Неидеальный мир

Ежедневная запись происходящего немного успокаивала, было в этом что-то романтичное. Просыпаться на утро, читать аккуратно написанные строчки… Так можно было быть уверенным, что ничего важного не было упущено. Дела фатуи оказались неожиданно (?) скучными. Сотни бесполезных бумаг и нудных отчётов о разных подозрительных миссиях. Это казалось очень знакомым и ненавистным, хоть напрямую он этим не занимался. Часть обязанностей предвестников — следить за младшими товарищами, однако утомляло это настолько, что ко второму часу рапортов хотелось встретиться лбом с мраморным полом. Смириться с тёмными делишками было сложно, но пока они не касаются Монда это можно перетерпеть, но на душе было очень неспокойно, отчего Кайя задумчиво перевёл взгляд на Чайлда, который без какого-либо интереса перелистывал журнал операции, в который записывались все действия. Было понятно, что сам Тарталья совершенно ничего не смыслит в таких делах, если бы ему приказали снести столицу Натлана под ноль, то пожалуйста, язык битвы — прост и беспощаден, но всякие хитрости будто водили по кругу незатейливый мозг Чайлда. Сосредоточенный, но не вникающий взгляд партнёра напомнил Кайе об уроках ведения бизнеса мастера Крепуса, сам Кайя быстро схватывал, но Дилюк… Он долгими ночами сидел в библиотеке, разбираясь с расчётами и бухгалтерией, чтобы на утро обрадовать отца. Тоскливое чувство вновь поглотило Кайю с головой, хотелось вернуться домой (?), но судя по отрывкам воспоминаний, его выгнали или точно уж не ждали назад, но верить в это Кайя отказывался. Надежда погибает последней, особенно последняя надежда.

***

Долгая дорога проходила через владения Гидро Архонта, бесконечные болота и увязающие копыта лошадей порядком напрягали. Ко второму дню пути Тарталья взвыл. — Давай хоть прогуляемся по лавкам, тут же всякие новомодные штучки делают, — В карете не осталось места от вездесущего предвестника. Он постоянно вставал, пересаживался, даже лежал на полу, Кайя только отшучивался и смотрел в новоприобретённую книгу. Удивительно, но за такое недолгое время он привык к подобной жизни. В груди уже не скреблись кошки, а служба Фатуи казалась чем-то обыденным. Форма не стесняла движения, а маску заботливо доработали, скрыв полностью правый глаз, так что повязку носить не было смысла. Волосы немного отросли и единственной удобной причёской стал высокий хвост. Тарталья не раз пытался убедить укоротить волосы, но от одной мысли на лбу появлялся холодный пот. Чёрные шнурованные сапоги, доходящие до колен, обтягивающие штаны, переходящие в корсет. Почему ему настолько удобно носить стягивающие вещи? От одного вида завязок у Чайлда затруднялось дыхание. Белоснежная рубашка была расстёгнута, оголяя смуглую шею. Идеально белый плащ был притален тонким серебряным ремешком. Голову прикрывал увенчанный мехом капюшон. — Тебя официально примут в ряды капитанов лишь после путешествия… — Тарталья внимательно оглядывал напарника. — Так неофициально то меня уже повысили, после происходящего в Натлане, — Кайя не отвлекался от бумажек, среди которых были письма с приказами. — Натлан, Натлан… — Чайлд громко вздохнул и облокотился на спинку, — Подумаешь переворот остановили, Госпожа Царица в хороших отношениях с Пиро Архонтом, вот и приказ выполнили. — Да, только вот в последствии вдвоём целый город штурмом взяли, и устроили ледяной ад у подножья вулкана, — Кайя перелистывал дневник, последние месяцы оказались невероятно насыщенными. — Подумаешь… — К тому времени и недели не было, после выдачи мне глаза порчи, так что ничего удивительного нет, — Кайя легко улыбнулся, читать строки, написанные собственной рукой, но не знать, что будет на следующей странице — будоражит. Когда со стороны послышалось мирное сопение, путь до гавани должен был занять ещё около восьми часов, идеальное время собрать мысли в кучу.

