Гости из будущего

Монки Ди быстро шмыгнул в их с Трафальгаром комнату, прикидывая, куда бы спрятать небольшой пакет, чтобы союзник не нашёл подарок раньше времени. Мугивара с трудом смог придумать отмазку, по которой он благополучно свалил от хирурга, чтобы прикупить одну вещь, замеченную им в одной из многочисленных лавочек. Фрэнки говорил, что свидаедение должно закончиться подарком. Но подарок же — это вещь неожиданная. А, значит, Траффи должен был оставаться в неведении. Стоило резиновому капитану только накрыть подарок своими вещами, как в комнату зашёл Ло. Луффи тут же вытянулся, стараясь делать вид, что здесь совсем ничего не происходит, и он совсем ничего не прячет. — Привет, — Монки Ди хотелось треснуть себя по лбу, потому что ничего лучше, чем поздороваться с человеком, с которым он не виделся минут тридцать — слишком глупо, даже для него. — Давно не виделись, — хмыкнул капитан Пиратов Сердца. — Нашёл кошелёк? Да, Мугивара соврал, что потерял мешочек с деньгами. Вполне весомая причина, между прочим, если учитывать, как могла отреагировать Нами на подобное расточительство. — Ага, — Луффи кивнул, улыбнувшись во все свои тридцать две зубищи. Он вытянул резиновые руки, оплетая ими чужую талию и притягивая к себе хозяина этой самой талии. Трафальгар обнял союзника в ответ, привычно зарываясь пальцами в чернявые лохмы. Монки Ди тут же довольно заурчал, прикрывая глаза. Траффи сегодня сказал, что рад, что Мугивара появился в его жизни. И от этих слов было так легко и хорошо, что будь резинового капитана крылья, он бы точно взмыл выше облаков от радости. У него самого ведь к Траффи тоже самое. Что-то большое и необъятное, что даже резиновое сердце с трудом выдерживает эти странные чувства. — Эй, народ! — в комнату без стука ворвался снайпер, который при виде милующихся капитанов в очередной раз подумал, что его прокляли, раз он всё время прерывает нежности этих двоих. — Да твою ж!.. — громко выругался он. — О, Усопп, привет, — Луффи совсем не смущало то, что кто-то вторгся в его милования с союзником. — Чё хотел? — Мы купаться собрались, — канонир старательно делал вид, что грозный взгляд Хирурга Смерти направлен не на него. — Вы пойдёте? — «Мы» — это кто? — деловито осведомился Трафальгар. — Мы — это все, — опасливо пояснил Усопп, желающий как можно скорее свалить, куда подальше. — Щас придём, — заверил его Монки Ди. — Придём же, Траффи? — А-ага, — хирург был просто не в силах сопротивляться этой очаровательной мордашке. Сами попробуйте возразить этим огромным чёрным глазищам. Нет, это просто невозможно, просто невозможно!

***

Купальня оказалась самым настоящим онсеном, над которым нависли белые клубы пара. Оборудованное под источник место было сплошь заставлено ветвистыми клёнами. В горячей воде уже нежилась большая часть Мугивар. Нами и Зоро распивали саке, Робин и Фрэнки болтали о чём-то с Чоппером, Брук и Санджи усиленно старались делать вид, что их совсем не смущают девушки в одних полотенцах. Получалось у них, честно говоря, не очень. — Чего замерли? — Усопп повис на плечах двух капитанов, молясь, чтобы младший хирург не испепелил его взглядом. Монки Ди хитро улыбнулся, а затем рванул к источнику, высоко подпрыгнув у самого края. — Бомбочка! — заорал он. — Луффи, нет!!! — завизжали Мугивары. — Луффи, да!!! Столб воды намочил всю команду будущего Короля Пиратов. Навигатор тут же двинулась к своему капитану, чтобы вытянуть того на поверхность, а затем утопить собственноручно. — Тяжко тебе с ним, Траффи? — канонир с каким-то пониманием глянул на Трафальгара. — А вам? — хмыкнул Ло. — Мы уже привыкли, — хихикнул снайпер. — Погнали спасать Луффи, а то Нами его убить может… — Забавная шутка. — А это не шутка. Капитан Пиратов Сердца нахмурился. А он-то полагал, что на подобные мрачные высказывания