Аркан Тринадцать Смерть

Карта свидетельствует об испытаниях, которые человеку предстоит пройти. Ему постоянно будет необходимо делать выбор между двумя альтернативами. Карта Влюбленные — это прошлое и будущее, старое и новое, прихоти и долг. У человека в жизни произойдет внутриличностный конфликт между умом и сердцем. Ему будет сложно делать выбор, он будет находиться на распутье, но даже тогда он проявит всю свою силу духа. От его выбора будут зависеть последствия его дальнейшей жизни.

      Как проходили для Грейс Рестарик следующие несколько недель? Не поверите, но впервые как у нормального человека.       После событий в Сибири девушка решила взять передышку и вернулась в свою квартиру в Румынии. Надо же было закончить дела с наследством хоть когда-нибудь. Да и самой ведьме предстояло многое осмыслить.       Вскрытие старой раны, но с новыми составляющими приносило ужасно много боли. Рестарик хотела запереться и не выходить никуда минимум неделю. В принципе, так и получилось — девушка впервые покинула квартиру только спустя четыре дня, когда закончилась вся еда. Тогда же и произошёл первый диалог за эти дни. — Ох, Агата, дорогая, ты вернулась?       Рыжую окликнула соседка миссис Палмер — добрая женщина, которая частенько обращалась за помощью к девушке, пока она жила здесь, а после всегда приносила домашнюю выпечку, что так полюбилась ведьме. Рестарик встретилась с ней у подъезда: она возвращалась с продуктами, а женщина только выходила из дома, ища что-то в своей сумочке. Они столкнулись, подняв головы и заметив друг друга, и на их лицах тут же засияли улыбки. — Миссис Палмер? — удивилась она, чуть смутившись. — Да, но ненадолго. Думаю пробуду здесь ещё недельку.       Соседка заметно расстроилась, но продолжала улыбаться, смотря на девушку. Ей казалось, что за несколько лет в Нью-Йорке ведьма совсем не изменилась. Огненно-рыжые волосы до лопаток с лёгкой волной по всей длине, всё также собранные в низкий хвост, холодные зелёные глаза, что в момент оттаивали при виде близких людей, фарфоровая кожа, чрезмерная, по мнению миссис Палмер, худоба и те же тёмныей цвета её одежды. Создавалось впечатление, что в последний раз они виделись несколько дней назад, отнюдь не лет. — Я понимаю. Нужно вернуться к отцу, так ведь? — продолжила интересоваться женщина, заставляя Грейс ещё больше растеряться. — Отцу? — переспросила она, прокашлявшись. — Да, — теперь в смятении находились обе собеседницы. — Он искал тебя через пару недель после твоего отъезда. Статный мужчина, представился твоим отцом. Высокий, тёмные волосы, черты лица ярко выражены, как у тебя, даже походка чем-то схожа с твоей, военный. Я думала, вы встретились… — Ах, Христовы кости, отец, — ведьма тяжело сглотнула, но, кажется, миссис Палмер этого не заметила. — Нет, после заеду к подруге, а потом уже… к отцу.       «Карпов искал меня. О, Всевышний, как хорошо, что тогда я уехала раньше, чем планировала», — подумала она, продолжая мило улыбаться. — Ну ладно. Ты забегай ко мне; знаешь же, что я всегда рада тебя видеть. — Конечно, миссис Палмер. До встречи. — До встречи, дорогая, — женщина оставила лёгкий поцелуй на щеке и ушла, а девушка скорее скрылась внутри многоэтажки.       После этого короткого диалога осторожность Рестарик увеличилась в разы. Как и желание уехать. Но она всё же пересилила себя и осталась ещё на неделю в городе, как и обещала миссис Палмер. Женщина была так рада видеть девушку вновь — ведьма не могла её расстроить своим внезапным отъездом.       Тони Старк же времени не терял. Не каждый день неизвестно откуда появляется твоя кузина, о которой ты не знаешь ровным счётом ничего. Поэтому, стоило Старку оказаться в Нью-Йорке, он начал искать любую информацию на Рестарик. Даже в семейные архивы заглянул, что делал, кажется, последний раз лет пять назад.       Через пару дней он имел представление о том, кто такая Грейс Рестарик, где проживает и находится на данный момент. Удалось и как-то проследить за ней, поэтому было принято решение немедленно наведаться к новообретённой родственнице, как только та вернётся из Бухареста. Естественно, без предупреждения, чтобы наверняка.       Когда ведьма возвращалась в свою квартиру в Нью-Йорке, то даже не заметила ничего подозрительного. В её голове перемешались тысячи голосов, которые никак не хотели замолкать, что бы девушка не делала. Раньше такого не было. Это пугало, заставляло думать, на что ещё способна она сама, а главное, как контролировать происходящее.       Тот всплеск энергии в Кливленде, потом в Сибири. Не контролируемая агрессия с тем мужчиной из правительства и Джеймсом. Десятки голосов в голове и постоянная усталость. Когда её силы только проявились, она считала, что хуже быть не может, но последние события доказали обратное. Ещё как может. Но, на удивление, рыжая всё время находилась в сознании, и даже представить не могла хорошо ли это.       