Peraya Delight

      — Черт, как же мне это не нравится! — простонал Артит, садясь на стул у стойки. Молодой мужчина скрипел зубами, изо всех сил пытаясь подавить свои гнев и негодование.       Причина этого была очень проста: сегодня в выходной день Артит Ройнапат, успешный бизнесмен и владелец нескольких известных магазинов, вынужден был прийти на работу. Двое работников его обувного магазина «Берлей» внезапно отпросились на этот день, переложив ответственность за магазин на плечи Артита.       Для Ройнапата каждые выходные, особенно суббота, — это день вечеринок. Вместе с четырьмя лучшими друзьями, с которыми Артит начинал свой бизнес, они до вечера слонялись по городу, а ночь проводили в принадлежащем им баре, который был собственностью одного из его лучших друзей, Брайта.       Владеть многими магазинами и магазинчиками было настоящим чудом для Ройнапата и его друзей. Парни начинали свой бизнес с обувного магазина и бара, но волей судьбы довольно быстро стали известны во всём Бангкоке.       Вскоре, по мере роста прибыли, бизнесмены начали расширять территорию для своих магазинов, строя новые здания. В настоящее время в их собственности находилось более десяти магазинов, каждый из которых имел свою изюминку.       Артит и его друзья начали свой бизнес в возрасте девятнадцати лет, когда ещё учились в университете. В то время их банда активно увлекалась лотереями и вот однажды, двое из них получили первый и второй приз.       В общей сложности сумма выигрыша составила миллион бат, и на эти деньги пятёрка студентов, недолго думая, решила начать свой бизнес. Сначала их дела шли не очень хорошо, но через год ситуация улучшилась, позволив парням открыть обувной магазин, а затем и бар.       С тех пор, как Ройнапат и его друзья начали свой бизнес, прошло десять лет, и к этому времени их бизнес расширился по всему городу и за его пределами.       Телефон высветил входящий вызов, и молодой мужчина, ругаясь себе под нос, нажал на кнопку «Принять», раздраженно рявкнув:       — Что?!       — Ооой, Артит, пожалуйста, не сердись на меня! Это же не я позволил своим сотрудникам взять отгул. Ты вполне мог бы не дать выходной им обоим или хотя бы кому-то одному.       Услышав голос одного из своих лучших друзей, в котором звучали дразнящие нотки, Ройнапат вздохнул и проворчал:       — Не сердиться? Правда? А почему вы, ребята, не придёте сюда, чтобы побыть со мной, вместо того, чтобы слоняться по городу?       — Потому что мы не хотим тратить своё время, сидя на работе двадцать четыре часа в сутки и семь дней в неделю. Это так скучно. А вот тебе нравится сидеть в четырёх стенах, — усмехнувшись, заметил Прем.       — Да, идиот, но ты же знаешь, что иногда мне тоже хочется подышать свежим воздухом, а гулять получается только по субботам и воскресеньям.       В ответ на ворчание друга, собеседник лишь рассмеялся, а Артит поинтересовался:       — Так чего ты звонишь? — сжимая в руке маленький мячик-мочалку.       — О, точно! Я и забыл об этом! В общем, мы устроили тебе свидание вслепую! — голос Према был полон воодушевления.       — Свидание? — растерянно повторил Ройнапат.       — Да, свидание. Артит, у всех в нашей банде уже есть вторые половинки. Ты единственный одиночка среди нас. И не видя твоей инициативы, направленной на то, чтобы что-то изменить, мы решили немного помочь, потому что в противном случае, на склоне лет, ты точно останешься в большом пустом доме с пятьюдесятью кошками.       После слов друга Ройнапат вздохнул. Проведя пальцами по волосам и в раздражении закатив глаза, он проговорил:       — Прем, ты же знаешь, что я не хочу никуда идти, — пытаясь откреститься от неинтересного мероприятия.       — Да, знаю. Мы все это знаем, Артит. Поэтому просим тебя: сходи всего на одно свидание с этим парнем. По профессии он бариста и очень хорош собой. Финансовое положение у вас разное, но из того, что я успел узнать, он способный и обаятельный человек с добрым сердцем, который вполне может в будущем иметь свой бизнес. Потому, просто встреться с ним, бро. Пожалуйста.       Ройнапат отказался, после чего друг начал усиленно переубеждать его и через некоторое время молодой мужчина, сокрушенно покачав головой, вынужден был признать поражение.       — Итак, куда прийти? И когда? — поинтересовался Артит. Хоть ему и не нравилась эта идея, но от одной лишь мысли о свидании сердце просто трепетало.       — Встреча состоится в четверг, в пять вечера тебе надо быть в кафе «Карин». Не забудь об этом, пожалуйста, а лучше поставь напоминание в календаре или в телефоне.       В ответ на слова Према, молодой мужчина, промычав «угу», повесил трубку и, вздохнув, положил телефон на стойку.       А потом, услышав, как открывается дверь в магазин, поднял голову, чтобы взглянуть на посетителя.       