Некоторые любят и постарше

Просыпаясь от противного писка звонящего телефона, Т/И, жмурясь и сонно засопев, потянулась в поисках злосчастного устройства. Не сразу вспомнив, что всё ещё лежит на диване Дона. Встав, девушка, слегка пошатнувшись, наконец достала его из сумочки и, не глядя на экран, взяла трубку, выдохнув хриплое: — Алло. — Привет, Т/И, разбудил? — Нет, — Соврала девушка, впрочем, выдавая себя большим и громким зевком. — Как ты там, ТК? — Прекрасно, сегодня выписывают! Швы сняли, но сказали ещё пару раз приползти на осмотр. - Замечательно! Хочешь, сегодня встретимся? - Буду рад! Ах да, ещё одна новость. Т/И, поставив телефон на громкой связи и начав было расчёсываться у зеркала на шкафу, замерла. — Того ненормального поймали. — Да ладно? — Как раз собирался проникнуть туда, где ты снимаешь жильё. Люси вовремя спохватилась и вызвала копов. — Боже мой… Она цела? — Целее нас с тобой! Я её не знаю так, как ты, но она явно та ещё штучка! Усмехнувшись, Т/И кивнула, ответив: — Её и, правда, так просто не возьмёшь. И что теперь? — Если его признают невменяемым — однозначно психушка. Вот только не похоже, чтобы он не осознавал, что делает. Ты и я будем потерпевшими. — Ох, теперь ещё и в суд идти… Ну да ладно. Если это положит конец кошмару — я готова. — Извини, врач пришёл, кое-что обсудить надо. Давай, до связи. Отключившись и поставив телефон на зарядку — когда батарея успела сесть? Т/И, морщась от покалывания в паху, направилась в ванную. На теле, куда ни глянь, остались следы засосов и пальцев. Под прохладными струями воды всё это приятно побаливало, напоминая прошедшую ночь. Дона в квартире не было — небось, опять на работу умчался, усмехалась девушка про себя, вытираясь и одеваясь в чистое. Не зная, будет ли хорошей идеей идти навстречу с ТК вечером, она, сев за стол и открыв ноутбук, зашла на свой профиль в соцсети. И ужаснулась. Личные сообщения были просто завалены писаниной с многочисленных неизвестных аккаунтов. Т/И и угадывать не пришлось, кто это был. Как и читать весь этот ужас, ведь в каждом сообщении помимо кучи смайликов чередовалось: «Я люблю тебя», «Ты только моя», «Мы всегда будем вместе», «Я никому не позволю встать между нами», «Этот старый хрыч не достоин тебя» и т. д. — Не удаляй это. Вздрогнув, Т/И, обернувшись, увидела вошедшего Дона, уже глядящего в экран. Тот, ставя пакеты с едой на стулья и снимая пиджак, повесил его на крючок, после чего, подойдя к девушке, сказал: — Это будет весомым доказательством на суде. — Ты в курсе? — спросила Т/И. — Мне Рой рассказал. Сын, работает копом, — пояснил он, заметив удивление во взгляде девушки. — Мы не так хорошо общаемся, но он один из тех, кто вёл дело, был в группе арестовавших этого… Как выяснилось, его зовут Питер, он немного старше тебя. Может, вы пересекались раньше? Говорят, что он был трудным подростком, в школе косил под гота, пока не выпустился… И тут Т/И с вытаращенными глазами, казалось, провалилась в прошлое. Школьные годы, новенький в их классе, нелюдимый агрессивный парень, в которого Т/И была влюблена и кому дарила валентинки каждое четырнадцатое февраля. Их пути разошлись, когда девушка, закончив школу, поступила в колледж. Она долго думала, куда он мог деться. И теперь, когда все пазлы сложились… — Он мне нравился тогда, — пролепетала она. Уже очередь Дона удивлённо поднять брови. — Но он никого к себе не подпускал, а меня и вовсе отпихивал. Я перестала к нему лезть ближе к выпускному, хотя и хотела пригласить с собой в качестве партнёра по танцам — он послал меня. С тех пор я его не видела. — Не удивительно, что ты его не узнала, он очень изменился. И, видимо, одумался. — хмыкнул Дон. — Слишком поздно, — отмахнулась Т/И. — Не знаю, что там у него в голове, я к нему и на пушечный выстрел не подойду! Ох, как страшно идти на суд… Дон, погладив девушку по плечу, ободряюще улыбнулся: — Ты будешь не одна. Я пойду с тобой. И Люси тоже. И ТК. Мы все будем там и не дадим тебя в обиду. От того, каким тёплым был в этот момент голос мужчины, сердце Т/И беспощадно таяло, подобно воску свечи, и, стекая куда-то вниз, твердело в нарастающей липкой лужице. Осторожно ткнувшись в этого тёплого великана, девушка, закрыв глаза, улыбнулась. — А ты заметно похорошела после вчерашнего, — заметил Дон, в один миг заставляя щёки Т/И покраснеть. — Уже не стесняешься меня, смело говоришь, смотришь в глаза… Да и прикасаешься ко мне тоже без дрожи в руках. — Ой, ну тебя, — закатила глаза она, отчего мужчина прыснул. — Ты тоже хорош, как я в таком виде на суд явлюсь? — Скажешь, что я тебя учил хорошим манерам, — промурлыкал Дон, отчего Т/И и вовсе засмеялась: — Отличные уроки, ничего не скажешь! Соседи просят повтора! Кстати, а почему к нам так никто и не постучался? — Здесь одни глухие старики живут, — махнул рукой Дон. — Хоть в бубен бей, не услышат. — А ты проверял? — Без комментариев.

