По волчьим законам.

      Джом поддерживающе сжимает его плечо.       — Ну… Шанс все равно есть, — она пытается улыбнуться. — Не переживай. Он же сказал «возможно».       Галф поджимает губы, кивает. Но молчит. Он не плачет, не бьётся в истерике. Равнодушно смотрит в окно. Словно все в порядке.       Когда они приезжают, Галф ни с кем не разговаривает, но смотрит на Джом так, что та все понимает. Она просит всех собраться в гостиной, а Галф уходит в спальню. И больше оттуда не выходит.       Джом тяжело. Она пытается вкратце объяснить ситуацию родителям Галфа, своим родителям и брату. Как только она замолкает, Мью встаёт, намереваясь пойти к своей омеге, но сестра останавливает его.       — Не надо. Лучше я.       И ему ничего не остаётся, как сесть обратно в кресло. Джом поднимается наверх. Арин прячет лицо в ладонях, Марк обнимает ее, что-то шепчет на ухо. Она несогласно качает головой.       Крис садится рядом с сыном, успокаивающе гладит его по спине. Он тихо говорит, что все будет хорошо, ведь не может быть же всегда плохо! Мью надеется, что папа прав. Джеймс молча хмурится, смотрит в сторону о чем-то думая.       Когда Джом возвращается, вздрагивают все.       — Как он? — Арин встаёт, готовая в любой момент идти к сыну.       — Плачет? — хрипло спрашивает Мью.       — Хуже, — девушка трёт глаза. — Молчит.       Она не даёт Арин пойти на второй этаж. Вместо этого подталкивает Мью. И тот послушно уходит.       Галф сидит в, как он сам же говорил, самом неудобном в мире кресле, поджав одну ногу. Смотрит в окно, на Мью вообще не реагирует.       Альфа подходит, садится у ног своей омеги, ждёт хоть какого-нибудь знака. Но Галф молчит. И Джом была права: это хуже всего.       — Галф… — Мью на секунду удивляется, каким жалким становится его голос со стороны. — Милый… Дорогой. Любимый. Скажи что-нибудь, прошу тебя.       Галф переводит взгляд на Мью и в этих огромных глазах он больше ничего не видит. Только пустоту.       — Пожалуйста… Пожалуйста, кричи. Ругайся, ломай вещи. Обвиняй во всем мир, людей, меня. Только не молчи…       Галф усмехается и тихо выдыхает:       — Я ненавижу тебя.       Мью принимает это. Он склоняет голову перед своим супругом, его волк прижимается к полу всем телом, опускает уши, показывая свое полное подчинение.       — Ты заявился в мой дом. Твердил мне, что я обязан родить, пусть даже я этого не хочу. Влюбил меня в себя. И я перестал пить таблетки, желая всей душой родить тебе столько детей, сколько ты захочешь. Я был готов сесть дома, как твой папа, стать полностью зависимым от тебя. Стать для тебя семьёй. А теперь мне говорят, что шанс того, что у нас будет ребенок практически равен нулю.       Мью поджимает губы. С его глаз льются слезы, но сам он не издает ни звука. Галф касается кончиками пальцев его щеки и тот льнет ближе.       — Плачешь? — спрашивает Галф и вдруг грубо продолжает: — Плачь. Плачь за нас обоих, Мью. Потому что я ничего не чувствую. Совсем ничего. Будто бы теперь мне… Плевать.

