Истории любви и лабиринты лжи

В такси Шерлок прослушал несколько песен Дюран Дюрана, Мадонны, Каджагугу и близнецов Томпсонов — которых Холмс посчитал очень странными, ведь они не были не только близнецами, но и братьями. Музыка восьмидесятых по большей части казалась такой же, как и любого другого десятилетия — скучной, но не лишенной интересных проблесков. Шерлок удивлялся, почему Молли так нравились эти композиции. Возможно, они ассоциировались у нее с приятными детскими воспоминаниями? Наслаждалась ли Молли тем, как Мадонна пела о том, что она «материальная девушка», или как Каджагугу жаловался на то, что она «слишком застенчива»? Шерлок предположил, что обычные люди находят определенную привлекательность в том, чтобы забивать голову бессмысленной чепухой, ставить мозг на паузу и просто испытывать радость. На самом деле Холмс в какой-то степени был таким же, только вот он предпочитал классическую музыку, а также несколько других подходящих его требованиям композиций. С некоторых пор одной из них он мог назвать песню, которую исполняла Молли. Шерлок не обратил внимания на текст, потому что для него важнее были страсть и сила, стоящие за мелодией, а также ощущение того, как клавиши пианино стали продолжением Молли, и оказалось невозможным отделить музыканта от музыки. Холмс не подозревал, что хоть в чем-то разделяет с Молли похожие взгляды, а потому это знание вызывало в нем бурный искренний отклик. Шерлок нахмурился. Естественно, разумнее всего было бы никогда больше не позволять ей петь или играть для него. Однако стоило взять во внимание тот факт, что Холмс сам хотел этого. Ну, а если он не позволит Молли сделать это, то, скорее всего, получит приказ от Мориарти. Джим как-то говорил своим тихим счастливым голосом, который он использовал слишком часто с тех пор, как началась вся эта вакханалия, что музыка полезна для души. Так что нет. Спасибо. Шерлок скорее сам попросит ее спеть для него, чем окажется вынужденным сделать это по приказу. В его жизни за последнее время и так слишком много было ему неподвластно. Вне его контроля. Вне его контроля? Это сразу же напомнило ему Вальмонта из «Опасных связей». Мориарти засунул эту чушь прямо ему в голову, и Шерлок не мог вычистить свой мозг, пока все это не закончится. Поэтому вся эта ерунда загнаивалась и распространялась по его сознанию, как ядовитый плющ. Прежде чем Шерлок осознал, что сделал, его руки сжались в кулаки. Самым последним дополнением в его чертогах разума был романтический фильм, который Холмс посмотрел сегодня утром. Девушка и парень параллельно друг с другом заключили пари, так что, пока она пыталась вывести его из себя, он терпел все ее выходки и возвращался за добавкой. Затем они узнали о своем взаимном двуличии, поругались, но, осознав, что обоюдно влюблены, отправились к своей долгой и счастливой совместной жизни. Конец. Шерлоку все легче удавалось извлекать из каждого фильма то, чему хотел научить его Мориарти. Например, в этот раз Джим явно собирался донести до него, что Холмсу придется принимать все раздражающие женские выходки Молли. Конечно, он мог бы смириться с видом коробки женских гигиенических товаров — это было простой биологической необходимостью, — но… ради всего Святого, неужели ему придется делить постель с мягкими игрушками? Такси подъехало к дому Молли, и Шерлок велел водителю подождать. Он сделал глубокий вдох. Что ж. То, что Холмс оказался заложником романтики, не означало, что он должен был идти к ее двери, как наказанный пес. Высоко задрав подбородок и выпрямив спину, Шерлок направился к квартире Молли, и именно в этот момент его пронзила высокомерная и абсурдная мысль, что она потерла лампу с Джином и теперь у нее осталось только два желания. Молли услышала звонок в дверь, и ее сердце почти остановилось. Это был он. Это было оно. Свидание с Шерлоком. Она не хотела, чтобы фраза «мечта сбылась» маячила в ее мыслях, но у нее не получалось контролировать свой мозг. Как она могла не думать об этом, если последние два года провела с фантазиями о нем? То, что она боялась даже представлять, вдруг обрушилось на нее, и вот Шерлок здесь. Молли бросила последний торопливый взгляд на себя в зеркало. Темно-зеленый шелковый топ в стиле ампир с короткими рукавами обволакивал тело, создавая сексуальный, но