не хотелось говорить совершенно ничего. — Есть. — шепотом ответила Валя предательски дрожащим голосом, стоя спиной к моей спине. Я чувствовал, как часто она дышит, её тело словно источало какую-то нервную вибрацию. — Всегда было так, что твой язык общения это прикосновения. Сейчас ты не даешь себя коснуться. Ты меня боишься? Или, тебе неприятно? — осторожно спросил я, вспоминая, как она одернула руку. Вместо ответа Валя неуверенно коснулась подрагивающими пальцами моей руки, слегка поглаживая кончиками пальцев, и вдруг сплетая наши пальцы. От такого жеста у меня внутри все застыло на мгновение, и кажется, я даже не дышал несколько секунд, ощущая ледяной холод её кожи сейчас. — Я скучаю. — тихо добавил я, поглаживая её пальцы, чувствуя, как Валя подняла голову вверх и коснулась затылком моей спины, видимо, подавляя желание расплакаться…но ничего не ответила. Хотя, наверное, от неё ответ и не требовался. Она вновь говорила прикосновениями, крепче держа мою руку, ещё крепче сплетая пальцы. — ты замерзла? — Очень. — тут же ответила Валя, чуть разворачиваясь в сторону, втягивая ртом воздух. — Чего ты молчишь-то? Пойдем, я дам тебе кофту. — не разрывая это прикосновение, потянув девушку за руку, я пошел в сторону гостиной. Протягивая Вале свою толстовку, я видел, как она металась, сомневаясь в правильности действий, и уже было собирался принести ей что-то из её вещей, но она сдалась, натягивая на себя мою кофту, утонув в ней. И все мои вещи смотрятся на ней всё ещё гораздо лучше, чем на мне. — Она пахнет тобой. — едва улыбаясь произнесла Валя, снимая с головы капюшон кофты, вдыхая с ворота кофты аромат парфюма, прикрыв глаза. — Я пойду переоденусь во что-нибудь человеческое, чтобы не смущать тебя совсем, ладно? — произнес я и удалился в сторону спальни после согласного кивка девушки с улыбкой.       Быстро переодеваясь из черных джинс и рубашки — в футболку с кофтой на молнии и спортивки, я вышел из спальни, возвращаясь в гостиную. Валя стояла у окна, поднеся руки к лицу, а её плечи предательски дрожали. И вот тут мне стало чертовски страшно.

Она плакала.

