Just a doll.

Жизни алые цветы, Разорвав свои концы, Лепестками по ветру летят, Даже в темнице свободы хотят. Словно райским наслаждением, Вне воли ложным сновиденьем, Слышен будет голос твой, Красивый, но такой чужой. В своих слезах я утопаю, Вспышкою надменности внимаю, В своей крови бесщадно умираю.

***

После произошедшего с Аяксом, Скарамуша было больше некому спасать. Не то чтобы до этого он всецело надеялся и полагался на него, но сейчас ему кажется, что он вновь потерял свою надежду. Аякс тоже мечтал о свободе, мечтал увидеть все краски тейвата! Он не любил сидеть на одном месте, Скарамуш не любил не иметь права быть свободным. Они разные. Для них понятие свободы - две совершенно разные вещи. Для Аякса это мир, за пределами деревни, чудеса света, тайны и разгадки. Для Скарамуша же это отсутствие личных границ, отсутствие командира подсознания. Когда мысли и действия принадлежат только тебе и ты сам будешь за них расплачиваться. Но даже так, в этот раз жертвой оказался не Скарамуш. Жизнь в деревне продолжилась, но сейчас он не выделял никого из серой массы. Сейчас ему некуда податься, но он не забыл о данном Аяксе обещании. Каждый раз сжимал далеко спрятанный в кармане глаз бога, когда стучался к нему в дом. Сам ожидая увидеть на пороге целого и улыбающегося Аякса, его вновь называли чудовищем. Неужели он настолько страшный? В деревне, не пойми от кого расползлись слухи, что именно он послужил причиной исчезновения мальчишки. Мол, до того, как они сдружились, с мальчишкой все было нормально! А взгляд Скарамушин никогда не предвещал ничего хорошего, а люди невежды, хватаются за одну, придуманную версию и верят ей слепо, потому что больше оправдать произошедшее было не чем. Скарамуш с каждым днем все больше презирает людей и называет их попусту сорняками, как и их мимолетные в никуда жизни. В счастливые моменты в его ручки попадали гроши моры. Нет, он их не крал. Скорее зарабатывал у новых поселенцев физическим трудом. И когда такое происходило, бежал на рынок надеясь купить поесть, пока он окончательно не свалился замертво. Но даже с морой его не принимали. — Что ты тут забыл, чудище!? — Кричит ему мужчина, когда мальчик протянул ему заработанные гроши, которых с натягом хватало на дешевую рыбу. — ПРОВАЛИВАЙ! — Я хочу купить рыбу. У меня есть деньги. — Напористее пихает ему мелочь Скарамуш. — УБЕРИ СВОИ ГРЯЗНЫЕ РУКИ! — Ах! — Вскрикнула женщина, проходящая позади и прикрыла рот рукой. — Какое чудовище! Уходи, мальчик, не гадь жителям снова! — Я не желаю вам зла. — Хмуро отвечает тот и чувствует, как руки начинают болеть от холода, но протянутыми их оставляет. — Я хочу купить рыбу. — Это точно украденные деньги, говорю! Это чудище всегда только и делает, что ворует и мешает нам жить! У кого на этот раз украл, а? Признавайся! — Я не чудовище.— Сапфировые глаза Скарамушины впервые начинает больно щипать. Сколько себя помнит, никогда не плакал, никогда не хотелось. Но сейчас потаенная где-то далеко злоба и обида дефектной куклы показывают себя. — Я НЕ ЧУДОВИЩЕ! — Ты посмотри на него! — Крикнула еще одна незнакомая женщина, обращая внимания. Кажется, толпа людишек обернулись на него, словно он здесь циркач. — Какая наглость! Сколько пакостей нам наделал, бедного мальчика утащил и смеет ещё мору красть! Чудовище! — Нет же. — Уже тише отвечает Скарамуш и мора летит у него из рук. — Я не чудовище.. Это вы, вы все ужасны! ПРОСТО ОТВРАТИТЕЛЬНЫ! ГОРИТЕ В АДУ! Скарамуш слышит возмущенные вопли в свою сторону. Нагло хватает рыбину за хвост, прячет под себя и утаскивает с места преступления, спотыкаясь на ходу. Кажется, за ним кто-то побежал, но превосходя обычного человека, Скарамуш скрывается. Реснички обледенели и он подскальзывается, падает и катится, словно по горке, куда-то вниз, все ещё крепко держась за рыбу, словно за последнюю надежду. Укатился Скарамуш прямо к ледяной речке с кучей прорубей. Кажется, именно здесь ловят потенциальную рыбу, и Скарамуш ненароком представил, как неживое в его руках существо когда-то беззаботно в ней плавало. Но такова судьба всего рыбьего рода, быть съеденными человеком.

