Братские обязанности

Майки упёрся ногой о шкаф, цепляя голенью левую руку несколько испуганного заместителя, который молился всем восьми миллионам богам, что только существовали в Японии. Глаза командира негодующе сверкали и его положительное прежде настроение куда-то улетучилось, оставив только море гнева, расплывающегося вдоль небольшого тела парня. Доракен неловко сглотнул. Он никогда не боялся своего главу, но просто не хотел отхватить его тяжелых ударов на себе, зная что на местах от них останется лишь фарш. Блондин натянул игривую улыбку. Его довольно забавляла эта загнанность в угол. - Малыш Майки так сильно стесняется какого-то журнальчика, - Кен показательно закинул руку с книжонкой над головой лидера, - почему так? Он так сильно тебя заводит, но ты не хочешь этого показывать? - Не неси херни, дылда! - злился и дальше Манджиро, но в его глазах пробежала дрожь сомнения, - отдай, если не хочешь прямо здесь сдохнуть! - Ого, ты настолько смущён? - весело протянул заместитель, так же показательно открывая журнал снова, держа его так высоко над собой, чтоб низкий глава не смог дотянуться, - что тут такого впечатляющего, м? Может ты хочешь что-то повторить? - Перестань. Тебе ведь хуже будет, - шипел командир, чувствуя это самое превосходство блондина в росте. - Можешь потом избивать меня сколько влезет, Манджиро, - нарочно произнес настоящее имя главы, смакуя каждую букву, - но сначала ответь. Не в твоем духе смущаться вообще, а тут даже прибить угрожаешь. - Ты нагло прошелся по моим полкам, перерыл мне всю комнату и думаешь, что в этом ничего такого нет? - голос Майки значительно смягчился, но взгляд был по-прежнему грозным, - ищешь проблему в журнале, хотя она на видном месте, Кенчин! - Не на таком уж и видном, - усмехнулся Рюгуджи, - ты тщательно спрятал эту штучку. Тебя просто бесит то, что я её нашел. Но это и не удивительно, ведь ты прятал не от меня, а от Эммы. Я прав? - Ты таки хочешь чтоб я тебя грохнул, да?! - злостно оскалился командир, чувствуя что совсем не пугая этим заместителя. - Я хочу знать, что именно ты тут наприметил для себя, Майки, - блондин невинно свёл брови. Такое настроение было особенно опасным для маленького командира: игривый Доракен — либо смерть для врагов, либо пытка для него самого, - или может для нас? - Прекрати! - агрессивно стукнул ногой, упирающейся в шкаф, по полу Манджиро, тем самым опуская её, - мне не нравится, когда ты такой! Лицо парня быстро переменилось со злобно-убийственного в расстроено-тоскливое. Весь «Непобедимый Майки» за секунду словно размяк, опустив обиженно плечи и отойдя от заместителя, глаза которого непонятливо округлились. - Майки? - тревожно обратился Кен, но в ответ получил лишь отвернутую головку командира и его отдаляющийся силуэт, - прости, я перегнул. Блондину всегда становилось безумно не по себе, когда его лидер так быстро менялся в эмоциях, так особенно в максимально противоположных. В один миг игривое настроение словно ветром снесло, Доракену стало стыдно за то, что он нарушил пространство Сано, тем самым обидев его, так ещё и посмеявшись над ним. Зам почти бессильно опустил руку, не находя необходимости в её «висящем» положении, как вдруг журнал был резко вырван из неё шустрыми ладошками Манджиро. Рюгуджи застыл в непонятках, когда Майки хитро улыбался, довольствуясь своей недавней актерской игрой на все двести. Широкая улыбка гордости собой сразу же сорвала недовольный рык с уст заместителя, который так наивно доверился этому притворщику. Блондину стоило признаться, что прямо сейчас и у него произошел самый настоящий прыжок в настроениях, который вернулся в то, с чего всё начиналось — игривый Доракен. - Ты развёл меня, сученыш, - почти шипя произносил парень, медленно приближаясь к отдалившейся фигурке, - как последнего лоха. - Нет, Кенчин, - также несносно сладко отвечал Сано, натягивая ещё более широкую улыбку, оголяя передние зубы, - я развёл тебя, как второго после себя. Но, согласен, повёлся ты, как истинная шестерка. С каждым шагом Майки медленно отдалялся, когда Кен постепенно наступал. И первый, и второй уже с нетерпением ждали, когда командир упрётся спиной в стену и не будет иметь возможности сбежать. - А ты и доволен, - низким голосом почти хрипел Рюгуджи, - но