способна только Нико… Видимо, у всех Мугивар есть скрытая страсть к чернухе. Ло и Усопп забрались в онсен. Канонир тут же поспешил вызволять капитана из рук Кошки-воровки. План удался, хоть снайперу и прилетело от навигатора. Но это уже дело привычное, одним тумаком больше, другим тумаком меньше… Освобождённый Монки Ди был передан на попечение Трафальгара. Мокрый и взъерошенный Луффи тут же прилип к союзнику, тыкаясь носом в его плечо. — А вот и мы! — громко объявил Золотце, распахивая дверь. За ним маячила мрачная фигура старшего хирурга, который всем своим видом говорил, что его сюда затащили насильно. Винсмоук забрался в воду. К нему тут же подобрался младший повар, заваливая того своей болтовней об успехах сегодняшнего дня. Старший Капитан Пиратов Сердца опустился рядом с Робин и Фрэнки, прихватив с собой пиалу с саке. — Ой, Ло, у тебя шрам? — Чоппер с интересом разглядывал едва видную белёсую линию, опоясывающую руку Трафальгара-старшего. — Ага, — старший союзник нехотя кивнул. — Выглядит так, как будто руку хотели отрезать… — задумчиво протянул маленький доктор. Ло-старший подавился саке. Вот уж о чём он точно не хотел вспоминать, так это об одном пернатом выродке. — Так её и отрезали! — подал голос Золотце, отвлекшись от болтушек со своим младшеньким. — Чего?! — взревели Мугивары. — Когда?! Младший хирург насторожился. Только отрезания рук ему в будущем не хватало… — Санджи-я, — Трафальгар-старший буквально прожигал друга недовольным взглядом, — ты умеешь молчать? Винсмоук пискнул и спрятался за спину Чёрной ноги, опасаясь, что в него прилетит что-нибудь, что плохо лежит. — Расскажи! Расскажи! — Усопп и Тони-Тони крутились вокруг старшего хирурга, желая услышать истории о лишении руки и пришпиливании её на законное место. — Дело было на Дресс Роуз… — торжественно начал Винсмоук, который, видимо, решил немного осмелеть. — Ещё хоть слово, и ты покойник, — рыкнул Ло-старший, медленно поднимаясь. — Тебя там вообще не было. — Подумаешь, отлучился ненадолго… — Твои семейные разборки чуть весь план не заруинили. Старшие вцепились друг в друга, грозно рыча. Каждый старался отстоять свои секреты. — Да план с самого начала был не очень! — возразил старший кок. — Он стал не очень, когда вы от него отошли! — не отступал старший хирург. — Ты первый на Дофи зациклился! — Сказал тот, кого пришлось вытаскивать с собственной свадьбы! Неизвестно, сколько бы продолжалась эта перебранка, если бы всекарающие кулаки навигатора не треснули по двум орущим макушкам. — Заткнулись оба! — прикрикнула на зачинщиков бедокурства Нами. — Слышать не хочу о вашем будущем! — А вот мы бы послушали, — одновременно буркнули младшие повар и хирург. Их, между прочим, очень волновали непонятная свадьба и отрезание конечности на Дресс Роуз. — Вам так хочется ругаться? — Кошка-воровка грозно глянула на старших. Те, потирая свежие шишки, кивнули. Конечно, раньше они расходовали свою энергию на двух идиотов: один — ходячий Мох, другой — ходячая катастрофа. Приходилось сраться между собой, чтобы хоть как-то поддерживать себя в форме. (Авторка: Ммм, высокие отношения) — Ах, вы… — рыкнула Нами и принялась топить старших. — Совсем без мозгов, а?! — Водная битва!!! — гаркнул плотник. Ещё секунда, и онсен превратился в самое настоящее побоище. Трафальгар-младший сам не понял, как Монки Ди забрался ему на плечи, и они сцепились с человеческой башней в лице Зоро и Санджи-младшего. Робин и Фрэнки выступили против Усоппа и Чоппера в человеческой форме. Брук каким-то образом выловил Золотце, с которым они тут же устроили бойню. Нами продолжала бороться с Ло-старшим, оба пирата безбожно матюкались. Мугиварские разборки на отдыхе, ничего удивительного. (Бета: Ода, или кто там анимехой заведует, экранизируйте, умоляю!) Зашедший проведать своих постояльцев Хоку-сан был порядком удивлён, открывшейся ему картине. Особенно, когда ему в лицо прилетело чьё-то мокрое полотенце. Вода в источнике бурлила, почти голые тела сплелись в какой-то неведомый узел. Кто-то смеялся, кто-то истошно орал, кто-то матюкался… А кто-то просто тонул! И лишь Винсмоук тихонечко вздыхал на краю онсена. Его, когда дело запахло жаренным, отправили на берег в целях безопасности. Кого именно хотели защитить его накама: себя или его — оставалось загадкой. Такой же великой и непостижимой, как и прочие загадки Санни Го…

