Новый Год

      Принц Энстакс ещё никогда не был настолько расслаблен. С самого рождения ему твердили о необходимости «вести себя подобающе», потом – о «долге перед страной и династией», а после – бесконечно пилила любимая супруга, выбранная даже не им самим. Принадлежащая старинному роду, та обладала «всеми необходимыми данными» и усиленно рожала детей, в результате чего он стал отцом больше шести раз. Было ли это правильно по всем канонам дворцового этикета? Безусловно. Стал ли он в глазах знати более достойным претендентом на трон? Разумеется. Сделало ли его это счастливым? Эм…       Принц покосился на стоящую на столе бутылку и, воровато оглянувшись, несмело протянул руку. Пальцы легли на стеклянную поверхность как влитые, впервые он почувствовал себя спокойно с момента известия о смерти отца. Возможно, это из-за непрекращающейся головной боли, возможно – из-за постоянных придирок недовольной жены, но с той самой секунды, как её изящные ручки сомкнулись на конусе послания, он не мог унять внутреннее беспокойство, ожидание чего-то погано-неприятного. Привычный способ «снять стресс» был недоступен: с той же секунды его ограничили в горячительных напитках «во избежание», а иного принц просто не знал. Разве что…       -Это неслыханная дерзость! – раздался знакомый голос совсем рядом и Энстакс вздрогнул, отдёргивая руку. – Вы не имеете права! Я – урождённая графиня семьи…       Дверь захлопнулась так же стремительно, как была открыта. Высокий темноволосый юноша с собранными в хвост волосами оглядел помещение словно в поисках чего-то важного, а потом уверенно остановился взглядом на принце. Энстакс сглотнул. У пришедшего была военная выправка, но кроме этого сказать о нём было попросту нечего: на одежде не висело ни одного ордена, даже поощрительной ленты не нашлось. Сержант со срочным сообщением? Тайный убийца от одного из братьев? На равнодушном лице на секунду высветилось недовольство, но не более того. Юноша плюхнулся в кресло и отпихнул ногой от стола остальные, после чего уже более пристально взглянул в лицо принцу.       -Энстакс, старая развалина, ты ли это? – наконец, выдал незнакомец, на глазах превращаясь в одного и младших братьев. – Ещё не пропил все мозги, оставшихся хватило на то, чтобы явиться на Оглашение Последней Воли?       -Это моя прямая обязанность, как первого в очереди на престол, - обтекаемо ответил Энстакс и склонил голову на бок, изучая брата. Лениво работающие мозги попытались извлечь из памяти нужную информацию, но почти сразу потерпели поражение: имени собеседника принц не знал, а угадывать вслух счёл недостойным звания Императора. И как отец умудрялся держать в голове такую кучу информации? – А как дела у Вас?       -Дерьмово. Мало того, что приземлиться сразу во дворец не удалось, так ещё и на входе устроили полноценный досмотр. «Покажите это», «докажите то», «мы должны быть точно уверены», - он передразнил стражу и, довольный собой, расплылся в удовлетворённой улыбке. – Хорошо, что скоро всё это закончится. Стану Императором – сразу же изменю порядки, сделаю всё проще и понятней, без всей этой волокиты с документами и «тройным подтверждением доступа» перед каждым посещением дворца. А потом сразу – к границе, вместе с целым флотом. Покажем этим самодовольным уродам, кто по-настоящему правит Империей!       Собеседник замолк и Энстакс, немало смущённый сразу же воцарившейся тишиной, попытался поддержать беседу. Он несколько секунд перебирал в памяти потенциальные темы и, в конце концов, смирился с неизбежным: вопреки всем традициям, придётся задать вопрос повторно.       -Так что у Вас случилось за эти годы?       Энстакс вздрогнул, когда на него покосились с издёвкой во взгляде и тут же отвёл глаза. Внутри почему-то снова зашевелился червячок сомнения. Возможно, вообще не стоило сюда приходить? Плевать на традиции, никто бы не удивился, объяви он, что добровольно отрекается от трона…       Дверь снова хлопнула, на сей раз – гораздо менее громко. Вошедший прищурился, явно привыкая к полумраку комнаты после залитого солнцем коридора, и спросил:       -Вы здесь за тем же, за чем и я?       