В магазине появился светлокожий парень в длинных рваных джинсах, красной рубашке в полоску и черных солнцезащитных очках.       Ройнапату хватило одного взгляда, чтобы понять, что человек, который шел к нему со странной улыбкой на лице, был неприлично богат. И это заставило его застонать — Артит встречал много состоятельных людей, которые выставляли свой статус напоказ, чтобы привлечь внимание, и сейчас молился, чтобы этот парень не был из их числа.       У Ройнапата и так было плохое настроение, и портить себе день ещё больше, он точно не хотел.       Парень подошел к Артиту, который, находясь за стойкой, пытался изобразить свою лучшую из вежливых улыбок и спросил:       — Вы здесь работаете? — а в его тоне прозвучали нежные и игривые нотки.       Сняв солнцезащитные очки, покупатель уставился на Ройнапата. Видя, как нагло взгляд парня скользит по его телу от лица к ногам, Артит пришёл в негодование, но всё же, как можно вежливее, поинтересовался:       — Да, сэр. Чем я могу вам помочь?       — Я хотел бы увидеть самые дорогие туфли в этом магазине, чтобы купить пару, — произнёс парень, наклонившись вперед к прилавку.       Ройнапат с вежливой улыбкой кивнул покупателю, и потащился искать стойку с самой дорогой обувью.       Через несколько минут Артит вернулся с четырьмя коробками в руках и посмотрел на парня, который сидел на диване и, насвистывая, смотрел на экран телефона. Поставив коробки рядом с диваном, Ройнапат присел и, начав открывать их, поинтересовался:       — Сэр, какую модель туфель вы бы хотели? — обнаружив, что взгляд покупателя прикован к его лицу, а не к парам обуви, которые были выстроены перед ним.       — Вот то, что мне нравится, — проговорил покупатель, указывая на Артита, когда тот выпрямился.       — О, сэр, пожалуйста, давайте определимся с моделью туфель. Так мы сможем сэкономить ваше время, — с дежурной улыбкой произнёс Ройнапат. И увидев самодовольный взгляд покупателя, сжал ладонь в кулак.       — О, я сожалею, но мне нужны вон те туфли, с синими полосками на кнопках. И на один размер больше, — проговорил парень, не сводя глаз с Артита.       — Конечно, сэр.       Быстро опустившись на колени, Ройнапат взял коробки. Зашипев от злости, когда он почувствовал руку на заднице, Артит всё же постарался не терять самообладания и ушёл.       Вернувшись с указанной моделью обуви подходящего размера, Ройнапат попросил покупателя проследовать за ним к прилавку, чтобы заплатить и услышал:       — Сколько стоят эти туфли… красавчик?       Беззвучно застонав, Артит уже собирался поднять руку, чтобы ударить нахала, но в последний момент передумал, монотонно сообщив:       — 1320 бат, сэр.       — Ох! Это очень дорого! Не мог бы ты сделать мне небольшую скидку, красавчик? — поинтересовался парень и, облокотившись на стойку, окинул Ройнапата похотливым взглядом.       Подняв голову от компьютера, куда он собирался внести данные о покупке и оплате, Артит спокойно и надменно проговорил:       — Скидку, сэр? Прошу прощения, но вы сами попросили меня найти самую дорогую обувь.       Брови покупателя взлетели вверх и, схватив Ройнапата за руку, он зачастил:       — Милашка, ну, пожалуйста, сделай скидочку для этого красавчика, который стоит перед тобой. А я взамен дам кое-что, что тебе точно понравится. Что скажешь?       Лицо Артита покраснело от гнева и, выдернув руку, он закричал:       — Кем ты себя возомнил?! Какое ты имеешь право называть меня красавчиком или милашкой?! Ты неприлично богат, и я это вижу! И позволь напомнить: именно ты просил меня взять вот эту пару дорогих туфель. И теперь просишь скидку?! — пылая от ярости.       Парень, стоявший перед ним, в гневе стиснул зубы и процедил:       — Кем ты себя возомнил, молодой человек, что решил повысить на меня голос? Больше уважения, когда разговариваешь с такими состоятельными людьми, как я, понял, мразь? Так что, делай, что я говорю, или пострадаешь!       Злющий, как черт Ройнапат, после этих слов вышел из-за прилавка и, встав перед покупателем, проговорил:       — Заткнись, сволочь! Ты, кажется, пришел сюда только для того, чтобы просто поглазеть на меня, а теперь еще и открыл свой поганый рот! Чёртов идиот! — ткнув пальцем в нахала, который смотрел на него с багровым от гнева лицом.       — Эй! — раздалось от двери и оба мигом повернули головы в сторону голоса.       В магазин вошёл смуглый парень в простой черной рубашке и серых джинсах. Подойдя к участникам ссоры, он угрожающе посмотрел на Ройнапата и поинтересовался:       — Что здесь происходит, Эм? Почему продавец оскорбляет тебя?!       Уставившись на стоящего перед ним человека, Артит услышал, как несостоявшийся покупатель застонал, но его взгляд теперь был прикован к лицу нового участника их беседы, который был всего на несколько дюймов ниже его самого.       