Рестарик зашла в квартиру и лишь тогда поняла, что не одна. Все голоса в миг затихли, а с уст сорвался облегчённый вздох. Правда он тут же сменился недовольным цыканьем. — Где же вы видите эту табличку, говорящую, что моя квартира — зал ожидания? — громко и раздражённо, чтобы её нежданный гость наверняка услышал, сказала она. — И тебе привет, ведьмочка, — голос Старка раздался из какой-то комнаты, а через несколько секунд он вышел к девушке. — Не хочешь ничего рассказать? — Полагаю, ты уже и так всё знаешь. Иначе я разочаруюсь в твоих способностях, — рыжая прошла мимо, оставив вещи рядом с входной дверью. — Хочу услышать это от тебя, — мужчина прошёл за Рестарик на кухню. — Почему я не знал о тебе?       Грейс щёлкнула чайником и развернулась на стоящего в проёме Тони. Она оперлась руками на столешницу и наигранно задумалась. — Может, потому, что мы виделись всего раз, когда нам было лет по десять-двенадцать на Старк Экспо в восьмидесятых? Или потому, что мой отец был против общения с «этими избалованными Старками»?       Тони явно были неприятны эти слова, но он понимал, что кузина просто цитирует своего отца. По её голосу было понятно, с каким презрением она относится к человеку, спокойно доживающему свой век где-то в Канзасе. Старк мысленно поставил галочку напротив отца Рестарик, после задал вполне логичный вопрос: — Если вы были так близки с моими родителями, то почему ты пропустила похороны?       Раздался щелчок, оповещая о том, что вода в чайнике вскипела, а вместе с ней и ведьма. Эти вопросы казались глупыми, неуместными. Зачем он спрашивает, заставляет в очередной раз вспоминать всё, если и так знает о случившемся? Она оттолкнулась от поверхности стола, чуть приближаясь к Железному человеку, и импульсивно развела руками. — Знаешь, я бы с удовольствием пришла, вот только иуды, — Грейс намеренно выделила это слово, — из Гидры не отпустили.       Её интонация давала понять, что девушка ненавидит агентов Гидры так же, как и собственного отца. К слову, никакой информации на Джонатана Рестарик Тони не смог найти: он буквально был самым обычным человеком. Старк не понимал, что сделал отец девушки, раз она ставит его в один ряд с террористами и убийцами, и это отнюдь не радовало мужчину. Когда такое было, чтобы Тони Старк чего-то не понимал? — Что с тобой произошло? — проигнорировав выпад кузины, спокойно продолжил он. — Что произошло?       Ведьма закрыла свои глаза, слегка наклонила голову вбок и просмотрела в карие глаза мужчины напротив. Уже в следующее мгновение её взгляд вспыхнул фиолетовым огнём, и девушка показала Железному человеку лишь малую часть того, через что ей пришлось пройти.       Сыворотка Говарда, электрический стул, лёд, Зимний солдат, кровь. Бесконечные реки крови.       Хватило всего пяти секунд, чтобы Тони резко отстранился от Рестарик, разорвав зрительный контакт. Его словно обожгло холодом. Мужчина видел её глазами, чувствовал её кожей, кричал вместе с ней.       Вот только для него не было той пугающей чёткости. Не было запаха паленого волоса. Не было металлического привкуса крови во рту. Он мог отстраниться от всего.       А она нет.       Всё это уже давно стало частью Рестарик. Худшей частью. И девушка жила с этим не первый год, а оттого воспринималось всё не так остро. Но этого было ничтожно мало. Эту боль невозможно забыть.       Однако сейчас девушка была вполне спокойна. Глаза вновь стали зелёными, и она отступила на шаг, вытирая небольшую струйку крови. Старк чуть удивился. Такое, казалось бы, простое заклинание вызвало ответную реакцию организма, хотя на базе в Сибири Тони не замечал чего-то такого за девушкой. — Ещё вопросы? — спокойной спросила она, точно ничего не произошло. — Ты сбежала с помощью Романофф, — Грейс качнула головой в подтверждение его слов. — Почему ты сразу не пришла ко мне, раз всё знала?       Раздался звонкий смех Рестарик, который она даже не пыталась сдержать. На глазах уже появились слёзы, что удалось смахнуть, но она всё продолжала смеяться. Попытавшись успокоиться, ведьма с нескрываемой насмешкой сказала: — Подожди, то есть, если бы к тебе заявилась зашуганная девушка, утверждающая, что она — твоя кузина, о которой ты даже не знаешь, ты бы поверил? Не смеши меня, Старк, — рыжая успокоилась и поменялась в тоне, становясь серьёзной. — У тебя всё? Тогда, будь добр, уйди.       Грейс отвернулась от Тони собираясь достать чашку и наконец заварить себе такой желанный сейчас горячий травяной чай, однако мужчина перехватил её руку, разворачивая к себе. — Ну уж нет, маленькая бестия, — теперь и его голос стал жёстче, серьёзнее. Пропал азарт, присутствовавший в начале их разговора. — Где Советская Одноручка с Надеждой всей Америки? — Ты так уверен, что я знаю, где они, — фыркнула девушка, отдёргивая руку. — А даже если и знала бы, то не сказала, где находится Барнс и, предположительно, Роджерс.       Железного человека не устроил такой ответ, поэтому он решил напомнить ей о важности произошедшего. — Он убил моих родителей и твоих родственников и должен понести наказание, — чётко, тоном, не терпящим возражений, отчеканил мужчина. Девушка хмыкнула; ей никогда не нравилось слушаться кого-либо. — Поверь, он его уже давно получил, — спокойно и с толикой надменности в голосе произнесла она. — Я имею полное право не говорить тебе о их местонахождении.       За время, проведённое в Румынии, ведьма успела испытать весь спектр эмоций от ненависти до понимания к этому человеку. Она не простила его, нет, такое нельзя забыть так просто, словно это — обычная неудачная шутка. Убил единственных дорогих людей? Подумаешь, мелочи! Лучше давай выпьем и в очередной раз перейдём грань просто друзей.       