я рад, что в этом журнале нет ничего такого, что ты бы хотел от меня скрыть. - Ты сделал такой вывод только потому что я не обижаюсь? - вскинул бровь Манджиро, не переставая усмехаться ни на секунду. В его взгляде читался вызов, пока ноги невольно отступали назад. - Я ошибся? - повторил жест своей бровью блондин, - или ты что-то недоговариваешь? - У меня нет от тебя секретов, Кенчин, - наигранно невинно скривился парень, - почти… - Я ненавижу слово «почти» по отношению к себе, Манджиро, - ехидно прищурился высокий юноша, - ты же не заставишь меня терпеть его и дальше? - Ну ты же заставил меня понервничать, когда не отдавал мне это, - глава нарочно протянул блондину заранее открытый журнал на страницах с изображением двух мужчин, прибеглых к оральным ласкам, - почему бы и тебе не помучиться ? - А ты у нас прямо таки великомученик? - сделал последний большой шаг навстречу Кен, вжимая командира в стену, - бедный и невинный Сано Манджиро? - Не такой уж и бедный, - быстро взглядом обвел красиво обустроенную комнату лидер. - И не такой уж и невинный, - прорычал Рюгуджи, резко впившись в пухлые губы. Поцелуй оказался куда более нежным и легким, чем ожидал Майки, потому он даже глаза во время этого удивленно выпучил, пытаясь хоть как-то понять, что происходит, по лицу блондина, который выглядел невероятно сосредоточенным, тщательно исследуя губы командира своими, согнувшись чуть ли не в половину, чтоб глава дотягивался до него без проблем. Чего только стоят эти персиковые подушечки, которые податливо раскрываются, позволяя изучить их так искусственно, как Доракен только мог. Он ещё не скоро привыкнет к этому ощущению. Ему понадобится ни месяц, ни год, ни двадцать, чтоб до конца убедиться, что эти губы позволяют ему себя касаться, позволяют, как сейчас, углублять поцелуй, позволяют чувствовать чужому языку их вкус. И пусть сейчас весь Манджиро пахнул и был на вкус, как острая лапша, но Кену это ни капли не мешало, а лишь больше будоражило кровь, поднимало волосы, заставляя почувствовать насколько это всё реально, насколько этот прекрасный человек открыт для него, силу этого момента пропитанного насквозь давними мечтаниями и снами, которые почти всегда заканчивались на печальной ноте. Блондин обхватывает Сано за талию, поднимает выше, продолжая вжимать его в стену, и мгновенно перехватывает бедра, поджимая их под себя, разводя чужие ноги перед своим пахом. Глава и не думал сопротивляться. В нём не было страха перед тем, что Рюгуджи может его уронить или как-то иначе причинить неудобства. Заместитель — самый верный, преданный, отзывчивый напарник, друг, товарищ и возлюбленный, который только мог существовать в скромной фантазии Майки, залитой исключительно серыми красками, среди которых только пшеничные волосы Доракена имеют свой цвет. Командир аккуратно положил свои руки на плечи высокого парня, немного притягивая его за них, вызывая мгновенный ответ в виде тепла, отдающего сильнее. Кен пылал и Манджиро это чувствовал. Ему было приятно от того, что не только ему приятно. Правая ладонь тихонько потянулась к заплетенной косе, желая превратить её просто в кучу прядей, никак не сплетенных между собой. Блондин был не против. Ему нравились любые махинации, которые лидер проводил с его волосами : от простых случайных прикосновений во время сна на спине, до специальных жестов в сторону расплетений. Губы Сано понемногу покрывались слабыми укусами. Рюгуджи оттягивал их, прикусывал, а после зализывал языком. Глава неспешно покрывался мурашками, краснея до кончиков ушей. Та скорость, с которой двигался блондин, была особенно медленной, даже несколько вальяжной, спокойной. Царило полное ощущение того, что Майки никуда не денется, что будет отвечать на все уготованные ласки. Кен оторвался от губ, тяжело дыша и тут же коснулся своими шеи, оставляя на месте кровоподтек. Манджиро не понял пока, что случилось в силу своих знаний, но это было и не важно сейчас. Важно то, что командир позволял с собой это делать, поощряя действо томными вздохами и выдохами. Блондин постепенно таял под такое «музыкальное» сопровождение, попутно опускаясь ниже по шее парня, приподнимая за бедра повыше для удобства. Такая бледная и гладкая кожа. Ей так идет это красное пятно, сделанное с такой