It Could Happen Here

Когда слабая дрожь пробежала по телу от шумного дуновения воздуха, ворвавшегося из приоткрытого окна, Нил никогда не чувствовал себя более благодарным за слабые лучи утреннего солнца, пробивающиеся сквозь прозрачные занавески, — пока не вспомнил, что солнце встает в противоположном направлении от его спальни. Его разум и тело были слишком слабы, чтобы вскочить, вздрогнув от осознания, но этой идеи было достаточно, чтобы заставить его моргнуть и открыть глаза, несмотря на слабую головную боль, мешавшую его движениям. Волна облегчения обрушилась на него, когда он обнаружил свою собственную тесную гостиную, переместившись, чтобы сесть поудобнее на диване — купленном за несколько фунтов после того, как его мать пожаловалась, что в его квартире нет никакой индивидуальности — и схватился за ветровку, надетую накануне вечером, чтобы использовать в качестве импровизированного одеяла. Он попытался вспомнить, что случилось с его новым знакомым после того, как его повели на танцпол, протирая глаза и вздыхая в ледяной тишине комнаты от собственного безрассудства. Смесь экстази и алкоголя оказала не самую добрую услугу его непрактичной пищеварительной системе — Нил покраснел при внезапном воспоминании о том, как его оторвал от пола в уборной клуба странно чрезмерно заботливый Крис, который не позволил смущению от его нелицеприятной рвоты быть замеченным. Еще один порыв ветра привлёк его внимание к кофейному столику, и он, прищурившись, посмотрел на трепещущую салфетку, застрявшую под стаканом воды. Нил наклонился вперед слишком быстро, закрыв глаза на несколько секунд, чтобы переориентироваться, прежде чем заметил скудные слова, нацарапанные на яркой салфетке. Нил, не думал, что ты такой тусовщик или что мне придётся буквально нести тебя домой. поправляйся. пока мы снова не встретимся. — Крис Х От этой записки сердце Нила словно упало в желудок, он забеспокоился о том, какое поведение он проявил, чтобы оправдать такое краткое объяснение, но больше не отрицал волнения, которое вызвала у него мысль о том, что они встретятся снова. Ночь, должно быть, прошла достаточно хорошо, размышлял он, учитывая, что Крис не оставил его в беспорядке посреди клуба и имел приличие притащить его домой. Его ключи и бумажник, аккуратно лежащие рядом со стаканом, заставили его предположить, что его если и не бессвязность, которая часто случалась во время любого вида опьянения, выдала его адрес, то удостоверение личности, застрявшее в кармане — теперь, оглядываясь назад, две вещи, о которых ему следовало быть намного осторожнее, прежде чем напиваться с более практичными незнакомцами. У него не было времени обдумать скрытую глупость своих предыдущих решений или даже потенциально красноречивую единственную букву, написанную после подписи Криса, из-за пронзительного звонка телефона, занимающего большую часть места на его выветренном столе. Нил откинулся на спинку дивана, несколько раз медленно моргнув в попытке проснуться, прежде чем потянуться к телефону, сразу же отодвинув его от уха, чтобы услышать голос своего взволнованного друга на приличной громкости: — Нил, где тебя черти носят? Ты сказал, что составишь мне компанию в зоомагазине сегодня утром. — Знаешь, без излишнего драматизма ты бы не стал менее прав, Нельсон* — Имею право быть расстроенным, — ответил уже более спокойный голос. — Ты знаешь, что здесь абсолютно нечего делать в воскресенье утром, кроме как слушать кипиш моего босса за то, что я не прогнал детей, слоняющихся вокруг просто чтобы посмотреть на щенков. — Ещё не так поздно, — защищался Нил, даже не потрудившись проверить время. — Я могу быть там через несколько минут, мне есть что тебе рассказать. — Я буду умирать от предвкушения, но ты, возможно, захочешь взглянуть на часы... Я бы не стал звонить раньше полудня. — Почему ты не позвонил мне раньше? — воскликнул Нил, вставая с дивана и на секунду задержавшись, чтобы снова обрести равновесие — благодаря последствиям своего необычного субботнего вечера. Он оглядел свои растрепанные волосы в тёмном отражении телевизора на другом конце комнаты, когда Нельсон усмехнулся над его вопросом, снова убирая телефон в ожидании следующей громкой реакции. — О, мои извинения! Я забыл, что я личный будильник мистера Нила Теннанта! Ну, к твоему сведению, мой другой друг действительно появился, чтобы составить мне компанию. — Изменяешь мне? — пошутил Нил, улыбаясь смеху на другом конце провода — Никогда. Я подумал, может быть, тебе было трудно выпроводить кого-то, кто вызвал твое волнение прошлой ночью, поэтому я оставил тебя в покое... но теперь я умираю здесь. — Ты же знаешь, что это не в моем стиле. — Друг может надеяться, не так ли? — Я прекрасно справлюсь с этими вещами сам, а