       Подходя ближе к девушке, я настолько растерялся, что даже боялся дышать, не говоря о том, чтобы дотронуться до неё. — Валюш, что случилось? — осторожно спросил я, взволнованно бегая взглядом и едва касаясь её спины поверх надетой объемной кофты. — Ты чего? — Нет, всё…всё в порядке. — стирая слезы рукавом, Валя запрокинула голову наверх, часто-часто моргая, хлопая ресничками. Но её слёзы, кажется, даже и не думали останавливаться, продолжая быстро катиться по её щекам. — Малышка, что произошло? — я повторил попытку узнать причину её слёз, но Валя отвернулась, прикрывая лицо ладошкой и часто всхлипывала, шмыгнув носом. — В прошлом году, здесь… — указав рукой в сторону, начала она трясущимся голосочком говорить, глотая слезы и всхлипы. — Тут стояла ёлка, которую мы с тобой вместе наряжали, готовясь к новому году. Когда…всё было хорошо. — произносит Валя с такой болью в голосе, что у меня внутри всё стекленеет от осознания сложности ситуации. Я не знаю, что делать, какие слова подобрать, как действовать сейчас. — Мы вешали игрушки, решая, где будем вместе отмечать новый год, а впереди — нас ждал тот самый отпуск в Дубае, который мы с тобой так ждали. — качая головой, произнесла Валя, закусывая предательски дрожащую нижнюю губу. — Я помню это…и тоже часто вспоминаю тот день. Но не плачь, прошу тебя, Валюш. Я… могу обнять тебя? — осторожно спросил я, едва касаясь её плеча, ожидая ответ. Но, вместо ответа, девушка развернулась, подходя ближе и доверчиво уткнулась носиком мне в плечо, пряча на груди свои слёзы и всхлипы, едва касаясь, обнимая меня по бокам. Аккуратно притягивая её за плечи, гладя по спине и голове, я прижал её ещё чуть ближе, максимально показывая, что я рядом, поглаживая Валю по голове. Касаясь щекой её макушки, я на мгновение прикрыл глаза, вдыхая аромат её парфюма, такой родной сладко-фруктовый аромат щекотал все возможные рецепторы, заставляя мурашки бежать по коже от флешбэков. Она снова рядом, моя маленькая девочка. — Котёночек, ну ты чего так расстроилась? Всё хорошо, слышишь? И будет всё хорошо, не плачь, прошу тебя… — Я так скучаю, Егор… — вырвалось у нее так быстро, словно, она сама этого не ожидала, потому что Валя тут же прикрыла рот ладошкой, ещё пуще расплакавшись. — Я скучаю по нам. — И я по тебе очень скучаю, моя маленькая. И по нам. Я рядом, котёнок, всё хорошо. — поглаживая её по спине и волосам, крепко прижимая к себе, я не удержался и отправил пару поцелуев ей в волосы. — тише-тише… — Я очень хочу всё вернуть. Правда. Но я очень сильно боюсь такого же результата. — произнесла Валя, заставляя моё сердце тут же сжаться от произнесенных ею слов. Её страхи были совсем не беспочвенны, но я не мог сейчас ничем гарантировать ей иной результат. Единственный вариант здесь — поверить друг другу и вдвоем бороться, вместе шагая дальше. — Я не выдержу ещё раз, Егор. — Я сделаю всё, чтобы не потерять тебя снова. Клянусь тебе, малыш. — произнес не столько я, сколько моя душа, не готовая больше её отпускать. Не готовая потерять её ещё раз. — Мы справимся, я всё понимаю и готов дать тебе столько времени, сколько тебе потребуется. Только поверь в нас, прошу тебя.       Спустя какое-то время возвращаясь из мыслей в реальность, я почувствовал, что Валя успокоилась и лишь редкие прерывистые вздохи напоминали о том, что она совсем недавно горько плакала. Чуть отстраняясь, но не отпуская девушку, поднимая её лицо за подбородок, я стер остатки слёз с её щечек и легонько щелкнул по носу. Валя хлопала влажными ресничками, так проникновенно смотря мне в глаза, что я гипнотизировался каждой долей секунды, окончательно потонув в её карих глазках. — Поехали за ёлкой? — неожиданно даже для себя произнес я, улыбаясь, уже предвещая уютно-домашнее продолжение этого вечера. — Чего? — непонимающе смотря на меня, переспросила Валя, чуть нахмурившись. — Говорю: поехали за ёлкой, котёнок. Украшать будем. — повторил я с улыбкой, заправляя выбившуюся прядку волос ей за ухо, тут же замечая, как искорки в глазах Вали начали потихоньку разжигаться.