А потом до Ройнапата всё же донеслось:       — Ничего страшного, Конгфоб. Просто этот парень проявляет ко мне неуважение и позорит магазин! — пожаловался своему знакомому нахал.       Ладони Артита сжались в кулаки так сильно, что стали видны вены. Ройнапат хотел сказать, что тоже богат, и вообще-то является владельцем, как этого магазина, так и многих других, известных в стране, но не хотел создавать лишних проблем.       Тем временем, Конгфоб, глянув на Артита, который, не моргая, всё ещё смотрел на него, повернулся к парню и, похлопав его по плечу, произнёс:       — Эм, иди. Мы поговорим об этом позже. Дядя просил передать, что хочет встретиться с тобой, — отметив, как нахмурился человек, который назвал себя работником магазина.       Нахал кивнул головой и, повернувшись к Ройнапату, пристально посмотрел на него, прежде чем выйти из магазина.       Подождав пока они останутся вдвоём, Конгфоб повернулся к Артиту и с каменным лицом произнёс:       — Значит, это ты разозлил моего друга. Это плохо. Очень плохо, потому что продавец должен слушать покупателя и выполнять его пожелания. Надеюсь, что больше ты этого не повторишь, — а в его голосе прозвучало предупреждение.       Обиженный Ройнапат, закатив глаза, пробормотал себе под нос:       — Ты даже не знаешь, что тут произошло, молодой человек, но лезешь с нравоучениями. Такой зануда, — но Конгфоб услышал это и, подняв бровь, быстро подошел к нему.       Не отрывая глаз от человека, который оказался перед ним на расстоянии сантиметра, Артит скользнул взглядом по длинным черным ресницам и розовым тонким губам, которые показались ему соблазнительными. Ройнапат не знал почему, но его сердце вдруг начало учащенно биться, а в горле пересохло.       Конгфоб же, глядя на вспотевшего молодого мужчину, который широко раскрыв глаза, смотрел на него немигающим взглядом, с ухмылкой проговорил:       — Никогда не повторяй этого, Вулканчик.       И тихо засмеявшись, прошел мимо Артита, произнеся:       — Эй! Почему ты застыл? Давай-ка, покажи мне хорошие туфли. Я хочу купить пару, — после чего направился к полке с обувью.       Расстроенный Ройнапат, ударив себя по голове, последовал за покупателем. При этом он не переставал думать о том, как этот парень мог заставить его испытывать такие странные чувства? Удивительно, но что-то внутри него заставляло его верить: этот парень не причинит ему вреда.       — Возьми вот эту пару, — проговорил Конгфоб, показав на белые туфли Адидас, стоящие на полке.       Артит в недоумении посмотрел на покупателя: обувь была всего в нескольких сантиметрах от него, так что парень мог бы сам взять её и примерить. Но зачем-то позвал на помощь его…       Застонав, Ройнапат направился к полке и, взяв туфли, пришел обратно к Конгфобу, который уже сидел на диване.       Когда Артит приблизился к нему, то услышал повелительное:       — Надень на меня эту обувь, — приказал Конгфоб, удобно раскинув руки на диване, а на его губах появилась ухмылка.       Глаза Ройнапата расширились от шока и, смотря на парня, он думал лишь об одном.       Какого хрена?!       Никто и никогда не просил его надеть обувь на их ноги. Даже этот высокомерный нахал, Эм не просил обуть его, а ведь вполне мог.       — Чего уставился? Делай, что я говорю, сейчас же! — вновь приказал Конгфоб, дерзко глядя на Артита.       — Ты знаешь, кто я? — уверенно и ожесточенно спросил Ройнапат, вызвав дрожь в теле покупателя.       Конгфоб постарался скрыть тот факт, что тон продавца его сильно взволновал и, оглядев Артита с ног до головы, припечатал:       — Ты — работник, а я — твой клиент. Относись к своему клиенту уважительнее. Или я пожалуюсь руководству. У этого магазина очень хорошая репутация в стране, так что не порть её своим неподобающим поведением.       Произнеся эту небольшую, но эмоциональную речь, парень взглядом попросил Ройнапата надеть обувь на его ноги, а в его глазах сверкнул озорной огонёк.       Сжав руки в кулаки, Артит изо всех сил умолял себя не взрываться. Почему-то ему совсем не хотелось кричать на сидящего перед ним человека.       Он сильно в нём ошибался.       Застонав, Ройнапат опустился вниз и, взяв ноги покупателя в свои руки, принялся надевать туфли.       — Ты просто сволочь… — пробормотал он себе под нос и услышал:       — Ты что-то сказал? — поинтересовался Конгфоб с хитрой улыбкой на лице.       — Ничего… сэр, — неловко улыбнулся Артит.       — Тогда ладно, — отозвался Конгфоб, расслабляясь на диване, и ухмыльнулся продавцу, чувствуя его недовольство.       После того, как Ройнапат надел ему обувь, покупатель недовольно покачал головой и попросил показать ему еще несколько пар. Естественно, надевать их должен был Артит.