***

В водной битве победителя так и не выявили. Хотя бы потому, что никто не ушёл без свежих синяков. Кроме Брука, конечно же, у него ведь нет кожи, йо-хо-хо! Зато ужин прошёл спокойно: у честной компании просто не осталось сил на прочие безумства на радость Хоку-сана, который уже начал опасаться, что его гостиницу разнесут в пух и прах. Все разошлись по своим комнатам, договорившись, что завтра вечером они повторят сегодняшний балаган и закончат его как следует — пьянкой. У них отдых, в конце концов! Нужно этим пользоваться. Луффи и Ло-младший зашли в свою комнату, где им уже расстелили футоны. Монки Ди тут же сдвинул их вместе и развалился поперёк импровизированного ложа. Трафальгар на это только хмыкнул и поставил Кикоку в угол комнаты. Он присел на край футона, глядя на чужие подтянутые ноги, на которые падал слабый свет лампы. Не то, чтобы хирург соблазнился на мугиварские конечности, скорее просто видел в них некую эстетическую составляющую. Капитан Пиратов Сердца потянулся к своему кимоно, которое перед купанием в спешке было брошено на пол. Ему очень повезло, что союзник потерял кошелёк и самостоятельно отправился на его поиски. Так, у Ло появилось немного времени, чтобы забежать в одну из многочисленных лавочек и купить небольшой подарок своей ходячей катастрофе по совету младшего повара и археолога. — Мугивара-я, — нерешительно позвал Трафальгар, чувствуя, как всё его нутро наполняется волнением. — Что, Траффи? — Луффи сел, сложив ноги в позе лотоса. — Спать хочешь? — Нет… — хирург замялся, — в общем… — он протянул союзнику крошечный свёрток, размером с его ладонь, — это тебе… — Подарок? — Монки Ди удивлённо захлопал глазами, принимая вещь. — Открыть можно? — Да, — капитан Пиратов Сердца смущённо отвёл взгляд. Мугивара осторожно развернул упаковочную бумагу. У него в руках оказался деревянный чёрный гребень, украшенный изображением кленовых листьев. Если честно, то Ло был не до конца уверен, верно ли он подошёл к выбору подарка. Не помогли даже слова Чёрной ноги и Нико о том, что Луффи понравится абсолютно всё. Хотелось найти что-то особенное, значимое даже в каком-то смысле. — Твои волосы, они… — Трафальгар безуспешно пытался придумать «оправдание» для подарка, — путаются. И я подумал, что… может быть… Трафальгар, мать твою, Ди Ватер Ло, возьми себя уже в руки! Хватит ломаться! — Спасибо, — тихая благодарность заставила хирурга все же взглянуть на союзника. Монки Ди смотрел на гребень так, словно это было самое ценное сокровище, которое было лучше Ван Писа раз в сто, а то и больше. — Я буду его беречь, — Мугивара прижал подарок к груди, — честно-честно. — Ага, — выдохнул капитан Пиратов Сердца. На большее он, увы, был не способен. — Ой, чуть не забыл! — резиновый капитан вдруг подскочил на ноги и резво подбежал к куче своих вещей. Одежда полетела в стороны. Луффи подошёл к Ло и протянул ему какой-то пакет. — Я тоже подарок купил! — с широченной улыбкой произнёс он. Трафальгар нерешительно принял пакет. Мугивара тоже приготовил ему подарок? Сам додумался или кто-то помог? Хирург осторожно сунул руки в пакет, не понимая, что там вообще такое. Через секунду он держал перед собой небольшой цветочный горшок с молодым подсолнухом, который только-только