12 Апреля

Сегодня очередной день пути. Нам назначена встреча с волей небес Нин Гуан, которая за кругленькую сумму согласилась присутствовать на аудиенции лично. По приказу Царицы мы должны добиться расширения банка Северного королевства, разрешения хранения активов по льготной налоговой ставке, иначе спонсируемые операции почувствуют нехватку инвестиций. * Необходимо сходить к Дотторе, под предлогом обследования, проверить на проведение нерегламентированных экспериментов. Колесо звучно ударилось о камень и перо резко ушло в сторону, смазывая последние слова. Выругавшись на Властелина Камня из-за изобилия булыжников на тропах, Тарталья выпрямился, сонно потирая глаза. Близился вечер, при желании добраться до пункта назначения можно было пешком, но было нельзя. Мучиться от сидения на месте и ныть об этом каждые пять минут, будто стало призванием Тартальи, поэтому как только ворота города были преодолены он выскочил наружу. — Я думал помру, в следующий раз на корабле поплывём, а то каждый камень на дороге у меня в памяти остался, — Он с хрустом потягивался, смотря в темнеющее небо. — Обязательно, — Воздух вне движущейся клетки показался невероятно желанным, от чего внезапно оба зазевали. Возле банка арендовали большую квартиру, в ней всегда оставались предвестники, прибывшие в город. Тарталья залетел туда, как к себе домой, а Кайя остался ворковать с хозяйкой у порога.

