Гимны и схемы

Это был идеальный вечер, чтобы остаться дома. Хэнк не работал, поэтому день был удивительно ленивым – проведённым за сном и просмотром телевизора. Теперь солнце садилось, отбрасывая длинные лучи по комнате и заливая дом мягким золотистым светом. Хэнк потянулся на диване, размяв спину в нескольких местах. Он был немного скован, но это было скорее из-за того, что он весь день провалялся, а не из-за напряженной работы, поэтому он не собирался жаловаться. Коннор, похоже, тоже хорошо проводил время. Он сидел на полу рядом с Сумо и гладил шерсть собаки. Накануне Хэнк купил дешевую пару вязаных перчаток на заправке по дороге домой из участка. Они были бесполезны для согревания, но идеально подходили для сенсорных проблем Коннора. К тому же, на данный момент, они были полностью покрыты шерстью Сумо. Ни один из них, похоже, не обращал на это внимания. Хэнк откинулся назад, взял кофе с тумбочки и сделал глоток. У него было ощущение, что Коннору, возможно, не понадобятся перчатки, если он пройдет необходимый ремонт. По сути, они выполняли ту же функцию, что и его кожа. Но об этом можно было поговорить в другой раз. Он не хотел портить настроение. Он сделал еще один глоток кофе, и ему пришла в голову другая мысль. – Эй, Коннор? Андроид поднял глаза, на его лице была довольная улыбка. – Да, лейтенант? Это был ещё один вопрос, над которым им нужно было поработать, ну да ладно. – Я знаю, что ты ничего не ешь, – заметил он. – Но ты же можешь? Коннор ещё раз погладил Сумо по голове, прежде чем встать. – Не совсем, нет, – ответил он. – Я не могу глотать твёрдую пищу. – А как насчёт жидкостей? – спросил Хэнк, помешивая кофе в чашке. Коннор на мгновение задумался над вопросом, присев к Хэнку на диван. – Полагаю, теоретически могу. Моё программное обеспечение для анализа разработано в основном для жидких образцов. У меня должно хватить ресурсов для этого. В выражении лица Коннора мелькнула несомненная искра интереса. – Хочешь попробовать? – спросил Хэнк, уже почти уверенный, что знает ответ. – Интересная перспектива, – ответил Коннор. – Да, пожалуй, я бы хотел. Хэнк улыбнулся андроиду, с ободряющим взглядом протягивая тому кружку . – Только пальцы туда не суй, ладно? Коннор кивнул и с готовностью взял кружку, тут же сделав глоток. Почти сразу же его лицо исказилось от отвращения, словно кофе лично оскорбил его язык. – Ты правда это пьёшь? – недоверчиво спросил он. – Добровольно? – Извини, – сказал Хэнк, хотя, вероятно, это прозвучало неискренне из-за смеха над реакцией андроида. – Наверное, мне не стоило давать тебе чёрный кофе. Это уже на любителя. Коннор вернул ему кружку и вытер рот, словно пытаясь избавиться от привкуса. Он не вздрогнул, когда его пальцы в перчатке коснулись руки Хэнка. – Не понимаю, зачем тебе такой вкус. – Ты должен быть счастлив, – сказал ему Хэнк, прежде чем сделать большой глоток. Он чуть не подавился, когда Коннор бросил на него полный отвращения взгляд. – Так полезнее. – Сомневаюсь, что есть какая-то польза для здоровья, которая могла бы это оправдать. Хэнк закатил глаза и допил кофе. – Не так уж и плохо, – возразил он, прежде чем встать. – Давай попробуем что-нибудь другое. Коннор остался на месте, явно не в восторге от этого начинания. – Если вы не против, лейтенант. Думаю, я не буду пробовать ничего другого. Чёрт, он не хотел так быстро отговаривать ребёнка от этой идеи. – Будет лучше, обещаю, – настаивал он, доставая молоко из холодильника. Обычно Хэнк ленился и просто разбавлял кофе водой, но сейчас он хотел, чтобы Коннору понравилось. Он мог позволить себе немного изысканности. В конце концов, Коннор последовал за ним на кухню, наблюдая за ним через плечо. – Горячий шоколад? – спросил он, как только Хэнк достал смесь из шкафа. – Ага, – подтвердил Хэнк. – Думаю, тебе понравится. Он поставил кружку с молоком в микроволновку, чтобы разогреть, прежде чем поискать остальные необходимые ингредиенты. Он знал, что у него нет взбитых