Принц и монах

Долина Безмятежных Гор потому так и называлась, поскольку ни одна, даже самая бушующая гроза не могла сдвинуть высокие пики, похожие на небесные чертоги. Здесь прохладный ветер ласкал камень, а люди, на окраине и в горах, совсем не ведали тревог, несмотря на разгоревшуюся войну. Проезжая мимо, Тай Ши вздохнул с облегчением: пока война обходит их стороной, и девственная красота природы еще не тронута пожаром. Монах спешился и беспрепятственно прошел дальше, мимо ночного патруля, мимо наказанных мальчиков, стоявших на коленях у стены послушания, пока не столкнулся со знакомым юношей в коридоре. Тот, резко отпрянув, вскинул руку. - Тай Ши? - А-Хун. - О небеса, ты напугал меня. Обычно в это время в коридорах ни души! – А-Хун огляделся по сторонам и отчего-то просиял. – Ты уже вернулся со своего задания? Владыка отпустил тебя? Тай Ши качнул головой. - Я совсем ненадолго. Нужен совет наставника, я столкнулся с проблемой, которую не в силах решить. А-Хун откинул назад капюшон и подался вперед. - Там красиво? – невольно вырвалось из него. – Все эти знатные господа, богатые лорды, пиры…. Принц? Принц красивый, ты видел его? Говорят, он любит гаремы из юношей и девушек, и настолько изыскан в любви, что может соблазнить любую душу. Это правда? Тай Ши взглянул на послушника. Такого же, как он выросшего, здесь же. Алан не лгал, когда говорил, что вся монашеская братия выглядит для него совсем не эстетично и не привлекательно. А-Хун был младше Тай Ши, но на его округлой голове уже не проглядывался ни один волос. Принявший такие же обеты, он держал их, но не сумел скрыть горячее любопытство. Это интерес вел его дальше… Дальше и дальше из долины, в мир, полный очарования, а с ним и нечистот. - Принц красив. Но насчет соблазнения, не могу судить. - Он пытался соблазнить тебя? Ведь ты видел себя в зеркале. Тай Ши отвел взгляд. Ему совсем не хотелось судачить. - А-Хун, скажи, наставник у себя? Он еще не спит? - Наставник Су ушел к себе очень рано и больше не покидал своей комнаты. Попробуй, зайди к нему, не думаю, что он тебе откажет в совете, даже если будет спросонья. Поблагодарив, Тай Ши направился дальше. Он не сомневался, ни секунды не сомневался в своих названных братьях. Любой из них тоже не поддался бы соблазнам. Каждый из них поступил бы так же, как он. Это Тай Ши упал в омут, это он подвел сам себя и все, чему его учили. Это он не сдержал бурю, сейчас разрывавшую его существо. Это он нарушил данное себе же обещание. Тао Су, заглядывая в книгу, занимался переписыванием. Он слишком увлекся процессом каллиграфии, наслаждаясь собственным безупречным почерком, а потому не сразу заметил, что кто-то стучится к нему посреди ночи. Пожилой монах отложил перо и размял пальцы. - Кто? - Наставник, это послушник Ши. Дверь раскрылась, и юноша шагнул на порог. Мужчина взволнованно приподнялся в кресле. - Тай Ши? Сейчас глубокая ночь, что ты здесь делаешь? Что-то случилось? Молодой послушник совершил уважительный поклон и приблизился. - Я приехал за мудрым советом и добрым словом. Ночь скрывает тени, а я хочу вернуться к рассвету. Пусть мой визит останется в тайне. Тао Су без дальнейших слов подвел ученика к креслу. Он отошел к столу с благовониями, и там уже из глиняного чайника налил ароматный горячий напиток в две такие же глиняные чашки. - Ситуация стала совсем непростой, раз ты явился столь поспешно? До восхода солнца еще достаточно времени. Не спеши, расскажи мне все подробно. И прежде всего, что ты делал в замке все это время? Ты даже не писал мне. Тай Ши опустил взгляд и увидел свое выпуклое отражение на ровной чайной поверхности. - Этот недостойный просит прощения. Владыка… приказал мне заняться воспитанием принца. Глаза Тао Су округлились от удивления. - Разве у Алана нет менторов и прочих советников, которым и положено следить за его манерами и поведением? И почему ты, а не кто-то старше и опытнее? - Я – иной путь к достижению цели нашего государя. Все люди до меня, а их количество перевалило почти за три десятка, не справились с приказом. - Я видел наследника, и не сказал бы, что он плохой человек. Его глаза светились честностью и открытостью этому миру. Тай Ши сокрушенно вздохнул. - Его Высочество подвержен пристрастиям, его невыносимо тянет к плотским удовольствиям и он не сопротивляется этому влечению. Одна любовница, вторая, третья, но прежде всего – единственный человек, в ком я увидел любовь, а он и тому не верен, и не желает быть верным. Никому, кроме себя. Брак страшит его, ответственность за Благословенные Земли опаляют его душу невыносимым жаром. - Ты хочешь сказать, что он совсем не зрел? Тай Ши покачал головой. - Нет, наоборот. Вопреки этому, он зрел и даже в чем-то мудр. Я наставлял его, не так, как мне велели, наставлял так, как вело меня сердце, и знал, что это поможет. Не так, как старшие и умудренные, я не стал его назойливым собеседником, я стал… душевным близким другом. Тао Су заинтересованно свел кончики пальцев. - И что же? Прислушался к тебе? - Да. Алан стал сдержаннее в своих желаниях. Возвышеннее и чище, будто все мирские заботы боле не касаются его. Обидно одно – меня слушает принц, но игнорирует Владыка. Его действия радикальны. Он спешит, стараясь