поднял голову, чтобы раскрыться. — Когда мы расстанемся, ты сможешь на него смотреть, чтобы не забывать про меня, — Монки Ди плюхнулся на футон. Идея подарить Траффи живой цветок возникла у резинового капитана, стоило ему взглянуть на жёлтые лепестки. Санджи-младший на лекции о сексе говорил, что цветы — это хорошо. Но букеты, по мнению Луффи, выглядели как-то дохло. А вот растение в горшке не завянет и простоит больше. К тому же, подсолнух жёлтый, как субмарина Траффи. Значит, Траффи, наверное, нравится жёлтый цвет… — Про тебя забудешь, Мугивара-я, — хмыкнул капитан Пиратов Сердца. Монки Ди фирменно захихикал и положил голову на чужое плечо. — Тебе нравится? — тихо спросил он. — Да, — Ло поцеловал Луффи в макушку. — Это хорошо… — союзник шумно зевнул. — Давай завтра ещё погуляем? Мне понравилось гулять с тобой сегодня, Траффи. — Давай, — Трафальгар поменял местами цветок и стоящую на низком столике лампу. — Спать? — Да, — Мугивара снова зевнул. Хирург выключил лампу, комната погрузилась в полумрак. Капитаны забрались на футоны. Луффи тут же оплёл конечностями чужое тело. Траффи мёрзнет. Траффи нужно греть, чтобы он не простудился. — Спокойной ночи, Траффи. — Спокойной ночи, Мугивара-я.

***

Санджи-младший залпом осушил чашку саке. Так сказать, для храбрости. Чёрт его побрал развести сегодня с Маримо этот невнятный флирт! Теперь надо отрабатывать обещанную бессонную ночь, потому что настоящие джентльмены слов своих на ветер не бросают, даже если это подставит их задницу под чужое мужское достоинство. Ладно, ночь в Вороньем гнезде он пережил и эту переживёт. К тому же, грубый Мох с ним довольно осторожен и мягок… — Завитушка, ты чего завис? — Ророноа, стоявший на пороге их комнаты, уже минут десять наблюдал за тем, как повар гипнотизирует его саке, бормоча себе что-то под нос. — Чёрт! — Чёрная нога вздрогнул, не ожидая, что кроме него тут был кто-то ещё. — Маримо, ты когда успел вернуться? — Несколько месяцев назад на Сабаоди же встретились, — хмыкнул Зоро. — Забыл, что ли, Завитушка? — Очень смешно, — боевой кок скривился, но тут же взял себя в руки. — Как там Золотце? — Проклинает весь мир, особенно сегодняшний ужин, — мечник, наконец, соизволил закрыть дверь. Винсмоук буквально через полчаса после трапезы гневно и очень шумно отправился очищать желудок. Конечно же, сердобольные накама вызвались составить ему компанию. Если друга выворачивает наизнанку, нужно его поддержать, хотя бы морально. Вот старпома и потащили с собой за компанию, чему старший повар не очень-то и обрадовался. Над ним и так Ло-старший изгалялся, держа золотистые локоны, чтобы те ненароком не запачкались, так ещё и команда пришла смотреть, как ему плохо. В общем, токсикоз смешался с лютой истерикой. В этот момент Ророноа мысленно желал будущему себе удачи: не дрейфь, старший я, ты справишься, у тебя нет выбора. Санджи тихо вздохнул. Великолепное будущее его ждёт, однако. Интересно, а он тоже бухнется в прошлое? И как это будет выглядеть? Он, получается, станет Золотцем, который знает о будущем прошлого? Он же заколебётся объяснять всю эту временную вакханалию младшему себе! — Боже, — выдохнул Чёрная нога. — не представляю, как я буду сам с этим справляться через пять лет… Он плюхнулся на футон. Не сказать, что парня пугала перспектива обзавестись самой настоящей, полноценной семьёй. Просто всё это казалось таким сложным и непонятным: от странной болезни Золотца до встречи с О-Тоси. И если последнее можно было как-то объяснить, то первый факт очень сильно выделялся из общей картины и казался каким-то нелогичным. Разве есть на свете болезнь, с которой не смогли бы справиться Чоппер и Ло? — Расслабься, — мечник опустился рядом с поваром, — у тебя ещё куча времени, чтобы с этим смириться. — Дело не в том, что я не могу с этим