Но теперь не было той ненависти, что имела место быть в первые часы. Пришло понимание того, что у Джеймса и правда не было выбора, ведь это же Гидра. Они не позволили бы ему отступить от задания, от программы. Уж лучше быть послушным оружием, нежели вновь пройти через ужасную процедуру обнуления. Она поняла это ещё на первом провале. И Баки понимал.       Однако та боль ещё таилась в душе. Не столько за смерть Говарда и Марии, сколько за её судьбу, что решилась в день их смерти. Да, если бы Зимний солдат не убил Старков, то Гидра, а может, и Красная комната, всё равно нашла бы Рестарик, но позже. Гораздо позже.       Девушка много раз думала, что бы было, если всё сложилось иначе? И почему-то каждый раз сердце обливалось кровью от осознания того, что Наташа и Джеймс могли не появиться в её жизни. Абсолютно каждый раз ведьма убеждалась, они — лучшее, что могло с ней случиться. Рыжая не понимала за что жизнь свела её с ними, но была готова благодарить даже столь ненавистную Гидру за встречу с Баки и Нат.       Она всё ещё злилась на Барнса. Но почему-то написала Роджерсу о Ваканде — месте, где есть вера во второй шанс. Месте, где Джеймсу помогут. Что-то подсказывало — так было правильно.       И именно поэтому она не сказала Тони. — У тебя нет сердца, — Старк хотел задеть её, но лишь вызвал усмешку. — А у тебя совести. Живём же как-то, — ведьма непринуждённо пожала плечами. — Что-то ещё? — Фьюри просил передать, что хочет завербовать тебя, — уже собираясь уходить, кинул он через плечо.       Грейс закатила глаза. Вновь Фьюри со своим ЩИТом. Как думала ведьма, она вполне ясно дала понять, что не будет им второй Наташи Романофф, но, видимо, Николас посчитал иначе. Рестарик прошла за Старком и с раздражением ответила: — Я скорее вернусь в Гидру, нежели стану работать на ЩИТ.       Конечно, она врала, но перспектива снова выполнять приказы кого-то из верхушки, пусть даже и за деньги, в статусе героя, ей не пришлась по душе. Старк спокойно кивнул, мол, твоё право, и не стал настаивать.       Мужчина уже открыл входную дверь, намереваясь уйти, как его окликнули. — И да, Тони, — он поднял голову, не оборачиваясь, — если захочешь поговорить, то в следующий раз хотя бы позвони.       И ведь позвонил же. Так потом ещё и вытащил в офис Stark Industries. И не раз. Девушке даже с Пеппер удалось сблизиться.       Что там говорила Нат про отношения с семьёй? Кажется, всё постепенно приходит в норму. Правда пара проблем так и осталась в подвешенном состоянии, однако даже они отходили на второй план.       Но, в целом, жизнь налаживалась. Встречи с Тони и Пеппер, звонки и переписки с Наташей. Грейс даже не боялась оставаться наедине со своими мыслями. Единственное оставалось неизменным: девушка так и не решилась связаться с Джеймсом. Да, она помогла ему, но на большее не была способна. Пока что. Ведьма надеялась, что всё решится как-то само собой, как и до этого, но что-то подсказывало: в этот раз всё иначе. Рестарик не хотела вычёркивать Барнса из своей жизни, но также понимала, что, если она решится с ним поговорить, придётся начинать всё с самого начала, оставив обиды в прошлом. Этого не избежать. Но до тех пор, пока это возможно, девушка будет бежать от неизбежного.       Несомненно, всё не могло быть так хорошо, легко и просто. Бывали дни, когда ведьма чувствовала себя ужасно настолько, что перспектива умереть казалась не такой уж и плохой. Например, когда та просыпалась от жуткой нехватки воздуха, а каждый новый вдох обжигал сильнее любого огня, и она задыхалась, но потом всё проходило, словно ничего и не было.       Или когда мысли других людей буквально вытесняли Рестарик из её головы. Как-то раз она чуть не потеряла сознание, возвращаясь домой по Таймс-сквер; не без помощи прохожих, но ей удалось пройти эту злосчастную площадь.       В остальном же, всё было не так плохо, пока одним вечером на её почту не пришло письмо с просьбой явиться в суд для дачи показаний. По спине прошёлся холод. Она не понимала, о чём ей говорить в суде. Неужели правительство вскрыло дела Гидры? Если так, то ей грозило пожизненное как минимум.       Пустив всё на самотёк, Рестарик решила появиться в суде. Может, ведьма пройдёт свидетелем по какому-то делу, не более. В ином же случае, сбегать из-под стражи она умела, а скрываться от одержимых её поимкой людей — подавно. В этом письме было что-то, не дающие покоя ведьме. Предчувствие, холодящее душу, не позволяющее выкинуть его из головы.       Дабы избавиться от неприятного чувства, девушка приняла решение, о котором пожалела уже на следующее утро.       Как выяснилось позже, последнее заседание в суде, на котором решится судьба её отца, было назначено на одиннадцать часов, опаздывать никак нельзя, но кто же знал, что будильник останется проигнорированным? Видимо, провести ночь перед судом в клубе была отнюдь не лучшая идея Рестарик.       Однако девушка не жалела. Ей было нужно расслабиться, и она расслабилась. Да и на суд девушка успела, значит, не так важно, как именно проходило её утро.       