не распутный образ, а черная юбка элегантно струилась прямо до колен. Хупер предпочла балетки каблукам: меньше всего ей хотелось споткнуться и упасть на его глазах. Также Молли нанесла легкий макияж: зеленые тени для век, немного туши и светло-розовой помады — она совсем недавно вычитала, что именно такой оттенок следует использовать людям с тонкими губами. Ее волосы были распущены и ниспадали уложенными локонами на плечи, а образ завершал непринужденный аромат, включающий в себя орхидею, ночной жасмин и сандаловое дерево. Молли считала, что хорошо выглядит, и надеялась, что Шерлок придет к такому же выводу. Однако никто не знал, что на самом деле подумает этот экстраординарный мужчина. Во всяком случае, она считала, что сделала все, что могла. В дверь снова позвонили, и Молли бросилась ко входу, заставляя себя оставаться спокойной, пока открывала замок. О боже. Он был… великолепен. Абсолютно потрясающе великолепен. Почему Шерлок пригласил ее на свидание? Ему нужно было встречаться с какой-нибудь моделью или женщиной, которая выглядела бы более нарядной, чем она… «Нет!» — мысленно приказала себе Молли. Она не станет так себя унижать. Шерлок прекрасно знал, как она выглядит и в худшем состоянии, но пригласил именно ее. Шерлок улыбнулся, и Молли сделала то же самое в ответ. — Привет, — произнесла Молли. Блузка куплена совсем недавно. Юбка не новая, однако лежала в глубине шкафа несколько месяцев. Она подбирала шампунь и кондиционер специально для свидания. Духи приятные, но не броские — Молли явно знает, что я предпочитаю натуральные и мягкие ароматы. Новый оттенок помады, отчего ее рот кажется больше. Зеленые тени отлично контрастируют и дополняют карие глаза. Минимальный макияж подчеркнул внешность, но не скрыл изъяны. Предпочла туфли на плоской подошве каблукам для безопасности — для нее было важнее не показаться глупой передо мной, чем выглядеть сексуально. Больше не чувствует необходимости походить на ту, кем она не является, как это было на Рождество. Безупречно совместила комфорт с желанием выглядеть красиво. Итоговая оценка: Молли выглядит привлекательно, но без несуразных излишеств. Шерлок одобрил ее старания. Теперь ему следовало перевести свой анализ в привычные людям слова, чтобы Молли поняла и оценила. — Ты прекрасно выглядишь, — произнес Холмс, и Хупер слегка покраснела. — Спасибо, — улыбнулась она. Шерлок ступил в квартиру, чтобы помочь ей надеть пальто. — Водитель ждет внизу. Надеюсь, ты проголодалась? — Да, — кивнула Молли. — Я предполагала, что мы будем ужинать. — Неужели? — Семь часов — время обеда, и ты сказал о настоящем свидании, а таковое включает в себя ужин. — Похвально. Ну что, пойдем? — спросил Шерлок, предлагая Молли локоть. — Конечно, — хмыкнув, она взяла его под руку. По дороге в ресторан они поговорили о всяких мелочах. О скором возвращении Молли к работе, о мыслях Шерлока по новому делу, о том, что Джон сегодня тоже отправился на встречу с девушкой. Молли, казалось, была очень рада за Ватсона, что сначала показалось Шерлоку странным, ведь ее настроение не могло зависеть от свидания Джона. Но потом он вспомнил, что это являлось неотъемлемой частью дружбы — заботиться друг о друге. И хотя Шерлок не понимал прелести близких партнерских отношений, они делали Джона счастливым, так что он мог согласиться с тем, что тоже хотел бы, чтобы встреча Ватсона прошла хорошо. Даже если Холмс и думал, что все это было одной большой ошибкой и кучей чепухи в придачу. Джон тоже надеялся, что вечер Шерлока и Молли пройдет хорошо, и Холмс чувствовал, что это не только потому, что Ватсон знал о истинных причинах его поведения. Шерлок вздохнул. У него не было такой роскоши, как выбор. Его свидание с Молли должно получиться идеальным, дабы не случилось чего-то ужасного. На долю секунды Холмсу захотелось донести до Молли, как и до Джона, крупицы правды, которые объясняли бы их близкое взаимодействие, но он тут же отмел эту идею, как слишком опасную. Молли была способна хранить секреты и обводить людей вокруг пальца, но инсценировка его смерти оказалась для нее слишком тяжелым бременем, и Шерлок не мог точно сказать, насколько хорошо она справилась бы, если стала бы непосредственной причиной всего этого. И суть даже не в том, что она почувствовала бы себя виноватой, а