The Last Mistletoe Berry

      Приятная тяжесть во всем ещё не проснувшемся теле была подобно патоке, обволакивающей каждую частичку. Разум медленно пробуждался, всё ещё не позволяя мыслить достаточно трезво, чтобы вспомнить свой вчерашний вечер. Ведь здесь было так прекрасно темно, тепло и уютно, тяжёлые веки попросту вновь и вновь закрывались сами по себе, с лёгкостью соблазняясь несколькими мгновениями сна.       – Как же хорошо, – с хрипотцой в голосе выдавил Тэхён, закряхтев, чтобы перевернуться на другой бок.       Но попавшаяся под ладонь какая-то твёрдая деталь заставила юношу встрепенуться. Тот, насупившись, разлепил покрасневшие голубые глаза, пытаясь сфокусироваться на темноте перед собой.       – Странно.       Почему… на ногах что-то тяжёлое?       Мерно покачиваясь из стороны в сторону, взъерошенный после сладкого сна Ким с удивлением обнаружил на себе верхнюю одежду, недоуменно сжав в ладони свой шерстяной шарф. Шестерёнки медленно начинали свою работу. Тэхён резко сел, но тут же согнулся с тихим стоном от сокрушительного столкновения головой с закрытым тентом багажника. Сон стремительно сходил на нет. Пульс забился в ушах, не позволяя сосредоточиться.       – О, Господи, – юноша зажал свой рот, пытаясь глубоко и не так отчаянно дышать, дабы не быть замеченным. – Это просто чушь какая-то.       Неловко извернувшись в маленьком пространстве, Ким с трудом натянул на плечи рюкзак и прильнул к прохладному краю багажника, стараясь издавать как можно меньше звуков. Едва уловимые в отдалении голоса начинали медленно сводить разом побледневшего юношу с ума, чьи пальцы едва слушались. Было трудно рассмотреть хоть что-то перед собой, что уж говорить о своём местоположении. Не решившись даже просто проверить свой телефон, который явно не сулил своими уведомлениями ничего хорошо, Тэхён принялся быстро развязывать небольшой бантик на углу тента, чтобы освободить себе побольше пространства и наконец-то оглядеться. В любом случае, он всё ещё был жив, а это пятьдесят процентов успеха. Юноше казалось, что его загнанное дыхание можно было услышать на другом конце планеты. Машина не двигалась, значит, она точно была в гараже, а что ещё лучше, может, стояла где-то на улице.       Да, точно.       – Здесь кто-то есть? – неожиданно грозно раздалось приятным высоким голосом в миг образовавшейся тишине, из-за чего Тэхён, что просунул любопытный нос в образовавшуюся щель багажника и тента, проглотив собственный громкий вскрик, тут же отскочил назад. Голос повторил свой вопрос: – Кто тут?       – Ох, чёрт…       Шаги были твёрдыми и слишком громкими, владелец голоса старался создать вокруг себя облако шума, чтобы точно отпугнуть незваных гостей или хотя бы хорошенько их напугать. Такие встречи были частым явлениям в Проклятом Доме, что оброс, словно плющом, сплетнями и легендами. Он был местной знаменитостью этого городишки, им пугали маленьких непослушных детей до горьких слёз. Этот Дом стал проклятьем, на которое находились свои безумцы, стремящиеся заполучить свой мифический кусок пирога.       Иногда Чонгук думал, что этот дом принёс больше горести, чем счастья.       Настороженно обойдя машину, Чимин не заприметил ничего, кроме убегающей в ящики с инструментами маленькой мышки. Гараж пустовал. Пожав плечами, светловолосый юноша всё же вооружился лопатой для расчистки снега и направился на выполнение незатейливой просьбы. Лучше обезопасить себя, чем вновь заполнить заголовки жёлтых газетёнок.       Было необходимо достать всеми забытый пакет с консервированным тунцом, что на днях щедро закупил хозяин дома для своих постояльцев. Сокджин всегда забывал что-то в недрах багажника, это было абсолютно привычно, но пара лазурных ошарашенных глаз, что смотрели оттуда на Чимина, стоило тому откинуть край тента, были очевидно ошеломляющими. Светловолосый демон пронзительно взвизгнул, одаривая нарушителя спокойствия ударом своего оружия прямиком в лоб, от чего тот, утратив дар речи и не успев выдавить и звука, рухнул на спину, раскидывая безвольные конечности звездой. Разум Тэхёна перевернулся и зашипел разлитым желтком на сковородке, не хватало только пресловутых птиц, наворачивающих круги вокруг ушибленной головы.       