***

      Установив ёлку на подставку, чудом найденную в кладовке, мы единогласно приняли решение поставить её ровно на то же место, где она стояла в прошлом году. Обвивая ствол ёлки гирляндой с фонариками с верха до самого низа, стоя на стремянке и чувствуя, как Валя заботливо придерживает меня за ногу, я уловил то самое ощущение из прошлого года, когда мы точно так же вдвоем украшали ёлку. Невероятно домашняя и уютная атмосфера — Валя смеялась над моими шутками и рассказами, надев шапочку деда мороза и обмотавшись мишурой, развешивая на ветках пушистой ёлки разнообразные шарики и фигурки, украшая ими дерево, придавая ему предновогоднюю атмосферу, а я просто смотрел на неё. Лично мне не нужна была ни эта ёлка, ни любая другая, ни игрушки, ни прочая праздничная лабуда. Меня нисколько не тревожил этот праздник, и я не особо разделял всеобщие вздохи и грандиозные подготовки на этот счет. Но, её горящий взгляд — единственное, что меня привлекало во всей этой новогодней вакханалии. Я был готов на всё, что угодно, лишь бы она вот так улыбалась, лишь бы её глаза всегда сияли так ярко. Я люблю её. Слишком сильно для того, чтобы отпустить. — Его-ор, верхушку надо посадить, мне не достать. — протянула Валя, нахмурившись, стоя на носочках. — Помоги, пожалуйста. — протягивая блестящую звезду мне в руки, Валя расстроенно поджала губы.       Воспользовавшись моментом, осторожно обхватывая девушку за бедра, я легко приподнял её в воздухе, позволяя ей спокойно дотянуться до самого верха ёлки. Нанизывая звезду на макушку ёлки, Валя довольно улыбнулась, оценивающе оглядывая результат, придерживаясь рукой за моё плечо. Ставя девушку на место, вновь оказываясь значительно выше её ростом, я не мог оторвать от неё взгляд. Валина улыбка казалась мне ярче любого солнца, и я не удержался, нежно приобнимая её за талию, поглаживая поверх кофты и чувствуя, что девушка совершенно не сопротивляется, а наоборот, ответно приобнимает меня, сцепляя руки у меня на поясе. На её лице сияла счастливая улыбка от радости из-за наряженной ёлки, а я был невероятно счастлив просто от того, что она находится рядом.

в отражении твоих сонных глаз

мои скромно растущие чувства.

давай выпьем ещё вкусный чай.

когда ты есть рядом, мне вовсе не грустно.

твои взгляды, касания к коже

согревают колючей зимой.

как хорош

декабрьский вечер,

когда он проходит с тобой..*

      На улице, за окном, прямо перед нами грохнул яркими цветными вспышками салют. Валя вздрогнула от неожиданности, но как завороженная смотрела на него, улыбаясь. В её темных глазах отражались огоньки от салюта, но, признаться честно, сам салют я даже не видел, потому что смотрел лишь на неё и её счастливый, такой довольный, теплый взгляд. — Егор, загадывай скорее желание, это последний. — потыкав меня локтем в бок, пролепетала Валя, привлекая мое внимание к себе.

Я хочу, чтобы мы с тобой опять были вместе.

Я хочу, чтобы ты услышала и простила.

Я хочу, чтобы ты опять меня полюбила…*

      Шепотом произнося вслух последнюю строчку, я устало прикрыл глаза, касаясь щекой её макушки, чуть крепче обнимая Валю за тонкую талию. Комнату освещал лишь свет от гирлянды на наряженной ёлке, создавая такую праздничную, уютную обстановку в квартире. — Моя девочка. — прошептал я, мягко целуя Валю в макушку, вдыхая сладковатый аромат от её волос и ощущая, как девушка доверчиво щекой прижалась к моему плечу. — Мне так не хватало тебя. Вот так, когда ты просто дома, улыбаешься… Мы со всем справимся, слышишь? Дай нам ещё один шанс, прошу тебя. — с надеждой произнес я, боясь даже дышать сейчас, предвещая, что Валя может отстраниться, говоря о том, что я на неё давлю. Но, вместо этого, девушка поднялась на носочки, обвивая мою шею руками и пристально смотрела в глаза, улыбаясь. — Я даю второй шанс нашей истории и своим чувствам. — согласно кивая в подтверждение своих слов, тихонько прошептала Валя, пальчиками поглаживая меня по затылку, улыбаясь уголками губ. В её глазах отражались огоньки мерцающей гирлянды от ёлки, и в момент, когда гирлянда погасла, сменяясь другим цветом, я осторожно наклонился ближе, касаясь её губ. Чувствуя, как Валя разомкнула губы, позволяя действовать увереннее, обнимая меня за шею, трепетно прижимаясь крепче, я углубил поцелуй, чувствуя, как бешено колотятся наши сердца, получая такой нужный и долгожданный сладкий поцелуй. to be continued…