смириться, — боевой кок покачал головой и потянулся за сигаретами. Огонёк зажигалки вспыхнул в полумраке комнаты. — Все эти временные штуки… Неужели мне тоже придётся через всё это пройти? — Ты справишься, — старпом приобнял его за талию. — Я буду рядом. — Нет, Голова-трава, ты будешь в будущем горевать о том, что твой муж не пойми где, не пойми с кем. Зоро хмыкнул, а затем резко повалил Санджи на футон, нависая над ним. — Тогда мне придётся хорошенько проследить за тем, чтобы мой муж не свалился в какой-нибудь временной водоворот, — ухмыляясь, произнёс Ророноа. (Авторка: Мальчики… Я вас обожаю!) Чёрная нога фыркнул и закинул сигарету в пепельницу. Затем он обвил руками шею мечника. — Ты уж проследи, чёртов Маримо, — тихо сказал повар. — Не хотелось бы потерять то время, что я мог бы провести с тобой… Старпом снова хмыкнул и смял мягкие, пропитанные никотином губы. Его большие ладони властно огладили чужие бока, медленно поползли к бёдрам, слегка сжимая их. Боевой кок зарылся пальцами в зелёный ёжик волос и углубил поцелуй. Они, правда, собираются это сделать? Сегодня? Прямо сейчас? (Авторка: Нет, блин, завтра, после обеда) (Бета: Если не послезавтра, после ужина х)) — Волнуешься? — Зоро отстранился от Санджи и потянул за пояс его халата. — Нет, — Чёрная нога безбожно лгал, хотя всё его существо буквально трепетало от предстоящей долгой ночи. — Завитушка, — Ророноа нежно поцеловал его в лоб, — ты совсем не умеешь врать. — Мы болтать будем или делом заниматься? — язвительно отозвался повар, за что тут же получил горячий поцелуй. Язык мечника коснулся его языка, надавил на него, вызывая у кока непрошеный стон. Чёрт, как же жарко! Зоро огладил белую грудь, сжал соски между пальцами. Вот он и дорвался. До святого дорвался. Раньше, чем его предшественник, между прочим. Вот он удивится, когда поймёт, что младший его обогнал… Санджи чувствовал, что ещё немного и он сорвётся. Алкоголь уже распространился по крови, придав некую уверенность. Маримо хотелось трогать, много и жадно. И это странное наваждение было таким сладким и манящим, что отказ от него казался абсурдным. Всё происходящее было таким правильным, таким необходимым. И поцелуи, и ласки, и томные вздохи… Ророноа принялся выцеловывать бледную шею, наслаждаясь чужими тихими стонами. Завитушка был похож на крепкий алкоголь: только сделай глоток, и вот земля уже уходит из-под ног, но всё равно хочется ещё. Мечник скинул с себя халат и прикусил нежную кожу ключиц, чувствуя как распаляется под ним такое желанное тело. Повар заводился быстро, буквально после пары касаний и поцелуев он вспыхивал точно спичка и не потухал до самого конца. Чёрная нога заелозил под старпомом. Уже изведанный им жар и тугой узел поселились внизу живота, разрывали его изнутри, заставляя желать большего. И это уже не казалось таким постыдным как раньше. Да, Маримо — мужчина. Мужчина, который заставляет его стонать и выгибаться. Но, боже, это так хорошо, так восхитительно, когда горячие сухие губы и раскалённый, точно сталь, язык касаются его груди… Боевой кок огладил мощные плечи, царапнул выпирающие лопатки. Зоро тихо рыкнул и сжал его бёдра, проходясь влажными и долгими поцелуями по кубикам пресса. — Завитушка, а ты быстро, — хмыкнул он, глядя на чужой эрегированный орган, который уже вовсю сочился смазкой. — Заткнись, Маримо, — буркнул Санджи, шлёпая пяткой по чужому лицу. — Кто в этом виноват? — Понятия не имею, — Ророноа перехватил его щиколотку и прикусил выпирающую косточку. — А у тебя какие идеи? — Дурацкий Мох, — Чёрная нога демонстративно отвернулся. Мечник на это лишь усмехнулся и продолжил выцеловывать длинные ноги, поднимаясь всё выше и выше к внутренней стороне бедра. С каждым поцелуем повар становился всё громче и громче. Собственный голос и тело больше не подчинялись