Fireflies are back

[от лица Гарри] За окном пробуждалась жизнь после зимней спячки. А моё сердце вовсе и не замерзало, но теперь в нём весенними ручьями бушевала жажда приключений. Рон с Гермионой уже вернулись. Каждый из них просил моего внимания, и серые глаза понимающе смотрели на меня перед тем, как исчезнуть. На улице ещё было зябко, но всё-таки что-то было там, за стенами замка, манящее. Каждый день я забегал к Драко, приглашая на прогулку. Мне нравилось, как он оборачивался и делал вид, что я ненароком отвлёк его от чего-то важного, что он вовсе и не ожидал меня увидеть. Может, так и было, но мне всё равно хотелось надеяться, что он ждёт этой прогулки так же трепетно, как и я. Сегодня вечером он сам зашёл ко мне. Вот это точно было неожиданно. Он заходил ко мне до этого всего пару раз. В первый он повёл меня на реку показать, как ловить рачков. Камни были скользкие, а холодные струйки нет-нет, да и проскальзывали то в рукав, то в ботинок. Но это даже было приятно. Приятно, что он рядом. Приятно, что он посвящает меня в это дело, словно во что-то глубоко личное. И я был рад, что стану к нему ещё немножко ближе. Ближе к тому Драко, каким его не все знали, к тому искреннему, загадочному и светящемуся изнутри Драко, к тому Драко, который стал моим. Во второй раз мы с ним отсиживались у Хагрида. Я и подумать не мог, что после того инцидента с Клювокрылом их с Драко может сплотить интерес к диковинным ящерам. Сегодня наступил третий раз. Малфой повёл меня к реке, на «наше место» (он сам так назвал поваленную сосну, на которой мы часто с ним сидели; он назвал это «нашим местом», и эти слова разлились в груди приятным теплом). На этот раз мне нужно было самому гадать, что меня ждёт на реке. Было поздно, сумрак навис шатром над нами и подбирался всё ближе к земле. Наконец, я зацепился ногой за корягу и чуть не упал, но ловкие руки моего спутника подхватили меня. Я замер на несколько секунд, не желая, чтобы крепкие пальцы отпускали, и Драко, видимо уловив мои колебания, вложил мою ладонь в свою и шагнул в темноту. Я поражался его смелости. Я вспомнил тот день, когда мы были на отработке в лесу. С нами был Клык, но это не сильно обнадёживало. Бросая колкие слова о том, что Драко напуган, я лишь пытался отогнать дурные мысли от себя. В конце концов, когда я был готов уже закричать, я услышал звук со стороны. И тогда я, не думая, схватил его за руку. Вместе и бояться не так страшно. А сейчас он ведёт меня к реке, уверенными движениями рассекая тьму и наплывший туман. Он идёт без фонаря, не использует люмос, даже отсутствие луны не спугнёт его. Вдруг он остановился, выпуская-таки мою руку. —Пришли. —сказал он, и неподалёку от меня возникло облако пара. Я наощупь нашёл поваленный ствол и сел. По шорохам я понял, что Драко опустился рядом. Мы затаились. Робкие облачка изредка вылетали изо ртов. Чего же он ждал? Что должно было произойти? Скажи хоть что-нибудь, но не молчи. Пожалуйста. —Сейчас. Надо немного подождать. Скоро начнётся. Что начнётся? Меня это уже меньше волновало. Драко сидел здесь, со мной, на нашем месте. И я готов был ждать, молчать, встречать рассветы или, если так случиться, даже смерть; главное — вместе с ним. Я не заметил, как глаза сами стали закрываться. Меня разбудил нежный толчок в плечо. —Эй, —прошептал Драко. —Не спи. Начинается. Я открыл глаза. Сначала я даже не понял, что произошло. Думал, что глаза просто привыкали к темноте, очерчивая рядом со мной согнувшийся силуэт. Но потом я увидел. Свечение. Сначала робкое, угасающее, будто от дуновения ветра, а потом разгорающееся с новой силой. Казалось, будто это упавшие с небес звёзды. Будто это те самые звёзды, что падают для тех, кто с трепетом задирает голову и в надежде шепчет своё самое заветное и сокровенное желание. Те самые волшебные звёзды, которые летят и сгорают ради мечты, ради желания, а потом рассыпаются на мёртвые крошки. И теперь эти крошки опять оживают, сияя маленькими земными звёздочками. Они были всюду. Под листьями, среди коряг, над тихо бурлящей водой, кружились над головами. —Замри! —вдруг шепнул Драко. Я замер. Он потянулся руками к моей голове. Нежно и приятно проведя пальцами по моим волосам, он убрал руки, а через секунду наклонился ко мне, протягивая их перед моим лицом. Разжав ладони, Драко выпустил наружу неяркий свет от жучка. Светлячок сидел прямо у него на руке, перебирая лапками и вертя боками. Наконец, он поднялся с тихим гудением и поспешил туда, где в чьей-то груди загоралась мечта. Каждому мечтателю по звезде, подумал я. А для нас целое созвездие, лунные крошки, осколки заходящего солнца, капельки млечного пути. Потому что в моей груди не угасает надежда. Надежда на то, что так будет всегда: ты со мной, а я с тобой — в тишине, в вихре голосов, в ночи, на рассвете, в темноте, окружённые сиянием живых огней — неважно. Главное, с тобой. Моя надежда настолько большая, что я хочу разделить её с тобой, Драко. Мои чувства такие живые, что даже ночная слепота не сможет погасить их.