***

      Взяв последнюю пару обуви на стеллаже, Ройнапат надел её на ноги парня и со вздохом спросил:       — Господин, это пятидесятая пара обуви, вы будете её покупать?       Встав с дивана, Конгфоб посмотрел на обувь, которая была разбросана по полу, постукивая пальцами по подбородку, а его ресницы затрепетали.       Взгляд Артита отметил, как кончик языка парня быстро проскользнул по губам, когда он смотрел на пол и не мог не подумать, что сейчас покупатель выглядит мило.       Взяв по паре обуви в каждую руку, Конгфоб показал их продавцу и поинтересовался:       — Как думаешь, какие мне подойдут больше? Белые или красные? — а на его лице заиграла невинная улыбка, которая оставила голову Ройнапата практически пустой.       Артит посмотрел на слегка надутые губы Конгфоба, и, сглотнув, срывающимся голосом ответил:       — Я… я думаю, что белые подходят больше.       После этих слов парень оставив красные туфли на полу, а белые взяв в руки, встал и подошел к полке, поставив их на свободное место.       Ройнапат растерянно посмотрев на покупателя, спросил:       — Что вы делаете, сэр?       Пожав плечами, парень попросил продавца следовать за ним к прилавку. Дойдя туда, Конгфоб пожал руку растерянному Артиту, и произнёс:       — Думаю, я куплю туфли в другой раз, сейчас они меня не интересуют, — невинно улыбаясь Ройнапату.       Глаза Артита расширились: он не мог поверить в то, что услышал. Он потратил столько времени, обувая капризного покупателя, его руки болели от перетаскивания коробок, а ноги от долгого сидения на корточках или на коленях. И вот теперь…       — Что ты несёшь? — повысил голос Ройнапат.       На что Конгфоб мило улыбнувшись, помахал Артиту рукой и весело проговорил:       — Пока! Увидимся в следующий раз, Вулканчик!       Ройнапат, не успев подобрать достойный ответ, глядя на смеющегося парня, который покидал магазин, в гневе ударил кулаком по стене рядом с ним и прошипел:       — Только попадись мне снова в руки, мразь! Я убью тебя!

***

      — Конгфоб. Вот, возьми это.       Парень, посмотрев на своего друга, вздохнул и покачал головой. Оттолкнув руку, в которой была пачка денег, он проговорил:       — Нет, Эм, мне это не нужно. Я же сейчас работаю и зарабатываю, так что не нуждаюсь в деньгах.       Подняв бровь, парень усмехнулся и произнёс:       — Помнится, когда-то ты буквально умолял меня о помощи, а теперь больше не нуждаешься в ней. Ты изменился, бро.       На что Конгфоб лишь вздохнул и пробормотал:       — Нет, Эм. Вовсе нет. Кто сказал, что я изменился? Я всё тот же Конгфоб, которого ты встретил много лет назад. Кроме того, сколько я буду на тебя надеяться? Я же не могу зависеть от тебя всю жизнь, — подытожил парень, легко улыбнувшись.       Вздохнув, Эм спрятал деньги в карман — он знал, что если Конгфоб принял решение, то будет действовать в соответствии с ним. А потом начал говорить:       — Нет. Ты уже не тот Конг, которого я встретил. Бро, ты очень изменился после того, как Айна… — Эм запнулся на полуслове, когда увидел, как изменилось выражение лица друга, и пробормотал:       — Прости.       Конгфоб засмеялся, и парень, почувствовав в этом смехе боль, загрустил — ему было больно видеть друга таким слабым.       — Все в порядке. Это не моя и не твоя вина, что она решила уйти от меня. Она много страдала, Эм, и видимо, Бог решил, что пришла пора прекратить её страдания.       После этих слов парень увидел, как на глаза Конгфоба навернулись слёзы. Так было всегда: как только речь заходила об Айне, глаза друга начинали подозрительно блестеть.       — Кстати, как там твоё свидание? Оно ведь сегодня? — возбужденно спросил Эм, пытаясь сменить тему и хоть немного развеять мрачную атмосферу вокруг них.       Почесав затылок, Конгфоб неловко рассмеялся и ответил:       — Эммм… да, сегодня в пять вечера. Мы встречаемся в кафе, где я работаю, после окончания моей смены.       — Ох, Конг, ты мог хотя бы на этот день взять выходной? — поинтересовался Эм, в недоумении покачав головой.       Парень, сидя на диване в комнате своего друга, закатил глаза, а тот продолжал:       — Нет, ну серьёзно, Конг? Ты же вспотеешь после работы. И я не думаю, что тебе представится возможность переодеться. А это всё-таки свидание, бро. И в этот день ты должен быть неотразим! Или хотя бы красивее, чем в будни.       Конгфоб раздраженно посмотрел на друга, а потом спокойно ответил:       — Если кто-то действительно хочет построить со мной долгие и счастливые отношения — пусть полюбит меня настоящего. Почему я должен одеваться и наводить излишний марафет? Однажды этот человек увидит меня в самом неприглядном виде, так не лучше ли прямо сейчас показать ему, чем я живу и мой повседневный стиль одежды.       Эм, сдаваясь, поднял руки, и проговорил:       — Окей. Я не философ и не смотрю на жизнь так, как ты. Поэтому, делай то, что считаешь нужным.       После этих слов Конгфоб с улыбкой кивнул головой, после чего встав с дивана, надел оранжевую кепку с надписью «Karin café» и произнёс:       — Пойду я, бро, а то уже опаздываю. Я и пришел сюда только для того, чтобы проверить твоё самочувствие, а в итоге заговорился. Всё, убежал. Выздоравливай, Эм. До скорой встречи.       Парень кивнул головой и крикнул:       — Желаю удачи на свидании! И не забудь показать мне фото того счастливчика! — когда друг уже был у выхода из комнаты.       В ответ Конгфоб засмеялся и, подняв большой палец вверх, скрылся за дверью.