в том, что ее бы поверг в уныние тот факт, что Мориарти управлял Шерлоком с ее помощью. К тому же, если бы Джим понял, что что-то не так… невозможно было предсказать точные последствия. И ко всему прочему… Шерлок не хотел причинять Молли боль. Холмс моргнул. Это было… совсем на него не похоже, но чертовски правильно описывало его мысли. Шерлок знал, что, как только он остановит Мориарти, на него обрушится громадная проблема — Молли будет, как и сказали Лестрейд с Джоном, опустошена. На самом деле, Холмс не знал, переживет ли их дружба такое потрясение. И прямо здесь и сейчас, глядя на то, насколько Молли была безгранично счастлива просто находиться рядом с ним, с человеком, который долгое время ужасно вел себя по отношению к ней, который пользовался ее влечением к нему ради своих целей, который втянул ее в запутанный план по спасению своей жизни, который попросил ее присмотреть за Джоном и плакать, пока Молли знала, что он жив… И Шерлок просто… не мог. Не мог причинить ей боль. Глядя на нее именно в это мгновение, Шерлок пожалел, что не мог влюбиться в Молли, осчастливить ее и позволить сделать то же самое в ответ. Он даже представил их собственную версию счастья. Они работали бы бок о бок в лаборатории, обсуждая результаты вскрытия и мотивы убийства за чашкой кофе в столовой Бартса, Молли бы больше не заикалась и не лепетала бы что-то невпопад. Их пальцы соприкасались бы, когда они оба тянулись к одной и той же чашке Петри… — Шерлок? Холмс испуганно взглянул на Молли, потрясенный тем, какой оборот приняли его рассуждения. Неужели это были его собственные мысли о ней? Нет. Это все Мориарти, его проклятые фильмы и коварный заговор. Шерлок ни разу в жизни не думал о таком, а Мориарти знал, как все устроено в его голове, и мастерски управлял путами ядовитого плюща, заставляя их душить Холмса. — Извини, — он слабо улыбнулся. — С тобой все в порядке? — Да, прекрасно. — Если ты… ты…— Молли вдруг замолчала. — Я что? — Если ты передумал… Холмс нахмурился. — Что? Нет. Почему ты так думаешь? — Ты… всего на мгновение показался мне… грустным и каким-то потерянным. — Потерянным, — эхом повторил Шерлок. — Да. Как будто ты не знал, зачем здесь и что делаешь. Молли смотрела на него тем самым испытующим, обеспокоенным взглядом, как в тот день в Бартсе. «Ты в порядке? И не говори, что это так, потому что я знаю, каково это — выглядеть грустным, когда думаешь, что тебя никто не видит». Шерлок глубоко вздохнул. — Я… Молли… Я просто никогда не делал этого раньше. Ее глаза расширились. — Что, ты никогда… — Нет, — сказал Холмс мягко. — Оу. Молли обдумывала это несколько секунд, прежде чем ее лицо просветлело. Она улыбнулась. — Итак… Ты пригласил меня на свое первое настоящее свидание. Даже нет, не так. На самое первое свидание. — Да. Молли выглядела так, словно вот-вот лопнет от радости. Это оказалось не трудно понять, так как подразумевало непревзойденную значимость и важность. Она восприняла бы любую неловкость, возникшую в ту ночь, за его нервозность. Эти слова были правильными, а еще являлись сущей правдой. Однако Шерлок не ожидал, что Молли наклонится и поцелует его в щеку. — Спасибо. — За что? — Просто… за то, что дал чему-то между нами шанс. За то, что ты — это ты, — сказала она с улыбкой. Искренность и счастье в ее глазах заставили Шерлока почувствовать себя испорченным. И именно тогда Холмс понял — что бы ни случилось, он предпримет искреннюю, честную попытку подарить Молли идеальное свидание, чтобы, когда все это закончилось, он мог поклясться своей жизнью, что это было по-настоящему. Шерлок не мог дать ей многого, но одну вещь, одно маленькое чудо он собирался сделать для Молли Хупер, потому что она этого заслуживала. Холмс вернул ей улыбку, обнаружив, что теперь, когда он принял это решение, больше не чувствовал себя таким виноватым. — Спасибо, Молли, — тихо сказал Шерлок. Хупер немного склонила голову. — За что? Он слегка покачал головой, все еще улыбаясь. — За то, что ты — это ты. Молли взволнованно пискнула, когда они остановились перед рестораном. — О! Я всегда хотела сюда попасть! — радостно воскликнула Хупер и посмотрела на Шерлок. — Как ты узнал? «Мне рассказал один хитрый безумец», — промелькнула мысль в голове Холмса. — Я подумал, тебе здесь понравится, исходя из