страстью и желанием, что оно сойдет не скоро. - Ужин будет готов где-то через час, - шепотом пробормотал лидер, поднимая уставший взгляд из под век, - поторопись, если хочется. - А тебе не хочется? - прошипел Кен, чувствуя животом чужой стояк. - Сегодня я исполняю твои желания, - напоминая утро в душе, сверкнул зубами глава, получая мгновенный чувственный глубокий поцелуй. Рюгуджи нравился Майки: его характер, его волосы, его сильные ноги, маленькие ладошки, шустрый носик, немногословные чёрные бездны-глаза, пухлые губы, яркая улыбка, широкий обзор мышления, его детская наивность и искренность, его умение врать, его скрытность и таинственность, его глубокую душу, его ранимую натуру. Всё в нем любил, всё ему прощал. Кен будет слепо следовать за своим командиром в самое пекло, пока этот же командир ему там и не вырвет душу — не бросит в пропасть точно так, как блондин сейчас бросает этого же лидера на его кровать. Вид, который открывается каждый раз, когда зам смотрит на своего главу, нравится ему настолько, что даже в последний идиот смог бы это понять. Руки сами потянулись к несчастной кофте, которую глава только недавно надел у него дома, стали стягивать её, быстро справляясь. Майки помог приподнявшись корпусом. Под кофтой скрывалась тонкая маечка, которая только придавала невинности этому пунцовому лицу с совсем не невинным взглядом. Доракену было сложно терпеть, он кинулся на эту майку и сорвал её с крепкого небольшого тела, оголяя его, оставляя полунагим. - Я хочу поставить много засосов, Манджиро, - рвано дыша, бормотал парень, - пожалуйста. - Делай хоть что-нибудь, - так же рвано ответил командир, закидывая голову назад, упираясь ею в мягкую кровать. Блондина дважды просить не нужно. Едва поступило соглашение, как губы заместителя прилипли к ключицам главы, ажурно покрывая укусами их и оставляя багровые кровоподтеки. Сано лишь громко втягивал воздух под впечатлением от ощущения того, как его кожа умело втягивается. Слегка налегая своим торсом на чужой, Доракен постепенно стал тереться о него, не прекращая исцеловывать вздымающуюся грудь, уделяя особое внимание розовым бусинам, давно затвердевших под натиском сухих, измученных чужой слюной, губ. Язык юрко бегал из края до края каждого соска, иногда цепляя их зубами, а порой и вовсе оттягивая. Майки судорожно вздрагивал, непроизвольно выгибаясь в спине, увеличивая трение паха в разы. Лицо парня было настолько багровым, что порой Кену приходилось останавливаться и интересоваться о том, всё ли в порядке с его маленьким командиром. Не жалея усилий, удерживая весь свой вес на руках по обе стороны от плеч Сано, Рюгуджи аккуратно проводил языком вдоль искусанных ключиц. Ранее это дело казалось не таким заманчивым, но сейчас эти выпирающие кости казались чем-то на грани космоса. Изрядно потрудившись над ключицами, чувствуя уже невыносимую противную влагу в области паха ( и не только свою), блондин скинул свой широкий свитер на пол у кровати и принялся оттягивать резинку на штанах главы, высвобождая пылающий член хотя бы из-под ткани спортивок. Картина стоящая, дорогая. У Доракена и слюна могла потечь изо рта, если бы красивое движение бёдрами на встречу не пробудило его от моментального забвения. Манджиро потянулся рукой к своим боксёрам, не в силах больше справляться с давлением, но был перехвачен на пол-пути. - Куда это мы? - прорычал блондин, злорадствуя всем своим видом. - Мне очень нужно, - умоляющим тоном заявил командир. - Мне тоже, но ведь так совсем не интересно, - каплю расстроено ответил заместитель, - или ты не хочешь? - Хочу, - голос звучат приглушенно, раскрывая смущение командира во всей красе, - но ты очень возишься. - Что? - зрачки парня уменьшились от шока, - ты хочешь быстрее? - Да, я же уже готов, ты не видишь? - Сано выразился очень убедительно. Да и выглядел он, с этим большим пятном на трусах, точно также. - Ты как-то рано, - ухмыльнулся Рюгуджи, мгновенно стягивая прочь эти ненужные боксёры, вызывая у Майки громкий вздох. Стоило было увидеть степень возбуждения Манджиро в виде опухшего члена, как Доракен понял, что его трусы ему тоже совсем не нужны. Ткань натирала невыносимо, особенно когда видишь развратно раздвинувшего ноги парня, который просит тебя быстрее принести ему