fwchrstmsdrms.

холодно. кан есан кутается крепче в плед и идет еще скорее, срываясь почти на бег. он спешит сейчас, стараясь успеть до закрытия аптеки, работающей в вечер рождества только до восьми. кан есан успевает и покупает лекарство от боли в горле, от кашля и насморка, пока ревизор желает провести рождество хорошо и отдает пакет — есан уважительно кланяется и уходит, придерживая за собой дверь. дверь в квартиру легко поддается и есан входит домой. он прикрывает за собой дверь [венок с бубенчиками звякает]. «я дома» отдается от стенок эхом, и есан слышит кашель из комнаты, который должен был быть «привет». есан решает на заморачиваться с обувью и снимает ботинки не развязывая шнурки. чонхо встречает его новым кашлем и все еще заложенным носом, под одеялом и с чашкой горячего чая в руках. он кажется сейчас действительно маленьким медвежонком, растрепанный и в безразмерном свитере. чхве чонхо рассказывает о том, как провел эти полчаса и как кошка есана грела его, пока он не пришел. чонхо послушно пьет протянутую в мерной ложке розовую вязкую микстуру с запахом ежевики [? я никогда не могла понять, чем на самом деле пахнет эта сладкая водичка]. он морщится от сладости, но запивает чаем с лимоном, тоже с сахаром. кривится еще больше, пока есан, любящий сладкое [и жаренную курочку] смеется. чонхо запивает таблетки от кашля и пшикает в нос ментоловый спрей от насморка. он опять морщится, будучи из тех самых людей, которые против мяты в любом ее виде. но чонхо улыбается, когда его хен ложится с другой стороны и обнимает, говорит негромкое «с рождеством» и перебирает волосы. они пролежат так до самого утра, в полумраке мигающей гирлянды на окне и рождественского светильника. да, кан есан тоже заболеет, и они с чхве чонхо будут весь день перебрасываться коротким кашлем вместо привычного общения, зато они проведут это рождество вдвоем. пусть с лекарствами, но в уютной атмосфере домашнего праздника и тепла небольшой квартиры.