До начала последнего этапа оставалось пять минут, когда в зале появились рыжая ведьма в чёрном брючном костюме, вызывая недовольство следователя. Рестарик ничего не сказала ему и прошла на своё место, слегка покачивая бёдрами. Впрочем, мужчину это не особо огорчило, ведь он работает на Старка далеко не первый год и давно привык к его замашкам, а Грейс — его более изящная копия.       Решающее выступление защиты и обвинения, показания девушки и некоторых свидетелей, и присяжные отправляются на обсуждение. Ведьма не волновалась; ей казалось, что с предоставленными доказательствами присяжные просто обязаны признать отца виновным. Однако, когда судья пригласила всех в зал спустя десять минут для оглашения приговора, стало не по себе: украдкой она увидела самодовольную улыбку адвоката отца. Ведьма хотела узнать, что он думает, заглянув в его мысли, но было поздно. Мужчина пропал из виду, и ей оставалось лишь глубоко вдохнуть и проследовать в зал для оглашения приговора. — Уважаемые присяжные, вы вынесли вердикт? — раздался громкий голос судьи, отражающийся от стен и проходящийся эхом по всему помещению. — Да, Ваша честь.       Со скамьи встала миниатюрная девушка, на вид, не более тридцати семи лет в белом свитере и с аккуратно собранными в пучок волосами. Она говорила громко и чётко, так, чтобы её услышал каждый, находившийся в зале. Судья — женщина старше присяжной на несколько лет минимум — попросила передать их решение через полицейского и, едва заметно кивнув, отдала листок обратно. — Подсудимый, встаньте, — раздался её голос, заставивший Рестарик с замиранием сердца ждать дальнейших слов. — Старшина присяжный, зачитайте вердикт.       Ведьма положила руки на стол, нервно перебирая кольцо, снятое с левой руки, и украдкой поглядывая на адвоката Джонатана. Он, как и отец, держался вполне спокойно, без толики страха, словно был полностью уверен, это заседание закончится наилучшим для них образом. — Граждане Нью-Йорка против Джонатана Рестарик, — теперь внимание девушки полностью переключилась на старшину. — По обвинению в убийстве Магдалены и Раймонда Рестарик, а также торговле наркотиками и людьми, мы находим подсудимого, Джонатана Рестарик, не виновным.       Сердце девушки на мгновение остановилось.       Не виновен.       Ядовитая, довольная ухмылка сияла на лице отца.       Не виновен.       Грейс тяжело сглотнула и перевела взгляд на представителя присяжных. Судья ещё что-то говорила, но ведьме не было до этого дела, она сконцентрировалась на девушке.       Глаза Рестарик блеснули фиолетовым, сам взгляд стал прикован к старшине. Её зубы сжаты почти до скрипа, а скулы выделяются больше обычного. Прошло не больше секунды, как та, что огласила приговор, стала закашливаться, после — задыхаться. Люди рядом с ней стали нервничать, пытались что-то сделать, судья замолчала. Точно рой пчёл, все засуетились, желая помочь бедной девушке, однако ведьма даже не думала останавливаться. — Мисс Рестарик, — шепнул следователь и толкнул её локтём, выбив из транса.       Рестарик отвлеклась от своей жертвы, тем самым дав ей сделать желанный глоток воздуха. Не смотря на мужчину, она резко встала и вышла из зала, игнорируя протесты судьи и взгляды присутствующих.       У прохожего девушка попросила сигарету и тут же подожгла её магией. Первая затяжка, позволяющая снять скопившееся напряжение. Ядовитый дым проникает в лёгкие, заполняя собой каждую клеточку. С неким наслаждением ведьма прикрывает глаза и выдыхает. Дурная привычка появилась ещё во второй половине восьмидесятых, когда та жила в Советской России, но со временем её удалось искоренить. Сейчас же никотин никак не навредит организму девушки, однако она старается не злоупотреблять этим, находя иные способы снять стресс.       Сложившаяся ситуация вынудила прибегнуть к прежним установкам, ведь Рестарик понимала, она на грани. Если бы следователь не остановил её, то ведьма убила бы девушку прямо в здании суда. Обычную девушку, чьё сознание, как казалось Грейс, подверглось влиянию со стороны.       Новая затяжка и новая порция дыма. Сигарета медленно тлела в руках, а долгожданное облегчение так и не наступало. Из здания стали выходить люди, что присутствовали на заседании, стараясь обходить ведьму стороной. Она только усмехнулась на это, делая очередной глоток никотина. Девушка чувствовала, как он распространяется по лёгким, лишь слегка опьяненяет и паром выходит из организма.       А ещё чувствовала, что к ней подходит человек, которого она хотела бы никогда больше не видеть. — Вот мы и встретились вновь, Грейси, — протянул голос, вызывающий отвращение ведьмы. — Признаюсь, я надеялся, что ты уже давно мертва. — Надежды не оправдались у нас обоих, — усмехается девушка, делая ещё одну затяжку. — Не думай, что я оставлю всё так. — Мне никогда не нравилась твоя самоуверенность, Грейси, — Джонатан нарочито выделял имя дочери, прекрасно зная, как она относится к нему. Он играл с ней в опасную игру, правила которой были известны лишь ему. — Считаешь, после этого суда ты сможешь жить спокойно? Уверяю тебя, я доведу начатое до конца. — Прах Господня, меня хотят убить! — наигранно воскликнула ведьма. — Ты не смог это сделать, когда я была ещё подростком. Уверен, что справишься сейчас? — Рестарик посмотрела на него, блеснув фиолетовыми глазами и, не желая более слушать бессмысленные речи отца, потушила сигарету и ушла прочь.

