Синее

Когда Минхо было пятнадцать, он думал о том, что есть люди, которые просто не созданы для того, чтобы их любили. Такие люди сами по себе могут любить сколько угодно и кого угодно, но их - не будут любить никогда. Эти люди могут быть красивыми, умными, богатыми, обладать любыми качествами. Но что-то внутри них будет отталкивать от них других людей. Когда Минхо ещё учился в школе, он замечал да даже за собой, что некоторые девчонки просто не вызывают желания помочь или вести себя с ними хоть как-то. Минхо знал об их существовании, но ничто внутри него не заставляло придержать перед такой девушкой дверь или отдать свою кофту во время поездки с классом в горы. Ему просто не хотелось. Каких-то людей не хочется защищать, оберегать и любить. К ним не чувствуешь притяжения. И Минхо считал себя именно таким: невидимым. Но мальчик вырос. Мысли, опутавшие его сознание с подросткового возраста, укоренились, Ли на полном серьезе считал, что так и приживёт всю свою жизнь в полном одиночестве. Беспорядочные связи в какой-то момент превратились в подобие полдника каждый день. Ничего особенного, этого требует его тело. А потом… Минхо открывает глаза и смотрит в потолок. Совсем рядом - еще спящий Джисон. Хан обвил чужое тело руками, тепло окутало мягким коконом, из которого не хочется вылезать. Но в окно бьет серый зимний день. Ещё немного, и эти снежные бури превратятся в цветочные. Совсем такие, как в вещем сне Минхо. Хан шевелится, а после тоже открывает глаза и спросонья мажет носом по чужому плечу. - Надо идти. - Минхо молча встает с кровати и на несколько секунд задерживается. - Вставай. Надо разобраться с твоим капитаном. И да, Джисон… Твой отец. - Хан тут же сел на кровати, притянув колени под тонкой простыней к груди. - Он сидит в тюрьме Содэмун на пожизненном. Номер 367. День визитов - суббота. Минхо скрылся за дверью ванной, а Джисон, как каменный, ещё несколько минут сидел неподвижно и игнорировал бегущие по щекам слёзы. Его отец… Он живой, он все это время находился так близко, здесь, в Сеуле… Джисон сможет его увидеть… Он сможет с ним поговорить спустя почти двадцать лет, сможет узнать, как все было на самом деле. Хан переводит взгляд на белое окно и смотрит на все ещё непрекращающийся снег. Он отдал Минхо себя, взамен получив отца. Баланс, или как там говорил господин Ноу?.. Единственное, что не может Джисона не радовать - мысль о том, что он останется жить. Он будет жить. Его не убьют. Во всяком случае, это будет не Минхо. Джисон шарит рукой по полу и нащупывает телефон. Несколько гудков, и тишину нарушает хриплый голос. - Капитан… - Сладко спалось? - Мне… Мне так стыдно, капитан Чон, простите меня… - Джисон. Мы все равно не можем вернуться в город. Так что мне фиолетово, чем ты там занимался и почему я тебя ждал всю ночь. - Хан почему-то боялся что-либо ответить, а Чонгук тяжело дышал в трубку. - Можешь не торопиться. Прими душ, съешь тосты с авокадо на завтрак. - Не смешно. - А по мне - так даже очень. - Чонгук наигранно засмеялся в трубку. - Капитан, а почему мы не можем вернуться? - Джисон встал с кровати и попытался одновременно одеться. - Потому что так сказал Юнги. А вот это уже серьезно. Если Юнги запретил возвращаться, значит, случилось что-то плохое. Хан на секунду замер, а потом по телу пробежала дрожь ужаса. - Капитан, а Юнги-хен ничего не говорил про... - Ничего. Да и если бы сказал, я не стал бы говорить тебе. Кажется, Джисон очень хочет прямо сейчас позвонить Феликсу.