названия, — произнес Шерлок. — Вопреки распространенному мнению, я не знаю всего. Молли застенчиво опустила глаза. — В некоторых отношениях ты знаешь меня довольно хорошо. Шерлок подавил желание сказать Хупер, насколько легко догадаться о том, что ей понравится что-то такое милое, хотя она и была патологоанатомом, проводящим вскрытия. Как ему раньше не приходила в голову мысль, что это действительно очень странное сочетание? Ему следовало спросить ее об этом позже. Холмс помог Молли выйти из такси, они прошли до двери ресторана, и он, как настоящий джентльмен, с улыбкой пропустил ее внутрь. Однако Шерлок не расслышал тихого щелчка фотоаппарата позади них. «Принцесса Шордитча» оказалось милым местечком, как и сказал Мориарти. Интерьер помещения включал в себя гладкое темное дерево, фактурную краску в современном дизайне, столы и стулья, расположенные в таком порядке, который, по мнению Шерлока, многие назвали бы уютным. Метрдотель улыбнулся и повел их к заказанному столику в глубине зала. Молли знала, что Шерлок не в восторге от посторонних людей, да и сама она не любила есть в толпе, так что не удивилась выбору места. Как только к ним подошел официант, Шерлок первым делом раскрыл барную карту. Он просматривал список напитков всего три секунды, прежде чем захлопнуть его и сказать официанту: — Нам, пожалуйста, бутылку Иннискиллин Рислинг две тысячи восьмого года. — Отличный выбор, сэр, — ответил мужчина, налил им воды и удалился. Молли с трудом сглотнула, глядя на свою собственную барную карту. Он только что заказал им бутылку вина стоимостью семьдесят фунтов. Она почувствовала на себе его взгляд и поспешно отложила буклет, тут же схватив меню. — Ты не против моего заказа? — спросил Шерлок, и Молли подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза. — О, я люблю Рислинг. Просто, эм… он довольно дорогой, — сказала она, нервно хмыкнув. Шерлок поднял брови. — И что? — Ничего, — она покачала головой. — Звучит отлично, спасибо. — Ты не привыкла, чтобы с тобой хорошо обращались, не так ли, — тихо произнес он. Это был не вопрос. Молли почувствовала, как у нее запылали щеки, и пожалела, что не могла спрятаться под столом. — У меня не было дюжины поклонников, — сказала она так же тихо. — С большей частью своих бывших я встречалась во время учебы в университете, а у студентов обычно не так уж много денег. Ну, кроме тех, у кого богатые родители. Однако я никогда не хотела быть в отношениях ни с кем из них, потому что мне не нравилось ощущать себя рядом с ними красивой безделушкой, чем-то вроде «Ролекса», который они носят на руке. Таким, как они, не составит труда бросить тебя, как только на горизонте появится девушка помоложе и с большей грудью. Шерлок моргнул, и Хупер не могла сказать точно — то ли удивленный ее откровенностью, то ли самой информацией. — Отсутствие денег все равно не оправдывает их неподобающее поведение, Молли, — мягко сказал Холмс. — Ну, была парочка мужчин, которые не жалели на меня денег, но, что очевидно, из этих отношений ничего не вышло, — произнесла Хупер, проклиная себя за то, что завела такой глупый и стереотипный разговор о прошлых отношениях. — Извини, — тут же пролепетала она. — Знаю, что только что повела себя как те женщины, говорящие о бывших, которых ты ненавидишь. Я просто… Я чувствую, что могу говорить с тобой о чем угодно, ведь ты мой друг. Шерлок снова уставился на нее таким взглядом, словно пытался разгадать какую-то удивительную тайну. — Все в порядке, Молли, ты не болтала об этом без умолку. Пожалуйста, не недооценивай меня, хотя я и дал тебе для этого все основания. Я рад, что тебе со мной очень комфортно. — Это, конечно, уж чересчур громко сказано, — ответила Молли, а затем в ужасе прижала руку ко рту. — О Боже, прости… Шерлок сначала удивленно уставился на нее, а затем расхохотался. — Не извиняйся, — ответил Холмс, когда перестал смеяться. — Ты говоришь честно, и я бы предпочел, чтобы ты и дальше себя так вела, а не пробиралась через какое-то воображаемое минное поле. Молли могла только пораженно кивнуть. — Хорошо, я буду продолжать выставлять себя в дурном свете. — Ну, это уже чересчур, — криво усмехнулся Шерлок, и затем настала ее очередь рассмеяться. Наконец принесли вино. После обязательного обнюхивания пробки и наполнения бокалов Шерлок