ему, они были отданы человеку, что сейчас оставлял засос под его коленкой. Боевой кок сдавленно охнул, когда старпом прикусил внутреннюю сторону бедра. Он с трудом удержал себя, чтобы снова на зажать Зоро в крепком захвате. Чувствуя чужое напряжение, Ророноа успокаивающе огладил выпирающие тазовые косточки, сжал член, делая пару осторожных движений. Санджи поджал губы, пробормотал что-то нечленораздельное, вскинул бёдра, желая получить больше прикосновений. Чёрт, что этот Газон творит?! У него и так все мысли в одно место утекли! — Мх! — Чёрная нога в очередной раз выгнулся, когда горячий язык прошёлся по свежему красноватому следу на внутренней стороне его бедра. — Зор-р-ро! Прекра-ти… — Тебе не нравится? — хмыкнул старпом, глядя на раскрасневшегося, всклоченного накама. — Просто сделай это уже, — выдохнул повар, в голубых глазах яркими искрами блестело самое настоящее возбуждение. — Сделать что? Санджи утробно рыкнул и всё-таки зажал зелёную голову между своих ног. Он злобно глядел на своего «мучителя», рвано дыша. — Слушай сюда, грёбаный Маримо, — Чёрная нога обнажил белоснежные зубы, — либо я ломаю тебе шею, либо ты что-то делаешь, усёк? — Более чем, — Зоро тоже оскалился, чужая хватка ослабела, и он рванул вперёд, впиваясь в чужие мягкие губы. Язвительный и грубый Завитушка был таким манящим. Безумно хотелось подмять его под себя, выбить из груди желанные стоны, лишь бы блондинистая бестия распалилась ещё больше. Повар ответил на поцелуй, толкаясь в рот мечника языком. Он сжал руками мощную грудь, впился в тёмную кожу короткими ногтями. Пора бы уже признать, что у кока пунктик на Ророноавские сиськи… Мечник слепо нашарил в простынях тюбик с лубрикантом. Крышечка тут же затерялась где-то в одеялах и подушках. Старпом переместился на шею кока, лизнул линию сонной артерии. В то же время он вымазал пальцы лубрикантом и приставил один к анусу своего любовника. Санджи тихо зашипел, стоило Зоро войти в него на одну фалангу. Возбуждение, конечно, притупляло боль, но от этого легче не становилось. Черная нога медленно выдохнул, пытаясь расслабиться и сосредоточиться на выцеловывающем его ключицы Ророноа. Он зарылся пальцами в зелёные волосы и потянул мечника на себя. Перед глазами блеснули серёжки-капельки. Повар обхватил губами прохладный металл, прикусил места проколов, вызывая тем самым чужой глухой рык. Помучайся, чёртов Маримо! Посуществуй с куском обжигающей лавы внизу живота! Может быть, тогда станешь умнее и ускоришься! Кок провёл носом по шее старпома и оставил на ней болезненный укус, будто мстя за все те отметины, что оставил его любовник. — Нарываешься? — глаз Зоро опасно блеснул в полутьме. — А нельзя? — с коварной ухмылкой выдал Санджи и тут же громко охнул, выгибаясь в спине, чувствуя, как второй палец грубо входит в него. — Блять, Зоро! — Я что? Я ничего, — Ророноа с удовольствием наблюдал за метающимся по простыням накама. Он потёрся своим эрегированным органом о чужой пресс, заставляя Чёрную ногу крупно вздрогнуть. — Идиота кусо-ах! — повар громко застонал, когда пальцы мечника надавили на простату. — Просто вставь уже… — он всхлипнул. — Я больше не могу… — Потерпи ещё немного, — мечник нежно поцеловал его в лоб и добавил третий палец. Кок болезненно поморщился, но кивнул. Он, и правда, был уже на пределе. Тело требовало разрядки, тряслось в судорогах. Хотелось, чтобы всё это уже закончилось, чтобы его уже прекратили мучить и дали, наконец, дали то, что ему так нужно… Старпом развёл пальцы в чужом нутре. Завитушка всё ещё был узким, но если они не перейдут к главному, то Эро-кок так и откинуться может. Зоро вытащил пальцы с характерным хлюпаньем, обильно смазал собственный член лубрикантом. Он перехватил бёдра Санджи, положил длинные ноги себе на плечи. Конечно, Траффи говорил что-то про