***

      Рестарик заходит в квартиру и, не снимая обувь, направляется на кухню. На одной из дальних полок кухонного шкафчика стояла бутылка не самого дорогого вина Jackson Family Wines, купленное по советам Пеппер. Посчитав, что повод выпить вполне подходящий, ведьма достаёт бутылку и быстро открывает её, параллельно набирая номер Наташи.       Пока раздаются гудки, девушка наливает напиток в бокал, после чего слегка раскручивает и отставляет в сторону. Послышался голос шпионки, поприветствовавший Грейс, и Рестарик тут же начинает выкладывать всё о произошедшем. — Его оправдали, Нат! — девушка сняла жакет и расстегнула несколько пуговиц рубашки. — Поверить не могу, как этого бездушного монстра могли оправдать! — она активно жестикулировала руками, не скрывая своего недовольства ситуацией.       В следующую секунду ведьма опустошила бокал, но сразу поморщилась от отвратительного вкуса вина. Бокал отодвигается в сторону, и теперь девушка полностью сконцентрирована на словах Наташи. — Подожди, — начала шпионка, надеясь прояснить детали. Рестарик писала ей о суде, но, за не имением времени, избегала подробностей, и сейчас это только мешало. — Кто вообще подал в суд? — Старк, — Грейс устало вздохнула и вышла с кухни, желая наконец снять удушающий её костюм. — Он хотел помочь, но всё обернулось иначе.       За время отсутствия рыжей в Нью-Йорке Старк был первым, кто посетил её квартиру. От этого все вещи были покрыты небольшим слоем пыли, что оседала на них все эти дни. Сил на уборку не было, хоть девушка никогда и не пренебрегала этим, сейчас она находила данное занятие бесполезным. В квартире был Зимний солдат, а щупальца Гидры ещё орудуют в мире, и они были бы только рады заполучить столь ценное оружие, как Грейс. Хоть поездка в Румынию была рассчитана не только на отдых девушки, но и на снятие возможного хвоста, оставаться в этом доме всё ещё опасно.       Однако на долю ведьмы и так выпало достаточно проблем, тревожащих куда больше террористической организации, агентов которой она могла обезвредить и без магии. Так что Гидра — последнее, что волновало Рестарик. По крайней мере в данный момент.       Кроссовки сброшены, брюки, как и рубашка, оказываются на полу, и рыжая остаётся в одном белье, всё также слушая Романофф. — Не думаю, что Старк скупился на следователя, — размышляла шпионка, — один из верхушки списка лучших в стране, не меньше. Такой смог бы доказать невиновность Рамиреса , а уж разрешить дело, где все ответы уже на поверхности, подавно.       Ведьма думала над словами Наташи, смотря на вещи в шкафу. Она взяла синие джинсы и попавшийся под руку чёрный топ и начала переодеваться, когда Романофф услышала в ответ размышления знакомой. — Уверена, адвокат отца необычный человек. Ведьмак? Может, что-то схожее, — озвучивала она мысли на свой же вопрос, застёгивая джинсы. — Это противоречит его убеждениям, однако другого варианта я не вижу. Возможно, отец решил играть против меня моим же оружием. — И тебе, конечно же, нужно выяснить наверняка? — усмехнулась Нат, зная, что нужно. Иначе это не была бы Грейс Рестарик. — Тебя успокоит, если я скажу «нет»? — оценила колкость русской девушка и сразу же перевела тему. — Впрочем, с этим я смогу разобраться и сама. Как ты, Нат? — Жить можно. Сейчас разбираю почту с квартиры в Будапеште.       Наташа вновь перебирала конверты и небольшие посылки со старой квартиры, в очередной раз обращая внимание на ранее вскрытую ею посылку. Внутри были лишь старые фотографии двух сестёр и свёрток, что так беспокоил девушку. Она придвинула странную вещь к себе и вытащила фото, глупо и, кажется, так по-детски, как и на тех кадрах, улыбаясь. — Её разбирают, а не просто выкидывают в мусор? — наигранно удивилась Рестарик, попытавшись разрядить обстановку. — И что же там?       Девушка всё так же стояла у зеркала, собирая волосы в высокий хвост, оставляя отросшую чёлку по бокам. Что-то было не так во внешности рыжей, и она поняла это только через несколько секунд. Стоило ей приблизиться к зеркалу, брови сдвинулись к переносице, а ответ на появившийся вопрос уже не требовался. Чуть заметная сеть капилляров под глазами, светящаяся слабым фиолетовым. Медленно странное явление распространялось под кожей, становясь ярче, но стоило ведьме прикоснуться к нему кончиками пальцев, как оно исчезло, не оставив и следа. — Ничего особенного, — вывел из мыслей голос Романофф, полностью обращая внимание на собеседницу.       Наоборот. Очень даже особенное.       Чёрная вдова раскрыла непонятный свёрток и вздохнула сквозь зубы. В её руках оказались колбы с ярко-красным порошком, предназначенным для других вдов — таких же девочек, как она и её сестра, подвергнувшихся испытаниям Красной комнаты. Вот только для Романофф сейчас это был просто порошок, не более, отправить который мог лишь один человек. — Нат, — настойчиво протянула Рестарик. Молчание девушки затянулось, почти крича: «не всё в порядке». — Чем меньше ты знаешь, тем безопаснее твоё положение, Грейс, — строго заметила Наташа, вынудив ведьму согласиться. — Разумно, — она снова прошла на кухню и взяла бокал недопитого вина в руку. — Наверное, мне не стоило звонить тебе. — Я рада, что ты позвонила, — шпионка тепло улыбнулась, зная, что её собеседница почувствовала это, — не знаю, когда сама вышла бы на связь. Правда, после мне придётся опять поменять Sim-карту, — она непринуждённо пожала плечами, ведь такие действия уже давно стали привычными. — Ты связывалась с Роджерсом или Барнсом? Что у вас с ним?       