▪️▪️▪️

      Галф просыпается посреди ночи от того, что ему очень жарко. Мью обвился вокруг него змеёй. Он не отпустил его с того самого момента, как Галф позволил себя обнять.       Он зевает. Мью что-то бормочет себе под нос. Галф никогда не замечал за ним разговоров во сне. Он смотрит на поддрагивающие ресницы, касается кончиками пальцев чужой щеки и еле слышно выдыхает:       — Я люблю тебя.       Он признает это. Он признает свое поражение здесь и сейчас. Полностью. Пусть ответом ему тишина, пусть свидетель этой слабости лишь луна, но это так.       В следующий раз Галф просыпается, когда на часах почти полдень. Он удовлетворённо выдыхает, встаёт, чтобы сходить в ванну.       — Куда ты… — Мью почти сразу подрывается. Он хмурится с закрытыми глазами. Галф хихикает.       — В уборную. Спи давай.       Мью недоверчиво приоткрывает один глаз. Он выглядит смешно, Галф прижимает ладонь к губам, сдерживая смех.       — Спи, спи, — Галф ведёт плечом. — Я сейчас вернусь.       По дороге его ловит мама. Арин выглядит встревоженной, но интересуется только о самочувствии. Галф говорит правду, что мол, не очень, но жить можно. Женщина принципиально не спрашивает о вчерашнем и Галф ей благодарен. До нового года остаётся три дня.       — Мы так ни разу и не побегали по лесу, — тихо говорит Мью, когда Галф возвращается.       — Не хочу по снегу, — Галф прижимается щекой к груди Мью и слушает его бьющееся сердце. — Мы больше не увидимся до лета?       — Только если как в прошлый раз, — усмехается альфа. — Я постараюсь приехать.       — Только не в самом конце, хорошо? У меня же экзамены.       — Думаешь, я буду тебе мешать? — Мью приподнимается, смотря на Галфа.       — Уверен, — хмыкает тот.       — Ах ты…

▪️▪️▪️

      Каникулы проходят быстро. Даже слишком. Особенно для Галфа. Вот он лежит с Мью в постели, а в следующее мгновение он и родители едут в город.       Его жизнь становится однообразной и серой. Университет, подработка, дом. Ещё и ещё. В какой-то момент Галф понимает, что наступает весна. Деревья цветут и город наполняется сладким запахом. Люди вокруг чему-то радуются, веселятся.       Галфа тошнит.       — До экзаменов месяц… — как-то грустно выдыхает Лэй, поднимая взгляд в небо.       Галф смотрит на него. Отрешённо кивает, чтобы тоже посмотреть на чистое небо. Ему нужно к врачу сегодня. Пи’Мик сказал, что его течка скоро начнется. Организм усиленно восстанавливается после таблеток. Ему все ещё тяжело, но он старается. И Галф тоже.       — Не больше двух недель, — говорит свой вердикт Мик, сосредоточенно что-то записывая. — Я позвоню господину Тончививату. Ты должен провести первую течку с альфой, иначе лечение будет проходить намного тяжелее.       — У Мью много дел, — тихо говорит Галф, смотря на свои руки.       — Господину Тончививату придется подвинуть дела сына на второй план, — хмурится Мик. — Ты важнее. Думаю, Мью того же мнения.       — Не думаю, что Мью важен бракованный омега, — фыркает Галф и тут же кусает себя за язык.       Мик издает задушенный звук, недовольно смотрит на Галфа.       — Ты чего себе напридумывал? Не смей. Мью хороший мальчик, пусть по нему и не скажешь сначала. Он верный и любящий, очень добрый и нежный. Или ты этого не видишь?       Галф сжимает пальцы. Видит. От этого ещё хуже. Зачем он такой проблемный, такому идеальному Мью?       — Галф, — Мик встаёт, обходя стол. Он присаживается перед младшим на корточки, хватает его за руки. — Мью хоть как-то показал, что ты какой-то не такой?       Галф напряженно хмурится, задумывается. Отрицательно качает головой.       — Вот и перестань думать о всяких глупостях, — Мик убирает волосы Галфа за ухо. — Если что-то хочешь узнать — спроси Мью.       — Хорошо.       — Отлично. Сейчас ты пойдешь домой, а я позвоню господину Тончививату. А завтра Мью будет у тебя. Вот увидишь. Он примчится по первому зову.       Галф кивает.