коленно-локтевую, но всё же Ророноа хотел хоть как-то контролировать ситуацию. — Расслабься, — хрипло произнёс мечник, приставляя головку к анусу. Санджи снова кивнул, пытаясь найти поддержку в белых простынях. Но, увы, тем были по-барабану чужие страдания. Старпом медленно начал входить в Чёрную ногу. Тот дёрнулся, из глаз полились слёзы, а изо рта вырвался невнятный скулёж. Его будто разрывало изнутри. Больно. Очень больно. До черноты в глазах и крупной дрожи. Видя нервозность своего любовника, Зоро принялся отвлекать его быстрыми мелкими поцелуями в надежде, что это хоть как-то поможет. Попутно он медленно начал надрачивать повару. Кок рвано дышал, кусал красные от поцелуев губы. Ророноа, наконец, смог войти полностью. Он медленно выдохнул: его самого потряхивало от возбуждения и желания получить такую необходимую разрядку. Но нужно быть осторожным: причинять боль Завитушке не входило в его планы. Мечник сделал первый пробный толчок. Санджи зажмурился, громко всхлипывая. — Зо-ро… — тихо позвал он, слепо протягивая руки к старпому. Ророноа наклонился к нему, позволяя увлечь себя в смазанный поцелуй. Чёрная нога прикусил его губу, словно пытался передать всю ту боль, что он сейчас испытывал. Мечник продолжил двигаться, выискивая нужный угол. Повар был чертовски узким, тесным, горячим. Он впился в спину старпома, царапая её до крови. В какой-то момент Зоро толкнулся особенно глубоко, и боевой кок вдруг выгнулся, издавая постыдный стон. Ророноа замер, удивлённо глядя на растрёпанного и раскрасневшегося Санджи. Неужели, нашёл? — Не останавливай-ся… — выдохнул Чёрная нога, ещё сильнее впиваясь в чужие лопатки. — Ещё… Мечник рыкнул и снова вошёл в повара под тем же углом, а потом ещё раз и ещё. Чёртов Завитушка! Как он может быть настолько соблазнительным? С каждым толчком кок выгибался всё сильнее, становился всё громче. Он уже сам подмахивал бёдрами, требовательно впивался в губы старпома. Из его носа обильно текла кровь, которая придавала поцелуям сладкий пьянящий привкус. Зоро переместил ноги Санджи себе на талию, и они тут же зажали его в тиски, не давая отстраниться. Ророноа рычал, вбивался в податливое тело. Он перехватил руку Чёрной ноги, сплёл их пальцы. — Зо. Ах! Зо-ро! — повар не переставал произносить имя своего любовника. Его тело и душа тряслись в экстазе, каждое прикосновение горячим, точно стальной раскалённый клинок, членом по простате приносило неимоверное удовольствие. Глубже! Жестче! Сильнее! До звона в ушах, в которым эхом раздавались пошлые влажные звуки. Мечник брал его так, словно это был их последний раз, словно завтра настанет конец мира, и вот теперь они оба требуют больше, чем положено. Старпом в очередной раз вошёл глубоко. Боевой кок выгнулся до хруста в позвоночнике, перед глазами всё поплыло. Он сжал внутри член Зоро, гортанно застонал. Тугой узел внизу живота лопнул, заставляя тело забиться в судорогах оргазма. Ророноа рыкнул, укусил белую ключицу и излился внутрь Санджи, чувствуя, как тот с неимоверной силой стискивает его талию своими крепкими ногами. Мечник повалился на повара и прикрыл глаз, пытаясь отойти от накрывшего его оргазма. Чёрная нога старательно восстанавливал дыхание, выводя кончиками длинных пальцев на спине любовника только ведомые ему узоры. — Золотце был прав, — хрипло выдал он, утыкаясь носом в зелёный висок. — М? — лениво отозвался старпом. — Прав в чём? — В будущем узнаешь, — фыркнул боевой кок. — Кстати, слазь с меня. Ты тяжёлый. Зоро хмыкнул, а затем грёб своего Завитушку в крепкие объятия и завалился с ним на бок. По-хорошему, надо бы сходить помыться, но не сейчас. Сейчас можно и нужно нежить одну строптивую бестию, пока та мила и покладиста. В конце концов, такими моментами нужно пользоваться… — О, закончили, кажись, — хмыкнул Фрэнки, развалившийся