***

      — Конгфоб, пожалуйста, сходи и прими заказ для шестого столика, я немного занят!       Когда друг подтолкнул его вперед к указанному столику, протягивая блокнот для заказа, парень со стоном выругался:       — И чем, чёрт возьми, ты занят, Оук? Прямо сейчас ты просто играешь в игру! — прожигая друга взглядом.       — Да знаю, но… Пожалуйста, Конг. Ты же самый добрый парень в этом мире! А я сейчас на последнем уровне! И после того, как пройду его, тут же приступлю к делам! Но в эту минуту мне очень надо ещё немножко времени. Ну, прошу тебя, друг! Пожалуйста, выручи меня! — умоляюще проскулил Оук, обхватив руками плечи коллеги.       Посмотрев на часы, Конгфоб обнаружил, что до пяти часов вечера осталось всего пятнадцать минут, и раздраженно проговорил:       — Хорошо, хорошо! Но к пяти часам я должен быть свободен, так что, тебе лучше поскорее закончить все свои дела! — после чего со вздохом направился к указанному столику.       Оказавшись возле столика номер шесть, где мужчина в синей рубашке с тремя расстегнутыми пуговицами, нервно рассматривал свои пальцы, Конгфоб, изобразив на лице самую теплую улыбку, вежливо поинтересовался:       — Простите, сэр, могу ли я получить ваш заказ?       В следующую секунду случилось сразу несколько вещей: посетитель поднял взгляд, в воздухе прозвучало два одновременных вздоха и удивленное:       — Ты! — после чего парни ткнули пальцем друг в друга.       Спустя пару мгновений, Конгфоб глубоко вздохнул, призвав себя успокоиться, чтобы не привлекать к ним внимания других посетителей, и спросил:       — Что ты здесь делаешь? — раздраженно глядя на человека, который несколько дней назад оскорбил его друга.       В ответ парень закатил глаза и проговорил:       — О, я пришел сюда, чтобы купить одежду, — отзеркаливая раздраженное выражение на лице собеседника.       Покраснев от такого ответа, Конгфоб почесал затылок, а посетитель тем временем произнёс:       — Не могу поверить, что мы снова встретились, болван! — заставив парня застонать.       — Правда? По-моему, это я должен так говорить. Ведь это ты оскорбил моего друга, — протянул Конгфоб, глядя на сидящего перед ним светлокожего молодого мужчину. — Ладно. В любом случае, у меня нет на это времени. Так, могу ли я принять ваш заказ? — поинтересовался парень, возвращаясь к своим обязанностям и отстраненно-вежливому тону.       — Хм… Мне нужно немного времени, я жду одного человека. И сделаю заказ после того, как он придёт, — ответил посетитель.       Посмотрев на нервное лицо молодого мужчины, Конгфоб ухмыльнулся и спросил:       — Полагаю, ты здесь на свидании?       В ответ парень сильнее сжал руки, и кивнул головой.       — Что ж, тогда я буду молиться за то, чтобы свидание прошло хорошо и человек, который будет твоим спутником, не сбежал, испугавшись твоей вспыльчивости, мистер Вулканчик! — поддразнил собеседника Конгфоб и направился обратно к прилавку, оставив рассерженного клиента в одиночестве.

