Братские обязанности

Руки Майки немного тряслись, когда он брал еду палочками. Выражение лица оставалось невозмутимо-довольным. На парне висела большая домашняя толстовка алого цвета с какой-то надписью на английском и теплые домашние штанишки светло розового окраса. Волосы беспорядочно лежали на голове, кое-где образовывая небольшие «гнезда» из запутавшихся локонов. Рядом сидел Доракен. На нём была белая футболка, которую он надел ещё после первого за сегодня душа и чёрные штаны, в которых он вчера пришел. Синие спортивки пришлось отправить сушиться, поскольку они насквозь промокли под дождем. Недавно аккуратно заплетенный хвостик сейчас выглядел довольно небрежно, но в этом было что-то домашнее. На лице парня красовалась едва заметная довольная улыбка. Эмма сидела напротив ребят и пыталась смекнуть, что у них произошло. Совсем недавно она слышала крики со второго этажа, но не решалась вмешаться, а сейчас она сидит и любуется этими громкими паршивцами будто ничего не происходило. Вдруг взгляд девушки упал на тремор рук старшего брата. - Чего руки трясутся ? - резковато спросила младшая Сано. - М? - поднял голову старший и , лучезарно улыбнувшись, ответил, - замерз немного, наверное. Такая спонтанная милая улыбочка эхом отбилась в душеньке девушки и её щечки слегка покрыл румянец. Она метнулась взглядом на Доракена, который тоже приятно удивился этому жесту и чуть шире открыл глаза. - Может тебе одеяло потеплее дать? - неловко спросила Эмма. - Не, я почти согрелся, - снова улыбнулся парень. Рюгуджи искоса посмотрел на своего низенького командира и в глубине души искренне умилился. Ну чем же вам не котёнок? У блондина и раньше возникала такая ассоциация, особенно в первый год их знакомства, но сейчас она особенно хорошо просматривается сквозь полуприкрытые черные большие бусины-глаза и набитые щечки, которым не хватает только длинных усиков для максимальной схожести с милым зверьком. Да и любовь главы ко сну уж больно напоминала ему всех этих пушистиков. - Чем планируешь заниматься, Эмма? - перебил мысли Кена Манджиро. - Нужно делать домашку, - уныло ответила девушка. - О! Тогда мы с Кенчином займем телевизор, - сказал юноша и засунул огромный кусочек хлеба прямо в рот. - Я бы посоветовала тебе тоже поработать на оценками. Не нужно расстраивать дедулю, - надулась младшая. - Дедуля знает, что я глупый только в учёбе, - говорил с забитым ртом Сано, - а вот в других делах я очень даже разбираюсь. - Это в каких таких делах? - подняла бровь Эмма, - как кому лицо набить? - Да, в этом я тоже хорош, - дерзко ухмыльнулся парень куда-то в сторону. - Даже слишком, - скривилась девушка, - единственный плюс — это то, что ты не приходишь домой весь побитый до ужаса. - А вот его оппоненты так и приходят, - почти не слышно пошутил Доракен. - Не нужно драматизировать, - скривился Манджиро, пнув ногой под столом соседа. Рюгуджи ощутил довольно легенький удар, но только улыбнулся на это. Раздражать главу, с которым у него только началось складываться совсем не хочется. Майки и Эмма ещё о чём-то переговаривали, когда высокий парень уже мыл за собой тарелки. Это было в порядке вещей для юноши. Он не считал это чём-то унизительным или неприятным, а наоборот это же здорово - оставлять свой малюсенький вклад в общий подрядок дома семьи Сано. Внутри пробежался тёплый ряд эмоций. Такая жизнь должна быть у него. Об этом он всегда мечтал - спокойствие на душе и вокруг. Но на деле, как только дожди закончатся, они с Манджиро тут же организуют собрание " Тосвы" и всё пойдёт, как обычно. Новые перепалки, проишествия, грусть и загоны. Сам Кен переживал всё относительно равнодушно, но вот его командир воспринимал каждую деталь очень близко к сердцу. Ах, но какой же у него вид, когда он отдаёт приказы, когда проводит эти