отказался от закуски, предварительно посоветовавшись с Молли. Затем он подождал, пока официант отойдет, и предложил тост. — За нас, — тихо сказал Холмс. Она улыбнулась и соприкоснулась своим бокалом с его. — За нас. Рислинг был фантастическим — холодный и сладкий, с нотками ванили и абрикоса. Вино приятно обволокло язык Молли и скользнуло прямо в глотку. Она снова посмотрела в свое меню, заметив, что и Шерлок сделал то же самое. Однако его хватило примерно на пять секунд, прежде чем он посмотрел на нее. — Ты выбрала, что будешь заказывать? — Хм, пока нет. Все выглядит очень вкусно. Шерлок подумал, что только четыре позиции в меню выглядели неплохо, но не высказал своего мнения вслух. Он не очень любил есть, потому что считал это скучным занятием, которое к тому же замедляло мозговую деятельность. Так что на самом деле ресторан был ни в чем не виноват. Мгновение спустя официант вернулся и с улыбкой спросил: — Вы готовы сделать заказ? Шерлок посмотрел на Молли, которая уже приняла решение. — Да, можно, пожалуйста, жареного ягненка по-девонски. — Что вам, сэр? — То же самое, спасибо. Официант кивнул и забрал их меню. Шерлок же удивленно посмотрел на Молли. — Не знал, что ты любишь баранину, Молли. — Откуда ты мог это знать? — Хупер вскинула брови. — Мы же никогда не ели вместе. — Верно, — произнес Холмс, посмотрев вниз. — Но ведь для этого и нужны свидания, верно? Когда Шерлок поднял глаза, то увидел, что Молли улыбалась. — Да. — Ты закончишь свой рассказ о парне из университета? — Зачем? — Молли удивленно уставилась на него. — Это может помочь мне не совершать тех же ошибок, — пожал плечами Шерлок. Она снова улыбнулась, и это сбило его с толку. — Что такое? — Это… Это было очень мило, Шерлок. Оу, сантименты. Что ж, свидания напрямую были связаны с этим, так что Холмс улыбнулся в ответ, подметив, как много проявлений эмоций требовалось на подобных встречах. Молли глубоко вздохнула и продолжила свой рассказ: — Мы с Дугласом оба изучали медицину. Он хотел стать врачом и открыть семейную практику. Мы встречались год, и он даже попросил меня выйти за него замуж. Я согласилась, но вскоре после этого начала кое-что замечать. Звоночки, которые… Ну, ты бы определил минуты через две. Однако любовь слепа, а я правда любила его. Он всегда шутил о том, что мне не придется работать, если я буду рядом с ним, и какая замечательная мама-домохозяйка из меня выйдет. Тогда я лишь отмахнулась от этого, но после помолвки все стало намного острее. В конце концов мы сильно поругались, и Дуглас сказал мне, что старомоден — он планировал, что я буду сидеть дома и воспитывать детей, пока он работает. Однако это было не тем, чего я хотела для себя. Я слишком долго и усердно работала в университете, чтобы просто бросить все это, поэтому мне пришлось порвать с ним. Шерлок с любопытством изучал Молли несколько секунд. — Ты не хочешь детей? — Я не испытываю неприязни к детям, а просто не блещу желанием иметь своих собственных. Когда я была моложе, то думала об этом, но… — Молли отвела взгляд, а затем с удивлением ощутила его быстрое прикосновение к своей ладони. — В том, что ты не хочешь иметь детей, нет ничего плохого, — произнес Шерлок. — Скажи это моей маме! — рассмеялась она в ответ. — Так и сделаю, — невозмутимо ответил он, и Молли захохотала еще громче. — Знаешь, это невероятно, — наконец сказала она, когда перестала смеяться. — Что именно? — Я только что поняла, что… мне с тобой весело. Шерлок поднял брови. — Эм, спасибо? — Нет, я просто имею в виду, что… не подозревала о том, что с тобой может быть так весело. Это потрясающе. Конечно, в тебе всегда было нечто такое, что заставляло людей остановиться и присмотреться к тебе на мгновение. Но, помимо этого, ты забавный, и большинству людей это не дано увидеть, ведь они всегда что-то упускают. На лице Шерлока промелькнуло выражение, которое Хупер не смогла идентифицировать. — Спасибо, Молли, — произнес Холмс, и ей, должно быть, показалось, но его голос был чуть грубее, чем обычно. Ее щеки слегка покраснели, и теперь она боролась с желанием отвести взгляд. Выражение его лица изменилось с того, странного, на то, которое казалось почти… счастливым. И Молли не знала почему. Однако Шерлок знал. Из-за одной маленькой, но важной вещи. Молли Хупер не запиналась.

