Осколки чьих-то дней

Его звали Тибальт. Лорд Тибальт Ноксский. Он упал с лошади в пятнадцать лет, и с тех пор ходить ему было тяжело. Он унаследовал земли семьи, но они стали якорем на шее — он никогда не покидал своего замка. Он прозябал в промозглых стенах, терзаемый чахоткой, годами. Он чудом дожил до сорока трех, так и не обнаружив своего таланта. При рождении ему дали имя Симон, но после ритуала он назвал себя Улриком. Он любил смерть. И хромую ведьму. Его терзала мигрень, каждый день, каждый час. Жена варила ему яд дурманный, и он забывался на ее коленях. Но те дни прошли, и как же вышло, что стоит он в круге ковена, как осужденный, и точеное лицо возлюбленной глядит сейчас так бесстрастно, пока губы выносят смертный приговор? Ему не дали имени при рождении, он был нежеланным ребенком. Он выбрал его себе сам. Сначала имя — Ромул, потом, когда она ему понадобилась, фамилию — Нексус. Он был никем, и оттого в нем закипала злоба. Он стал великим. Его боялись. Он сам, порой, себя боялся, своего безумия. Ему шептали в уши призраки прошлого, его трясло от ненависти к себе. Он сам себя запер подальше от людей. Сходил с ума медленно и неотвратимо. Мать назвала его Харул, и ему всегда казалось, что это имя пахнет ладаном. Ведьма глядела долго в его лицо, о чем-то думала и наконец шепнула «Улрик, отныне так тебя зовут.» Он стал колдуном, одним из лучших. Пожалуй, это была одна из самых счастливых жизней. Ульдран Падрагон — было записано в его удостоверении. Ул — кликали его близкие, и он морщился от этой фамильярности и все же… Все же «Великий Ул» звали его орки, и он ступал меж них, едва ли выше их женщин, и они его боялись. Страх и почет — их вкус ему нравился, а еще ему нравилось убивать. Но он не получал удовольствия от убийства, нет, он получал удовольствие от того, что на одного паразита во Вселенной стало меньше. Для него все были едины. Он дошел до самых вершин. Он положил начало конца. Он был Первый. Он был везде и нигде. Странница вновь улыбнулась своей чуть кривой улыбкой глядя в бездонные черные очи. Еще один сосуд в бесконечной веренице жизней Вечного. «Какое имя носишь ты теперь?»