***

Ждать в коридоре было сравни самому страшному наказанию. Феликс прошёл этот коридор вдоль и поперёк раз семьдесят, а может и все сто, если не больше, пока из палаты не вышел врач. - С ним все нормально. Задет висок и ухо, но слышать он не перестанет. Если осложнений не будет. - В каком смысле… Если… - Ну, молодой человек. У вашего… Эм… Друга, да, может начаться воспалительный процесс. Понятное дело, что риск минимальный, но мало ли как начнет себя вести его организм. Феликс сглатывает ком в горле и едва заметно кивает. Осознание всей серьезности ситуации накрывает постепенно, пока Ли открывает дверь и заходит в пахнущую хлоркой оплату. Почему-то слишком часто за последнее время дорогие Феликсу люди стали попадать в больницы. Хенджин слабо улыбается, когда младший садится рядом. - Джини... Тебе больно? - Нет, лучик. Все хорошо. - Как думаешь... Это из-за твоей работы? - Ликс шмыгнул покрасневшим носом и почесал пальцем переносицу. - Не исключено. Просто это странно. После Китая все мои следы были стерты... - Хенджин откинул голову на подушку и посмотрел на потолок. - Это ведь могло произойти и с Джисоном... - Вслух размышляет Ли, как тут же вздрагивает от вибрации в кармане штанов. - Вспомнишь, как говорится... - Младший тут же берет трубку. - Джисон?.. - Привет, Ликс. Как ты? - Голос на том конце провода надломленный и сиплый немного. - В больнице. - Что?! - Эй, стой, со мной все в порядке. - Быстро затараторил Ли, потому что Хан знатно так испугался. - Тут Хенджин. - И что с этим хорьком? - В него стреляли. Мы были дома, когда это произошло. - На несколько секунд в трубке повисает молчание. - Он живой? - Живее всех живых, белка. Не дождёшься, не сдохну. - Хенджин неожиданно выхватывает телефон из чужой руки и прислоняет к перебинтованному виску. - Еще вопросы? - Привет, животное. - Сам такой. - Сильно задели? - Голос все-таки дрожит, Хенджин слышит, а Хан, кажется, и не пытается скрыть. - Жить буду, максимум скинешься мне на слуховой аппарат. - Защита твоей психики, видимо, самоирония. - Че умный такой? - Книжек много читал. Верни Ликса. А хотя... - Хан явно задумывается, наверняка кусая губы. - Ты хоть примерно можешь сказать, почему это произошло? - Откуда я знаю... - Юнги говорил что-то? - Нет. - Плохо. Вы оба находитесь в городе, а мне Юнги-хен велел не возвращаться, потому что, мол, здесь опасно. - Он так сказал? Когда? - Хенджин вдруг садится на кровати и настороженно смотрит на Феликса. Тот не отрывает карих глаз от чужих, мнет пальцы и губы сжимает в тонкую полоску. - Звонил одному капитану полиции, видимо, как раз после того, как тебя подстрелили. - И велел тебе не возвращаться... Занятно. - Джисон, ты где сейчас? - Ликс вновь возвращает себе телефон, игнорируя недовольство старшего. - Скажем так... Ты бы ахуел. Помнишь винный завод, о котором я сводки искал в журналах? - Ну, допустим. - Я там. - Какого ты там забыл? - Решал дела по работе. - После короткой паузы отвечает Джисон, а потом выдает. - Ликс. Беги из города. Куда угодно, хоть в мой бывший дом. Не оставайся в Сеуле. - Во-первых, перестань говорить загадками, а во-вторых, я без Хенджина никуда не поеду. - Тебя убить могут, башка твоя блондинистая! - Джисон явно нервничает, а Ликс начинает потихоньку злиться. - Я не понимаю: почему все вокруг меня всегда говорят загадками? Я-то каким образом оказался впутанным во все это? Почему вообще речь идет о том, что кого-то убьют?! - Потому что ты мой друг и... Блять, в отношениях с Хенджином. - И что с того? - Ликс. Я просто пытаюсь тебя защитить. Уезжай из Сеула. - Нет. На том конце провода - молчание беспомощности и страха. Потому что именно это Джисон и чувствует.

***

- В вашего подчиненного стреляли. - Это первое, что произносит Чонгук, когда Минхо встречается с ним в главном холле "Миллениума". У окна встал Джисон, сложив на груди руки и неотрывно смотря на падающий снег. - В нас часто стреляют. Что с того? - Разобраться не хотите, господин Ноу? - Спасибо за заботу, капитан, но я не нуждаюсь в ваших советах. - Минхо обошел одну из колонн, поддерживающих свод потолка. - Что-то еще? - От вашего менеджера поступила информация, что Джисону ни в коем случае нельзя возвращаться в город. По этому поводу Вам тоже нечего сказать? - С чего бы это, м, Джисон? - Я... Я не могу сказать наверняка, но, возможно, это из-за недавнего случая с Хенджином. - Что-то все заверетелось вокруг Хвана... - Словно самому себе сказал Минхо, смотря в телефон, тут же набирая номер и направляясь к выходу из помещения. А Юнги на том конце провода облегченно выдохнул.

