Истории любви и лабиринты лжи

Вернувшись домой, Шерлок сунул диск в ноутбук Джона и сосредоточился на экране, заставляя свой мозг отключиться от внешних раздражителей. Фильм оказался мелодрамой с большим количеством клише и дурацких моментов, которые гарантированно заставили бы многих женщин рыдать в три ручья. Однако основная идея сюжета Шерлоку была понятна — парень встречает девушку, они влюбляются, а в конце главная героиня умирает от ужасной болезни. Что же Мориарти хотел ему этим сказать? Неужели Молли погибнет, заразившись каким-нибудь вирусом? Возможно, ей уже ввели яд, который нельзя обнаружить простыми лабораторными методами? Однако при чем здесь любовь? Шерлок не любил Молли, и, не в обиду ей будет сказано, он не собирался влюбляться в нее. Она оказалась умнее и сообразительнее, чем Холмс предполагал, и, помимо этого, обладала множеством хороших качеств, но Шерлоку никогда не была интересна любовь. Так к чему же тогда этот фильм, песня и такое пристальное внимание к Молли? Когда зазвонил телефон, Шерлок уже был готов к разговору. — Ты стал сентиментальным к старости? Слезливые фильмы, поп-музыка восьмидесятых... Что дальше? Мне предстоит узнать, что ты плачешь над рекламными роликами? — Чудесно, не правда ли? — жизнерадостно спросил Мориарти, игнорируя его слова. — Я всегда говорил, что нет ничего лучше старой доброй истории любви! — Ты так не говоришь. — Ладно, может и нет, но сейчас захотелось сделать исключение из правил. — Что за игру ты ведешь? — прошептал Шерлок. — Ты же знаешь — любовь меня не интересует. И зачем ради этого заражать Молли какой-то болезнью? Если тебе так сильно хочется избавиться от меня, то просто приди и убей. Последовала пауза. — Ты бы сделал это, Шерлок? Ты бы отдал свою жизнь за Молли? Холмс тяжело сглотнул, но нисколько не колебался, прежде чем ответить: — Да. — Это очень мило. Однако ты все неправильно понял, дорогой. Я делаю тебе одолжение. — Одолжение? Ты о чем вообще? — недоверчиво спросил Шерлок. — Я даю тебе возможность ощутить любовь. Ты ведь никогда не испытывал ее, а теперь… можешь попытаться открыться этому чувству и принять его, Шерлок. — Только вот у меня совсем нет на это времени, пока ты хочешь убить Молли каким-то биологическим оружием, а меня, в свою очередь, заставляешь участвовать в твоей садисткой игре. Мориарти вздохнул. — Ты так ничего и не понял. Ладно, тогда давай перейдем к двум следующим заданиям. — Слушаю. — Первое: сегодня вечером ты опять отправишься в больницу, чтобы навестить Молли, но на этот раз принесешь ей цветы. Когда она спросит, к чему все это, веди себя непринужденно, будто все так и должно быть, а если Молли станет настаивать на правдивом ответе, будь уклончив и очарователен. Ты должен смутить ее и заставить заинтересоваться... Ну знаешь, всеми этими ванильными намеками. — Нужны какие-то особые цветы? — спросил Шерлок. — Выбирай на свое усмотрение. Твоя задача — сделать этот визит более таинственным. Однако, когда соберешься уходить, сделай все так же, как и в прошлый раз: сядь на кровать, возьми ее за руку и поцелуй в щеку. Ты должен выглядеть расстроенным, ну настолько, насколько сможешь изобразить это. Остался еще один день, и ее выпишут, а затем… будет очень весело. — А второе задание? — Сегодня вечером посмотри два фильма: «Ромео и Джульетту», любую версию, которая тебе приглянется, и «Опасные связи». Шерлок поджал губы. — Это все вызовет много подозрений, не только со стороны Молли, но и Джона. — Да. Забавно, не правда ли? Я говорил, чтобы ты придумал правдоподобную причину своим поступкам. Например, скажи, что проводишь исследования… Боже, неужели мне нужно все за тебя делать? Я думал, ты умнее этого. — Я просто не хочу, чтобы в какой-то момент половина Лондона взлетела на воздух, — в свою защиту сказал Шерлок. — Не волнуйся. Если ты переступишь черту, я дам тебе одно предупреждение. Всего одно. Ну а если ты сделаешь это намеренно, то ты знаешь, что за этим последует. — Знаю. — Ладно, тебе стоит купить чего-нибудь сладенького для просмотра фильма, например, немного «Сно-кэпс» или шоколадных батончиков… Ты ведь и сам знаешь, что шоколад, особенно темный, увеличивает количество химических веществ, которые поднимают настроение и заставляют чувствовать себя счастливее, а это может помочь тебе, — голос Мориарти перешел на шепот. — Помочь мне с чем? — с опаской спросил Шерлок. — Упс! Я чуть не проболтался, — рассмеялся Мориарти, но Холмс знал, что каждое его слово было заранее продуманным. — В любом случае это не приказ, а просто предложение. — Я приму это к сведению. — Отлично. Повеселись сегодня вечером и крепко поцелуй от меня Молли. Оу, хотя лучше не надо, а то еще начнешь ревновать. Пока! Шерлок захлопнул телефон и вздохнул.