собрания... Доракен стиснул губку для мытья. Его лицо - выразительное, не нуждающееся в опровержении требований, на нём не виднеется даже капли сомнения. А когда он валит с ног своих соперников одним ударом ноги. Эта растяжка, какая же грация и сила в одном. Невиданный прежде никем коктейль харизмы, мужества и красоты. - Кенчин, и мои, пожалуйста, - быстро поставил рядом с заместителем свои грязные тарелки старший Сано. - Как тебе не стыдно?! - вставая со стола, крикнула Эмма. - Всё нормально, я помою, - обернулся и вежливо улыбнулся высокий. Девушка замялась и скорее подошла к раковине, отбирая прямо с рук парня посуду. На секунду их пальцы соприкоснулись. Стоящий с другого бока от Рюгуджи, Майки не мог этого не заметить. - Совершенно неправильно, - слегка смущённо пролепетала Эмма, - идите развлекайтесь. Я всё сделаю. Брысь! Кен застыл, не понимая как ему сейчас правильнее поступить, но Манджиро уверенно потянул его в свою сторону за локоть, а потом из кухни прочь. Быстро преодолев коридор, глава швыронул (да, именно так, с его то силой) заместителя на диван, а сам ринулся к маленькому столику рядом за пультом. Усевшись на край дивана, Сано, под хлопанье широко открытых глаз Доракена, включил телевизор и стал шустро листать каналы, не останавливаясь ни на одном больше, чем на секунду. - Ты меня пугаешь, - где-то сзади раздался голос высокого парня. - Не знаешь, будет сегодня что-то интересное идти? - спросил о передачах хозяин. - Не знаю, - вяло ответил блондин, - у тебя же куча дисков. Включи что-нибудь и забудь. Майки одобрительно кивнул. Рюгуджи совсем не видел его лицо сейчас, потому не мог и понять, что у его низкорослика на уме. Вскинув гордый взгляд, парень, удобно примостившись во весь рост, наблюдал за резвыми движениями своего старшего по званию, но младшего по возрасту. Манджиро присел у большой тумбочки, на которой стоял телевизор и ,открыв её дверцу, стал перебирать все лежащие внутри диски. Их количество поражало. Наверное, даже у самого Чифую нет столько манги, сколько у Майки дисков. Сано долго копошился в своих вещах, где-то минут 15, пока наконец-то не выбрал нужный диск и вставил его в проигрыватель. Ненадолго засмотревшись в экран, парнишка подскочил и выбежал из гостиной. Лицо Кена в тот момент было слегка... Удивлённым. Глава буквально включил себе фильм и " ушёл в закат" . Тяжко выдохнув, Рюгуджи подхватил недалеко лежащую подушку и подложил её себе под голову. Пульт Сано забрал с собой, конечно же, не подумав о заместителе и потому пришлось начинать смотреть, скорее всего, очередной боевик из коллекции командира со звуком на минимуме. Сразу же полезли строки с именами режиссёров, сценаристов, актёров и прочих самых разных людей, которых Кен не собирается запоминать. Блондин молча смотрел в экран, мысленно негодуя из-за того, что Сано куда-то вот так просто взял и делся. Можно было бы встать и пойти его искать, а после притащить обратно и кинуть на диван точно так же, как он сделал это ранее, но заместитель поймал себя на мысли, что ему слишком лень и что, возможно, это будет выглядеть слегка не так, как должно. Минуты ползли одна за другой. Доракен, по-хозяйски раскинувшись на диване, прислушивался к голосам персонажей кино. Как он успел понять , этот фильм - не боевик и даже не экшен, а какая-то комедия. Видимо настроение Манджиро было действительно хорошим, раз уж он решился включить что-то такое. Единственным минусом было то, что самого владельца а-ля диска и след простыл в гостиной. Громко вздохнув, парень уже было собрался с силами, чтоб подняться с мягкого и манящего диванчика и пойти искать своего " мелкого говнюка ", когда он сам заявился на пороге с возмущённо-удивленным взглядом. - Чего не смотришь? - озадаченно спросил Сано, приближаясь к Доракену. - Я-то