удовольствие. Блондин не сможет и дальше оттягивать этот момент и он готов бросится хоть сейчас исполнять просьбу лидера. Резко соскочив с кровати, Кен рванулся к вешалке у двери. Там он схватил свою куртку и достал из внутреннего кармана бутылочку и две пачки резинок. Перед тем как возвращаться, парень дёрнул за ручку двери и понял, что она открыта. Глаз невольно стал пульсировать. Заметив на ключнице нужный ключ, блондин быстро замкнул дверь и покосился на улыбающегося командира, который совсем уже терял голову от всего. Сладкий, даже приторный запах заполнил комнату. Тюбик со смазкой был открыт и жидкость как раз растекалась по двум пальцам вице-командира, который самодовольно приставил их ко входу главы. Майки напрягся всем телом, как впервые. Доракен заметил это и убрал один палец, чтоб не пугать лидера так сильно. Первая фаланга вошла вполне спокойно, так что зам, не дожидаясь ничего, ввёл палец глубже, сразу же начиная плавные движения им по кругу. В воздухе парил запах клубники. В этот раз Кен сам купил лубрикант, так что внимательно наблюдал за реакцией Манджиро на новый аромат. Последний периодически шустро шевелил носиком, втягивая сладость в себя. Через несколько минут блондин приставил второй палец ко входу, медленно вводя первую фалангу. Сано тяжело вдохнул, заставив зама дать ему немного времени на привыкание, но вскоре качнул бёдрами навстречу, несколько удивляя Рюгуджи, вызывая его улыбку. Вторая фаланга вошла немного туже, но уже было можно начинать разводить пальцы, словно ножницы, растягивая узкие стеночки для предстоящего испытания. Майки томно вздохнул, пытаясь снова дотянуться до своего члена, но был прерван свободной рукой зама. Блондину даже нравилось "пытать" своего главу, не позволяя ему себя касаться. Пальцы порядком устали, но Кен не останавливался, продолжая расширять пространство, вводя третий палец, при чем достаточно свободно. Лицо Манджиро откликнулось новым оттенком красного на такое прибавление, а его опухший член продолжал медленно испускать горячую смазку, умоляя о внимании. Заму нравилось видеть это всё, но это было сложно. Его тугие боксёры уже неимоверно натирали, так что парень решил их приспустить свободной рукой, облегченно выдыхая, чувствуя освобождение плоти. Майки лишь громко ахнул на это, снова поражаясь внушительному размеру сия " произведения искусства в мире порно ". Пальцы стали двигаться активнее, призывая тело, в котором они есть, к ответной реакции. И да! Сано качнул бёдрами навстречу снова, поднимая тяжёлые веки, всматриваясь в пылающее желанием лицо партнёра. Доракен вынул пальцы, оставляя главу чувствовать пустоту внутри себя, чтоб надеть презерватив. Командиру явно не понравилось такое решение, несмотря на то, что он понимал его необходимость, потому он недовольно простонал, обращая на себя внимание и без того занятого только им заместителя. Блондин шустро разорвал пакетик и раскатал резинку по всей длине, сразу же хватаясь за клубничный лубрикант, выливая его на плоть. Это действо отвлекло Сано, который очень охотно наблюдал за происходящим. Ноги как-то автоматически шире раздвинулись. - Я буду медленно, - сообщил зам командира, уже протягивая руки к бедрам нижнего. - Я тут подумал… - Майки робко приподнялся на локтях, но уже через секунду перевернулся на живот, выпячивая зад в сторону Рюгуджи, - тебе так будет удобнее. Сказать что блондин был в шоке — ничего не сказать. Манджиро буквально стал перед ним раком по собственной воле, ещё и с таким смущенным лицом, будто это было вынуждено. Кена это впечатлило. Тихо скрипнув зубами, парень ехидно улыбнулся, притягивая командира за бедра к себе. - Таки есть то, что ты хочешь повторить, - почти шепотом, но достаточно громко для Сано, сказал его заместитель, намекая на тот самый журнал. Глава ничего не ответил, а лишь отвернул голову, упершись ею в мягкую кровать. Доракен стал постепенно вводить член внутрь, постоянно останавливаясь, высматривая реакцию нижнего. Это была та ещё мука для него, хотя Майки и его давно напухшей плоти было в сотню раз хуже. Медленно введя наполовину, блондин остановился. Резким движением он почти полностью высунул член и ввел его обратно грубым толчком глубже. Лидер издал протяжный стон. На лице заместителя тут же появилась