***

Время близится уже к ночи, но стемнело ещё давным давно. Благодаря сухим палкам, которые Скарамушу повезло найти, он развёл костёр на брошенных какими-то рыболовами углях. Насадив рыбу на острую палку и сев неосторожно на снег, Скарамуш вертел свой ужин над огнём и терпеливо ждал. Рядом с костром было теплее и он подумал, что было бы неплохо поесть и уснуть прямо здесь. Костёр издавал приятные для ушей звуки треска, отдавал не жалея свое тепло замерзшему Скарамушу и одновременно помогал ему пожарить рыбку и не умереть от голода. Он подумал, что костер, пожалуй, очень хорошая вещь. Он не помнил как успел задуматься о том, как бы был рад сжечь всех этих людишек на нем, рад был бы смотреть, как они мучаются в агонии и кричат. Чудовище! Ты посмотри на него! Что он сделал с бедным мальчиком!? Он только мешает нашей жизни! Чудище, посмотрите на его взгляд! Настанет время и он перебьет нас всех здесь! Проваливай, поганец! Мерзавец, ублюдок, наглец, чудовище! — Заткнитесь! Мерзкие, жалкие твари.. Дальше своего носа не видите! Ненавижу вас всех, это вы самые настоящие чудища! — Кричит он прямо в костер. — Чудовища, чудовища, чудовища!! ..Эй, Скар, не печалься! Я хоть не знаю, что у тебя случилось, но ты всегда выглядишь таким...пустым что-ли? Люди не любят тебя, потому что ты не любишь их. Всё будет хорошо, ладно? Я с тобой рядом! У тебя есть я, я твой друг, помнишь это? Ты сможешь понять людей, только когда поймёшь себя. Ну же, Скар, не унывай!.. — ВСЁ ЛЮДИШКИ ГНИЛЫЕ СОРНЯКИ, ВСЕ! ВЫ ВСЕ СЛИШКОМ ЖАЛКИЕ И СОПЛИВЫЕ, ЧТОБЫ ПОНЯТЬ СУТЬ СУЩЕСТВОВАНИЯ! — Кажется, куколка сходит с ума. Что бы сказала Эй, увидев своё создание в таком состоянии? Хотя, какая разница, теперь Скарамуша с Эй ничего не связывает. — НИЧТОЖЕСТВА! НЕНАВИЖУ! В порыве злости Скарамуш кидает, ранее бережно державшую в руках рыбу прямо в костер. Ещё пару секунд тяжело дышит и тут же жалеет об этом, смотря, как его последний продукт питания сгорает в пламени. Всё же, костер не так хорош. Желудок изнывает от голодной боли и Скарамуш обессилено валится на снег.

***

Скарамуш ожидал проснуться сразу в аду, но открыв глаза, не почувствовал даже холода. Сначала его сознание переваривало происходящее. Оглянувшись, он замечает незнакомую ему лабораторию. Это место мало напоминало заснеженную равнину рядом с речкой и горячим костром, в которой он закрыл свои глаза. Внутри было тепло, и атмосфера царила напрягающая. Но главное, что чувствует Скарамуш, это его скованные движения. Только потом он соображает, что прицеплен наручниками к, словно операционному столу. Страшно не становится, отнюдь, скорее интересно. Его будут пытать? Насиловать? Он сейчас будет отвечать за все, что сделал той деревушке? Скарамуш не сильно сопротивляется и изнывает скорее не от страха, а от неизвестности перед ним. Скарамуш ненавидит неизвестность. Пол тихо скрипит под тяжёлыми шагами и Скарамуш поворачивает голову. Он замечает за собой, что не чувствует голода и боли в мышцах. Он чувствует себя..хорошо? — Доброе утро. — Высокий и крепкий незнакомый мужчина в белом проходит вглубь. На лице его красуется интересная маска, обнажая лишь алые глаза и острые клыки, завораживающее зрелище, но Скарамуш даже не реагирует и ноткой страха. — Как себя чувствуешь? — Что это за место и кто вы? —Хмурится тот и ещё раз дёргает ногами, в попытке оценить тяжесть оков. Ещё он заметил, что он не в своей одежде. На нем лёгкая, облегающая майка темно синего цвета и шорты, больше ничего. — Ты из прямолинейных, да? —Усмехается тот. — Тебя, кажется, совсем не пугает твоё положение. — Где я нахожусь и что ты собираешься со мной делать? — Вдруг Скарамуша осенило, и он со всей своей враждебностью и существующей в его взгляде угрозой смотрит прямо в алые глаза. — Где моя куртка? Куда вы её дели!? — Шшш, не бесись так. — Вновь скалится тот и достаёт из своего кармана заветный предмет, небрежно подбрасывая его в руке. — Тебя это интересует? — ОТДАЙ МНЕ ЕГО! — Задергался он, что силы позволяют. — Аххх, забирай. — Скучно протягивает тот и кидает глаз бога ему прямо на грудь. — У меня полно таких от бывших владельцев. Я хотел тебе кое что предложить, но ты, кажется, не настроен на конструктивный диалог. — Говори. — Хмурится тот ещё сильнее. — Имя мне Иль Дотторе. Третий предвестник фатуи, рад знакомству. Слыхал ли ты когда-то о организации "фатуи"? — Нет. — Не от мира сего? — Искренне удивляется тот. — Ладно. Фатуи – злая организация из Снежной. Мы собираем сердца бога, преследуя цели Царицы, крио архонта. Ты довольно заманчивый экземпляр, бывшая кукла электро архонта. Глаза Скарамушины округляются от услышанного и он скалит зубы, закусывая губу. — Откуда.. — Хаха, забавная реакция. Нам известно все, что нам нужно, мальчишка. — Следующее он говорит тихо, низким и пугающим голосом. — Вступай в фатуи. Я по твоим глазам вижу, чего ты хочешь. Ты будешь свободен в своих действиях. Свободен. Скарамуш будет свободен. — Я согласен. — Это всяко лучше того, какую жизнь он вёл ранее. Терять ему все равно нечего.. — Прекрасно. — Зачем эти оковы? — Это метод предостережения. — Дотторе щёлкает пальцами и оковы, словно по приказу спадают. — Для начала, нам нужно пробудить твою силу. Прими же себя, ныне шестой предвестник фатуи. С этого момента Скарамуш –шестой предвестник фатуи. Ему повезло. Некоторые убить готовы за эту должность, но даже ценой упорных тренеровок им не хватает сил стать одними из предвестников. Царицу заинтересовал брошенный сосуд электро архонта, из которого может получится отличное оружие. Прости, Аякс, я не стал хорошим.