смотрю, но вот ты нет, - чуть раздражённо ответил блондин, - ещё и пульт унёс с собой. Я почти ничего не слышу. - А? - поднял взгляд на Рюгуджи Майки и поставил на столик среднего размера пакет, - вот же пульт. Парнишка указал на пол, возле дивана. После, сразу же присел и поднял его, А дальше отдал возмущённому заместителю, который успел от этой фразы вскипеть от злости. - Так чего же ты сразу не сказал, что оставил его здесь?! Я, как придурок смотрю уже треть фильма в сраном полушепоте ! - закричал зам, сев на задницу. - А чё " как"? - съязвил глава. - Аж обидно. - Да брось, - смягчился Манджиро, - ты мог окликнуть меня или просто подняться и осмотреться. Кену нечего было ответить. Сано прав, но одновременно и нет. Оба виноваты в " пропаже " пульта. Наконец-то низкорослый юноша сёл рядом и ,оглянувшись на высокого, пальцем ткнул в сторону пакета. Последний съехал с дивана и открыл пакет. - О, это твои сладости, - констатировал факт зам, - неужели ты решил поделиться? - Ага, угощайся, - кивнул командир и тут же схватил один дораяки из сумки. Рюгуджи последовал его примеру, но взял таяки. Парни сделали звук погромче и уже нормально принялись за фильм. За окном блеснула молния. Ветер сменил направление и теперь вовсю колотил по окнах. Доракен ел медленно. За время поедания своего таяки, юноша увидел, как его глава уже раза четыре совал свою тонкую ручку в пакет, доставая себе угощения. И вот, когда Кен посмотрел на него, чтоб увидеть его реакцию на комедию, то увидел лишь спящее личико в крошках от сладостей у губ. Блондин застыл на мгновение, позволяя себе залюбоваться этой невероятно милой картиной, но после потянулся к командиру с целью уложить его во весь рост на диван. Тихонько и не спеша двигаясь, Рюгуджи удалось, так что теперь его маленький Сано свернулся в клубочек лицом к телевизору и едва слышно засопел. У блондина сердце сжалось от такой картины. Нужно было чем-нибудь накрыть парня для большей миловидности и для сохранения тепла его тельца, поэтому Доракен мигом ринулся к тому в спальню, чтоб захватить его одеяло. Дело двух минут было выполнено согласно его названию и вот - малыш Майки мирно себе спал на диванчике. - Ты мне, наверное, выбрал этот фильм, - подметил юноша и сел на свободное место, у ног Манджиро, - ну ладно, посмотрим. Это затянулось ещё на час, но об этом времени Рюгуджи не пожалел. Эта комедия повествовала о двух сёстрах, которые сражались за внимание одного парня. Этот парень был самым себе обычным студентом - незаурядным и очень открытым. Старшая сестра видела привязанность своей младшей к нему, поэтому никак не проявляла инициативу для развития собственных отношений. Младшая же была так поглощена мыслями о молодом человеке, что совсем теряла голову и не замечала страданий родной сестры. По сюжету, младшая таки призналась парню, что он ей очень нравится и они начали встречаться. Старшая же пыталась смириться с этим и принять. Со временем выяснилось, что парню не очень то и нравилась младшая и он всегда любил старшую, но последняя уехала в другую страну учиться и они больше не виделись. Доракен прикрыл глаза и откинул голову о спинку дивана. Так много схожести между сюжетной линией этого фильма и его собственной жизнью. Блондин повернул голову в сторону спящего командира. Манджиро лежал в прежней позе и медленно дышал. Рюгуджи встал с места и немного обошёл диван, остановившись прямо напротив мирного лица главы. Он спал совсем не с краю - места для ещё одного человека рядом было достаточно, так что Кен, воспользовавшись этим, тихо лёг рядом. Он помещался во весь рост и его это радовало. Правой рукой парень поправил упавшие на закрытые глаза Сано пряди и положил ладонь на его щеку. " Такой красивый", - подумал блондин и через мгновение прислонился губами