Шрам через всю Землю

Багра была впечатлена целительницей, а такое случалось ох как нечасто! За все свои долгие годы женщина не видела никого столь же могущественного. Эта удивительная девушка могла исцелять серьёзные раны на большом расстоянии, что удавалось очень немногим. Это было просто невероятно! Особенно для такой молодой, как она. Как же её имя? Люси? Люсиль? Что-то вроде того. Их представляли друг другу, но Багра, конечно же, никогда не тратила силы на то, чтобы запоминать имена всех смертных, с которыми якшается её сын. Похоже, он не следовал материнской философии. Не раз искал общества целительницы. Его взгляд задерживался в тех местах и настолько долго, в каких и насколько точно не должен был. В конце концов дошло до того, что Багре пришлось хлопнуть сына по затылку, чтобы наконец оторвать его взгляд от девушки. — Ауч, — произнёс Александр. — Она смертная, — напомнила ему Багра. — И здесь только для того, чтобы согреть твою постель, и ничего больше. Не вздумай привязываться к ней! — Я не понимаю, о чем ты, — сказал Александр, но у него никогда бы не получилось солгать своей матери. — Я всё прекрасно вижу, — раздражённо сказала Багра. — Может, я и не такая сильная, какой была когда-то, но уж точно не слепая. Проведи с ней ночь, если хочешь, но потом вышвырни вон! Не влюбляйся в неё, ты меня понимаешь?! Эту целительницу можно будет использовать против тебя, и я не удивлюсь, если именно ты станешь причиной её смерти! Вожделения делает тебя слабым, пойми же! — Я лишь восхищаюсь её мастерством, ты же знаешь, такой, как она, ещё не было, — выдал Александр, будто совсем не слыша мать. — Исцеление с такого расстояния? Ранение всего лишь должно быть в поле её зрения, и она в состоянии его исцелить! Потрясающе! — Мать снова дала сыну пощёчину. — Не забывай, кто ты, Заклинатель теней, — медленно, смотря ему в глаза, произнесла Багра. Челюсть её сына крепко сжалась, и он быстрее зашагал прочь. Через две недели старая ведьма увидела, как Александр с целительницей держатся за руки. Девушка смотрела на него с невероятной любовью и преданностью, и, к неудовольствию Багры, её сын смотрел на неё так же. Он видел в ней равную, относился как к равной, и они теперь уже никогда не расставались. Дураки! … — Скорбящий дурак не чувствует, что в ней осталась жизнь, — протянула Багра, глядя на Люду сверху вниз. Все уходят. И ей пора. Людмила определенно была самой могущественной целительницей, которую Багра встречала за свои немалые годы. Её сын, очевидно, не знал, что целители, тем более такие сильные, как эта девушка, умирают в разы медленнее, чем любые другие люди или Гриши. Их тело ещё долгое время пытается исцелиться даже от смертельного ранения. — Какая пустая трата таланта. Единственное её преступление — любовь моего безрассудного мальчика. — Она жива? — спросила Проливная, тоже явно ничего не понимая. — Едва ли, — ответила Багра. — Портной ей не поможет. Она уже слишком далеко. . — Женщина помнила, как отец вернул её сестру к жизни, но он был намного сильнее. В разы. И все же она попытается. Закрыв глаза, Багра положила руки девушке на грудь. Она чувствовала, как сила проходит через все её тело… Её и девушку начало трясти. Ещё миг и… Люда ахнула и открыла глаза. Они были иссиня чёрными, как и тени, что сейчас струились по её телу. Через пару секунд веки снова закрылись, но теперь она дышала. И нет, Багра не обладала силой своего отца. Она изучала лишь Малую науку и не сталкивалась с магией. Этого было недостаточно, чтобы полностью излечить раны девушки, но точно хватило, чтобы сохранить ей жизнь. — Как ты это… — с благоговейным трепетом начала Проливная. — Она жива, — оборвала её Багра. — Но только мои тени удерживают её от смерти. Пока не появится достаточно мощный усилитель, она останется такой. Спящей. Как принцесса из сказки. Багра прекрасно понимала, что задумал её сын. Что-то тёмное и, конечно, опасное. Может наступить время, когда Багре нужно будет как-то контролировать его. С живой Людой это станет возможным. Она сохранит девушку в живых, пока та ей не понадобится. Она помахал рукой мужчине, который в срочном порядке выводил всех Гришей из убежища: — Забери её с остальными! — Мужчина, кажется Шквальный, схватил Люду и побежал, как и другие дураки, спасая свою жизнь. Я кое-что приготовил... Кое-что приготовил... Кое-что… Александр говорил точно как и её отец. Это Багру и напугало. Морозов кое-что сделал «правильно». Сделал живой мишенью всю свою семью. Передал свое невероятное упрямство дочери и внуку. Разрушил жизни их всех в стремлении к власти. Только для того, чтобы быть сброшенным со скалы вместе с дочерью, которую он спас. Багре следовало сжечь эти дневники. Так. Ей нужно проведать девушку. Убедиться, что она все ещё жива. Багра знала, целительница точно понадобится, как, наверное, единственный рычаг давления на Александра. Женщина попыталась встать, но не смогла. Слабость, возникшая из-за контакта с мерзостью, наконец дала о себе знать. Она осмотрелась и увидела палку, лежащую в нескольких метрах от неё. Багра с трудом сумела добраться до будущей трости и встала. Черт! Опираясь на палку, она точно знала, что уже не сможет ходить без неё…