сливок, но был почти уверен, что где-то завалялся пакетик маршмеллоу. Пацан следовал за ним по пятам, пока Хэнк был занят поисками – ему было любопытно, хотя он и не горел желанием пробовать что-то новое. Оглядываясь назад, Хэнк мог бы просто спросить, куда Коннор его положил. В конце концов, буквально на днях он переделал это чертово место. Но Хэнк был упрям, и это стало вопросом его личной гордости. Хэнк нашел маршмеллоу буквально через несколько секунд после того, как запищала микроволновка. Он быстро усадил Коннора за стол и принялся размешивать шоколадный порошок в молоке. Он поставил дымящуюся кружку перед андроидом и эффектно положил в нее горсть маршмеллоу. Коннор с подозрением посмотрел на напиток. Он взглянул на Хэнка, который кивнул ему, предлагая попробовать, прежде чем медленно и осторожно взять кружку. Он держал ее так, словно ожидал, что она его укусит. Его скептицизм сменился восторгом на глазах у Хэнка, как только жидкость коснулась его губ. – Нравится? – спросил лейтенант, довольный собой. – Да, нравится, – сказал Коннор, и его удивленный тон дал понять, что он этого не ожидал. Он сделал еще один глоток, побольше. – Почему я не удивлен, что ты любишь сладкое, – усмехнулся Хэнк. – У меня тридцать два зуба, лейтенант, – смущенно ответил Коннор. – Ни один из них не предназначен специально для употребления сахара. – Это просто выражение, – вздохнул он, убирая молоко обратно в холодильник. Честно говоря, он не знал, издевается ли над ним Коннор или нет. – Просто выпей своё чертово какао. Коннор одарил его озорной улыбкой, которая повысила вероятность того, что его комментарий относится к категории «издевается над ним», прежде чем сделать еще один глоток. В этот момент внимание Хэнка привлек светодиод на виске Коннора, который на мгновение нарушил свой ритм и замигал синим цветом. Хэнк не хотел пялиться, это было бы невежливо или что-то в этом роде, но изменение цвета удивило его. Он понаблюдал еще несколько секунд, надеясь, что это повторится. Вместо этого Коннор заметил направление его взгляда. Он поднес руку к виску, защищая светодиод. – Прости, – сразу же сказал Хэнк, отводя взгляд. Последнее, чего он хотел – это заставить Коннора почувствовать себя неловко. – Я пытался его снять. Голос Коннора был тихим, нерешительным. Но внимание Хэнка снова приковалось к андроиду, как только тот заговорил. Коннор никогда не делился информацией о себе добровольно, и Хэнк ни за что не стал бы его отговаривать. – Что? – подтолкнул он его продолжить. – Ты гадал, что случилось с моим светодиодом, не так ли? – сказал Коннор. – Я пытался его удалить. Очевидно, мой светодиод не был предназначен для этого. Он... – его рука переместилась со светодиода и на мгновение зависла над слепым глазом. – Моя попытка привела к некоторым повреждениям. – Это можно починить? – спросил Хэнк. Он старался не думать о том, как сильно пацан хотел избавиться от этой штуковины, раз изувечил себя. Коннор покачал головой. – Не с теми ресурсами, которые у меня есть. – Это больно? – чёрт возьми, выглядело именно так. Коннор пожал здоровым плечом и сделал еще один глоток горячего шоколада. – Немного, но не невыносимо. Я полагаю, у андроидов другое представление о боли. Это было справедливо, подумал Хэнк. – Ты не хочешь показаться врачу? – предложил он. – Не хочу быть грубым, но ты выглядишь ужасно. – Я... – Коннор откинулся на спинку стула, спрятав руки в перчатках под столом. Он уставился на кружку перед собой, как будто та могла подсказать ему, что сказать. – Если ты не против, я бы предпочел не обсуждать это сейчас. – Да, конечно, – согласился Хэнк, не желая давить на него. Это только привело бы к тому, что пацан закрылся бы от него, а он не мог этого допустить. – Я просто… черт, я волнуюсь за тебя, понятно? Я хочу помочь. Коннор ответил мягкой и искренней улыбкой. Он снова положил руки на стол, чтобы обхватить теплую кружку. – Ты помогаешь, Хэнк, – сказал он. Светодиод снова мигнул синим.