Рестарик поперхнулась вином от столь неожиданного вопроса. Она ожидала, что Романофф спросит о чём-то подобном, но не сейчас и не так прямо. — Нет никаких «нас». И не будет, Нат, — резко ответила ведьма, в очередной раз обманывая саму себя.       Девушка и сама не желала знать овета на этот вопрос. Казалось бы, всё просто: есть Джеймс, есть она, и связывает их только прошлое в Гидре. Но почему тогда при упоминании о Барнсе сердце замирает, с трепетом слушая и внимая каждому слову? Тогда, всё становилось ещё проще — любовь в самом явном её проявлении. Только и любовью Рестарик не могла это назвать. Или же не хотела.       Сейчас она старалась не думать о Баки, но ей упорно продолжали напоминать о нём. Ведьма не хотела разбираться с этим одна, ведь любые отношения — это работа двух людей, не так ли? Это и служило ей оправданием на то, что многие вопросы так и остались без ответа. Как, например, и следующий вопрос шпионки. — Раз так, почему ты вновь помогла ему? — с лёгкой издёвкой в голосе Нат подняла бровь и облокотилась на спинку дивана. — А почему ты помогла мне? — повторила интонацию собеседницы Грейс.       Она никогда не понимала, почему агент Щ.И.Т.а решила спасти её, а не убить, как и сама Наташа не понимала желание ведьмы помочь Барнсу. А ведь ответ на оба вопроса заключался в самих девушках, в их человечности. Они видели, что, возможно, были единственным шансом на нормальную жизнь для другого, и воспользовались им.       Никакого иначе и быть не могло.       Телефон Рестарик завибрировал, заставив девушку посмотреть на его экран. Заметив фотографию миллиардера и подпись «Старк», рыжая смутилась и прервала Романофф. — Кости Христа, вторая линия, — голосом полным сожаления сказала ведьма, затем быстро добавила: — Если понадобится помощь — только скажи где, я приеду. — Я знаю, — тихо ответила Наташа, улыбаясь одними кончиками губ. — Когда будешь разбираться со всем, прошу, Грейс, не делай ничего незаконного. — Не могу обещать, — мягко усмехнулась Рестарик и невольно поправила чёлку. — Береги себя, Нат. — И ты.       Грейс не услышала слов Романофф, ведь сбросила раньше, отвечая на звонок Старка. Это был второй звонок подряд, и ведьме оставалось лишь догадываться, что могло понадобиться мужчине настолько срочно. — Тони? — протянула она, услышав тишину на другом конце. — Мисс Рестарик, — раздался приятный голос Пятницы, вызвав новую волну вопросов в голове ведьмы, — мистер Старк указал ваш номер как экстренный. Он просит вас приехать как можно быстрее. Нужна ваша помощь. Состояние мистера Старка критическое.       По спине девушки пробежала толпа мурашек, а внутри появилось липкое чувство страха. Тони доверился ей — человеку, которого не знал ещё месяц назад. Это пугало, ведь Рестарик всегда ставила в приоритет свою жизнь, не заботясь о других. Пока не спасла Джеймса из-под пуль на одном из зданий, а потом помогала ему снова и снова.       Теперь Старк. Ведьма не знала почему это происходит из раза в раз, просто не могла объяснить, но сейчас она, не думая ни секунды, направилась к Тони, кинув напоследок искусственному интеллекту: — Пятница, уже выезжаю.

***

      Башня Старка, пожалуй, самая знаменитая высотка в Нью-Йорке. Абсолютно каждый житель города знает, что именно там подписываются контракты на миллиарды долларов, осуществляется и рушатся мечты. Уже на первом этаже, казалось, находилась добрая часть населения штата: лучшая охрана, администраторы с идеальными улыбками, офисные работники, бегающие по всему зданию, студенты, собирающиеся или уже стажирующиеся здесь, готовые на всё, лишь бы заполучить должность в Stark Industries. Все давно привыкли к такому темпу работы каждый день.       Но, поднимаясь выше, людей становится всё меньше и меньше: почти все сидят по своим кабинетам, а последний этаж так и вовсе принадлежал Мстителям. Сейчас, когда база команды находится на окраине Нью-Йорка, здесь появляются лишь Тони и Пеппер.       Расположение помещений на этом этаже заметно отличается от предыдущих хотя бы тем, что помимо рабочих мест, до сих пор присутствуют несколько вполне пригодных для жизни комнат, а, выйдя из лифта, ты сразу попадёшь в просторную гостиную с видом на весь город и личной коллекцией алкоголя Тони Старка. Попасть на этот этаж можно, имея особый пропуск, также дающий право посещения всех лабораторий Башни, но если бы кому-то случайно удалось попасть сюда сейчас, то он, несомненно, ещё из лифта услышал возмущённые женские крики. — Энтони Эдвард Старк, я не буду использовать магию, чтобы избавить тебя от похмелья! — возмущалась девушка, даже не стараясь сохранять спокойствие. — Тогда зачем тебе вообще магия? — недовольно заметил Тони.       Рестарик подошла к барной стойке и облокотилась на неё руками, оставив виновника её негодования позади. Старк же расположился на диване, устало прикрыв глаза и массируя виски. Озвученная в самом начале разговора просьба говорить тише была проигнорирована, что отразилось не самыми приятным образом.       А ведьма просто не могла иначе. Та самая точка контроля была пройдена ещё в зале суда, и просьба Пятницы приехать в Башню Старка стала последней каплей. Теперь эмоции девушки лились через край, а вместе с ними и её энергия, отдавая фиолетовой дымкой, образовавшейся вокруг. — Уж точно не для этого, — со злостью прошипела она. — Ты буквально выдернул меня с другого конца города, так ещё и втянул в это Пятницу!       