теперь ты отпустишь меня, чтобы я уже собрался? — Я полагаю да, — вздохнул Нельсон, — но только потому, что на меня наверняка снова накричат за использование «служебного телефона» в личных целях. С этими словами Нил взял себя в руки с такой скоростью, с какой позволяли затяжные последствия таблеток и алкоголя, и вытащил из своего гардероба вешалку со свежим нарядом, который, конечно, не был пиком моды, но сошёл за приличный. Он позаботился о том, чтобы взять записку Криса и аккуратно засунуть ее в скомканный журнал, купленный накануне вечером, который теперь лежал поверх существующей стопки других выпусков на его кофейном столике, скрывая материальные доказательства своего растущего интереса к другому мужчине от любого, кто мог заглянуть, по его собственному воображению. Солнце казалось слишком ярким, когда он двинулся по дороге в зоомагазин — место, где собирались многие его друзья, близкие и нет, благодаря всепоглощающему энтузиазму Нельсона и его потребности в общении. Прошло много времени с тех пор, как Нил проводил каждое утро так, как сегодня, довольный тем, что его поглотили тягучие капиталистические будни и работа на полную ставку, которая не оставляла ему ничего, кроме как отдыхать по выходным, теперь, когда ему приближалось к тридцати годам. Но, как и упоминал его друг, образ жизни не давал много возможностей для связей, особенно романтического характера. Он предпочитал убеждать себя, что в любом случае это не имеет большого значения, потенциальный риск быть осмеянным теми, кто не согласен с его привлекательностью, казался слишком пугающим по сравнению с созданной человеком концепцией поиска идеального человека, с которым можно было бы разделить свою жизнь. Нил решил заняться обрывками текстов песен, рассованными по карманам, пока он недолго ехал на автобусе в Илинг, пытаясь украдкой оглядеться и убедиться, что никто не наблюдает, прежде чем развернуть скомканные листки бумаги. Он пролистал незаконченные обрывки слов, которые приходили ему в голову в разное время, съёжившись от многих и сделав пометку положить их в другой карман, чтобы выбросить навсегда, пока один из них не привлёк его внимание. That boy never cast a look in your direction Never tried to hook for your affection Рассуждения, лежащие в основе текстов песен, давно ускользнули от него, но, тем не менее, он улыбнулся собственной драматичности и перевернул её, чтобы написать что-то более оптимистичное в своем уме. This anticipation is a stimulation Put your arms around me, it doesn’t mean you love me Он решил, что это было бы достаточно расплывчато, чтобы объяснить свою выходку, если кто-нибудь спросит, хотя, казалось, после их нескольких разговоров Крис, вероятно, сможет видеть его насквозь. Время, казалось, пролетело быстрее, чем обычно, потому что прежде чем Нил смог напрячь свой мозг в поисках большего вдохновения, чем пара слов, приблизилась его остановка, и ему пришлось оторваться от мечты о том, чтобы разорвать монотонный цикл своей жизни успешной карьерой в музыке. Небольшие толпы людей, бродящих по улицам и разглядывающих витрины в спокойный полдень, только помогли ему быстрее вернуться к реальности, вспомнив, что ему нужно будет вернуться домой пораньше, чтобы выспаться до завтрашнего раннего будильника. Это был глоток свежего воздуха — увидеть, как Нельсон воспрянул духом, когда Нил вошёл в магазин —над дверью зазвенел колокольчик — упорно стараясь не рассмеяться, когда босс, сидевший в углу, прочистил горло в качестве своего рода предупреждения. Их еженедельные встречи явно досаждали сварливому старику, но Нельсон быстро встал на их защиту, прося Нила купить любую безделушку, которая стояла на углу, и избежать любых обвинений в безделье. — Нил! — воскликнул другой мужчина, захлопывая журнал, сидевший перед ним, и опершись локтями о стойку, наклонился вперед. — Наконец-то ты здесь, я не могу дождаться, чтобы рассказать тебе эту историю. — Это безумнее, чем все, что ты сделал сам? — спросил Нил с ухмылкой, опершись одной рукой о ту же стойку. — Это было бы совершенно невозможно. Как насчет твоей истории? — Ну, ты, кажется, гораздо больше готов к тому, чтобы избавиться от этого, — улыбнулся Нил, наблюдая, как его друг тревожно постукивает пальцами по толстому стеклу. — И, как говорится — дамы вперёд. — Я приму твою шутку за комплимент, — Нельсон фыркнул с притворной обидой, закатывая глаза, когда его босс издал еще один не очень тонкий кашель и понизил голос, прежде чем продолжить. — В любом случае, один мой друг был в клубе прошлой ночью — не то, о чем ты мог бы знать. —Ну, теперь мы квиты с оскорблениями, просто продолжай рассказ. — Ты первый начал, но я отвлекся, — продолжил Нельсон, оборонительно поджав губы. — Он там с каким-то другим парнем, которого он встретил на улице, для него ничего нового, но он был вне себя от восторга, так как, очевидно, они оба знали о синтезаторах. Из всех вещей, с которыми можно было связаться, он теряет контроль из-за того, кто шарит за синтезаторы. Нейл почувствовал, как его сердце ускорилось всего на несколько предложений, переминаясь с ноги на ногу, стараясь не выдать очевидную очевидность своих мыслей, на которые ему недавно указали. Погодите-ка ... этого не может быть. Я, наверное, слишком много думаю об этом, и это странное совпадение. Просто дай ему закончить. — ...