***

Шерлок сидел в кабинке туалета на закрытой крышке унитаза, скрестив руки и ноги, и, несмотря на то, что чувствовал некоторый дискомфорт от такой позы, все равно не двигался. Ему нужно было какое-то подобие уединения и тишины, чтобы подумать. Как только Холмс решил сделать все, что в его силах, чтобы свидание с Молли прошло достойно, случилось нечто очень странное. Он неплохо проводил с ней время. Она не была Ирен Адлер, но также не походила на Салли Донован. Если бы Шерлоку захотелось сравнить ее с кем-то, с кем он охотно поговорил бы, не считая времени, то он бы выбрал… Джона. Шерлок моргнул. Откуда это взялось? Анализ. Несмотря ни на что, Джон был его отчаянно преданным другом. Он рискнул бы своей карьерой и даже жизнью ради Шерлока. Как и Молли. Джон всегда напоминал ему, что на самом деле он — человек и иногда было бы неплохо предпринять жалкую попытку вести себя соответствующе. Молли тоже делала это по-своему. Джон был добрым, терпеливым и всепрощающим. Как и Молли. Вывод: Джон и Молли разделяли ряд основных личностных характеристик. Вторичный анализ: возможно, Молли следует встречаться с Джоном? Нет. Она любила его. Джон тоже любил его, просто не так, как… Пушистик Лампкин. Шерлок печально улыбнулся при мысли о том, что это проклятое выражение навсегда застрянет у него на жестком диске. Джон испытывал все эти чувства, потому что… ну… был его лучшим другом и, несмотря на обычное поведение Шерлока, видел в нем хорошую сторону. Ватсон восхищался им, а также нуждался и заботился о нем. Шерлок, в свою очередь, делал то же самое по отношению к Джону. Продолжение вторичного анализа: значит, Молли тоже нуждалась в нем? Поэтому ли она любила его? Шерлок точно пытался заботиться о Хупер, но, может, он врал себе и его чувства к ней были сильнее? Окончательный вывод: ответ неизвестен. Шерлок потер глаза. Это выходило далеко за рамки скользкой дорожки, на которую он ступил. Это превращалось в эмоциональную лавину. За ужином Холмс задал Молли несколько типичных вопросов: почему она стала патологоанатомом и как попала в Бартс. Оказалось, что жизнерадостной Молли нравилось делать логические выводы. Конечно, ей было далеко до уровня Шерлока, но она радовалась, разгадывая тайны мертвых. С помощью науки, конечно же. Также она любила задавать вопросы и получать на них ответы, и Шерлок слишком хорошо ее понимал. Молли объяснила, что ей была по душе тихая, мирная и в некотором роде жуткая работа. Ей не часто приходилось иметь дело с живыми. Она имела несколько друзей и кота, так что ей этого хватало. Она не осознавала этого, но ее ответы рассказали Холмсу о событиях, глубоко ранящих Молли. Шерлок предполагал, что это касалось смерти ее отца. Молли видела, как он притворялся веселым, ожидая своего последнего вздоха, а подобные вещи оставляли свой неизгладимый след. Однако он собирался обсудить это в другой раз. Сегодня вечером Холмс просто хотел осчастливить Молли. Хотел, чтобы эта ночь стала приятным воспоминанием, которое потом, когда все кончится, можно было лелеять, а не презирать. Романтические отношения способствовали развитию дружеских, так что Шерлок старался верить в то, что их связь и ее любовь были достаточно сильными, чтобы выдержать то, что произойдет, а затем она сможет простить его. И хотя технически это было не его виной, Холмс знал, что эмоции так не работали. Шерлок вздрогнул и понял, что пробыл в уборной достаточно долго. Он вымыл руки и отправился обратно. Приблизившись к столику, Холмс увидел, как Молли смотрела в свой мобильный и хмурилась, а затем положила его