Грейс разворачивается на своего собеседника, и теперь он может увидеть то, что хотел: зелёная радужка сменилась на ярко-фиолетовую, какими стали и вены на руках, неестественный цвет которых слишком выделялся на бледной коже, ногти с силой вжимались в ладони, оставляя кровавые следы, которые девушка даже не замечала. Организм Рестарик счёл неконтролируемую агрессию как способ защититься и начал отрабатывать программу «обеспечение безопасности».       Девушке было не до этого. Она потеряла контроль над своими действиями и даже не заметила, как в два шага преодолела расстояние между ней и Старком. Всего через мгновение Тони стал задыхаться от одного взгляда Рестарик, но даже не думал предпринимать попытки освободиться. Жертвой ситуации стал не только кузен ведьмы, но и пара бутылок виски, с треском разлетевшихся на осколки. — Я не собираюсь прибегать к тебе по первому зову, чтобы развлечь магией, — отрезала Грейс, не отводя глаз.       Внезапно тело ведьмы пронизывает острая боль, насильно заставляя отвлечься от Старка. Мужчина опустился на своё прежнее место и пытался отдышаться, а девушка осела на пол, ещё стараясь сдерживать крик, рвущийся из груди. Боль не отступала, но усиливалась с каждой секундой. Рестарик чувствовала, словно её кости ломали и выворачивали, а органы потрошили, могильный холод проходился по коже, проникая в ткани и клетки организма. Всё, что она могла позволить себе — сжатые до скрипа зубы и слёзы, стекающие неровными дорожками по щекам. И не единого звука. Данный урок был усвоен ещё до Гидры, и нарушить его девушка не смела до сих пор.       Ведьма не знает, как долго она находилась в этом состоянии, и сколько бы ещё продлилось это безумие, если бы Тони не вколол ей что-то, от чего сразу стало легче. Девушка слышала голоса людей, находившихся на первом этаже, но после той боли они казались лишь небольшим шумом, навязчивым жужжанием и только. Она привыкла к ним.       С помощью Старка Рестарик поднялась с пола на кожаный диван, а спустя минуту мужчина принёс ей стакан воды, что был опустошён за несколько глотков. — Я… чт… что это? — только и удалось прошептать ей. Воздуха будто не хватало, лёгкие сдавливало, каждый новый вдох обжигал, говорить было трудно.       Зелёные глаза с мольбой смотрели на Тони, надеясь услышать разумное объяснение происходящему. Но тут же закончивший своё маленькое представление мужчина отвернулся от девушки и стал что-то печатать. У него было предположение такой реакции Рестарик, но разумным его отнюдь нельзя назвать.       Перед Грейс появилась голограмма тела человека с непонятными ей символами и заметками. Девушка пыталась разобрать изображение, но тщетно, снова уповая на помощь Тони. Мужчина сделал глубокий вдох, явно понимая, разговор предстоит не из лёгких. — Каждый раз, как ты входила в здание, — медленно начал он и повернулся лицом к Рестарик, — Пятница сканировала твоё тело и отправляла данные мне. За всё время у меня сложилось вот это, — мужчина показал рукой на высветившуюся голограмму. — Для этого я и позвал тебя.       Старк прошёл к бару, избегая осколков стекла, достал стакан и плеснул в него виски. В это время ведьма пристально следила за изменениями в показаниях сканирования, рассматривая его со всех сторон. На разных участках тела появлялись яркие краски, что переливались разными цветами, точно это была диаграмма её ауры, а после на их месте вспыхивали красные пятна. Девушка до сих пор не понимала происходящего, оттого настойчиво ждала дальнейшего объяснения Тони. Он сел напротив неё и ещё с минуту пытался подобрать правильные слова, однако не смог и быстро выпалил: — Ты умираешь, Грейс, — Старк поднял глаза на собеседницу, дабы увидеть её подлинную реакцию. — Что? — тихо ответила она.       Ведьма смутилась словам Тони. Она не верила этому, и первой реакцией стал смех. Истеричный, неуместный и слишком фальшивый смех. Девушка нервно кусала губы, мотала головой и пыталась успокоиться, тяжело дыша. Старк попытался взять Грейс за руку, но та лишь отдёрнула её и стеклянными глазами смотрела на него. — Этого… этого не может быть, — повторяла ведьма, судорожно перебирая кольца в руках. — Моя регенерация сильнее чем у любого суперсолдата. Я не могу умирать.       И пусть в голосе девушки слышалась уверенность, в её взгляде читался страх, словно ей самой нужно было подтверждение озвученных слов. Она делала всё, чтобы выглядеть сильной, точно то, что показал Тони, никак не повлияло на неё. Но это было далеко не так. Несмотря на все ужасы, что происходили с Грейс, она любила жизнь. Любила это окрыляющее чувство свободы. Любила чувствовать, что может сама распоряжаться своей жизнью. И девушка не намерена так просто смириться с тем, что не сегодня-завтра может умереть. Она — боец, и, если ей каждый раз приходится бороться за свою жизнь, она будет. — Это так, — вывел ведьму из своих мыслей непривычно серьёзный голос Старка. — Твой организм медленно убивает сам себя после каждого использования магии.       Вот эта грань между отчаянием и надеждой. Грань, которую так боялась пересечь ведьма. Всегда ей удавалось находить выход даже на первый взгляд в безвыходной ситуации. И, она уверена, этот раз не будет исключением. — Ты можешь что-то сделать? — неестественно спокойным тоном спросила Рестарик, мысленно перебирая возможные варианты решения этой проблемы. — Не думаю, — слова Тони заставили усмехнуться Грейс. Конечно, всё не могло быть так просто. — Мы не смогли выявить причину, а без неё все усилия бесполезны, — продолжил мужчина. — Как ты и сказала, твоя регенерация лучше чем у любого суперсолдата, а значит, все системы и органы работают исправно.       