***

— Встать, суд идёт! Все, кто был в большом зале, обильно украшенного коричневым с позолотой, встали. Т/И, нервничая, бросила взгляд в сторону подсудимого. Питер, в наручниках и запертый в клетку, тоже встал, но ссутулившись — мешали цепи. Высунув язык и сверля взглядом девушку, тот, не замечая никого вокруг, не сразу услышал: — Подсудимый, прекратите греметь цепями, иначе вы будете удалены из зала! Дон, сидя на первом ряду, с волнением глядел на Т/И. Со стороны присяжных было видно, как её колотит дрожь и трясутся руки. Но взгляда с чудовища, желавшего заполучить её как трофей, она не сводила. ТК, сидящий рядом с ним и Люси, волновался не меньше. Какой же будет приговор, если Питера признали вменяемым, вопреки прогнозам психиатрической экспертизы? — …Приговаривается к пятидесяти годам лишения свободы без права подачи о досрочном освобождении в колонии особого режима! Подсудимый, вам ясен приговор? — Ты всё равно будешь моя! Крик, полный злобы и ярости, заставил всех вздрогнуть, а стены — сотрястись. Бросаясь на решётки, Питер кричал: — Мы всё равно будем вместе! Как же ты не понимаешь, я люблю тебя! Я без тебя не могу, я сдохну там как крыса, пожалуйста, пойми меня, Т/И, чёртова ты шлюха, я весь мир положу к твоим ногам, дорогая, выходи за меня… Т/И, прибавив шагу, поспешила к выходу. Дон, ТК и Люси — за ней, не обращая внимания на продолжающиеся стенания приговорённого. Вполне возможно, думал Дон, Т/И испугалась, что когда его начнут выводить, он вырвется и попытается с ней сделать что-нибудь, к примеру покалечить, или вовсе убить. Когда привыкаешь к тому, что тебя преследуют и ты не можешь защититься — даже целая толпа охраны с пистолетами не способна успокоить нарастающую паранойю. — Давайте не сюда, там папарацци, — ТК, первым покинув зал, куда-то пригляделся, и, махнув рукой, повёл за собой. Дон, сморщившись от далёких, но ярких вспышек, спешно прикрыл лицо рукой и удалился за компанией. Едва они вышли на задний двор, где, к счастью, не было никого из СМИ, как Люси, облегчённо выдохнув, достала пачку сигарет: — Кому по сижке? — Я буду. Дон, взяв себе одну, поводил было руками по карманам, как ТК, тоже угостившись сигареткой, чиркнул железной зажигалкой, покрытой резьбой в виде непонятных символов. — У брата взял, — пояснил тот, пуская первый клуб дыма. Дон, разобравшись с огнём и затянувшись, закашлялся, затем отдал зажигалку Люси, ждавшей своей очереди. — Говорит, символы означают удачу и везение. — Да твой браток как в воду глядел! — захихикала Люси, пуская в воздух кольца дыма. — Ты выжил и даже не особо поранился! — Как мне рассказывали, этот Питер пёр как танк, если дело касалось завоевания Т/И. — хмыкнул Дон, закашлявшись и тут же затянувшись. — Не доберись до него копы, он бы нас всех покромсал в капусту. — И меня бы тоже, я ведь взаимностью не отвечала, — Т/И, слегка отойдя от них, старалась не вдыхать дым. — Это из той категории одержимостей, когда плевать он хотел на моё согласие, важно обладать и сделать всё, чтобы твой живой трофей никуда от тебя не делся. — Страшно представить, что бы он сделал, убей он тебя, — поморщился ТК. — Рой мне немало случаев рассказывал, где преступники, неважно отказали им или просто динамили, убивали объект своей любви и спали с телом однократно или постоянно, пряча его дома в шкафу, например. — Фу! — Люси, в отвращении высунув язык, показала фак. — Мерзость! Какие-то Эдди Глускины на минималках! — Да ну, ты играла в OUTLAST? — удивилась Т/И. — Ты же психбольниц до усрачки боишься! — А мне обещали ящик пива, если я пройду! — закатила Люси глаза. — Досталось безалкогольное. Все усилия коту под хвост. — Зато тебе известна истина про «быстрые ноги пизды не боятся», — хмыкнул Дон. Все рассмеялись.