В этом вопросе сплелось сразу всё: от подозрительности до полноценной угрозы. Энстакс бы вздрогнул, не среагируй его брат раньше. Подорвавшись с места, тот протянул укрытую плотной перчаткой руку. Вошедший в ответ достал из кармана свою крохотную, упакованную блестящий в шёлк ладошку.       -Брат, - вместо приветствия кивнул он Энстаксу и присел на отодвинутый стул, поджав под себя длинные толстые ноги. – Мне казалось, ты не будешь претендовать на трон. К тому же, твоя жена в коридоре выглядит не слишком довольной…       -Что, ещё не угомонилась? – от резкого, немного нахального вопроса, принц вздрогнул, но заставил себя растянуть губы в улыбке. – Выбрали ж тебе жёнушку, Энстакс. Кто только додумался скрестить тюфяк со змеёй?       -Я прошу Вас отнестись уважительно к моей жене, урождённой графине из рода…       -К чёрту твою жену! – уже грубо прервал принца юноша. – И семью её к чёрту! Всех вырежу, если вздумают открыть рот! – он наклонился, рассматривая до сих пор нераспечатанную бутылку вина и, хмыкнув, отставил её в сторону. – Кто хочет выпить за встречу?       -Это сладкое из Центральных Провинций? – вскинулся на своём месте мужчина и Энстакс впервые увидел его достаточно ясно, чтобы понять, что это Шайар, уже давно исчезнувший со всех балов и публичных встреч. Невероятно высокий даже по сравнению с их отцом, он был вынужден задвинуть ноги глубоко под кресло, чтобы никому не мешать. Раздобревшее густо напудренное лицо казалось приделанным к тонкой, почти женской шее, выглядя настоль же нелепо, как и крохотные ладони на длинных плотных руках. Сильно отличаясь от себя в юности, принц Шайар, изучаемый им сейчас, больше походил на чью-то попытку собрать совершенно неподходящие черты в одном человеке. Некогда изящный и подвижный, он заметно располнел, но, если сам Энстакс при тех же проблемах сохранил общую структуру фигуры, этот человек явно не занимается даже банальной зарядкой по утрам. – Я бы не отказался от пары бокалов, в скоростном глайдере ужасно укачивает.       -Да, на флоте ты бы не выжил, - кивнул до сих пор неопознанный юноша и достал из набедренной кобуры для бластера коробочку с прозрачными гранулами. – Одна такая малютка может превратить ведро воды в отличный спирт меньше, чем за минуту! – похвалился он и Энстакс против воли почувствовал себя чуточку роднее с этим странным военным с его широкими плечами и – мужчина сглотнул, завистливо рассматривая брата – мощным прессом. Всё же было в этом человеке что-то такое, своё… - Ладно Шайар, он у нас всегда был неженкой, но ты-то поможешь мне избавить мир от лишней бутылки алкоголя, братец? Помнишь, как мы с тобой когда-то развлекались, открывая десяток бутылок сразу и заставляя парочку служанок определять, какой кубок чем наполнен? – Энстакс пошевелил мозгами, но те ответили лишь новой волной головной боли. Меж тем, спрашивающего это ничуть не смутило: нахмурившись, он словно сам у себя уточнил: - Или это было не с тобой, а с Клодиусом? Ох, нельзя так много времени проводить вне столицы, можно совсем отвыкнуть от роскоши и возможности выпить с дорогим братом!       -Маргон, хватит, твоя бравада излишня!       Энстакс украдкой перевёл дух, сам удивляясь тому, как умудрился не узнать Маргона, с этой его извечной привычкой бросаться пробивать головой каменные стены приличий и неумением держать себя в руках. Теперь, названный своим именем, он разом стал ещё роднее. Принц и правда вдруг вспомнил, как они напивались и бегали по дворцу, пугая слуг, но решил не сообщать об этом вслух. Ведь, если посмотреть здраво, не было ничего достойного в пустом задирании юбок служанок и непомерной тяге к алкоголю.       Он тряхнул головой, недовольным тем, насколько громко голос жены прозвучал в голове. Энстакс за эти годы привык полностью подчиняться её желаниям и, если сначала они были вполне приятны («нам нужны наследники»), то в последнее время та всё чаще была недовольна его «неосмотрительным поведением». Что именно было неправильным в поведении, которое она до этого считала милым и «удивительно непринуждённым», женщина объяснить не могла. Однако в чужую голову залезть сумела, так что теперь иногда он не мог точно определить, думает он так потому, что сам решил, или потому, что так НАДО думать.       