Следующие пять минут они просидели в оглушающей тишине. Каждый думал о своём, пытался найти способ всё изменить, но безуспешно. Это угнетало ещё больше. Девушка встала и собиралась уйти, как внезапно остановилась и развернулась, чем привлекла внимание Тони. Затем послышался сдавленный смех и осторожный вопрос. — Это связано с магией, так? — дождавшись кроткого кивка и непонимающего взгляда мужчины, ведьма усмехнулась, словно то, что она собиралась сказать — до боли глупо. — Есть у меня одна идея. Только не смейся и выслушай.       Старк всё ещё не понимал, что хотела предложить Рестарик, но согласился на её условия. Всё же, ему было не плевать на кузину. Пусть о её существовании стало известно не так давно, но она всё же единственный оставшийся в живых родственник, и потерять ещё и ведьму Тони не хотел. И если бы Мария Старк была жива, то, несомненно, поддержала его в этом решении.       Рестарик села напротив Тони и, до сих пор не веря в то, о чём она собралась говорить, начала свой рассказ. — В детстве мама рассказывала об африканской стране Ваканда, — от упоминания мамы губы ведьмы растянулись в улыбке. — Она говорила, что это место, где живут самые добрые люди; им не важен твой цвет кожи, национальность или вероисповедание. «Ты пришёл с миром в Ваканду, — повторяла она, — значит, получишь в ответ добро. Но если осмелишься прийти с мечом, то и ответом тебе будет лишь кровь.» Много веков назад там жила ведьма — Эмили Харрис, которая помогала каждому, кто попросит о помощи. По легенде, свои силы она получила от Богов в качестве благодарности за свою доброту. Но были те, кто считал, что простая девушка не достойна обладать такой силой. Другие ведьмы нашли её и убили, однако Эмили успела сотворить последнее заклинание и передать свои силы. После этого Ваканда и стала закрытой от всего мира страной, — Рестарик замолчала, но уже через несколько секунд продолжила вновь: — Никто не знал, кому ведьма передала свои силы, а уже через несколько веков большинство забыли про неё. Не знаю почему, но мама считала, что именно я стала преемницей её сил. Помню, как смеялась в ответ, называя это очередной детской сказкой, — уже на следующих словах с лица ведьмы пропала улыбка. — Затем я выросла и попала в Гидру, которая, как я считала до сих пор, и была источником моих сил. После, совершенно случайно узнала, что Ваканда правда существует, — она усмехнулась снова и посмотрела на Тони, что всё это время внимательно слушал её. — Теперь вот это. Слишком много совпадений, не думаешь?       Рестарик смотрела на Старка, ожидая увидеть его реакцию. На её удивление, мужчина не воспринял этот рассказ как что-то ненормальное, наоборот отнёсся вполне серьёзно. В мире, где на город нападают инопланетные создания, ты бьёшься рука об руку с Богами и суперсолдатами, а твоя кузина ведьма, которая в свои сорок шесть выглядит моложе первокурсниц, ожившие детские легенды должны быть явлением вполне обычным.       Мужчина поднялся с места, избегая пристального взгляда ведьмы, и прошёл к чудом уцелевшему окну. Задумчивым взглядом он оглядел Нью-Йорк, вид на который открывался с последнего этажа Башни. Серые высотки и толпы спешащих куда-то людей точно помогали Старку всё взвесить и обдумать, хотя в глубине души понимал: девушка уже всё решила. Ей не нужно его одобрение, но с ним было бы гораздо легче. — И ты хочешь проверить, правда ли это? — не оборачиваясь, спросил Тони.       Ответом ему последовал решительный взгляд Грейс. В момент стало ясно — девушка не отступится. Возможно, именно эта совершенно безрассудная идея послужит спасением для Рестарик, и поэтому она будет держаться за неё, как за свой последний шанс. Ведь это и есть её последний шанс. — Что ж, — выдохнул Старк, оставшись спиной к собеседнице, — я могу связаться с Т’Чаллой и найти джет, только скажи, когда отправляемся… — Стой, Тони, — перебила ведьма и подошла к мужчине. — Я очень благодарна, что ты вызвался помочь, но это мои проблемы, и решать их мне.       Девушка всю жизнь привыкла справляться сама, никогда не понимая таких людей, как Тони и Наташа, готовых прийти на помощь незнакомому человеку. Она считала, что одной всегда проще — ты несёшь ответственность только за свою жизнь и платишь лишь за свои действия. Может показаться, что у неё проблемы с доверием. С одной стороны, так и есть. Ведьма доверяла Джеймсу, что обернулось событиями Сибири. А довериться вновь, даже тому, кто проявил себя с лучшей стороны, она не готова.       На её удачу, Тони понял, что спорить с кузиной бессмысленно, отчего не стал настаивать на своём, но выдвинул требование: — Так уж и быть, — наконец, он посмотрел на неё, намереваясь убедиться, что Рестарик не сорвёт. — Будь на связи, бестия. — Хорошо, — ответила она серьёзно, но тут же добавила, усмехнувшись, — мамочка.

***

      Стоило ведьме выйти из здания Stark Industries, она сразу достала телефон и набрал номер, который нашла в памяти Старка. Гудки казались бесконечными, они словно отсчитывали оставшееся время девушки. И вот на другом конце раздаётся уже знакомый голос, приветствующий её, а Рестарик отвечает с привычным ей вызовом в голосе. — Скучал по мне, Капитан?