ко лбу Майки. - Спи спокойно, - прошептал Доракен и сам закрыл глаза. * * * Манджиро стоял на краю крыши высокого здания, глядя вниз. Ранее блондинистые густые волосы были окрашены в белый. Парень был весь в черном, так что было заметно как он исхудал. Ветер развевал ткани и заставлял кожу под ними покрыться мурашками. Медленно и несколько вальяжно юноша обернулся. Под его чёрными глазами, которые так идеально сочетались с ночным небом, виднелись огромные синяки, что делали взгляд максимально унылым и грустным. - Ты пришел, Кенчин, - как всегда спокойно спросил Сано. - Майки? - едва выговорил высокий юноша, который поймал себя на мысли, что здесь и сейчас они уже совсем не малолетки, а самые настоящие мужчины, - где это мы? - Сам пришел и не знаешь куда? - на лице Манджиро застыла почти незаметная улыбка, - отсюда так много всего видно. Худощавый взрослый снова стал лицом к городу. Доракен чувствовал, что не может и пальцем пошевелить. На сердце легло тяжелое ощущение того, что всё уже предрешено. Что бы он не хотел сейчас сделать — всё будет напрасно. Но что вообще происходит? Где они? Почему Сано так изменился? - Я был так рад, когда мы встретились, Кенчин, - ровно говорил глава, - твоё появление в моей жизни много чего изменило: у меня появился первый товарищ, «Тосва», новые знакомства, статус, цель… Повисло недлинное молчание. Рюгуджи понимал, что начинает плохо слышать слова командира — его голос был, как под водой, но последний продолжал говорить: - Ты стал моим самым близким другом, самым преданным напарником, последней надежной опорой, - Майки немного повернул голову в сторону, показывая профиль лица, - ты стал для меня всем, кроме пары… Глаза Кена максимально округлились. «Что ты несёшь?», «Не делай такое выражение!», «Какого хрена тут происходит?!» - Почему же ты не смог тогда мне сразу сказать что чувствуешь? - по щеке Манджиро покатилась скупая слеза, - скажи ты тогда ей всё, то я бы не испытывал надежду. Я бы к ней более трепетно относился… «Ей?!» - Кенчин, я так сильно вас люблю, - ещё тише сказал хрупкий мужчина, оборачиваясь полностью, - но почему меня никто так не любит? «Я люблю, Майки!» - Почему никто из вас не любит меня так сильно, чтоб оставаться рядом?! - рваным голосом закричал Сано, - почему никто из вас не стал причиной моей жизни?! Почему я живу?! Зачем?! Для чего?! Я совсем один! Белые волосы парня стали быстро приобретать чёрный цвет, а на шее стало вырисовываться тёмное тату — безумно знакомый дракон. Синяки под глазами спали, но взгляд оставался болезненно-грустным. Картина ночного города сменилась на какую-то заброшку. Разваленные стены и куча разобранных байков вокруг. Майки сидел на большом камне с огромным, на фоне его тонкой руки, пистолетом и смотрел прямо в глаза Рюгуджи. - Вы все бросили меня, - холодным тоном промолвил Сано, - я не стал чем-то важным ни для кого. Когда всё пошло ко дну? Кенчин, тут так холодно. «Да что тут творится?! Майки, блять?!» - Вы не любили меня так сильно, чтоб жить, - продолжал Манджиро, - но я вас любил. Мне невыносимо жить в мире, где вас нет. Покончим же с этим. «С чем?!» Раздался глухой выстрел. На лице Доракена застыл немой шок. Если бы он мог закричать, то вся Япония бы сейчас содрогнулась. Майки упал. Откуда-то текла кровь. Красно-бордовая. Он лежал и не мог подняться. Рюгуджи закрыл глаза, когда сильный ветер подул в его сторону, смешивая потоки своего воздуха и пыль, а когда открыл то увидел другое. Сано прыгнул с той самой крыши, которую он видел совсем недавно, глядя прямо в глаза своему заместителю. Выражение лица было таким умиротворенным, что это обжигало сердце Кена, ранило до глубины души. Тяжелые капли потекли из его глаз, но он не мог побежать, даже двинутся, даже крикнуть. Ничего. Он мог ничего. «Майки?..»