***

Каждую ночь Сеул меняется. Превращается из блестящего и шумного мегаполиса в сверкающий ярко-желтыми огнями притон. Черная агера мчится по одной из центральных улиц города, руки водителя сжимают черный руль, а педаль газа вжата в пол почти до предела. Юнги полиции не боится, потому что эта самая полиция час назад вновь признавалась в любви во время телефонного разговора. И Юнги очень надеется, что этот разговор был не последним. Некогда красивое здание "Соляриса" сейчас представляло собой черные руины на фоне фиолетового неба и грязно-серых перегородок. Воздух здесь пах странной горькой сыростью, хоть до реки было далеко. Юнги выходит из машины, следом открывая заднюю дверь. Минхо выходит следом, незаметно пряча от менеджера чат с перепиской и последним сообщением с просьбой вернуться. Потому что Джисон сидит у больничной койки Хенджина вместе с Феликсом и сжимает в руках телефон. Просьбу Юнги не возвращаться в город Минхо проигнорировал, капитан Чон лишь поджал губы, но согласился выслать спец-подразделение на место относительно недавнего взрыва. Юнги помнит это здание. Взгляд цепляется за бетонные перекладины и остатки лестницы, ведущий на второй этаж правого крыла. Это было его, Юнги, место. А сейчас там только танцующий ветер и прошлогодняя черная листва. Тишина прервалась шаркающим звуком шагов по асфальту, на нос капнуло холодное и острое, и Минхо с неохотой подметил, что собирается дождь. Первый дождь в этом году. - Где он? - Думаю, он сам нас найдет.- Юнги тряхнул серебряной головой. В подтверждение за углом раздался звук скрипящих шин. Блестящий мотоцикл врезался в осязаемую черноту ночи, а потом...

3 часа назад

- Да, директор Ли? - С какого перепуга ты не пускаешь Джисона в город? - Я бы и Вас не пустил, но у меня нет таких полномочий. - Юнги оперся рукой о стол и зажмурился. Он ненавидел объяснять боссу что да как. Но всегда должен был это делать. - Причина, Мин. Быстро. - Я получил сообщение. Оно было составлено технически, анонимно, но я знаю, кто это. Покушение на Хвана - не просто очередная выходка сеульской мафии. - А что тогда? Мин на мгновение затаил дыхание, потому что знал - Минхо наряд ли его поймет. И от этого только хуже. - Вебер. - Кто?.. - Минхо замер в проходе, невольно оборачиваясь через плечо и смотря на Джисона. - Он был замешан в нескольких делах еще при вашем отце. Господин Ли, Вам нельзя в город. - Что было в сообщении? Юнги... Что было в сообщении? - Минхо почувствовал, как дрожат пальцы. Джисон перед ним - с широко распахнутыми глазами, приоткрытыми губами и дыханием через раз. И почему-то именно в этот момент Минхо понял, что не насмотрелся. Не надышался Джисоном. Юнги снова смолк, а после хрипло зачитал:

Из-за их отцов и их самих пробудился

Великий Дракон.

Солярис. Ночью.

- Что за бред?.. - Минхо сжал пальцами трубку, смотря то на Чонгука, то на Джисона. Те ждали. - Великий Дракон - кличка главаря самой мощной банды якудзы. Еще Ваш отец имел с ним дело, как и отец Джисона. Уже тогда что-то пошло не так, я долгие месяцы пытался найти хоть какую-то информацию, но, видимо, любые сведения были уничтожены. - Юнги тяжело выдохнул, явно сжимая пальцами переносицу. Всегда так делает, когда переживает, Минхо знает. - Хорошо. Допустим. А при чем тут Вебер? - Он на них работал. Но после, как выяснилось, работал в "Солярисе". - Что?.. - Помните Зика? Так вот... Это был Вебер, правая рука Дракона. - А от меня-то им что нужно? - Возможно, ваш отец не все успел уладить, прежде чем... - Юнги замолк, а Минхо поднял взгляд на Джисона. Тот неподвижно стоял напротив, явно услышав часть разговора, и теперь смотрел на Ли в упор. И Минхо столько в этом взгляде прочитал, что внутри разлилось что-то жгучее и горькое. - Ладно. Все это звучит дико, но... Мин, мне нужно в "Солярис". - Господин Ли, Вас могут убить. Я не знаю, что хочет Дракон и уж тем более сам Вебер, но чувствую, не надо Вам туда. Лучше я съезжу один. - Чтобы потом Джисон плакался мне в плечо, что потерял своего любимого хена? - Минхо вскинул бровь и посмотрел на Хана, а тот вздрогнул, сразу поняв, о чем идет речь. Над заводом сгустились последние зимние сумерки, когда черная агера Юнги остановилась у ворот "Миллениума".