обратно в сумочку. — Все в порядке? — Да, все хорошо, — сказала Хупер, улыбаясь. Шерлок пристально всмотрелся в нее и понял, что она была с ним честна, хоть до этого хмуро смотрела в свой телефон. Холмс пожал плечами и решил, что если бы она хотела рассказать ему, то сделала бы это. Когда Молли допила третий бокал вина, то со вздохом откинулась на спинку стула и произнесла: — Это было превосходно. Спасибо. — Я только рад. Официант принес счет, и Шерлок, окинув его быстрым взглядом, протянул мужчине свою карточку. — Что ж, ты готова к продолжению вечера? — Дай угадаю, еще один сюрприз? Он улыбнулся. — Да, но я думаю, тебе он понравится. — Я фантастически провожу время, так что нисколько не сомневаюсь в этом. — Ты случайно не захватила с собой скафандр? — импульсивно спросил Шерлок. — Скафандр? — смущенно ответила Молли. — Да, ну знаешь, на случай, если мы полетим на Луну. Молли хихикнула. Он действительно был таким удивительно забавным, когда не вел себя как осел. — Слишком поздно, — сказала она. — Я уже на седьмом небе от счастья. Шерлок застонал, и Молли с улыбкой спросила: — Уже чересчур? — Мне придется к этому привыкнуть, — произнес он, но улыбнулся в ответ. Когда официант вернулся с его карточкой и чеком, Шерлок сунул свой экземпляр в карман и встал, чтобы помочь Молли надеть пальто. Хупер ощутила, что немного пьяна, когда поднялась на ноги, поэтому ухватилась за стол. Однако она не учла того факта, что схватилась не за столешницу, а за скатерть, и, когда ей удалось поймать равновесие, тарелки, стаканы и столовые приборы неожиданно полетели на пол. Весь ресторан замер и уставился в их сторону, прежде чем зааплодировать. Молли хотела куда-нибудь спрятаться и больше никогда оттуда не выходить. Ох, почему она не могла хотя бы раз не выставить себя дурой перед Шерлоком? Хупер вздохнула и посмотрела на Холмса, ожидая увидеть раздражение на его лице. — О Боже, прости, я могу, эм… — ее голос затих, когда к ним подбежал официант, заверяя, что все в порядке, и начал убирать устроенный ею погром. Шерлок, как она обнаружила, не выглядел раздраженным. Он пытался не рассмеяться, однако у него это плохо получалось. Заметив его реакцию, Молли пожала плечами и улыбнулась. Вино сделало ее расслабленной и смелой. — Я подумала, что ты любишь уходить эффектно, — сказала она и тоже начала хохотать. Шерлок снова достал бумажник и протянул официанту немного наличных. — Думаю, это должно покрыть расходы. Холмс встал позади Молли и с достоинством, которое заставило ее полюбить его еще больше, помог ей надеть пальто. Он пожал плечами и протянул ей ладонь. — Могу ли я быть тебе полезен? Она испуганно вздохнула, а затем медленно взяла его за руку, почувствовав, как прохладные пальцы переплелись с ее теплыми. Шерлок слегка поклонился залу, а Молли сделала быстрый реверанс, и они направились к двери под хихиканье Хупер. Когда они, все еще касаясь друг друга, стояли на улице в ожидании такси, Молли взглянула на Холмса. — Шерлок? — Да, Молли? — Ты не расстроился, — произнесла она. — Я была уверена, что ты разозлишься или скажешь мне, какая я неуклюжая… Шерлок вздохнул, а затем протянул свободную руку к ее лицу, чтобы убрать за ухо непослушную прядку. Такое простое действие заставило Молли подумать, что она сейчас взорвется. Следом за этим Холмс одарил ее нежной улыбкой. — Молли, ты ни разу не заикнулась с тех пор, как я забрал тебя сегодня вечером, — сказал он и усмехнулся. — Какой смысл злиться из-за какой-то посуды, когда мы делаем такой прогресс? С тобой я точно знаю, как выигрывать свои битвы.