***
Сосредоточился на листах мишени перед собой. Взгляд правда то и дело завистливо переводил на листы по правую руку. Даже издалека было видно отверстия в мишенях, точные попадания в грудь, голову. Полковник не прекращал стрельбу и внутренне не хотелось от него отставать самому. Стараясь справиться с отдачей и дрожащим прицелом, я делал выстрелы. Медленно, неуклюже. Почему-то сейчас это чувствовалось острее, хотя в первый заход мне не казалось, что стреляю я прям настолько плохо. Сейчас, подгоняемый темпом Полковника и повисшим в воздухе соревновательным духом, кажется стал совершать только больше ошибок. Со счёта сбился сколько раз уже перезарядил ружьё. Спина и руки ныли, а запах пороха настолько забил нос, что тот потерял всякую чувствительность. Сколько это уже продолжается? Но гордость не позволяла мне уйти, когда патроны заканчивались — просил новые у Алмонда, потому что Полковник тоже не планировал уходить. Давно не сверял часы. Сколько я здесь? Час, два? Надо завязывать, продолжение этого до добра не доведёт. Сразу вспомнил, как будучи подростком пошёл в баню со взрослыми мужчинами — друзьями отца. Как сидел до последнего в разогретой на грани человеческих пределов комнате. Думал смогу заслужить уважение старших, которым было наплевать на меня в тот момент и обсуждали они целиком и полностью свои житейские будни. Ребячество. Выпустив последние два патрона я опустил ружье и снял защитные наушники. Обернувшись увидел, что Алмонд отошёл. У стойки его не было видно. Хорош инструктор. Оставил новичка. В общем это было неважно, учитывая, что собираюсь уходить. Увидел, как Полковник также в свою очередь положил ружьё перед собой. Звуки вокруг ощущаются немного приглушенно, словно нутро уха оголилось. — Не знаю какую игру ты ведёшь, — донесся сквозь эту пелену хриплый голос, — но так просто ты не уйдёшь, пока не ответишь на мои вопросы. Он посмотрел в мою сторону. Холодные серые глаза мужчины впивались в меня словно иглы. — Как давно ты продаёшь нашу планету вторженцам?***
Мозг отказывался думать. Взгляд приковало ружьё, чьё дуло было направлено в мою сторону, а пальцы Полковника были так близко к спусковому крючку. Он ведь разрядил ружьё? Не помню. Главное сохранять спокойствие: — Простите, не совсем понимаю… — Я видел как ты разговаривал с одним из них, — резко начал он. — Сначала я решил, что это молодёжь решила уединиться. Хотел спугнуть как обычно. Так сказать, сохранить девственность наших лесов. Но увидел картину гораздо более интересную. Не люблю делать поспешные выводы. Именно поэтому я решил начать этот разговор. У тебя есть хорошая возможность не обосраться с предоставленным шансом, парень. В горле пересохло, но стараясь также сохранять спокойствие всё же выдавил из себя: — Не очень-то похоже на разговор, особенно когда в твою сторону направляют оружие, — кивнул в сторону ружья. — Быть может обсудим это за столом? Полковник не глядя щёлкнул предохранителем, заблокировав крючок, после чего развернулся и повесил ружьё на стену позади. «Так всё-таки оно было разряжено, ” — промелькнуло в голове. В этот момент как раз вернулся Алмонд. Войдя на стрельбище он перевёл взгляд с меня на Полковника. — Прошу меня извинить, господа, что пришлось вас оставить. К нашей удачи у мистера Моргана также есть лицензия инструктора, так что оставил я вас в хороших руках мистер Палмер. Давайте теперь посмотрим мишени поближе? Узнаем, кто победил в последний раз. — Нет нужды, — проворчал Полковник. — Он стреляет отвратительно. Сравнивать наши результаты не имеет смысла, так что я не назвал бы это соревнованием. Алмонд, сможешь обслужить нас в баре, прежде чем приступишь к уборке? Хочу дать пару дельных советов новичку. На короткое мгновение лицо Алмонда приняло бесстрастное выражение, после чего его снова озарила привычная любезная улыбка: — Да, конечно.***
Дождавшись, когда за Алмондом закроется дверь Полковник начал говорить: — По глазам твоим вижу, что думаешь мне нагородить чего, но я в этом деле давно. Не успеешь достать излучатель, как в твоей руке окажется на несколько дырок больше, — будто демонстрируя пример, он проткнул вилкой один из тёмных сухарей лежащих между нами. Вероятно тот немного зачерствел, так как хлебные крошки обильно разлетелись вокруг. — Излучатель? — настороженно глянул на вилку прежде чем продолжить. — В целях достижения понимания, что мы поговорим об одном и том же, можете описать то, о чём говорите? — Темнить пытаешься, шпион? Ну ладно, подыграю тебе немножко. Ты вторженцу его отдал, перед тем, как тот исчез. То что я отдал Вармхарту? Понятно, значит речь про волшебную палочку. — Ясно, теперь становится проще. Однако, чтобы мне стало ещё легче, разрешите уточнить. Почему вы решили, что я шпион? Полковник отхлебнул пива и вперил в меня взгляд. — А ничего я не решил. Вообще без понятия кто ты. Знаю лишь, что повадки у тебя не как у вторженца и в целом выглядишь довольно обычно, а значит шпион, раз так замаскироваться смог. К тому же вторженцы все только с излучателем и бегают. Может материнскому кораблю