они на танцполе, и какая-то женщина подходит, чтобы попытаться украсть танец с парнем, с которым он пришёл. Она была такая настойчивая и... О чёрт, теперь я всё это вспомнил. — ...теперь они в уборной, и этот бедняга больше ничего не может удержать. К счастью, там никто не трахался и не выстраивался в очередь, чтобы нюхать все, что в наши дни дешёво и доступно... Прошлой ночью я выставил себя полным дураком, Крис никогда больше не захочет видеть моё лицо. Но он оставил эту записку после того, как притащил меня домой. Может быть, он просто пытался быть милым... мягко подводя меня к некоторыми прекрасным воспоминаниям, прежде чем избегать меня до конца своих дней. — ...вернулся на танцпол, и он, должно быть, делал правильные движения, потому что теперь парни и девушки ошиваются в поисках шанса украсть его. Мой друг, конечно, не ревнивый тип, он даже не показывает людям, которые ему небезразличны, никакой привязанности, упрямый ублюдок, но все это внимание к его новому знакомому... Это не может быть из-за меня, я определённо не приз, за который можно бороться в море более молодых и привлекательных людей. Но теперь, кажется, Крис действительно много раз вёл во время танца... это должно быть какой-то ужасный, долгий кошмар. — ...полон энтузиазма, несмотря на то, что совершенно зол, пока он не убедит его, что для них было бы лучше закончить на этом. Другой парень едва может держать себя в руках, но он, предположительно, гораздо менее застенчив и неловок в этот момент, поэтому он позволяет ему болтать о... Нет, нет, нет, что, черт возьми, я ему сказал? Это могло быть что угодно, и кто знает, что мой чёртов запудренный мозг решил упомянуть? Он определенно избегает меня вечно... Я испортил то, о чём даже не подозревал. — ...заканчивает тем, что оставляет его на диване, не решая остаться, ну ты понял, они знали друг друга всего пару часов, и половину этого времени другой мужчина не был полностью там. Господи боже, почему ты такой красный? Нил закрыл лицо ладонями, услышав обвиняющий вопрос, вздохнул в тишине между ними и пробормотал тише, чем когда-либо прежде: — А твоего друга случайно не Крис зовут? — Да, а как ты... — Я — другой парень в его истории, — ответил Нил, снова медленно поднимая голову и нахмурив брови в замешательстве от злой улыбки Нельсона, которую он не смог скрыть. — Почему ты так на меня смотришь? — Я должен был собрать всё воедино раньше, — разочарованно сказал Нельсон, продолжая улыбаться, когда Нил слегка толкнул его под руку. — Хотя ты последний человек, от которого я ожидал бы такой ночки. — Он, наверное, думает, что я полный болван. — Я должен быть откровенен... Ты знаешь, я эксперт по приукрашиванию историй. Все это безумие произвело на Криса довольно хорошее впечатление, а такое случается нечасто. — Что ты пытаешься сказать? — скептически спросил Нил, не пытаясь обнадёживать себя туманным объяснением. — Ну, я, конечно, не умею читать мысли, но он едва ли не слюни пускал, рассказывая о встрече с тобой прошлой ночью. И, основываясь на твоей реакции, я должен предположить, что ты чувствуешь то же самое, — продолжил Нельсон, изогнув брови и сцепив пальцы, как будто он был злым вдохновителем, организовавшим все это. — Даже если он и... — Нил замолчал, уверенный, что его друг поймет намек на то, о чём он не решался упомянуть в такой публичной обстановке. — Я видел его со многими людьми всех типов, так что я бы не стал полностью отказываться от этого. Просто будь осторожен, у него репутация человека, который разбивает сердца, и я не хочу, чтобы тебе причинили боль. — Я взрослый мужчина, я знаю, как защитить себя, — солгал Нил прямо сквозь зубы, игнорируя подавленное головокружение, которое он испытывал, зная, что Крис на самом деле не ненавидел его после их странной первой встречи. — Ну конечно, — Нельсон скептически протянул это слово, одарив Нейла быстрой улыбкой в ответ на его раздраженное выражение лица. — Я всё ещё умираю от желания услышать твою версию этой истории. — Должен ли я? — Нил надул губы, смущённый тем, что румянец, заливший его щёки, снова разгорелся. — Безусловно! Как ещё я мог бы сыграть роль свахи для вас?