***

      Положив кепку на шкафчик, Конгфоб вздохнул. Достав из кармана телефон, парень с помощью мобильной камеры проверил свой внешний вид, убедившись, что тщательно вытер лицо после умывания и вышел из раздевалки кафе.       Глубоко вздохнув, Конгфоб направился к столику, за которым договорился встретиться со своим предполагаемым свиданием.       И охнул, когда увидел человека, который сидел за столиком.       Подойдя ближе, парень похлопал своего спутника на сегодняшний вечер по плечу и поинтересовался:       — Эй, твоё свидание что, ещё не появилось? — молясь, чтобы тот поскорее ушёл.       Почесав затылок, посетитель нервно ответил:       — Вообще-то наша встреча назначена на пять часов вечера, и мой спутник сказал подойти к этому столику. Так что, думаю, уже скоро я позову тебя для заказа.       После этих слов Конгфоб вздохнул, а потом, присев напротив молодого мужчины, протянул ему руку       Человек напротив него в растерянности посмотрев на парня, спросил:       — Что ты делаешь? — подняв бровь.       — Знакомлюсь. Потому что твой спутник на сегодня — я, — нервно ответил Конгфоб.       — Что?! — воскликнул посетитель, привлекая внимание других клиентов.       Парень же, попросив своего спутника быть немного потише, проговорил:       — Что я могу поделать, если судьба снова решила свести нас вместе? Но как бы там, ни было, мы всё ещё можем насладиться нашим свиданием, верно? И да, я до сих пор не знаю твоего имени. Может, хотя бы теперь представимся? — поинтересовался Конгфоб, пытаясь снизить возникшее напряжение.       Посетитель застонал от досады, но потом, сделав глубокий вдох, представился:       — Я Артит. Артит Ройнапат, — изо всех сил стараясь держать себя в руках.       — А я Конгфоб. Конгфоб Сутхилак. И я никак не ожидал, что моим спутником окажешься ты. Не повезло мне! — подытожил парень и тепло улыбнулся, заставив сердце Артита учащенно забиться.       Ройнапат прочистил горло, попытавшись абстрагироваться от эмоций и звучать спокойно, а потом произнёс:       — Когда ты вышел из моего магазина — я дал себе обещание убить тебя, если мы встретимся снова. - И усмехнувшись, добавил:       — И вот мы встретились, но теперь ты выступаешь в роли моего свидания. И я не знаю, что делать, так как всё ещё зол на тебя! — хрипло и сурово закончил Артит, указав пальцем на Конгфоба.       От сурового тона молодого мужчины Сутхилак вздрогнул, а потом, поджав губы, проговорил:       — Н…но это же ты оскорбил моего друга, так что, это я должен злиться, разве нет?       От того, как Конгфоб надул губы, Артит почувствовал головокружение. Подняв бровь, Ройнапат усмехнулся, подумав, что раз парень оказался его спутником, наверное, стоит прояснить сложившуюся ситуацию и произнёс:       — Вообще-то именно твой друг был тем, кто спровоцировал этот конфликт, — заставив Конгфоба недоверчиво посмотреть на него и удивленно выдохнуть:       — Ч… что?       Артит изо всех сил стараясь не смеяться над забавным выражением лица своего спутника, рассказал о том, что произошло в магазине. А именно: поведал о том, как, так называемый друг Сутхилака, Эм, пытался флиртовать с ним. А когда Ройнапат дал отпор — начал его оскорблять.       Лицо Конгфоба от услышанного стало очень красным, и в голову Артита даже закралась абсурдная мысль, что парень перед ним вот-вот лопнет. Взяв стакан воды, стоявший на столе, Сутхилак быстро осушил его, а Ройнапат тем временем, подытожил:       — Итак, я рассказал это всё, потому что хотел дать понять: ты неправильно оценил ситуацию. И ещё пояснить, что я не нападал, а защищался, — проговорил Артит, наслаждаясь тем, как вёл себя Конгфоб.       Ройнапату очень нравилось, как темно-карие глаза парня пытались избежать контакта с его взглядом и как он, смущаясь, прикусывал нижнюю губу. Его невероятно тянуло к этому человеку, но воспоминания о том, как Сутхилак оскорбил его, всё ещё были слишком свежи.       Ухмыльнувшись, Артит решил сообщить спутнику важную новость, которая была призвана его добить и протянул:       — Хм… Конгфоб, я ведь не сказал тебе, где работаю, верно? — после чего его ухмылка стала шире.       Сутхилак, наливая себе стакан воды, покачал головой. После открывшихся подробностей он испытывал сильную жажду: и от пересохшего горла, и от жара смущения и стыда.       — Тогда, слушай. Я владелец компании «Ravens», а обувной магазин, где мы встретились, — моя собственность. Иными словами, я — его владелец, — с нескрываемым удовольствием произнёс Ройнапат.       Стакан в руке Конгфоба пошатнулся, и вода из него полилась на стол.       — Эй! — воскликнул Артит, вскочив со своего места, прежде чем вода успела попасть на его одежду.       Слова спутника заставили Сутхилака уронить челюсть на пол, неприлично открыв рот. Ему и до этого было стыдно за своё поведение, а теперь, осознав, что человек перед ним являлся владельцем магазина, парень почувствовал желание вырыть яму и спрятаться в ней.       — Не нужно думать о побеге, Конгфоб. Сделанного уже не вернуть, так что, почувствуй себя виноватым, а затем смирись, и давай уже покончим с этой ситуацией! — с ухмылкой проговорил Артит, глядя на изумленное лицо парня.       После слов Ройнапата Сутхилак посмотрел на стол и, смутившись, быстро встал, позвав своего друга, чтобы тот убрал лужу.       Ожидая, пока стол вытрут, Конгфоб прочистил горло и, почесав затылок, пробормотал:       — Артит. Мне… мне так жаль. Я… ничего этого не знал. Я должен был притормозить и разобраться в ситуации, но увидев, как оскорбляют моего лучшего друга… не смог себя сдержать. И решил преподать тебе урок. В общем, мне очень стыдно, Артит, прости, — очень тихо закончил Конгфоб, когда они вернулись за стол.       Но Ройнапат всё равно услышал его. Уставившись на парня, который по-прежнему избегал смотреть ему в глаза, Артит покачал головой и пошел к выходу. Обернувшись и поймав невинный, смущенный взгляд спутника, он, всё ещё хмурясь, предложил:       — Давай прогуляемся, Конгфоб, я не очень хочу здесь сидеть.       Медленно кивнув головой, парень встал из-за стола и направился за Ройнапатом.