обогнать время, его плетью подгоняет страх чужой победы. Война… лишает его здравомыслия. Он не слушает и не слышит, но главное – его ведет природное упрямство. Я просил его несколько раз, отчаянно просил, чтобы он не совершал опрометчивых поступков. Вы ведь знаете, наставник, что лишение дорого сердцу не склоняет к доверию, лишь возводит стены. Он не послушал меня, и мне не забыть истеричных криков Его Высочества, отчаянно стоявшего на коленях, умоляющего… Тай Ши судорожно сделал глоток чая. Тао Су увидел, как белые руки его ученика мелко затряслись. - Первым делом, он изгнал Маэла. Этот человек, пусть грубый по отношению ко мне и неприятный в отношении с другими, ни одного раза не позволил мне усомниться в его искренности. Он был честен в словах и поступках. А после изгнания Его Высочество остался один. Десятки юношей, девушек, вся свита, что крутилась вокруг него, испарилась, стоило ему пожелать. - Впрямь опрометчивый и недальновидный поступок, - пробормотал Тао Су. - Его боль была подобна сметающей волне – накрыла с головой. Я не уследил за ним, даже сопровождая. И над принцем надругались. Ну. Я так думаю. С ним только я один и делю его досуг. И не описать мою боль, когда Владыка поднял руку на него. - Поднял руку на сына?! - Да. Он избил его менторской палкой. Его раны почти зажили, но я нахожусь в полнейшем замешательстве. Вы говорили, что выйдя в такое общество, я столкнусь с человеческой грязью, увижу их демонов, буду вынужден смотреть на премерзкие поступки день ото дня. Но всего этого я лишь от одной фигуры не ожидал. От Аллайна. Это он сосредоточие грязи и мерзости, поскольку мудрый человек не станет поступать так жестоко. - И что же принц теперь? Я ведь видел его. Фаворитов у него не счесть, каждый день новый соперник на любовном ложе. – Тао Су не на шутку встревожился и серьезно задумался. - Теперь я единственный его партнер. Я не нарушал обетов. Лишь не позволяю ему остаться наедине со своими мыслями. Он доверяет мне одному безоговорочно. Доверяет нечто сокровенное, что в глубине души. А я… я… Тай Ши опустил рассеянный взгляд в чашку и снова сделал глоток. В горле защипало. Тао Су раскрыл губы в изумлении. - Ты полю…. - Не произносите это вслух!! Тай Ши сорвался на крик. Чашка выпала из его трясущихся рук. Светлый чай сверкнул брызгами на полу. Юноша отвернул лицо, Тао Су качнул головой. - Тай Ши, взгляни на меня. - Нет. - Тай Ши, посмотри на меня. Поверни лицо. Юный даос подчинился, судорожно дыша приоткрытыми губами. На скулах и впалых щеках блестело что-то мокрое. Мужчина поджал губы, и невольно улыбнулся. - Дитя мое, почему ты плачешь? Тебя коснулись чувства. Это прекрасно. - Это не прекрасно, наставник. Я не имею права на них. Не имею права, я отрекся от всего, пообещал себе ни за что не поддаться этому искушению. Тао Су невольно засмеялся и встал. - Разве глоток воды в знойный день это искушение? Щемящее чувство в груди окрыляет, поднимает вверх. И сейчас ты на все готов ради принца, не так ли? Тай Ши снова отвернул лицо. - Мне не нравится. Я не хочу, чтобы это продолжалось. Как вырвать ноющее сердце, чтобы остыть и здраво мыслить? Впервые в жизни я ощущаю себя бессильным. Во мне нет ни твердости духа, ни внутренней стойкости. Когда он рядом, мое сердце бьётся быстрее, а когда говорит со мной, то душа пускается в пляс. Я не могу контролировать это. Голос пожилого монаха прозвучал рассеянно и холодно. - Я ждал того дня, когда ты полюбишь кого-то. Дабы тебе открылась иная стезя жизни: вне гор, догматов и обетов, которым я тебя учил, но никогда не навязывал. Я говорил, ты волен уйти, если пожелаешь, почувствуешь притяжение настолько сильное, что нигде не сможешь найти себе покоя без этого человека. Я ожидал, что доживу до того дня, когда ты познакомишь меня с той, к кому воспылает твое сердце. - Тао Су опустил уголки губ. В его глазах зажегся странный победный триумф. - Но не мог представить, что это будет наследный принц. Тай Ши наклонился, поставил на стол пустую чашку и спрятал взмокшие руки в рукава. - Это плохо, потому что он мужчина. - Нет, дело не в этом. Вы слишком разные. Ему - иной путь, по которому тебе не пройти. Ему – другая жизнь, в которой тебе не будет места. Он высок статусом, а ты… - Тао Су незаметно поджал губы, - будем откровенны, ему не по титулу. Тай Ши не обратил внимания на эти слова. - Если я останусь, он все поймет, но если уйду, государь посчитает это изменой приказу и тогда мне точно не найти оправдания. - Тай Ши судорожно вздохнул. - Наставник, как мне быть, если придется его оставить? Как мне жить, зная, что я непременно разобью ему сердце? И как смотреть в глаза, когда раню его? - Монахи сильнее плотских удовольствий и химии чувств. Холодный разум поможет тебе. Подумай о том, какое благо ты совершаешь для себя и для него. Он молод и безрассуден, ты лишь убережешь его от очередной ошибки молодости. Принцу и монаху рядом вместе совсем не стоять, увы. Только если ты станешь высшим наставником и войдешь в совет. Но не в столь молодом возрасте. Ты сам столкнулся с любовью в первый раз, куда тебе наставлять еще кого-то? Высказаться ты всегда можешь, даже если страх пережмет внутренние каналы, но не забывай о том, кто он и кто ты.