***

— Дорогой, да у вас начато заражение порчей, — Негромкий усмешливый голос ходил из стороны в сторону, перекладывая шприцы с инструментами. Звон в ушах не прекращался несколько дней, в голове пустота, перемешанная с бесконечным количеством информации. — Представляете, недавно нашёл новую особь для экспериментов, — Грозные взгляды уставились на учёного, — Клянусь, что она сама ко мне пришла, зачем мне врать? — Улыбка утонула в самодовольном смешке, — Да и какая разница, зато я нашёл кое-что невероятно занимательное. Дотторе обошёл Кайю и вытянул папку с бумагами из шкафа. — Это может решить проблему вытягивания жизни из носителей глаза порчи! — Безумный смех насторожил Тарталью, а Кайя почувствовал… Ярость (?) — Когда-то давно я работал над универсальными глазами порчи, удивительное было время, — Он порхал по комнате, довольный своими исследованиями, — Я даже первые образцы продать умудрился, — Внезапно замолк, поняв, что взболтнул лишнего. — Царица запрещала продажу, только официальные поставки, ты ослушался приказа? — Перчатки гулко хрустнули, оба встали, угрожающе смотря на предвестника. — Это был лишь мой эксперимент, да и продал всего один экземпляр, так что не считается, — Зубастая ухмылка предупреждающе скривилась, — Да и насколько я знаю носитель прототипа погиб при использовании, какая жалость… Он наигранно покачал головой, смотря на Кайю, будто пытаясь вывести того из себя. — Ох точно, как твоя амнезия? С какого момента своей жизни ты помнишь? — Он взял блокнот. — Эм… Примерно лет с девяти, — Кайя взглянул на свои руки, но ничего особенного не почувствовал. — Хм… Понятно, — Дотторе что-то записал, — Думаю стоит усилить поиски глаза бога, а то вскоре ты и способность говорить забудешь, так что в путь! Думаю, стоит тебе вернуться в Мондштадт, он точно там, — Дотторе громко вскрикнул и бросил за спину записи, листы были заштрихованы неровными кудряшками, — Я скоро вернусь, отдыхайте от процедур. Учёный скрылся за скрипучей дверью, оставив Кайю с Тартальей в холодном белом помещении. Не долго думая, они последовали за ним, выходя в основную часть лаборатории. Множество роботов-культиваторов непрерывно собирались, оглушающий грохот отовсюду напоминал больше завод, чем лабораторию, хотя зная Дотторе, он мог и машины довести до самоуничтожения. — К чему все эти ловушки? — Кайя еле увернулся от лазера культиватора. — Да кто же знает… — Тарталья спрятался за небольшой кусок стены, — Этот «доктор» невероятно странный, его эксперименты запретили проводить в Снежной, вот он и обустраивается в лабораториях по всему Тейвату. — Разве это не опасно, так его отпускать? — Кайя запнулся о металлическое ядро, оно звучно прогремело по всему огромному помещению. — Точно менее опасно, чем держать во дворце, в прошлый раз он чуть человека не убил. В декабре примерно, — Пусть они старались двигаться осторожно, но многочисленные препятствия было невозможно обойти, особенно после анализов Дотторе. — Мы же идём искать подопытных, верно? — Кайя неуверенно посмотрел на Чайлда, но тот утвердительно кивнул. — Царица попросила проверить, не нарушает ли Дотторе данного ей слова, а судя по его рассказам… Надо освободить всех, пока на Фатуи не началась охота. В стене напротив ощущался существенный поток ветра, прорывающийся сквозь трещины. Тарталья не долго думая направил поток воды в щели, Кайя щелчком пальцев заморозил гидро и стена с треском рассыпалась. За ней стоял десяток звериных клеток, в которых лежали люди. По середине помещения располагался огромный хирургический стол со стойкой с инструментами рядом. Среди них были как обычные скальпели с щипцами, так и то, что можно назвать только орудием пыток. Затхлый запах гнили и плесени источался, казалось, из каждого сантиметра помещения приглушённые душераздирающие болезненные стоны отражались от металлических решёток. — Он монстр… — Кайя еле сдержал подбирающийся к горлу приступ тошноты. — Мы все монстры… Но мучать людей ради удовольствия… Этого даже я не понимаю, — Тарталья с ужасом смотрел на женщину, умоляюще смотрящую на него зашитыми глазами, — Мы должны их вытащить отсюда, как можно быстрее. Подтверждения было не нужно, они раскрыли все клетки, помогая выкарабкаться наружу. Только из одной выходили лишь тихие всхлипы. Кайя молча посмотрел на Чайлда, тот кивнул и проломил стену наружу, те, кто мог идти помогали вынести пострадавших. Кайя же приблизился к последнему несчастному. — Тише, мы хотим помочь, — Голос не слушался, что-то защемило сердце, не хотелось верить, что ребёнку пришлось столько всего пережить. Но тишина с той стороны стала лишь более оглушительной, Кайя снял капюшон прикрыл чёлкой правый глаз и снял маску, стараясь показать, что он не причинит вреда. — Прошу, мы должны быстрее уходить, — Ласковые и практически нежные слова заставили девочку выползти из глубины клетки. Её горящие глаза залились слезами. — Мама! Это ты? — Она бросилась в объятия. Кайя поднял её на руки и пошёл в сторону Тартальи, что удивлённо наблюдал за сложившейся картиной. — Я чего-то о тебе не знаю? — Чайлд лучезарно улыбнулся, погладил малышку по голове. — Прости, я не твоя мама, но мы обязательно найдём её, — Он хотел звучать как можно более утешительно, но она замолкла и подняла взгляд. — Вы Кайя? — Она выглядела решительной. Тарталья загружал раненых в телегу, все должны были отправиться в город, за помощью. — А? Ты знаешь меня? — Удивление было искреннем, но помня о проблемах с памятью, не настолько оглушительным. — Я Эстер, моя мама, ваша сестра, просила найти вас в этом… времени, — Она попросила спустить её на землю, — Знаю, что это странно, но мама передала: «Я не смогла, я полюбила другой город», — Кайя выглядел растерянным, но только внешне, внутри он всё понимал, помнил обещание, данное своему народу, он взглянул в звёздные глаза и мягко улыбнулся. В ней было чистое солнце, ни капли проклятия или порчи, она сияла ярче всего в этом мире. Хотелось обнять её и сказать, что всё будет хорошо. Он понял, что Карин хотела, чтобы он позаботился о её дочери, но что он может, если он не помнит большей части своей жизни. Эти алые глаза напоминали ему о чём-то важном, но важно сейчас лишь дать ребёнку заботу, которую она заслужила. — Эта девочка теперь будет со мной, — Твёрдо произнёс Кайя, смотря в сторону Тартальи, тот прищурился, но возражать не стал.