сигналы передают и он их перекидывает туда-сюда. Тебе-то лучше знать, как там у них происходит. Теперь уже я поднял бокал, чтобы скрыть улыбку. Не могло не забавлять, как закручено он объяснял для себя эту теорию. — Вы довольно далеки от истины, мистер Морган, — начал я. У меня появилось желание развеять его небольшую иллюзию. — Давайте начнём издалека. Что вы знаете о магии? — Магия? Ну немногое. Это что-то вроде как достать кролика из шляпы? — Не совсем. Мужчина, которого вы видели не был «вторженцем» как вы его назвали, а был человек со сверхъестественными силами. Они называют себя магами, иногда волшебниками. Полковник нахмурился, видно было, что переваривает полученную информацию. — Такое чувство будто пытаешься мне голову заморочить, но вроде и бровью не повёл, когда это сказал, а значит либо лжец искусный, либо сам в это веришь. Но в действительности меня мало волнует природа их сил, ведь отношение к ним как к врагам у меня после этого не изменится, если ты добиваешься именно этого. — Отнюдь. Просто в этом вопросе мы с вами в некотором роде союзники. И я бы хотел, раз появился человек разделяющий со мной мнение о магах, да и к тому же знающий о них, то лучше, когда он понимает истинную природу вещей. — Тогда у меня вопрос, — старик ухмыльнулся. — Если по твоим же словам, мы разделяем общие интересы, то на кой чёрт ты его отпустил? — Мне он нужен. Я рассчитывал его немного напугать, чтобы в дальнейшем он помог мне в личном деле. Даже если это не сработает и он вдруг натравит на меня своих друзей, то у меня есть запасной план. Через пару секунд Полковник встал и положил на стол пару фунтов, после чего повернулся в сторону выхода. — Эй! Вы чего? — слегка опешил я. — Мне нет резона разговаривать с дураками и с будущими мертвецами. Быть может ты знаешь об их природе больше моего, но ты явно не представляешь на что они способны. Не знаю, что тебя сделало столь уверенным в своих силах, но это путь в никуда. По спине пробежал неприятный холод. Не нашёл, что ответить. Конечно, я могу рассказать про ритуалы, но теперь кажется, что это не приведёт ни к чему хорошему. Внутри завыла раненая гордость. Из транса выбил звук колокольчика. Дверь бара закрылась. Нет, план не так плох, учитывая отчаянность ситуации, в которой я сейчас нахожусь. Пусть лучше они придут за мной на моих условиях, чем и дальше буду просыпаться по ночам в поту, потому что мне послышался хлопок, напоминающий звук трансгрессии. Это будет либо конец для меня, либо новое преимущество. Но мне отчаянно нужны союзники. Они могут повысить шансы того, что я преуспею. Откровенно говоря, мне осточертело сражаться в одиночку, получая поддержку лишь от Ошмётка, который является всего лишь моим жалким альтер-эго. Поднялся из-за стола и также достал пару банкнот. В этот момент Алмонд как раз вышел со стрельбища: — Уже уходите, мистер Палмер? Что-то случилось? Выглядите взволнованным. — Всё в порядке. Мне просто надо идти. Хорошего вечера! — бросил я, проходя мимо. Вдруг ощутил, как что-то тяжёлое опустилось на моё плечо. Обернувшись увидел, что Алмонд обхватил его своей кистью. Больно, чёрт возьми. Что у него за хватка такая? — Что такое? Деньги за пиво на столе, — с трудом старался сохранить лицо, не показывая, что мне больно. — Будьте осторожны с мистером Морганом. Он непростой человек, — -произнёс Алмонд с непроницаемо серьёзным лицом. — Да, конечно, — ответил я, стараясь не выдать нервную дрожь в голосе. В ту же секунду давление с плеча исчезло, а на лице бармена появилась услужливая улыбка. — Хорошего вечера, мистер Палмер, — произнёс он будто ничего не произошло. Лишь кивнув в ответ я ускоренным шагом направился к выходу.***
Звонок колокольчика сообщил, что последний клиент покинул бар. Пересчитывая выручку, Алмонд прикинул, что денег за этот месяц получилось достаточно, чтобы погасить основные расходы и даже немного выйти в плюс. Подошёл к двери и повернул замок. На душе висело беспокойство, природу которого он отчётливо понимал, но ничего с ним не мог сделать. На всякий случай убедился, что дверь заперта. Неспешным шагом пересёк бар, затем направился в кладовую и свой офис. Хотя скорее это небольшая каморка с телефоном, где он обустроил место под возню с бумагами. Из скрипучего ящика стола от которого пахло старым деревом достал обёрнутый в платок предмет. Тяжёлый, но не для руки Алмонда. Пальцы коснулись холодных изгибов металла, спрятанных под тканью. Сдёрнул платок. На свету одинокой настольной лампы заблестел пистолет. «Кольт» М1911. На его затворе была выгравирована надпись «Р. Моррис». Единственная надпись, которой не коснулось изменение и единственное, что он смог пронести в своей памяти до сегодняшнего дня. Большим пальцем нежно провёл по гравировке. Быть может беспокойство было связано со страхом потерять и её? Он снова спрятал пистолет в платок и убрал в ящик, который закрылся с особенно раздосадованным скрипом. — Нет, твой час настанет не сегодня, — произнёс Алмонд, после чего потянул лампу за свисающую цепочку-переключатель, погрузив кабинет в темноту.