***

Со стороны выглядело так, словно Молли лежала на больничной койке и смотрела телевизор. На самом же деле она ломала себе мозг, пытаясь понять поведение Шерлока. В некотором смысле он, конечно же, вел себя совершенно нормально — детально расспросил о случившемся, осмотрел спину, без разрешения прикоснулся к ее обнаженной коже. Боже, как же это оказалось приятно. Однако было совершенно не в стиле Шерлока садиться к ней на кровать и брать ее за руку, впрочем... Молли считала, что вся эта история с Мориарти могла повлиять на него, ведь любому человеку будет сложно лгать лучшему другу и инсценировать свою смерть, даже Шерлоку Холмсу. Она заметила, что с тех пор он стал относиться к ней добрее и теперь оскорблял не при каждой встрече, а только через раз. Неужели случилось невозможное, и Шерлок стал более... нормальным? Или он что-то проверял на ней? Все-таки логично было предположить, что в таком случае он мог начать с небезразличных для него людей, а Молли действительно чувствовала, что Холмс заботился о ней. Самую малость. Ее душевные метания оказались прерваны Шерлоком, который распахнул дверь палаты и ворвался внутрь. — Молли, — поприветствовал он ее. — Ты выглядишь намного лучше. — Оу, спасибо. Я уже иду на поправку, — сказала она и замерла, когда поняла, что Шерлок держал в руке. Цветы. Точнее, вазу с розовыми и персиковыми розами. Он тут же проследил за ее взглядом и, ставя свою ношу на ближайшую тумбочку, сказал: — Я подумал, что было бы неплохо придать красок твоей палате. Такая белизна и стерильность должны плохо влиять на глаза, не так ли? — Э-э, да, наверное, — произнесла Молли, внезапно почувствовав легкое головокружение. — Цветы очень... красивые. Спасибо. Он коротко улыбнулся и опустился на стул возле ее кровати. — Ты уже добился какого-нибудь прогресса в поисках Мориарти? — Нет. Пока что мне не удалось обнаружить и волоска с его головы. — Ну, наверное, осталось еще немного, прежде чем он сделает свой следующий шаг, — сказала Молли. — Надеюсь, ты скоро поймешь, что он замышляет. — Я тоже, — ответил Шерлок. Мгновение уютного молчания, повисшего между ними, прошло слишком быстро, потому что Молли не смогла удержаться и все испортила. — Почему ты принес мне цветы, Шерлок? Он моргнул. — Я же сказал, что хотел придать красок твоей палате. К тому же разве люди обычно не приносят цветы, когда навещают кого-то в больнице? — Да, но... — Но что? — Ты не «люди». Ты — Шерлок Холмс. — Значит, я не могу сделать что-нибудь приятное для своего друга? — Просто это не похоже на… Подожди-ка, ты только что назвал меня своим другом? — Разве ты не мой друг? — Я не знаю, — тихо сказала Молли. — Это ты мне должен сказать. — Я только что это и сделал, — произнес Шерлок, выглядя озадаченным. — Да, точно. Хорошо. Спасибо. Раньше, когда Молли лепетала что-то невнятное, он смотрел на нее с раздражением или, еще хуже, с полнейшей пустотой в глазах, но сейчас он выглядел… обеспокоенным. О боже, неужели Шерлок уже сожалел о том, что назвал ее своим другом? Что, если в любую секунду он был готов… — Что ты смотришь? — спросил Холмс. Молли моргнула. Его вопрос развеял панику, которая поднималась изнутри, заставляя ее взглянуть на экран телевизора. — О, эм-м, это ремейк «Ромео и Джульетты». Знаю, что большинству людей нравится фильм Дзеффирелли, и я ничего против него не имею, но все же предпочитаю именно эту экранизацию, — сказала Молли, почему-то чувствуя себя так, словно призналась Шерлоку в чем-то личном. Однако ее тут же накрыло осознание — какое ему дело до того, какой фильм она предпочитала? Ее мнение о «Ромео и Джульетте» волновало его не больше, чем ее мнение о нем. — Ты не возражаешь, если я посмотрю его вместе с тобой? Молли была вполне уверена, что ее сердце только что выпало из груди прямо на пол. — Ты хочешь посмотреть со мной… фильм? — Да. — Эм... А тебе не надо уйти? — неуверенно спросила она. — Ну там... поискать улики, отсортировать их или сделать еще что-нибудь полезное для дела? Его взгляд оставался непроницаемым. — Я делаю именно то, что должен делать прямо сейчас. — О, ну ладно, давай… Давай посмотрим фильм, — сказала Молли, понимая, что на более развернутый ответ она была не способна. — Отлично, — Шерлок кивнул, подвинул свой стул так, чтобы лучше видеть экран телевизора, и сунул руку в карман своего пальто, прежде чем спросить: — Не хочешь «Милкивэй»?