***

Бай Джу смотрел с подозрением, но согласился помочь раненым без лишней огласки, конечно не бесплатно, но иного выхода сохранить хоть небольшую репутацию Фатуи не было. Эстер выглядела повеселевшей, она увлечённо смотрела по сторонам, держась за руку Кайи. — Этот город сильно отличается от Мондштадта, и от винокурни, — Она прыгала по бортику лестницы, умело балансируя. — Ты была там? — Кайя был увлечён отчётами банка, путь лежал в ресторан, где назначена встреча с Нин Гуан, стоило подготовиться. — Ага, — Она потянулась, — Тебя там сильно ждут, дядя Дилюк с сестрицей Эмбер даже пошли искать, но, наверное, потерялись, меня не пускали на их поиски, и я пошла сама, а потом… Оказалась здесь. — Ого, Мистер Дилюк решил сам искать потерянного рыцаря, неожиданно, — Тарталья держал в руке два мороженых, протянул одно девочке, когда та спустилась на твёрдую землю. — Ты знаешь его? — Кайя писал о Дилюке в дневнике, но что-то очень неоднозначное, от чего-то казалось, что его он забывает быстрее всего. — Да, пересеклись, когда он базы Фатуи громил, несколько лет назад, — Он причмокивал мороженым, что подбешивало Кайю, — Кажется он искал того, кто поставлял глаза порчи в Монд, но в то время не было массовых разработок, не знаю, что он искал. — А что если этот прототип купили у Дотторе, — Кайя задумался, — Он сказал, что покупатель умер, возможно поэтому Дилюк и искал его. — Ого! Вот это предположение, очень может быть. Они дошли до ресторана, Кайя долго уговаривал Эстер остаться снаружи и поиграть с местными детьми, но та наотрез отказывалась, после чего Тарталья засмеялся, указав на схожесть с его братом и позволил войти. Внутри был роскошный интерьер, самой Воли Небес ещё не было, так что было время подготовиться тщательнее, однако волновался, похоже, только Кайя, Тарталья увлечённо рассматривал блюда и косился на бамбуковые палочки. Эстер бегала по помещению и разглядывала картины и статуэтки. — Ох, Архонты… Сядьте оба, как будто не за одним, а за двумя детьми присматриваю! — Кайя сложил руки на груди. — Дети прекрасны в любом возрасте, такие искренние, — Нин Гуан появилась из ниоткуда сильно смутив Кайю на секунду. Он быстро оклемался, почтительно приклонил голову, поцеловал протянутую ладонь и пригласил за стол, отодвинув стул. — Так что мы сегодня обсудим?

***

К вечеру все сильно устали, добиться всех оговорённых условий не получилось, но прогресс намечался. Самой счастливой из ресторана вышла Эстер, Леди Нин Гуан одаривала её всякими вкусняшками всю встречу, не то чтобы кто-то был против, но как ребёнок будет ужинать? Хотя зачем Кайя задумался об этом? Обустроив малышке кровать в гостиной все разошлись по комнатам, завтра требовалось уезжать, чтобы ни Дотторе, ни Миллелиты не начали надоедать. К счастью путь должен был быть недолгим. Луна освещала комнату, Кайя лежал неподвижно, будто боясь, что спугнёт светило с небес. Вот сейчас он снова заснёт, а потом ничего не будет, это всегда пугало, смуглая рука потянулась к холодному свету. Он обволакивал, успокаивая, утешая, заставляя поверить, что решение близко, как никогда, что мир вновь станет прежним. Послышался тихий стук. В проходе показалась огненная голова, маленькие ручки сжимали подушку. — Можно я здесь полежу? — Шёпот сливался с фоном, но Кайя прекрасно понял, о, оставлять её на ночь было опасно, но эти просящие глаза… Впрочем, что он сделает ребёнку, верно? — Ладно, ложись рядом, только не пинайся, — Сразу