Планы внутри планов

Ровно в назначенное время кадет Иоланта Мадьяри снова оказалась наедине с генералом Энриком Прайдом. Только теперь вместо короткого вечернего платья была непритязательная светло-серая кадетская форма, кепи, чёрные перчатки и сапоги. Ни грамма косметики на лице. Вместо белого парика — по-мальчишески короткая стрижка, открывающая уши. Шатенка. И уже конечно никаких линз. Зелёные глаза. Девятнадцать лет согласно досье. Родной мир — бывший Центр Империи, Корускант. — Кадет Мадьяри по вашему приказанию прибыла, генерал, сэр, — казённым голосом, лишённым каких-либо эмоций, произносит она. — Вольно, — коротко бросает Прайд, наблюдая за тем как Мадьяри расслабилась. Черты лица стали даже, кажется, стали чуточку мягче. Улыбка на бледных губах не заиграла, во взгляде по-прежнему чувствовалась настороженность. Прайд поймал себя на мысли, что ей куда больше шло платье, чем форма. Хотя нет, платье было ужасно. Тут требовалось что-то другое, что-то более элегантное для такой изящной, тонкой фигурки, которой обладала Иоланта Мадьяри. Маленькое чёрное платье. Да. Вчерашние туфли были хороши. И яркая помада тоже была на месте. Но всё это не сейчас. Быть может, потом. — И откуда же вы взяли вчерашний костюм, Мадьяри? — обманчиво мягко поинтересовался Прайд. — Костюм достал Армитаж, понятия не имею, откуда, — она пожала плечами. — И, полагаю, зачем он устроил вчерашнее представление, тоже понятия не имеете? — Об этом было бы лучше спросить его самого, — осторожно заметила Мадьяри. Не отводя взгляда от глаз генерала. — Уверен, Брендол так и сделает, — прозвучала ответная реплика. Остро. Резко. Мадьяри чуть заметно вздрогнула. Взаимная неприязнь отца и сына была общеизвестна. — Но сейчас речь идёт о вас, кадет Мадьяри. Хакс желает видеть вас. Немедленно. В том, что Брендол Хакс захочет провести с ней… воспитательную беседу, назовём это так, сомневаться не приходилось. Но ей всё равно было страшно. И этот страх, по всей видимости, не ускользнул от Энрика Прайда. Это вчера были игры и маски, а теперь всё серьёзно. И Боров может сделать с ней всё, что захочет. Даже убить, хоть вчера его друзья-собутыльники от этого его и удержали. — Полагаю, этого следовало ожидать, — Иоланта нервно сглотнула. — Советую не заставлять генерала ждать. И явиться к генералу Хаксу сейчас же, — безусловный приказ, пусть и начинающийся со слова «советую». Как будто у неё есть выбор. Как будто она может отказаться. Можно, конечно, придумать что-нибудь, но небольшая отсрочка мало чем ей поможет. Скорее, даже усугубит ситуацию. Так что ничего другого кроме, как отправиться к Хаксу прямо сейчас, не остаётся. Утешает лишь то, что Прайд идёт вместе с ней. Слабая надежда на защиту… Хотя, лучше и вовсе не отдавал бы её на растерзание Борову, если действительно хотел обезопасить. Однако она благодарна и за такую «поддержку», хотя, скорее всего, Энрик Прайд просто играет в свои, изощрённо-садистские игры, на пару с Брендолом Хаксом. *** Генералы пили кореллианский виски. — Кругом! — командует Хакс. Мадьяри выполняет приказ. Брендол придирчиво оценивает стоящий перед ним экземпляр: вид сзади. Переглядывается с Энриком, тот взглядом и выражением лица выдаёт положительную оценку. Хакс кривит свою физиономию и показывает ладонью жест «50 на 50». Мол, ничего особенного. Вообще же Хакс любит женщин попышнее, а не тощих вобл, к коей категории и относится, по его мнению, Мадьяри — ничего особо привлекательного. Разве что только разок другой «укусить». И то если только нет ничего более вкусного в меню. — Кругом! — повторят Хакс, и кадет снова оказывается лицом к лицу с генералами. — И что же это вчера такое было, а? — Шутка, сэр, — отвечает Мадьяри. И добавляет. — По всей видимости, неудачная. — Это верно, — соглашается Хакс. — И кто же автор этого безобразия? — Ваш сын, сэр, — отвечает Иоланта. — Армитаж! — зло произносит Хакс. Мерзкий гадёныш в который раз действует ему на нервы. — И зачем же это он решил это сделать? — Этого я не знаю, генерал, сэр, — осторожно отвечает она. Благоразумно не умничая в стиле «спросите у него это сами». — Этого она не знает, — передразнил её Боров. — Твоя версия, кадет. Её версия. Хотите версию? Будет вам версия! — Хотел сделать вам приятный сюрприз? — рискнула Мадьяри. Хакс поперхнулся, а затем рассмеялся, сотрясаясь всем телом и разбрызгивая виски. — Вот это было смешно, — наконец, произносит Брендол. А затем обращается к Прайду, молчаливому наблюдателю, который предпочитает не вмешиваться, но наслаждаться напитком. — За это стоит её угостить, не так ли, генерал? — Это твоя гостья, Брендол, — произнёс Энрик, не сводя взгляда с Мадьяри. — Значит, решено! — слишком оптимистичным голосом проговорил Хакс. — Угостим гостью виски. Наливать алкоголь в бокал Брендол Хакс не стал, даже и в мыслях не было. Вместо этого он с задумчивым видом взял бутылку и вылил некоторое количество её содержимого на пол. — Пей! — приказал мужчина. Иоланта глубоко вздохнула и шумно выдохнула. Прикрыла на секунду глаза, а затем улыбнулась. Зелёные глаза не смотрели на генералов. Она сделала пару шагов, опустилась перед Хаксом на колени, и принялась выполнять приказ. Употреблять таким образом что-либо, вообще, не очень удобно по определению, да к тому же, не эстетично, а пить виски, так и вовсе: настоящее варварство. Но ничего не поделаешь. Напиток обжигал язык, лишь дразня вкусовые рецепторы. Хакс хмыкнул. Он ожидал, что она откажется или хотя бы помедлит. И тогда у него появится повод её наказать. Не то, чтобы ему требовался повод, но всё же… На секунду генерал почувствовал себя даже несколько неуютно. Но это странное чувство вскоре прошло. Девушка тем временем старательно вылизывала пол, манерно выгибая спину. Снова примеряя роль коварной соблазнительницы, как и накануне. В своих стараниях она оказалась всего в каких-то сантиметрах от его сапог. Хакс выдвинул одну ногу вперёд. — А теперь — сапоги, — обманчиво мягко произнёс он. Как тебе такое, а? Кончик языка коснулся чёрной кожи носа сапога. Прошёлся пару раз из стороны в сторону, а затем девушка и вовсе начала целовать, нарочито исступлённо, генеральский сапог, с каждой секундой поднимаясь всё выше. А в финале пронзительно взвизгнула пару раз, встретившись взглядом с Хаксом. — Какой послушный у нас тут поросёночек, не находишь, Энрик? — усмехнулся Брендол. Девушка хрюкнула ещё пару раз, заставляя Хакса рассмеяться. Вот это было весело. — Пустая трата хорошего виски, как по мне, — меланхолично ответил Прайд. — И не только виски. — Не одобряешь, значит? — усмехнулся Брендол. Совсем и не зло даже. У каждого свои предпочтения, в самом деле. Прайд вернул Хаксу его же жест «50 на 50». — Это, в самом деле, не достойно офицера, мучить девушку, так… — заметил генерал, не сделав, впрочем, ничего такого, что могло бы выручить из беды даму сегодня. И проблема состояла, собственно в том, что мучить каким-нибудь другим образом, пресмыкающуюся перед ним девушку, Хаксу не хотелось. Определённо, она была не в его вкусе. Или он был просто ещё недостаточно пьян для сушёной воблы. К тому же на горизонте маячил ещё один допрос с пристрастием, начать который руки так и чесались. Давненько он не задавал Армитажу хорошей трёпки! А тут такой повод. — Убирайся! — коротко бросил Хакс, отпуская девушку на все четыре стороны. Повторять не пришлось. Мадьяри бластерным выстрелом выскочила из ловушки. Добралась до ближайшего санузла и прополоскала рот. На автомате идя по коридорам Академии, на выход, желая оказаться на свежем воздухе. Ужасные ветра дули на этой Силой забытой планете, безумствуя в своём неистовстве. Но сейчас она была рада им. Они нещадно хлестали её по лицу, позволяя списать навернувшиеся на глазах слёзы именно на воздействие ветра, а не на собственную слабость. Она обнимала себя за плечи, чувствуя, как пронзительный холод позднего осеннего вечера пробирает её до костей. Совсем скоро, всего через пару дней, должен пойти снег. Она ждёт, что Прайд снова спасёт её, как это было вчера. Согреет, обнимет и пожалеет. Но этого не происходит. Она одна и никто не приходит ей на помощь. Только ветер воет свои грустные, протяжные песни.