Протяжный глухой стон вырвался из его груди, и голубые с сеточкой лопнувших капилляров глаза закатились, успев только заприметить целый мельчайший хоровод вокруг себя, он был такой странный и такой звонкий… Юноша лишь дёрнул ногой, когда ту коснулись рукояткой лопаты, и та тут же выпала из ослабевших рук.       Звенящая да этого момента тишина лопнула мыльным пузырем, и небольшое помещение тут же наполнили собой нарастающий гомон и топот множества пар ног – всё это были взбудораженные и перепуганные копии одного демона, Чимина, что сейчас хлопал длинными ресницами в страхе сделать даже шаг назад. Из пухлых пальцев, побелевших на костяшках, оружие с грохотом упало к ногам, что в мягких плюшевых носочках в районе щиколоток были украшены связкой маленьких золотых бубенцов. Карамельные глаза с вертикальными зрачками оказались прикованы к гостю, и Чимин вновь взвизгнул, цепляясь в свои собственные небольшие рога, с силой дёргая. Чем больше ярких негативных эмоций испытывал демон, чем сильнее копии отделялись от него, то повторяя действия своего хозяина, то имея свой собственный разум. Всё это было похоже на сломанный принтер, что несомненно было бы забавно, если не было так печально.       Это было одной из сотни причин, почему этот дом был наполнен мифическими существами.       Когда звуки вокруг стали совершенно невыносимы, как и собственная паника, дверь в гараж с трудом открылась, пропуская в помещение взъерошенного Кота, чье лицо тут же вытянулось в изумлении. Его полосатый зелёно-красный свитер с изображением оленя мигал маленькими лампочками.       – Чимин! – повысил голос тот, пытаясь быть громче стоящего вокруг гама. – Минни, что произошло?!       Толпа демонов-двойников синхронно повернула свои светлые головы на нарушителя паники, их вертикальные зрачки расширились, а рты беззвучно приоткрылись. Помещение разом наполнила собой тишина.       – Это не я, – робко и дрожа голосом произнёс сам Чимин. Его била мелкая дрожь. – Я не понимаю!       Плотная толпа перед Чонгуком нахмурилась, упирая руки в бока.       – Это не мы! – возмущенно воскликнули те.       – Цыц! – чёрная шерсть разъяренно встала дыбом. Засучив рукава цветастого свитера, насупленный Кот начал пробираться вперёд, за светлые макушки отворачивая от себя демонические головы. – Что стряслось? Сокджин уже обыскался те-       Чон застопорился.       – Д-д-да… – нервно выдохнул Чимин, наконец-то отпуская рога и пытаясь изобразить в воздухе нечто, но всё же, вцепившись влажными ладонями друг в друга, юноша затоптался на месте, от чего бубенцы зазвенели. – Я хотел… А он… Я не знал! Я испугался… И…       Один звонкий щелчок пальцев с заостренными когтями – толпа вокруг растворилась в облаке дымки и маленьких, совершенно крошечных, блёсток. Светловолосый демон вздохнул с бесконечным облегчением.       – Спасибо, – уже более ровно произнёс он.       – Ты в порядке? – осязаемым волнением окутав светловолосого юношу, Кот тут же ощупал его руки на предмет травм и обхватил ладонями бледное лицо, всматриваясь в всё ещё испуганные карамельные глаза. – Минни, этот человек навредил тебе? Только скажи. Тронул тебя хоть пальцем?       Чимин отчаянно замотал головой.       – Я в порядке, – заверил тот. – Полностью.       Кивнув, Чонгук притянул к себе маленького демона, чтобы, приподняв светлую чёлку, оставить на его лбу целомудренный тёплый поцелуй. Он был виноват: не услышал, не почувствовал, подвёрг опасности своего подопечного. Длинный кошачий хвост нервно ходил у самых щиколоток.       – Прости меня, я не должен был так сильно отвлекаться на всю эту праздничную суматоху, я слишком расслабился, а вот и итог.       – Гу-Гу, – ягодные мягкие губы растянулись в улыбке, наполненной до краёв лаской. – Я правда в порядке, спасибо тебе.       Взъерошив пшеничные волосы между двух очаровательные рогов, Чонгук улыбнулся в ответ, даря ещё одно лёгкое объятие. Раз всё улажено и все целы, необходимо разобраться с самым важным, а именно – человеком, которого тут определённо быть не должно.       – Может, это рождественский подарок? – нерешительно поинтересовался Чимин, выглядывая из-за плеча Кота, что вцепился в край багажника и нахмуренно смотрел на раскинувшегося гостя.       – Не думаю, что Сокджин завернул бы это в обёрточную бумагу.       – На обед? Главное блюдо? Знаешь, в прошлый раз, когда случилось, ну… Сокджин был очень зол. Не думаю, что он простил жителей так быстро, да и вообще.       Чонгук прыснул, его ухо, у которого отсутствовала половина с рваным краем, дёрнулось.       – Ты же знаешь, что «мы не пичкаем себя нездоровой пищей» – неотъемлемая часть этого дома, – с зарождающимся мурчанием сказал Кот, с любопытством покачав ногу гостя за ботинок.       Светлые брови демона съехались на переносице.       – Не понимаю, откуда он тут взялся. Этих людишек невозможно понять, то они даже магазинную доставку сюда не оформляют, то пробираются в наш дом.              – А может… – протянул Чонгук. – Это что-то типа хомяка?       – Хомяка?       – Ну, домашнего питомца. Это, конечно, грубо сказано. Но, может, этот человек захочет снять у нас комнату? Сбежавший от семьи бунтарь. Будет домашним другом, звучит круто, да?       Чимин сжал порозовевшими пальцами напряжённую руку друга, с недоверием покосившись на того.       – Как щенок, но в своей комнате?       – Что-то типа, – Кот явно светился радостью от своей гениальной идеи. – Чтобы мы стали более ответственными.       – Гу-гу, я не думаю, что Сокджин…       – Пойдём! – замок багажника щёлкнул.       Небольшая задняя дверца пикапа упала вниз, открывшись, и тёмноволосый юноша поспешил на неё взобраться, чтобы схватить в свою охапку лежащего гостя, что даже не двинулся, уютно устраиваясь в чужих руках. Ободряюще обвив пушистым хвостом руку демона, Чонгук поспешил в дом на поиск его хозяина, который спустя несколько попыток так удачно нашёлся в гостиной сидящим в большом мягком кресле перед потрескивающим поленьями камином. В его руках во всю кипело вязание очередной шерстяной шапочки с двумя маленькими отделениями для, судя по размерам, рожек. Тот тут же отложил спицы и спрятал клубок персиковой шерсти в небольшую корзинку. Круглые очки спустились суккубу на самый кончик носа.       – Что это такое? – тут же воскликнул он, не решаясь встать, пока того окружили двое взбудораженных существ, что едва не искрились. Чимин крепко сжал кончик чёрного хвоста, зазвенев бубенчиками на щиколотках.       – Можно нам его оставить? – трогательно опустив уши, жалобно протянул Кот, округляя свои и без того большие тёмные глаза, в которых мерцали отблесками праздничные огни. – Пожалуйста!       – Пожалуйста! – поддакнул демон.       Сокджин едва не поперхнулся воздухом, он ощутил, как давление в теле стремительно подпрыгнуло и скулы опалило жаром. Попытавшись поставить корзинку на стоящий рядом столик, мужчина потерпел неудачу и только благодаря чуточке магии стакан, наполненный молоком, остался цел и невредим.       – Где вы его нашли? – ошарашенно пролепетал суккуб, во все глаза рассматривая мерно сопящий рождественский подарок. – Это же настоящий человек! Где вы нашли его?       – Ну, Сокджинни, пожалуйста, можно? Мы будем о нем заботиться.       – Честно-честно!       – Я обещаю, что буду любить его! – быстро закивал Чонгук. – Кормить и гладить.       – Гукки, это же человек, о чём вы говорите? Как… Как я могу оставить его вам? Это ведь далеко не котёнок.       – Но Чонгук же тоже Кот и человек!       – Ох, милый… – Джин поспешил взять демона за руки, чьи пухлые губы сложились очаровательным бантиком. – Где вы его нашли? Человека нужно вернуть обратно, мои монстры, у него ведь есть дом и семья, мы не можем просто так взять и оставить его.       – Мы тоже семья! – воскликнул Чимин. – И у нас есть дом!       – Да!       Сокджин обречённо вздохнул, кусая пухлую нижнюю губу, на которой ещё остались несколько крошек от печенья.       – Даже если… – огорчённый демон вооружился своим последним козырем. – Даже если мы его вернём. Может, доктору Намджуну для начала необходимо его осмотреть? Я думаю… всякое могло произойти. Мы ведь должны быть уверены, что этот человек будет в порядке.              – Ладно, – со вздохом сказал суккуб, – ваша взяла.       – Значит, я могу его оставить? – восторженно пролепетал Чонгук.       – Это значит, – Сокджин пригрозил любимым существам пальцем, поднимаясь со своего места, – что вы сейчас же отнесёте его в гостевую комнату. И я позвоню Намджуну. И точка.       Коснувшись подушечками пальцев открытого лба своего гостя, суккуб прикрыл глаза, а с его губ слетели несколько искр. Стоило провести кончиками пальцев по спинке носа, как человеческое тело тут же вспыхнуло секундным всполохом яркого света.       Когда в доме зажглась цветными огнями большая лохматая ель, щедро украшенная россыпью игрушек, в приоткрытую входную дверь влетел маленький снежный вихрь, тут же осыпаясь на лоснящегося кота у ног вошедшего. Тот звонко мяукнул и растворился в искрящейся дымке, чтобы возникнуть человеческой фигурой позади смахивающегося со своих плеч снежинки гостя, помогая снять тому заснеженное пальто.       – Добро пожаловать домой, доктор, – с улыбкой произнёс Сокджин, пархая в воздухе над поверхностью деревянного прохладного пола от переполняющего его счастья. – Вы хорошо добрались?       – Ты снова играешься?       – Ни в коем случае, сэр.       Намджун сокрушённо вздохнул, накидывая на вешалку свой кашемировый шарф.       – Я тоже тосковал по тебе, – сказал он, – но что за спешка? Я даже не успел распаковать свои подарки.       – Ничего страшного, у меня как раз есть для тебя один.       Намджун был частым гостем в этом доме и самым любимым. Он был высоким мужчиной с пшеничными волосами, прекрасными зелёными, как покрытая утренней росой трава на нежном солнце, глазами и длинным, но миниатюрным очаровательным драконьим хвостом. Все постояльцы любили этого доброго дракона, пока один суккуб, сам того не осознавая, души не чаял в этом существе, благоговейно поглаживая цветные чешуйки на коже мужчины. Намджун пах огнём и силой.       – Мне взять свою сумку с машины?       – Не волнуйся, – суккуб нежно улыбнулся, облокачиваясь о крепкое плечо дракона. – Мне нужен сейчас только твой зоркий взгляд.              За поворотом прихожей раздалось весёлое хихиканье и несколько вспышек света, от чего Сокджин недовольно поморщился, цокнув языком.        – Каждый, кого я сейчас поймаю, – повысил голос он, – будет мыть всю посуду весь завтрашний день!       Эти существа были настолько же любимы, насколько невыносимы, и знали они намного больше, чем один суккуб, паря в воздухе в объятиях своей любовной дымки, которую один чрезвычайно умный дракон к удивлению всех не замечал. Или же…       – Сокджин, – похлопав узкую ладонь Сокджина, мужчина одарил того ямочками на своих щеках. – Так где же мой подарок?       Распахнув лазурные глаза, юноша с довольным стоном растянулся на просторной постели, от чего его ноги приятно задрожали. Тэхён чувствовал себя так, словно проспал несколько чудесных столетий и был готов свернуть несколько гор перед плотным завтраком. Крепко зажмурившись и сладко зевнув, юноша спрятал лицо в ладонях, растирая то. Было так удобно, тепло и невероятно комфортно… Раздвинув пальцы, юноша посмотрел меж них на потолок над собой, насупившись.       – Чёрт!       Тут же сев на мягкой постели, Тэхён подтянул к себе ноги, зарываясь в пуховое одеяло до подбородка. Явно чужая спальня была поглощена вечерней тьмой, но так же полностью наполнена теплом, это сбивало с толку, как и то, что вместо привычной одежды на нём была самая настоящая пижама. Юноша пискнул, стоило силуэту мягко появиться в комнате, как по щелчку пальцев. С силой растерев глаза, Ким в неверии хлопнул ресницами, грозясь вновь вернуться в мир грёз. Мужчина перед ним, в чьих руках был зажат подсвечник, поправил очки, стекла которых осветились желтоватым светом от вспыхнувшего пламени белой длинной свечи.       – Вы, – заикаясь произнёс Тэхён, подрагивающей рукой указывая на предмет в руках удивленного дракона. – Вы что… только что зажгли её своим дыханием? – юноша икнул. – Просто подули на неё?