после этого последовал ощутимый толчок в бок, но малышка мирно устроилась уткнувшись носом в чужое плечо. — А это уже нарушение личного пространства, милая~ — Расскажи, а почему вы с мамой так далеко друг от друга? Я думала, что брат с сестрой должны быть всегда вместе… — Её срывающий голосок выдавал беспокойство и непонимание. — Ох, если бы я помнил все детали, я бы сказал… — На потолке отражались многочисленные звёзды. — Совсем ничего не помнишь? — Девочка приподнялась на локтях, — Мама не хотела об этом говорить, а я даже не знаю кем она была, а значит, не знаю кто я, — Слезинки покатились по щекам, оставляя блестящие следы. — Не плачь, ты это — ты. Никто не отнимет этого и кто бы что ни говорил. Я могу лишь сказать то, что помню, если тебе легче станет, — Он повернул голову в её сторону и натянуто улыбнулся, ожидая увидеть благодарное личико. Но маленькая негодница всё спланировала и уже без единой капли у глаз сидела в ожидающей позе. Похоже манипулирование ей передалось по наследству от матери, впрочем, нельзя её осуждать. Жить в неведении ужасно, кому как не Кайе это понимать. — Давай это будет твоей сказкой на ночь, а потом к себе пойдёшь спать, хорошо? — Ну нееет… — Это условие рассказа. — Ну ладно, — Она показательно надула щёки и прищурила глаза. — Давным-давно была великая страна, люди в ней были иными, их благословила богиня времени, правящая среди звёзд. Судьба каждого предначертана в созвездиях, поэтому звёзды отпечатались у нас в душах, а глаза — зеркало души, дорогая. Новые технологии, учёные трудились не покладая рук, наш прогресс был на порядок выше остальных земель. Потом, внезапно для всех, наш Архонт отвернулся от нас и оставил одних, это многим не понравилось и королевскую семью стали… недолюбливать. В крови королей и королев текло истинное благословление Архонта, мы это называли затмением. — Ого! А почему? Это страшное проклятие? — Она смешно выставила руки в жуткой позе, эмитируя страшные звуки. — Нет… Ну оно таковым быть было не должно. На самом деле это была сила Солнца и Луны, луна затмевает солнце вот тебе и затмение. Сила затмения позволяла управлять временем! Однако всё имеет свою цену, но народ не понимал этого. У этой силы были существенные ограничения, ведь человек не мог выдержать силы богов. Жители Каэнриа’ха обвиняли королевскую семью в бездействии, ведь так просто натворить что-то, а потом надеяться, что всё за миг исправят, — Кайя сжал простыню до хруста, — Тогда отец, ну твой дедушка, решил развить Кхемию до невероятных масштабов, все деньги казны уходили на исследования, пока однажды об этом не узнала Селестия… — Кхемия? Селестия? — Она давно слышала об этих понятиях, но ничего конкретного. — Напомни потом дать тебе несколько книжек по этой теме, — Он невесомо улыбнулся, — Итак, далее. Начались стычки, а после и полноценные битвы, как раз во время начала войны родились я и твоя мама. До этого близнецов в королевской семье не было, и сила затмения разделилась между нами. Твоей маме досталось Солнце, — Он заправил алый локон за ухо, — А мне Луна, — Рука потянулась к повязке, показать, для понимания было необходимо, да и ничего страшного уже не должно произойти. Он откинулся на спину, сделал несколько глубоких вдохов, собираясь с мыслями, снял повязку, всё ещё боясь открыть глаз. Сверху мелькнула огненная прядь. — Я не боюсь, и ты не бойся, — Уверенный, но осторожный шёпот придал уверенности, и он решился.