***

      Артит посмотрел на Конгфоба краем глаза. За те пятнадцать минут, что они шли в комфортной тишине, которую не хотелось нарушать, Ройнапат понял, что человек рядом с ним совсем не такой, как он предполагал ранее. На самом деле его спутник был довольно застенчив, и осознание этого заставило Артита улыбнуться. Подумав немного, он проговорил:       — Знаешь, тебе следует держаться подальше от этого Эма. Как знать, вдруг завтра он начнёт флиртовать и с тобой?       Посмотрел на раздраженное выражение лица своего спутника, Сутхилак усмехнулся и произнёс:       — Я знаю, что он флиртун. Мы с Эмом знакомы еще со школьной скамьи, именно он подтолкнул меня прийти на это свидание и, знаешь, я не оставлю его. В конце концов… этот парень — моя единственная семья, — закончил Конгфоб, а на его губах появилась горькая улыбка.       Артит резко остановился, и растерянно посмотрев на спутника, пробормотал:       — Единственная семья? Значит, твои родители…       На незавершенный вопрос Ройнапата Сутхилак ответил горькой усмешкой. Подойдя к перилам моста, на котором они стояли, парень облокотился на них и, смотря на отражение заходящего солнца в воде, проговорил:       — Отец и мать для меня всего лишь слова. К несчастью, я не смог назвать ими тех людей, которые дали мне жизнь. Потому что родители погибли в автокатастрофе через год после моего рождения.       Глаза Артита расширились и, положив руку на плечо Конгфоба, он прошептал:       — Мне очень жаль.       Сутхилак усмехнулся.       — Почему ты извиняешься? Это не твоя вина — такова была Божья воля.       В ответ Ройнапат лукаво улыбнулся и кивнул. Ему понравилось отношение парня к сложившейся ситуации.       — С тех пор у меня оставалась только сестра, Пи`Айна. Она заменила и отца, и мать и была для меня всем. Я знаю, что она много страдала, чтобы воспитать меня и дать мне возможность учиться. Для этого, Пи`Айна даже прекратила собственную учёбу, — с грустной улыбкой проговорил парень, вспоминая старые времена, а потом продолжил:       — Когда я учился в пятом классе, то подружился с Эмом. Он был сыном крупного бизнесмена. И зная о моём статусе, не смотрел на меня, как другие дети в классе, которые издевались надо мной лишь за то, что я был беден. Его отец очень помог нашей семье, позволив сестре работать горничной в их доме. Родители Эма платили Пи`Айне очень хорошо, и я был весьма благодарен им за это.       Артит увидел, как изменилось выражение лица Конгфоба, когда он начал рассказывать историю своей жизни, и сейчас очень пожалел о своём любопытстве — из темно-карих глаз спутника покатились слёзы.       Сутхилак тем временем продолжал:       — Когда я учился на втором курсе колледжа, Пи`Айна упала в обморок в доме Эма и попала в больницу.       После этих слов из уст рассказчика вырвался всхлип, и Ройнапат, у которого внезапно сжалось сердце, поймал себя на мысли, что ему больно видеть этого прекрасного парня таким грустным.       — В больнице… У нее… диагностировали рак. Рак крови, — выдавил из себя Конгфоб. — Семья Эма не смогла помочь нам — в тот момент компания обанкротилась, и они остались на мели. Родители моего друга изо всех сил старались найти деньги на лечение Пи`Айны, но их оказалось недостаточно. Я же начал работать на полставки, но этих денег на все расходы катастрофически не хватало, и я принял решение бросить колледж. Пи`Айна прожила ещё три года. Незадолго до смерти она как-то стремительно пошла на поправку, что не могло не радовать, но однажды, когда я пришел к ней в гости, чтобы покормить, то обнаружил, что она… она скончалась.       После того, как Сутхилак почти шепотом произнёс страшные слова, слёзы из его глаз хлынули потоком. И лишь позже, кое-как сумев успокоиться, парень прошептал:       — У меня в этом мире нет никого, кого я мог бы назвать своим. Все родные люди меня оставили. Эм… единственный, кто остался рядом и стал мне хорошим другом и практически братом. Ради него я готов на всё.       После этого в беседе наступила тишина, в которой Ройнапат притянул спутника к себе и крепко обнял его. Из уст парня снова вырвались всхлипы. Почему-то в объятиях Артита он чувствовал себя защищенным и любимым. А главное, впервые за долгое время мог позволить себе быть слабым.       Закрыв глаза, Ройнапат погладил Сутхилака по спине, пытаясь уменьшить его боль. Конгфоб поднял голову, смотря на спутника, и тут Артита осенило. Отстранившись, он пробормотал:       — Прости… мне очень жаль.       