на футоне. — Наконец-то, — устало выдохнул Усопп, смастеривший себе наушники из подушки. — Чёрт нас побрал заселиться рядом с этими двумя… — Йо-хо! Молодость — это прекрасно! — отозвался Брук, стоящий у окна. — Но я бы на месте Санджи-сана и Зоро-сана предупредил бы своих соседей, что у них намечается громкая ночь… — Давайте спать, — киборг зевнул. — Завтра прочитаете им лекцию об уважении ко сну своих накама. — Не уверен, что это поможет, — с какой-то обречённостью произнёс канонир. — Главное, чтобы они с Луффи и Траффи не договорились на совместные брачные игры. Подобного нам точно не пережить…

***

Трафальгару-старшему не спалось. Он поёрзал на своём футоне и перевернулся на другой бок. Рядом мирно посапывал Винсмоук, уткнувшись носом в мягкое пузико спящего Чоппера. Хирург медленно выдохнул. Иногда ему казалось, что он вовсе и не попадал в прошлое. Вот тебе беснующиеся Мугивары со своей ходячей катастрофой, вот и тысяча и одно приключение, безумное и невероятное, вот враг, которому нужно надрать задницу… Всё это выбивало из горестных размышлений о будущем. Ло даже ловил себя на мысли: а не остаться ли здесь? И вполне возможно он бы так и сделал, если бы не был уверен в том, что его команда вся на нервах из-за его пропажи. Есть твои личные хотелки, а есть ответственность. И капитан Пиратов Сердца выбирал последний вариант. Не то, чтобы он не скучал по своим накама: валяться в своей каюте, облокотившись на Бепо, пока Шачи и Пенгвин болтают о несусветной ерунде — отдельный вид трафальгарского комфорта. Просто хирург привык за эти пять лет к тому, что дома у него два: один — Полярный Тан, другой — Санни Го. Вот и выходило, что и субмарина, и корабль Мугивар смешались в его сознании. Ло снова заворочался. Нет, вернуться в будущее нужно. Там осталось столько нерешённых вопросов, что свихнуться можно было… А Смокер ведь предупреждал, даже на ковёр к себе как-то вызвал. Симпатии к новому главнокомандующему Дозора капитан Пиратов Сердца не питал, но всё же выслушал. А говорил Смокер о дельных вещах: о том, что альянс между Сердцами, Пиратами Кида и Мугиварами — это, конечно, неплохо, даже хорошо, если Трафальгар лично будет контролировать двух умалишённых придурков, заводящихся с полуоборота. Только вот не учёл дозорный, что сам Хирург Смерти от этого полуоборота не так уж и далёк. А ещё говорил Смокер и о том, что время сейчас другое. Новое Мировое правительство, новый уклад жизни, где каждый свободен и волен делать всё, что в рамках закона. К чему было всё это, Ло так и не понял, но терпеливо слушал. После размышлений о проблемах насущных Смокер закурил и вдруг выдал нечто странное: — Мне будет спокойней, если ты присмотришь за Мугиварой. Только не увлекайся. Причиной Великой войны стал не Портгас Ди Эйс, а сам Роджер, который решил, что его казнь решит все проблемы. Он, конечно, потом на всех отыгрался, создал эпоху пиратов… — К чему ты клонишь? — спросил тогда Трафальгар. — К тому, что Мугивара — не Роджер. — По-моему, это и так ясно. Я могу идти? Хирург был уже близок к выходу, когда за его спиной раздалось тихое: — Ди были опасны не только для тенрьюбито, но и для друг друга. — Я не «Ди», — бросил через плечо Ло. — Это было бы хорошо. В тот момент капитан Пиратов Сердца мало что для себя вынес. Но Смокер каким-то образом оказался прав. Все Ди прокляты, а когда несколько из них пересекаются, проклятие увеличивается в несколько раз. И Монки Ди не был Роджером, потому что в тот момент, когда начали ходить слухи о разрыве альянса, Трафальгар осознал: Луффи Мировому правительству важен как гарант спокойствия. И если два капитана достигнут наивысшей точки конфликта, Хирург Смерти рискует потерять не только власть, но и в какой-то момент занять место предыдущего Короля Пиратов на плахе справедливости…