дьявольская улыбка — ему больно уж нравился такой голос главы. Повторив действие ещё пару раз, Рюгуджи нагнулся к прогнутой спине Сано, оставляя в области левой лопатки красивый крупный засос, который выглядел просто потрясающе на такой нежной бледной коже. - Очень красивый прогиб, - мечтательно сказал Рюгуджи, проводя рукой вдоль длинной полосочки на сильной спине, попутно делая ещё более грубый толчок, вводя член ещё на треть глубже, - но я предпочту видеть твоё лицо. Только блондин успел это сказать, как он тут же притянул своего командира к себе, выравнивая его в спине, упираясь в неё своей грудью. Левой рукой Кен прижал Манджиро за бедра к своему паху, вызвав у того несколько болезненный стон, а правой взял нижнего за подбородок, повернув лицом в свою сторону и властно впившись в эти персиковые губы. В голове лидера творилось многое, но и одновременно ничего. Где-то в заднице неприятно ныло, но это было отдаленно. Сейчас Сано волновала только причина этой сладостной боли — член зама, расширяющий стеночки внутри своим размером. Глава двинул бедрами назад, призывая Доракена к активным действиям и последний отпустил губы из «плена». Удерживая Майки в положении стоя, блондин стал быстро толкаться в него, ни на секунду не забывая о тонкой шее в области досягаемости. Эта шея была настолько раскрашена алыми пятнами, укусами и влажными линиями слюны, что Рюгуджи был готов отдать эту картину в музей, как произведение искусства. Нижний сдавленно постанывал под иногда грубыми ласками, протягивая руку к своему члену, посиневшему от длительного сдерживания. В этот раз Кен не стал мешать этому желанию главы, а лишь стал быстрее вбиваться в его зад, пытаясь найти заветную точку, чтоб услышать самые красивые и громкие стоны, на которые только способен лидер. Стоя было всё-таки не очень удобно, потому зам позволил нижнему снова опуститься в позицию раком. С новой силой и приятным видом, несколько высунув член, искать простату было ещё приятней. Через пару толчков можно было услышать гортанный полу-вскрик, вдавленный в матрас кровати. Манджиро обильно потел под натиском блондина, но ему это нравилось. Нравилось, что Кенчину не противно это делать с ним, нравилось чувствовать себя возбуждающим. Что говорил его рассудок по этому поводу? Сейчас глава не хочет об этом думать. Он позже сожрет себя сам за это всё, но пока он хочет насладиться своим заместителем, который волей-неволей и сам издает приятные томные стоны с максимально сосредоточенным лицом. Рука на члене командира стала двигаться быстрее, Майки почти заканчивает, как вдруг слышит знакомый голос: - Майки, я накрыла! Парни остолбенели, услышав голос младшей Сано. Старший мгновенно побледнел, но вот глаза заместителя хищно заблестели. - Отвечай ей, Манджиро, - почти шептал Кен, начиная снова двигать бедрами в нижнего. - Ты с ума со… - глава буквально глотнул свой стон, прижав руку ко рту. Игра блондина была более, чем очевидна. - Майки, ты слышишь? - злилась девушка, дергая за ручку закрытой двери, - Кен-кун, вы что спите? - Почти, - тихо, чтоб Эмма точно не услышала, ответил Рюгуджи, испепеляя взглядом прогнутую спину командира, который был уже и сам не против продолжать. - Мы скоро придем! - кое-как собрался с силами ответить лидер, - ты иди! - У вас всё нормально? Что у тебя с голосом? Вы что подрались? - беспокойно спрашивала девушка, снова дергая ручку двери. - Нет, Майки не дрался, но вот я его деру, - иронично оскалился блондин, заставив Манджиро злостно обернуться. - Мы просто… - резкий толчок прямо по простате, - бесимся!.. - А, - порядком спокойнее ответила Эмма, - чтоб через пять минут сидели за столом! - Хорошо! - отозвался Доракен, смущая главу ещё больше. Голос за дверью окончательно затих, когда Рюгуджи в последний раз толкнулся в Майки, изливаясь в презерватив. Зам сразу и не заметил, что его командир излился ещё раньше. Вязкая жидкость прилипла к чистому постельному белью. - Тебя возбуждает риск быть подслушанным ? - язвительно протянул блондин, снимая презерватив и завязывая его. - Иди на хуй, - вяло послал Манджиро, трупом падая рядом с пятном на кровати. Кен нежно улыбнулся и пошел к урне, выбрасывая туда и использованный презерватив и порнушный журнал, который валялся посреди комнаты.