Щеки Сутхилака вспыхнули и, пробормотав, что всё в порядке, он произнёс:       — Я прошу у тебя прощения за поведение Эма в тот день и за моё… тоже. Я не разобрался в ситуации, но вообще-то ты мог бы и рассказать мне правду.       Ройнапат, усмехнувшись, покачал головой, и протянул:       — Мог, но не рассказал. Не спрашивай меня, почему, я просто не посчитал, что это надо сделать.       Конгфоб, вытирая слёзы, уставился на стоящего перед ним человека, чувствуя, что тонет во взгляде бездонных темных глаз.       Заметив пристальный взгляд, Артит поднял голову и, увидев, что спутник тут же отвернулся, хихикнул от умиления.       Прислонившись к перилам, парни замолчали и устремили мечтательный взгляд на звёзды.       Немного погодя Артит медленно придвинулся к Конгфобу, и его руки медленно обхватили лежащие на перилах нежные ладони спутника, заставив парня вздрогнуть. Поймав взгляд Сутхилака, Ройнапат прошептал:       — Конгфоб. Я не знаю, что нас ждёт впереди, но обещаю, что буду защищать тебя и подарю всю свою любовь. Будешь ли ты моим парнем? — подытожил Артит, медленно поворачиваясь лицом к спутнику и ловя его шокированный взгляд. А потом до Ройнапата донеслось:       — Но… Артит, я… я не такой хороший. И если я стану твоим парнем — что подумают другие? — нервно спросил Конгфоб. Он очень хотел сказать «да» стоящему перед ним молодому мужчине, но в голове крутилось множество вопросов, которые требовалось прояснить — он хотел убедиться, что спутник понимает, с кем хочет вступить в отношения.       — Что ты такое говоришь? Это ты не хороший? Наглая ложь! За те несколько часов, что мы провели вместе, я понял, что ты — прекрасный человек и мне очень повезло с тобой встретиться. Что скажешь на этот счёт? — спросил Ройнапат, пораженный ходом мыслей собеседника.       Сутхилак почесал затылок и пробормотал:       — А ещё я не так богат, как ты. И сирота. К тому же ты — крупный бизнесмен, которого все знают, а я — простой бариста. Как считаешь, когда люди узнают, что ты встречаешься с таким бедным парнем, о чём они подумают?       Артит рассмеялся, он видел, как серьезно настроен Конгфоб, но всё равно не смог сдержаться и услышал:       — А что тут смешного? Разве я сказал что-то забавное? — простонал парень.       Покачав головой, Ройнапат попытался успокоиться и проговорил:       — Ты действительно об этом думаешь? Послушай, это моя жизнь, и я сам решаю, кто должен в ней быть, а кто нет. И кто сказал, что ты беден? Ты богат, Конгфоб, очень богат, потому что твой самый главный актив — доброе сердце. И это то, что мне больше всего нравится в тебе, — заверил Артит, сжимая руку спутника.       Голос Сутхилака наполнился болью, а потом он пробормотал:       — Артит, у меня никого нет. В мире не существует ни одного человека, которого бы я мог назвать своим. Зачем тебе такая обуза?       Произнеся это, парень замолчал, не желая разрушать жизнь хорошего человека своим присутствием. Сутхилак очень хотел начать серьёзные отношения с Ройнапатом, но при этом меньше всего желал подставить спутника под удар.       — Не говори так. Ты не обуза, Конг! И ты нравишься мне, очень нравишься. Будь моим возлюбленным и тогда в твоей жизни точно появится человек, которого ты с полным правом сможешь назвать своим.       После слов Артита Конгфоб ахнул, а его глаза заблестели от испытываемых сильных эмоций.       Ройнапат же, не теряя времени, привлёк спутника к себе, и их пересёкшиеся взгляды наполнились нежностью.       Артит медленно подался вперёд, так что губы парней почти соприкоснулись, и они оба услышали оглушительное сердцебиение друг друга.       Почувствовав лёгкое прикосновение, Сутхилак ахнул, а Ройнапат прикусив нижнюю губу спутника, тихо застонал от удовольствия.       Конгфоб также наслаждался поцелуем, и от ощущения нежных губ Артита, его тело дрожало, а в голове не осталось ни одной связной мысли.       Парни не знали, сколько времени простояли в одной позе, пробуя друг друга на вкус, пока их губы не разомкнулись и они отодвинулись, чтобы перевести дух.       Сутхилак был восхитителен: его лицо покраснело, на губах появилась нежная улыбка, а глаза парня упорно отказывались встречаться с глазами Ройнапата.       — Мне нравится, как ты краснеешь, ты выглядишь мило, — отметил молодой мужчина, щипая Конгфоба за щёки.       — Артит! — громко воскликнул парень, оттолкнув руки спутника, и надул губы.       Вновь залюбовавшись прекрасным зрелищем, Ройнапат, обхватив руками талию Сутхилака, спросил:       — Ну, так что, ты согласен стать моим возлюбленным?       На что Конгфоб, окинув Артита сияющим взглядом, кивнул головой и с улыбкой прошептал:       — Да, мой Вулканчик. Согласен.