Дверь снова открылась, на сей раз – без аккомпанемента крика «урождённой графини» - в темноту шагнул молодой человек лет восемнадцати, в льющемся со спины свете показавшийся слишком юным и хрупким для того, чтобы быть принцем. Энстакс прикинул, сколько лет должно сейчас быть изгнанному в далёком прошлом Линдену, но так и не смог вычислить ни когда того отослали, ни сколько принцу точно было лет. Император, будучи не всегда последовательным в своих решениях, с одинаковой вероятностью мог заделать дополнительного наследника и держать это в тайне от остальных, а также – отослать прочь новорождённого младенца, которого посчитал недостаточно похожим на себя.       Меж тем, вошедший не спешил подойти ближе. Замер, словно заворожённый, рассматривая развалившегося в кресле Маргона, до сих пор ищущего тару для получения спирта, начавшего заметно нервничать Шайара, который принялся снова мять свои облачённые в шёлк пальцы. Наконец, взгляд упёрся в самого Энстакса, и от этого принц непроизвольно вздрогнул: уж слишком пронзительны были эти светлые глаза.       -Братья, - негромко поприветствовал незнакомец и мягко двинулся вперёд. – Рад снова вас видеть, - подойдя, он осмотрел всю композицию и замер на расстоянии шага от общего стола. Энстакс заметил, как недовольно дёрнул щекой Маргон, и сам с чего-то ощутил нервную напряжённость. Хотя ему никто ничего сказал, всё выглядело слишком… слишком.       К счастью, Маргон на флоте растерял свои дворцовые привычки. Его и ранее не слишком терпеливая натура вконец разбаловалась возможностью управлять всем и вся. Схватив бутылку, принц уверенным движением вырвал пробку и бросил внутрь крохотную гранулу. Жидкость зашипела, Энстаксу даже показалось, будто сейчас из горлышка ударит фонтан пены. Но нет – спустя пару секунд Маргон уже пригубил получившийся напиток и довольно крякнул.       -Эй, вы там, все собрались, можно уже начинать Оглашение! – крикнул он в сторону двери и развязно расставил ноги, позволяя себе немыслимое – распахнутый камзол и шумное почёсывание плеча. – Я уже взопрел в этом чёртовом парадном дерьме! Объявите меня уже Императором и покончим с этим!       -Брат, не стоит торопиться, - мягко осёк его Шайар и младший (подумав, Энстакс предпочёл просто называть его «младший», не напрягая особо голову) согласно кивнул. – Мы так давно не виделись, почему бы не…       -Почему бы ни не видеться ещё больше? – хохотнул явно захмелевший Маргон и сделал ещё глоток. Улыбнувшись самому себе, принц принялся предлагать алкоголь остальным.       -Спасибо, я пью строго определённые вина, - поднял ладонь Шайар и в эту секунду Энстакс даже немного позавидовал тому, как спокойно тот отказывается от выпивки. – Сладкие сорта винограда содержат специальные элементы, укрепляющие мужской организм и способствующие…       -Ясно. Ты тоже не будешь? – младший отрицательно покачал головой и, когда Маргон повернулся к нему, на лице принца была ехидная улыбка. – Не за что не поверю, что ты откажешься попробовать настоящий флотский спирт.       -Не откажусь, - кивнул Энстакс и с первым же глотком почувствовал, как долгожданное успокоение волной разливается по телу. – Ты прав брат, это настоящее волшебство.       -Тогда оставь бутылку себе. Эй, кто там есть? Ещё вина будущему Императору!       Дверь открылась, но вместо слуги с подносом в помещение степенно вступил монах. Качнул увенчанной странным устройством головой и в полной тишине сообщил:       -Пусть Небо благословит нашу встречу, братья. И пусть выбор порадует Мать-Луну. Я верю, что сила её превзойдёт любые заговоры, а мудрость поможет нам мирно решить все вопросы.       -Ничего себе, монах! – пьяно хихикнул Маргон. – Неужели наш маленький Линден всё же выжил и не нашёл ничего лучше, чем стать монахом! Ха, это действительно хорошая шутка! А теперь, шутники, дайте мне ещё вина и, так и быть, ваши головы останутся на месте! Что? – удивился он, когда увидел предостерегающие взгляды. – Не думаете же вы, что я куплюсь на эту чушь? Наследник-монах? Чистая ересь, большего дерьма я просто не слышал!       -Понимаю твою иронию, брат, - слишком вежливо для только что услышавшего подобное оскорбление человека поклонился монах. – И готов с честью принять волю Отца-Солнца, вложившего речи в твои уста. Однако спешу напомнить, что перед тем, как оказаться здесь, мы все прошли надлежащие проверки и нашли способ подтвердить принадлежность к семье Императора. То есть – мы равны в правах.       -Ты равен в правах дворовой шавке, Линден, а я – будущий Император! Так что, так и быть, я готов с честью принять этот розыгрыш. Садись и выпей с нами, не будь задницей.       -Он не Линден, - неожиданно подал голос младший. В повисшей тишине его слова слышались громовыми раскатами, Энстакс, то ли от ужаса, то ли от общего уровня опьянения, вздрогнул. – Он не может быть принцем Линденом, ведь принц Линден – это я. И если передо мной сейчас мои братья Энстакс, Шайар и Маргон, то… - он повернулся к вошедшему и вежливым кивком поприветствовал его. – Рад встрече, брат Клодиус. Мы давно не встречались. Присоединись к нам, разделив стол и дарованное время, это будет лучшем знаком уважения.       -«Клодиус»? – икнул Маргон. – Я думал, Клодиус – это ты. Даже хотел комплимент сделать, мол «хорошо сохранился для старичка», а ты… - он махнул рукой. – О, вино!       «Старичок, - заметил про себя Энстакс и впервые с момента прибытия во дворец неожиданно разозлился. – А ведь я старше. Он и меня считает старым? Сосунок! Сколько ему, этому «вечно юному» пьянице: двадцать пять, тридцать? А ведёт себя как…»       -Как насчёт выпить по глотку за встречу? – меж тем, продолжил Маргон, расставляя по столу кубки. – Тебе я наливать не буду, у тебя уже своя тара есть, - хмыкнул он, пододвинув кубок Энстакса вторым для себя. – Наша любимая сестрица почтит своим участием сие мероприятие?       -Повежливей, ты, возможно, говоришь с будущим Императором! – заметил Шайар и показательно нахмурился.       -Или трупом, - судя по повисшей тишине, подобная угроза прозвучала не слишком к месту. Но Маргон был слишком пьян, чтобы заметить это молчаливое предостережение. – Никто же не собирается после оглашения воли отца полным составом остаться в живых? Среди нас же нет идиотов, верно?       -Маргон, ты пьян, - попытался немного притормозить брата Шайар. Но тот был неумолим.       -А ты – ряженая шлюха, - сообщил он поджавшему губы принцу. После чего повернулся ко всё ещё стоящему у самых дверей монаху и для наглядности даже указал на него пальцем. – Этот вот шифруется, вроде как «смотрите, какой я праведник, меня живым на небо взять можно!». У Энстакса жена голосит покруче корабельной сирены и на шее уже полный набор необходимых карапузов. Линден вообще притворился старшим!       -Я не притворялся…       -Ой, помолчи! Знал бы ты, как это бесит: я вернулся в надежде побыстрее закончить с делами и начать полномасштабную войну, а вместо этого сначала несколько часов потратил на подтверждение личности, а теперь сижу тут с вами, клоунами, вместо того, чтобы штурмовать границы в поисках чёртовых пиратов, порядком насоливших Империи!       -Маргон, ты не можешь…       -Я – будущий Император и я всё могу!       -Чудесно, когда вся семья в сборе, не правда ли? – ухмыльнулся от дверей Советник и все тут же замолкли, выжидающе глядя на него. В прошлый раз именно этот человек усадил на трон Императора, а традиции – это святое, так что… - Думаю, время начинать. Лекадис, у тебя всё готово?       В помещение вслед за опирающимся на трость стариком вошёл принц Лекадис, брат покойного Императора, с ретранслятором в руках. Небольшая чёрная коробочка мягко пиликнула у него в руках и Советник, развернув свиток, медленно сообщил:       -Согласно традициям Империи, мы передаём на все точки связи последнюю волю покойного Императора. Всем известно, что «мёртвый Император – уже не Император», но его Последняя Воля священна. Потому, как он завещал, мы собрали все наследников для оглашения его решения. В этом помещении присутствуют: первый сын, принц Энстакс, второй сын, принц Клодиус, третий сын, принц Шайар, четвёртый сын, принц Маргон, пятый сын, принц Линден. Каждый из наследников прошёл процедуру опознания и подтвердил свою личность. Таким образом, Оглашение Последней Воли началось.       