***

В Мондштадте все стояли на ушах, недавнее возвращение Магистра привело всех в состояние готовности. Горожане радовались прибывшим товарищам, таверна была полна, повсюду слышались истории из путешествия. Джинн благополучно передала свои полномочия и ушла в заслуженный отпуск. Лиза была невероятно рада, что трудолюбивая до болезни подруга, наконец не будет иметь причину засиживаться до утра. Однако нераскрытая пропажа Дилюка и Эмбер гложила абсолютно всех, работники винокурни не справлялись с потоком покупателей, а горожане беспокоились о судьбе огненных звёзд Монда. Джинн лично с отрядами рыцарей обошла весь Мондштадт, от каменных врат, до ущелья Дадаупа. Солнце пекло не по-детски, бывший действующий магистр сидела у озера, намечая план для дальнейшего поиска, но за её спиной послышался звонкий смех, до боли знакомый. Она резко обернулась и слёзы полились по её обгоревшим щекам. Она за секунду добежала до Эмбер и с силой сжала её, не веря, что наконец-то она её видит, чувствует, она жива. Рядом непонимающе смотрит Дилюк, а за его спиной странный человек, но Джинн это не важно. Она в агонии, от усталости, от страха, от душевной боли. Эмбер положила руку ей на голову, и они вместе осели на песок. — Я думала я никогда уже вас не увижу, — Всхлипы звучали громче голоса. — Успокойся, что случилось? — Дилюк присел рядом, показывая свою поддержку. — Что случилось?! — Она резко отдёрнулась от скаута поравнявшись заплаканными глазами с алыми, — Вас полгода не было! Что бездна подери с вами приключилось, и кто это? — Она подняла взгляд на высокого светлого мужчину. — Хранитель ветви, Дайнслейф, приятно познакомиться, Действующий магистр Джинн, — Он галантно поклонился, протягивая руку, помогая встать. — Очень интересно, но у меня для вас важные новости и главное, живо в город! Все на ушах стоят, — Она выглядела обеспокоенной, но более-менее в порядке. По дороге Джинн рассказала последние новости, а также о скором визите Фатуи. — Чего они от нас опять хотят? — Дилюк сорвался на глухой баритон. — В письме указана туристическая цель, но слишком хорошо всё сходится, что-то точно неладное. Я слышала, что их ряды пополнил кто-то очень сильный, это может быть прямой угрозой Мондштадту, — Пока она недовольно обсуждала Фатуи, Дилюк вздыхал на неосторожные высказывания в их адрес, да, когда он был незрелым он мог позволить себе такое, но сейчас… Он понимал, что за верёвочки дёргает тот, кого стоило бы побояться. Эмбер сразу же побежала в штаб, докладывать о произошедшем, а сам Дилюк не торопился, его путь лежал через винокурню, кто знает, что произошло за такое долгое время. Дайнслейф шёл следом, лишь иногда довольно хмыкая замечая птиц и мелких зверей. Как только они подошли к небольшим домикам их окружили обеспокоенные работники, от которых было невероятно сложно отойти. После того, как каждый лично осведомился, что их мастер в добром здравии они смогли пробраться к основному зданию. Дверь шумно отворилась, но по ту сторону никого не было, Дилюк пригласил гостя внутрь и украдкой оглядел помещение. На креслах дремали младшие горничные, похоже, что забот у них изрядно прибавилось. Стараясь не издавать ни звука они поднялись на второй этаж, дверь в кабинет была немного приоткрыта, так, что было видно, что Эльзер с Аделиндой также тихо дремали, на столе лежали кипы бумаг, а перо из рук Эльзера не выпало и лишь оставляло неаккуратные штрихи, пошатываясь от глубокого дыхания. Мешать им было бы ужасной ошибкой, за внезапную пропажу он извинится позже, а сейчас стоило узнать подробности. Они вошли в спальню Дилюка, там как всегда был лёгкий беспорядок, который, однако, был уменьшен заботливой рукой Аделинды. — Как понимать? — Дилюк прикрыл занавески, с улицы слишком хорошо проглядывалась комната. — Что именно, мистер Дилюк? — Дайнслейф сел на кресло, положив ногу на ногу, сложил руки на груди и отвёл взгляд. Ох нет, не напоминай Дилюку о нём, о том, кого он так и не смог найти. Внезапно рука немного затряслась, он вспомнил, что всё это время чужой глаз бога был у него. А если здесь прошло аж полгода… — Архонты… — Он быстро вытащил из кармана плаща мешочек с видением, и освободил от оков печати. Он еле светился, будто терял связь с хозяином. Страх сковал, нет, нет, нет, только не теряйся, не брошу, не снова, только не оставляй. — То, что он так ослаб, скорее всего последствие пребывания в бездне. Очевидно, что глаз бога, особенно без своего носителя будет терять связь намного быстрее, — Он говорил это так спокойно, что Дилюк взорвался. — Что? Мы были в бездне, прошло полгода и что вообще стало из-за этого с Кайей?! — Он вскочил, крепко прижимая к сердцу видение, ожидая почувствовать обычное ледяное покалывание, но ничего… — Он не погас, значит Кайя жив, ты сам утверждал, что тебе в принципе всё равно, что происходит с твоим «не братом», — Холодный взгляд Дайна, морозные звёзды, о нет, Дилюк слишком сильно беспокоится о Кайе, верно? Но нет, его сердце сильно сжалось, он не хочет его потерять, не хочет быть одинок, не снова. Такое эгоистичное, но искреннее желание, но только ли одиночества он боится. Он понял, что он скучает по его надоедливым подколкам в таверне, по его неуместному флирту, по его умоляющим глазам, когда он пугался громких фейерверков, по его прохладной руке, что крепко сжимала на секунду, будто невесомо, но ощутимо. Архонты, он скучает по всему в его ужасном характере, по каждой его колкой шутке, по каждой лживой улыбке. Дайнслейф не умел утешать, но тяжело выдохнул и сказал: — Мы его найдём, всё станет в порядке, как только ты вернёшь ему глаз бога. Дилюк опасливо посмотрел на свои руки, в них всё ещё сжималось чужое видение, но наблюдая за его тихим миганием, ощущалось, будто он самолично убивает своего… Дилюк уже был не уверен кто ему Кайя.