3 часа спустя

За ревущим мотоциклом показался большой внедорожник, выпускающий из своего нутра около семи человек в костюмах, с автоматами наперевес. Человек слез с мотоцикла, после снимая с себя блестящий из-за моросящего дождя шлем, тут же двигаясь навстречу. Минхо и Юнги стояли под частично уцелевшим навесом, из которого торчали металлические прутья, все еще черные от пожарного огня и уже заржавевшие. Вебер резко остановился, сохраняя дистанцию в несколько метров, за его спиной выстроилась группа поддержки, как пошутил в своей голове Мин. "Только пушистых шариков не хватает...", - промелькнуло в голове у Юнги, прежде чем он услышал рваный выдох. Минхо нервничал. - Так значит, это и есть новый господин Ли. - Явный немецкий акцент резанул по слуху. Вебер высокий, шире Юнги в плечах и сильно выше. Повалить такого бугая будет сложно, а о его чирлидиршах Мин вообще старался не думать. Надежда лишь на притаившееся где-то среди бетонных колонн спец-подразделение полиции. А еще Юнги злится, потому что знает: Чонгук тоже здесь. - Йохан Вебер, я полагаю. - Минхо чуть наклонил голову, убирая руки за спину. - Знаешь меня? - После покушения на моего человека пришлось узнать. - Минхо вскидывает синие глаза, и его голос привычным льдом окатывает до мурашек, а Юнги вдруг ловит себя на мысли, что впервые рад, что Минхо именно такой: холодный и жесткий, словно титановый щит. Не для всех конечно... - Занятно, что только сейчас. После убийства вашего отца... - Я был ребенком. - Ли вскидывает голову и закусывает изнутри щеки. - По какому поводу мой человек получает от вас послания? - Мое руководство посчитало нужным объяснить вам, господи Ли, что да как. - Вебер сделал шаг вперед. - Ваша... Неоднозначная деятельность в точке "Миллениум" сильно мешает Дракону. Те документы, что были недавно контрабандой перевезены через границу в Китай... Это были не просто бумажки. - И что с того? - А то, что это вовсе не исторические документы для очередного музея. Там были зашифрованы сведения от министерства внутренних дел Японии, и из-за того, что ваш человек любезно их перепродал, у моего босса возникли проблемы. - Во-первых, я не просматриваю заказы своих клиентов. Мое дело - удостовериться в их наличии и подлинности. Я видел образец - мой человек его передал. "Миллениум" лишь точка передачи, не более. Я и мои люди не несут ответственность за ошибки вашего босса, Вебер. - Мальчик... - Вебер сделал еще шаг, похрустывая шеей. - Тебе бы еще сопли вытереть, да твоя мать явно занята более интересными вещами. - Не смейте говорить о моей матери. - Компенсируй свою ошибку. - Я не в чем не ошибался. - Вернешь Дракону документы - останешься жив. Как и он. - Перед лицом Минхо возникает экран телефона. Там - трансляция с камеры наблюдения из больницы Сеула. Минхо видит Хвана, держащего за руку Феликса, а у самого окна, с красной точкой в районе виска... Джисон. - Меня не волнует судьба этого человека. Я ничего вам не должен. - Минхо поднимает синие лучи на немца и сжимает губы. - Не волнует? Райто, - Вебер касается пальцем наушника. - Цель у окна. Убить. Джисон стоит у подоконника, а Минхо, словно в замедленной съёмке видит, как Хан поднимает голову и смотрит куда-то. Он живой. Еще живой. Красная точка фиксируется четко в середине лба, изображение приближается, а потом Минхо видит, как Джисон... Смотрит на него. Не видит, но смотрит, просто рассматривая здание напротив больницы, не зная, что умрет через три... два... - Подождите. - Юнги встает перед Минхо, заглядывая Веберу в глаза. - При чем здесь этот человек? - Эй, вы правда думали, что мы не найдем отпрыска Хана-старшего? Вы не того мнения о Драконе. - Мальчик не виноват. - Мин незаметно сжимает за спиной руку Ли. - Виноват. Не тебе мне это объяснять. Ты вообще кто, Мин? Секретарь? Менеджер казино? Кто ты? - Вебер приблизился к лицу Юнги и оскалился. - Я видел, как ты работаешь. Только пахать на этого раздолбая и можешь, а сам? И да... Капитан полиции классно тебя трахает? У Юнги терпение колоссальное. Но не бесконечное. Вебер грохнулся на колени, зажимая рукой явно сломанный нос, а Юнги услышал звук перезаряжающихся автоматов. Семь пулевых - для Мина это будет новый уровень... - Я долго слушал твой бред, Вебер. Передай Дракону, что он ничего не получит. - Юнги инстинктивно все еще загораживал собой Минхо, а тот глядел на экран выпавшего из рук немца телефона. Джисон... Еще живой. - Мин... Ты правда думал, что все вот так просто? - Вебер встал на ноги, сплевывая на асфальт кровь. - Тут все заминировано. Японская мафия - это тебе не контрабандой бумажки перевозить. И да... Если я не смогу вас уговорить, - Вебер вынул из кармана куртки пульт, - умрем мы все. Юнги почувствоал, как Минхо вздрогнул. А еще потемнело в глазах. Почему-то...