Энстакс сглотнул. Если отец выбрал своим приемником его, всё будет по плану. Если же нет… на секунду он представил на троне Маргона и ужаснулся бурности собственной фантазии. Нет, не может быть, чтобы отец, такой основательный и осторожный человек, выбрал на роль следующего Императора юнца с военными замашками. Разумеется, огонь в глазах – это крайне важно, но иногда трезвый ум значит много больше… Окажись на троне Клодиус, они смогут договориться. Любая из существующих религий проповедует прощение и понимание, да и врагами они никогда не были. Построить пару монастырей, отдать младшего в монахи – проблема решена. Другое дело – Шайар. Что на уме у этого человека, к чему он пришёл за время отсутствия при дворе, чему научился, какие навыки приобрёл? Может ли быть такое, что первым своим решением он вырежет семьи братьев и – заодно, чисто чтобы не мешался – дяди?       Раздался щелчок и все они вздрогнули от твёрдого голоса отца, заполнившего комнату. Видимо, тот, вопреки всем традициям, решил оставить «Последнюю Волю» в виде записи не на бумаге. С одной стороны – опрометчиво в глазах флота, с другой… что может быть лучшим подтверждением, чем голос Императора?       -Империя! – возвестил Император. – Великая, непоколебимая Империя, сколько лет мы с тобой были единым, неделимым целым, великим по своей власти организмом, соединившимся ради достижения невероятных целей. Империя, мне жаль оставлять тебя! Сколько мы могли ещё сделать, сколько могли вместе преодолеть! Скорбь моя глубже космоса от одной мысли, что нас разлучили! Увы, это случилось, и теперь высочайшей волей своей я оставляю тебя самому достойному претенденту: тому представителю императорской крови, что сможет пройти Испытание и доказать свои силу, ловкость и способность принимать взвешенные решения. Тот же, кто будет признан недостойным, получит свою награду: смерть. Ибо лишь сильнейшим хватит духу двигаться вперёд, остальным уготована участь бесконечно топтаться на месте, утягивая Империю за собой. Пройти Испытание – не участь, не наказание, а высшая награда, дарованная лишь избранным. Увы, если они не справятся, их место придётся занять их детям, внукам, племянникам и прочим родственникам, способным доказать кровную связь. Я не вижу бастардов, я вижу нашу кровь, и крови этой столько столетий, что она из крохотного ручейка стала мощным, неостановимым потоком, сметающим всё на своём пути. Так что, если мои сыновья не справятся, любой, считающий себя достойным, может сдать кровь и, если получит подтверждение родства, волен попробовать свои силы. Однако, предостерегаю: давшего согласие на Испытание, но не явившегося на него, ждёт смерть. Не прошедшего его, ждёт смерть. Прошедшего, но не признанного достаточно достойным, ждёт смерть. Такова Моя Последняя Воля.       Запись кончилась. Ретранслятор в руках принца Лекадиса тоже перестал мигать. Энстакс несколько секунд шевелил губами, силясь понять, что конкретно сказал отец, но тот сделал это настолько путанно и туманно, что…       -Что это, мать вашу, было? – первым подал голос Маргон, оказавшийся намного пьянее, чем выглядел. – «Испытание»? Он в своём уме? Я десять лет провёл на флоте, дайте мне бластер, я всех тут перестреляю!       -Принц Маргон, Последняя Воля священна. Испытание состоится. Если Вы настолько уверены в своих силах, то, несомненно, легко пройдёте его и станете Императором. И тогда, после Вашей смерти, наследники будут исполнять уже Вашу Последнюю Волю. А пока – Вам сказали правила. Играйте по ним и попробуйте победить, или можете отказаться и умереть сразу. Вы будете участвовать?       -Разумеется. Правда, до сих пор не понимаю, зачем.       -Потому что такова воля Вашего отца, покойного Императора Аргоникуса Восьмого. Не забывайте, что до конца этого дня он – всё ещё Император. Год Змея официально не закончен, живите по его правилам.       -Да это не пойми что, а не правила! Вы серьёзно думаете, будто кто-то сможет меня обойти?       -Мы узнаем это завтра. Принц, будьте вежливы с остальными претендентами!       -На кой чёрт? Они все – будущие трупы! Причём это сделают даже не по моей воле!       -Почему же? Если Испытание пройдут все, согласно правилам, они будут признаны достойными и сохранят свои жизни. И будут сидеть на троне вместе.       -То есть… вы разделите Империю?       -Нет, Империя – неделимое целое. Но, уверен, у Императора есть записи и на этот счёт…